Эпилог

— Маааленькая моя! — нежно пропела Елена. — Какая ты красивая! — она склонилась к розовому конверту, в котором спала её первая внучка. Девочка и правда была малюсенькой и прелестной, а Тимур, держащий дочь на руках, таким гордым, словно сам её родил. Маша, немного бледненькая, сияла глазами и пряталась за букетом роз. Увидев машину с огромной связкой шаров, она ахнула. Кроме шаров, присутствовали ещё развевающиеся розовые атласные ленты и аист на капоте. Это всё было так не похоже на Тимура, что Маша не верила своим глазам.

— Это Настя, — признался Тим. — Она всё придумала. Ещё и детскую украсила. Просила не говорить, но ты же меня не выдашь?

— Она приехала? — обрадовалась Маша.

— И не одна, — загадочно обронил Тим.

— А ты… надолго? — Маша потянулась, чтобы поцеловать Тимура. Тим вернулся на свою прежнюю работу, и часто бывал в отъездах. Он даже к рождению маленькой Агаты не успел!

— У меня законный отпуск, — успокоил её Тимур. — Ты прости меня, что я тебя одну рожать бросил!

— Я была не одна, — улыбнулась Настя. — Правда, когда Женька привёз меня в роддом, его посчитали за папу…

— Ещё чего! — ревниво буркнул Тимур, и Маша рассмеялась.

Она немного замешкалась, выходя из машины. Кто-то поддержал Машу за локоть, помогая выйти. Она поблагодарила и только тогда подняла глаза:

— Игорь?

Брат склонился, целуя её в щёку.

— Поздравляю тебя, Маруся! Вас, — он оглянулся на Тимура, немного настороженно наблюдающего за ними.

Маша порывисто обняла Игоря.

— Как хорошо, что ты приехал! Я так соскучилась!

— Я не один, — признался брат, и Маша быстро обернулась.

Отец стоял у дома, не решаясь подойти, и как-то растерянно переводил взгляд то на Машу, то на крошечную девочку в розовом конверте.

Маша невольно заморгала, прогоняя непрошенные слёзы, и улыбнулась:

— Папа, ну что же ты? — позвала она. — Подходи знакомиться. Это твоя внучка.

Конец