Глава 17

Я сразу направилась к Лике. Она шла по вестибюлю, придерживаемая рукой Валентина.

– Лика, – позвала я ее, оказавшись рядом. На парня старалась не смотреть: не до этого сейчас, позже. Сейчас главное – Лика, – как ты?

– Эва! – обняла она меня в ответ и крепко прижала к себе.

Простояв пару минут, мы отошли в сторону: на двух каталках в фойе завезли девушек. На них было больно смотреть. Я понимала, что теперь буду их видеть в своих кошмарах, поэтому поступила очень трусливо, но по-другому не могла: я просто зажмурилась. И все. До тех пор, пока не перестала слышать стук колес каталок по напольной плитке.

Я часто так поступала при просмотре ужастиков, правда, тогда я еще и закрывала уши.

Через некоторое время нас снова ввели в ту же комнату, где осматривал меня врач ранее.

Лика не отпускала меня от себя. Она держалась за рукав куртки и не размыкала пальцев. Так мы и зашли в смотровую. Лекс и Валентин остались за дверью.

У Лики тоже ничего критичного не нашли. Единственное, врач посоветовал показать ее психологу: ее отношение ко всему, что происходило вокруг, вызвало у него вопросы.

Лика больше ни с кем не говорила. Только имя мое произносила и все.

Вышли из смотровой – две пары глаз с любопытством нас разглядывали: Лекс и Валентин. Пожала плечами, не зная, что делать дальше. В этот момент из лифта вышел Макс, а из центрального входа – его невеста. При встрече Макс обнял ее и поцеловал в висок.

«Мм… как мило».

Она перевела на нас свой взгляд и через несколько секунд узнала, вспомнила про аукцион, теперь уж точно! Макс взял ее за руку и подвел к нам.

– Доминика, моя невеста, – представил ее. И она улыбнулась нам.

– Эва и ее подруга, Лика, – уже нас представил Лекс.

– Очень приятно, кхм… девушки, вас тоже похитили, чтобы продать на аукционе этим братьям-садистам? – поинтересовалась Доминика.

– Похитили?! – это была я.

– Братьям?! – одновременно со мной удивилась Лика.

Ох, точно! Она же не знает, что Алек – брат Павла, а не просто бизнес-партнер, как утверждал тот. Я и сама это узнала, случайно услышав разговор Лекса по телефону, когда мы ждали Лику.

Но меня удивило то, что Доминика считает, будто нас похитили, тогда как мы сами на это пошли.

– Нет, нас не… – начала было я, желая опровергнуть факт похищения, но Лекс и Макс одновременно начали наперебой рассказывать о кровной связи Алекса и Павла, отвлекая всех от моего ответа.

Странно… Очень странно.

Лика изменилась в лице, когда поняла схему, которую Алекс, Павел и Роберт провернули. Побледнела, ослабла и уже хотела осесть на пол, когда ее подхватил стоявший рядом Валентин и усадил на диванчик в коридоре. Я присела рядом с ней, обняла ее аккуратно и попыталась успокоить.

– Лика, милая. Этот ужас закончился. Теперь тебе никто не причинит вреда. Слышишь?! Их поймали и обязательно посадят. Я и папе позвоню! Теперь они не выйдут из «зоны». Маньяки! Им там самое место! Больные ублюдки!

Я еще много чего хотела сказать, но вдруг Лика расплакалась. Я тогда замолчала, только объятий не размыкала и продолжала гладить ее по плечу.

– Ты не понимаешь меня, Эва… – тихо начала она, – я пережила весь этот кошмар только благодаря Алексу и его обещанию вытащить меня. Я каждый день только его слова и прокручивала в голове, цеплялась за них… Иначе меня бы тут уже не было. Я поверила в его симпатию, даже сама как-то ею прониклась. Из-за этого и продержалась так долго. Ты пробыла там несколько часов, а я несколько дней, есть разница?! А сейчас выходит, что он мне врал и тоже преследовал какие-то свои цели, и в них не входило мое освобождение, – и снова в слезы.

Ох, Лика. Ты права: не переживший всего этого ужаса, не поймет того, кто через это прошел.

Так мы и просидели некоторое время, пока к нам не подошел врач и не приехала полиция с Робертом, который не мог даже идти. Его просто несли два блюстителя порядка. Крови не было видно, однако выглядел он неважно. Единственным живым местом на всем его теле были глаза, которые с нескрываемой ненавистью смотрели на нас с Ликой. Нас аж передернуло от этого взгляда.

К парням подошел врач о чем-то поговорить. А мы все так же продолжали сидеть на диванчике. Когда врач ушел, к нам подошёл Лекс.

– Все. Нам больше нечего здесь делать. Яков Наумович уверил, что вам медицинская помощь не нужна, нужна психологическая, – небрежно головой указал на Лику, – давай отвезем ее домой и поедем ко мне.

Я посмотрела на подругу и поняла, что домой вот никак нельзя. Ее отец, увидев гематомы, будет в шоке.

– Ей нельзя в таком виде домой. У родителей точно сердце схватит.

– Ну… тогда давай сниму ей номер в гостинице…

– И как ты себе это представляешь?! – я поняла, что Лексу все равно, что будет с Ликой дальше. И стало так обидно за нее. Я ее не оставлю. Ни за что! Она готова была меня защищать перед этим садистом и снова получать от него удары, а я что?! Не могу элементарно побыть с ней, поддержать морально, помочь неделю-две перекантоваться где-нибудь?! Только хотела ему об этом заявить, как к нам подошла парочка Макс-Ника.

– В общем, тут такое дело… Доминика вам хочет кое- что предложить.

Мы все перевели взгляды на нее.

– Девочки, я вам предлагаю погостить в доме Максима…

– В нашем доме… – перебил ее Макс.

– В нашем доме, – после паузы продолжила Ника, – свежий воздух, вкусная еда, прогулки на лошадях и еще развлечения от Валентина. Как вам такая перспектива? Поедете к нам?

Значит, и Валентин там будет? Ммм… интересненько.

– А это обязательно? – вклинился в наш разговор Лекс, недобро зыркнув на меня… Неужели на моем лице все отразилось? – я имею в виду, разве обязательно Эве ехать?

– Я подумала, что Лика будет стесняться одна. А в компании им будет проще, – настаивала Доминика.

– Я «за», то есть, мы «за», да, Лика?

Лика на мой вопрос ничего не ответила, лишь опустила голову вниз. На Лекса я решила не смотреть, чтобы не сбить свой настрой.

– Молчание – знак согласия, – постановила Доминика, – и это здорово! А то моя подруга Лайма уехала, и осталась я одна. Только горничная, Мария Степановна, остальные – все мужики. Ну что же, – теперь она обращалась к Максу, – поехали тогда. Уже четвертый час ночи, совсем не поспим, если сейчас не двинемся в путь.

– Да, конечно. Девушки, к машине вас проводит Валя. Мы с Лехой сейчас кое о чем поговорим, и я тоже приду, и поедем тогда.

Мы направились к выходу, и только у дверей я обернулась посмотреть на Лекса. И его взгляд мне не понравился. Он был очень недоволен, но почему ничего не сказал? Он же мог предъявить на меня права, сославшись на договор аукциона, мол, месяц не прошел! Мог. Но почему-то этого не сделал…

Странно…