Глава 16
Глава 16
Весной отец так и не появился, не смотря на свое обещание. Отчего я стала нервной и немного рассеянной. Однако, держать себя в руках все же удавалось. Да и профессор с дедом уверяли, что ничего страшного с ним случиться не могло, и скорее всего он задержался из-за моей просьбы о помощи племяннице лекаря. Который, к слову, по весне тоже выглядел неважно, явно волновался и изводил себя какими-то мыслями.
Но, как говорится, всему приходит конец. И к исходу весны, практически сразу после экзаменов, которые для всех нас прошли довольно нервно (а как иначе-то?), в университет приехала целая делегация из Турании.
Разумеется, официальным предлогом было посмотреть, как устроился принц, каких достиг успехов и, конечно, забрать его на каникулы домой, предварительно заехав в столицу на переговоры с тализийским королем. Зимних каникул тут как таковых не было, так, несколько свободных дней. Поэтому единственное время, когда школьники могли побывать дома – это лето, ну а в гости к ним приезжать никто не запрещал.
Так вот, кого только в этой делегации не было! Но самое главное, там был мой отец! По-моему, в данной ситуации даже ректор немного растерялся, не ожидая увидеть такую толпу.
Однако, заняли всех довольно быстро. Учителя показывали классы и рассказывали об учебной программе. Господин Артис все это возглавлял, а также водил показывать жилые помещения и столовую.
Визирь же, который и был главным в этой шумной делегации, первым делом переговорил с наставником Заруха, который отвечал за развитие его Дара и, судя по всему, остался доволен. Видимо, тализийцы дали парню действительно хорошего учителя в надежде на более тесное сотрудничество с Туранией и последующее развитие отношений в плане обмена учителями и одаренными детьми.
В конечном итоге, делегацию повели обедать в столовую, а визирь с принцем отправились в покои ректора, где и пробыли довольно долго.
Нас, кстати, визирю тоже представили, в смысле, весь наш класс. На этом настоял он сам.
Честно говоря, я когда о его прибытии услышала, подумала, что что-то не так поняла. Но нет, со мной решил свести знакомство мой второй дедушка, только уже по отцовской линии. Папе пришлось рассказать о моем перевоплощении и ему, как и о том, что учиться мне все-таки необходимо. Я даже подивилась, что за такой короткий срок в моей жизни объявилось больше родственников, чем за все предыдущие годы.
Когда он меня увидел, то совершенно ничем не выдал своей особой заинтересованности. Разве что взгляд своих темных серьезных глаз задержал на чуть большее время, чем на других. Интересный оказался мужчина, мой дед: подтянутый, высокий, с благородными чертами лица и умными пронизывающими глазами. И вот, кажется, ничего такого от него не исходило, но почему-то становиться его врагом мне совсем не хотелось. Но это так, всего лишь наблюдение на уровне ощущений.
Интерес визиря Зарух каким-то образом все же уловил. Сказывался опыт дворцовой жизни. Губы его сжались в тонкую линию, а во взгляде появилось упрямое выражение. Но как раз после этого ректор и увел их к себе обедать, а я, наконец, смогла увести отца в покои профессора, который прятался там от туранцев, а то мало ли кто его вспомнит, и, наконец, обняла родного человека.
- Ну же! Рассказывай, папа! Как там мама, как мальчики? Я уже вся извелась, ожидая тебя! – Наконец спросила я после того, как успела обнять, поцеловать и даже всплакнуть на плече отца.
- И не она одна. – Проговорил улыбающийся профессор, который, наконец, получил возможность обнять и поприветствовать отца.
Рассказ его получился довольно сумбурным, так как нам с профессором уж очень о многом хотелось узнать и мы периодически перескакивали со своими вопросами с одной темы на другую. И, конечно, нас интересовало, как все прошло с Фатимой.
Но расскажу все по порядку и не так хаотично, как было рассказано нам.
Вернувшись после нашей встречи домой, отец практически сразу отправился в Туранию. Ему не хотелось как затягивать со спасением девочки, так и попасть в шторма, которые по осени становятся все опаснее, а зимой и вовсе являлись непреодолимым препятствием.
Он заранее договорился со своими друзьями о транспортировке девочки и ее матери по морю к убежищу, в котором планировалось, если все, конечно, пойдет хорошо, они проживут до весны. Да-да, договаривался он с теми самыми друзьями, которые когда-то помогли ему с моей родной матерью сбежать в Шалем, а затем еще и профессора незаметно переправить на его корабль. И вот почему мне кажется, что пиратская защита, что есть у отца, с этим неразрывно связана? Но сейчас не об этом.
Главной загвоздкой оказалось договориться с отцом-визирем и убедить его помочь ничем, кроме Дара, конечно, не примечательной девочке. Из-за которой, если что-нибудь пойдет не так, у него могут быть большие проблемы.
Вот тут-то отцу и пришлось рассказать, что это просьба его внучки. Визирь начал копать в этом направлении и вытянул из отца всю историю моего житья бытья вплоть до нашей последней встречи. А что отцу оставалось делать? По-другому тот ни в какую не соглашался помогать или идти хоть на какие-то уступки. Да и дед он мне, как никак.
Вот тогда-то все и завертелось. У девочки обнаружилась какая-то очень опасная заразная болезнь, которая успела подкосить и ее мать, однако, лекарь, посланный визирем быстро сориентировался и поместил их в карантин, так что никто больше не пострадал. Однако, девочку с матерью спасти не удалось и тот же лекарь зафиксировал смерть несчастных, которых вывезли от греха подальше за город, где и похоронили у старой часовенки. Конечно, смерть фиксировал не только лекарь визиря, все-таки умерла одаренная девочка, но и лекарь, посланный султаном. Однако, тот тоже подтвердил поставленный ранее диагноз и удалился.
Вот так по официальной, да и неофициальной версии, для всех и сгинули мать с дочерью.
Но если бы кто-нибудь хотя бы ненадолго задержался на месте захоронения, то заметил бы, как там, около часовенки, буквально через двадцать минут появился неприметный возок, из которого выбрался невзрачный человек, который и раскопал могилу, из которой достал тела и увез куда-то прочь. Ну а дальше, как и было рассчитано, их доставили в порт и отправили в уговоренное место.
Правда, звучит дико? Я сначала даже опешила от того, как спокойно отец рассказал о смерти этих людей, да еще и закончил тем, что их тела, как и планировалось, отправили в оговоренное место. Именно это несоответствие и не дало мне окончательно поверить в реальность гибели матери и дочери.
Однако то, что он рассказал дальше оказалось еще более фантастическим и нереальным: мать и дочь живы и здоровы и готовы к встрече с их горячо любимым дядей.
Окончательно сбитые с толку, мы с профессором, наконец, услышали правдивую и полную историю тех событий.
И вот как все происходило на самом деле.
Перво-наперво, визирь отказал моему отцу, и сказал, что никогда не стал бы помогать ему в таком деле и даже слышать об этом не желает, а тот ответил, что это лишь сон, который ему приснился не так давно, и ни о какой одаренной девочке Фатиме он раньше не слышал. А сказано это было потому, что, тот одаренный в свите Султана, что различает правду и ложь, должен услышать правду, если все вскроется, и он решит, к примеру, задать вопрос визирю: «Слышал ли он что-нибудь о похищении Фатимы и принимал ли хоть какое-то в этом участие?» Или моему отцу: «Знал ли он Фатиму и принимал ли хоть какое-то участие в ее побеге?» Первый бы ответил, что даже сыну сказал бы, что слышать о подобном не желает, а второй, что даже отцу бы ответил, что такое могло ему разве что присниться. И оба сказали бы чистую правду.
Вот такие вот восточные хитрости. А дальше еще сложнее, ведь лекарей тоже проверили бы и с ними подобный фокус вряд ли бы прошел. Хотя и тут возможны варианты, но рисковать все же не стали. А потому через одного из тех, кого порекомендовал Дон-Кихот, во дворец к матери девочки было доставлено письмо, в котором от имени ее брата, женщину приглашали на беседу в некий дом за пределами дворца, где она встретилась с неприметным человеком, который объяснил ей всю сложившуюся ситуацию и дал два мешочка, в которых было всего по две пилюли, которые они с дочерью должны были принять в строго определенное время. И, кстати, никаких параллелей с визирем даже сама женщина провести никак не могла. Как говорится, перестраховка и конспирация налицо.
Пилюля из первого мешочка вызывала все внешние симптомы тяжелой формы кори, однако, на то они и внешние симптомы, чтобы начать бесследно проходить ровно через три дня. А потому через два дня мучений ( к сожалению, им все же пришлось ощутить всю прелесть этих самых симптомов) они должны были принять пилюли из второго мешочка, которые практически останавливали сердце человека, то есть, как я поняла, вводили его в кому. Ужас, конечно, который я бы не пожелала пережить никому, но другого выхода мои родственнички не нашли. Да и сами-то подобные пилюли мало того, что стоили баснословных денег, так их еще и купить было просто нереально!
Ну а проверяющие лекари и правда ни о чем не догадывались, диагностируя болезнь и смерть матери с дочкой на расстоянии, так как близко приближаться к заразным никто не решился бы, да даже если бы и решился, то вряд ли обнаружил хоть что-то подозрительное.
Везти же их хоронить выбрали самых ленивых и ненадежных слуг, предварительно как следует настропалив, чтобы хотя бы отвезли заразных подальше от города. Вот они и не сильно старались прикапывая «умерших». Так, накидали сверху немного земли, да и вернулись побыстрее обратно. А уж когда их откопали и разместили в возке, то обеим дали еще по одной пилюле, которые и привели их в чувство. Не сразу конечно, да и после они еще не один день чувствовали слабость и недомогание, но цель была достигнута!
По-моему убийственный какой-то план, дикий и прямо скажем рассчитанный с учетом стольких допущений, что просто оторопь берет! Однако же, он сработал! Не удивлюсь, если даже инициаторы этого безобразия сами до конца не верили, что все получится. Вот и перестраховывались постоянно, чтобы никто ни о чем не мог догадаться при всем желании.
- Лейла, ты же понимаешь, что я рассказываю тебе все это не просто так. Мало ли, что в жизни может случиться… Ты должна хотя бы допускать возможность подобных вещей.
- Конечно понимаю, папа. И если что, то подобная сказка могла бы мне разве что во сне присниться! – Явно намекая на их в визирем хитрость, ответила я. – Но как вы вообще решились воплощать в жизнь такой дикий план! – Не выдержав обуревавших меня эмоций, я все же вспылила.
- Думаешь, покинуть дворец так, чтобы тебя больше никто и никогда не искал, легко? Или легко потом убегать от тайной стражи султаната? А может ты знаешь другой способ, как можно даже просто без последствий вывезти человека, в котором заинтересован Султан, из дворца? – Требовательно спросил отец.
Я же смутилась. Действительно, они провернули такую аферу! А я еще носом кручу, не так, мол, надо было.
- Прости, отец. Я понимаю, что в данной ситуации вы сделали все, что смогли и даже больше. Просто этим двоим пришлось буквально умереть, чтобы выбраться из дворца и это выбило меня из колеи.
- Я знаю, что звучит все не очень, но мы все с твоим дедом рассчитали. Конечно, роковых случайностей никто со счетов не сбрасывал, но все обошлось.
Отец все же немного виновато улыбнулся и прижал меня к себе. А я задала еще один интересующий меня вопрос по этой теме.
- Но ведь дед все это делал не просто, что бы помочь мне и девочке Фатиме, ведь так?
Я догадывалась, что такие люди, как он, не склонны к проявлению жалости к посторонним людям, а потому все же рискнула уточнить этот вопрос у отца.
- Да… - Усмехнулся отец. – Твой дед никогда ничего не делает лишь с одной целью. Поверь, он уже просчитал сотни комбинаций, при чем Зарух там тоже фигурирует, и не на последнем месте. Можешь не сомневаться.
- Да я и не сомневаюсь. – Пожала я плечами. – Упустить такой случай стать союзником одного из претендентов на трон, да еще, чтобы он оказался должен ему услугу… Это дорогого стоит. Он ведь все именно так преподнесет Заруху? Я права?
Отец удивленно, но внимательно меня оглядел, но решил не отвечать и просто перевел тему разговора.
- Да Всевышний с ними, с этими визирями и принцами! Мама вон тебе смотри что передала! - И стал доставать подарки.
Потом он рассказывал о доме, о маме и мальчиках и, наконец, сияя от счастья, поведал нам под большим секретом, что мама снова беременна. Очень уж ей хотелось девочку, а то одни мальчишки кругом, и даже я уехала. Это новость оказалась очень радостной, однако одновременно и волнительной.
- Ты только служанок более тщательно выбирай и смотри, чтобы рядом никакие вертихвостки не ошивались. – Забеспокоилась я. Как говорится, обжегшись на молоке дуешь на воду.
- Конечно, сердечко! – Обнял меня отец. – Можешь не волноваться!
- И еще скажи, чтобы тяжелого не таскала, руки вверх не поднимала и… - Я еще много чего говорила и поток моих наставлений смог прервать лишь профессор, который решил спасти отца от моих нотаций.
- Я очень рад за вас! Передавай Малике-ханан мои поздравления и пожелания легкого избавления от бремени.
- Конечно, Тимуран -аха. – Ответил ему отец и поклонился в ответ.
- Но ты не закончил рассказ о Фатиме и ее матери? Где они сейчас? Ты же обещал Дон-Кихоту, что привезешь их сюда, в Марлем.
- Я и привез.
- Правда? – Я аж подскочила на месте от подобного известия. – Где они? И почему тебя так долго не было?
Оказалось, что по весне к ним в Шалем прибыл сам визирь. Программа его путешествия была довольно плотной. Сначала он планировал попасть через недавно пробитый в скале тоннель в столицу Фаргоции, так как это было гораздо быстрее, чем плыть в другой фаргоцианский порт. А уж затем в планах было отправиться в Тализию за принцем и заодно и провести переговоры на высшем уровне в столице.
Кто-нибудь после этого сомневается, что Фаргоция захватила Шалем навсегда? Да одно то, что теперь султанат стал в разы ближе, со временем окупит все вложенные в войну средства. Правда, судя по слухам, Эльмирантия, наконец, собрала силы и начала давать захватчику отпор. Однако, я не думаю, что для самой Фаргоции так уж важно наличие под своим крылом других городов, хотя они, конечно, ни от одной пяди завоеванной земли просто так не откажутся.
Так вот, дед приехал в Шалем, познакомился-таки с невесткой и внуками и, захватив с собой моего отца, поехал в Фаргоцию. Отправив предварительно свой корабль в северный ее порт, так как планировал продолжить путешествие в Эльмирантию именно оттуда. Так оказалось ближе, да и удобно для самого визиря. Ну а отец отправил свою «Ласточку» в секретное место за Фатимой и ее матерью с указанием также прибыть к северному порту фаргоциан.
Переговоры затянулись на чуть больший срок, однако, отец остался доволен, так как ему удалось заключить несколько очень выгодных договоров. Как я подозреваю, сие произошло не без помощи деда. Ну что ж, отец столько времени добивался всего сам, что подобное поведение визиря сложно назвать подачкой или какой-то помощью. Скорее, признанием папиного ума и деловой хватки.
Ну а потом был северный порт фаргоциан, приказ «Ласточке» отправляться в Новерлин и ждать их там, ну и само плавание туда же с дедом. Конечно, отец не упустил возможности хорошо загрузить свой корабль, чтобы распродаться в Тализии. В Марлем Фатима с матерью прибыли буквально на один день раньше и дали знать отцу, где они находятся. А тот в свою очередь уже успел передать эту информацию Дон-Кихоту. И поэтому он совершенно не удивится, если сегодня лекаря в школе никто не найдет.
Это оказалось такой радостной весью, что нам с профессором непременно захотелось увидеть этих храбрых и столько переживших мать и дочь. А потому на следующий день отец написал заявление на имя ректора и мне вместе с ним и профессором разрешили покинуть школу. А там мы, наконец, познакомились с Фатимой и ее мамой Алией.
Они разместились в одном небольшом уютном домике в респектабельной части Марлема и оказались очень милыми и добрыми людьми. Фатима так и вовсе, кажется, ни на шаг не отходила от своего любимого дяди. Но что самое забавное, она меня смущалась! Представляете, меня! И, не поверите, даже пыталась строить глазки. Я сначала не поняла ее телодвижений, все таки ей всего… Ой…А ей-то уже совсем скоро восемь! Получается, я лишь на два-три года ее старше. А такое впечатление, что на десять! Хотя, что я несу?! Я ведь и правда ее старше, да и не мальчик ведь вовсе! Все! Тихо шифером шурша, как говорится, крыша едет не спеша…
Но не смотря на все эти мелочи, мы очень хорошо посидели и пообщались, а также получили приглашение заходить к ним в гости в любое время.
Но это все было уже на следующий на день, а этим вечером мне еще предстояла встреча со вторым моим дедом, визирем султаната Мехметом аль Харуфом[10].
Встреча, надо сказать, лично для меня прошла несколько странно, без той теплоты и открытости, что была с дедом Юркасом. Только вот я также чувствовала, что небезразлична этому человеку, и он искренне интересовался всем, что со мной произошло и происходит, просто не умеет этого показать.
- Лейла, скажи, тебе не трудно выдавать себя за мальчика? – Все же поинтересовался у меня дед Мехмет.
- Поначалу было непривычно, это да. Но сейчас я как-то привыкла и совершенно не замечаю никакого неудобства. – Немного подумав, ответила я ему.
Он задумчиво на меня посмотрел.
- Я слышал ты сдружилась с другими мальчиками.
- Да, так и есть.
- И как тебе Зарух? – Он внимательно на меня смотрел.
- Зарух? – Честно говоря, я почему-то даже не удивилась этому вопросу. – Зарух хороший друг, только с ним не всегда бывает легко.
Визирь медленно качнул головой, показывая, что принял такой мой ответ.
- Зарух – принц, и ему на многие вещи приходится смотреть по-другому, нежели обычным людям.
- Я это уже поняла.
- В любом случае, помоги ему стать немного человечнее, что ли. – Как-то даже немного смущаясь попросил дед.
- Зарух уже очень сильно изменился. – Ответила я ему. – Но почему ты просишь меня об этом, неужели он был таким черствым и бессердечным? - Не могла не спросить я.
- Не то, чтобы он таким был… - Дед замялся. – Просто Султан воспитывает своих отпрысков довольно сурово… Что делает их закрытыми и… - Дед некоторое время явно подбирал слово, но все же продолжил. – Одинокими…
- Я понимаю Мехмет-аха. Конечно, я сделаю все, чтобы он здесь он чувствовал себя счастливее. – Честно говоря, меня тронула подобная забота о Зарухе. Все же дед у меня что надо. Но дедом я все это время звала его только про себя, а так как-то язык не поворачивался, да и не было у нас по этому поводу разговора.
- Я понимаю, Лейла, что еще не заслужил ни твоей любви, ни доверия, но давай ты все же, хотя бы наедине, начнешь называть меня дедушкой. Поверь, у меня не так много внуков, а внучка пока так и вовсе одна.
Отчего-то мне стало очень приятно и тепло на душе.
- Конечно… дедушка.
Наша встреча на этом не закончилась, и мы еще довольно долго беседовали буквально обо всем. Казалось, что ему действительно интересно даже не то, что я знаю или делаю, а как отношусь ко всему, что меня окружает: к людям, событиям, вещам. Он пытался не просто что-то обо мне узнать, а понять, как я думаю. И знаете, это почему-то подкупало и заставляло доверять, ведь по ответным репликам я поняла, что пусть он и не согласен с некоторыми моими высказываниями, особенно с теми, что касались женщин и их места в этом мире, но все же принимал мою точку зрения и искренне пытался понять.
Расстались мы очень тепло. Он даже предложил мне вместе с Зарухом приехать на эти каникулы в Туранию. Но после рассказа отца о том, почему им с матерью когда-то пришлось бежать, и зная нравы туранцев и султана в частности, я решила не рисковать. А то мало ли, кто-нибудь как-то узнает, что я девочка, и тогда, боюсь что, никакие волшебные пилюли меня оттуда уже не вытащат.
Перед сном же у нас с мальчишками состоялся один очень неприятный для меня разговор, который в очередной раз заставил задуматься, какая же я все-таки врушка.
- Слушай, а тебя твой визирь не пугает? – Спросил Арий, когда мы всей четверкой сидели у нас в комнате и обсуждали события прошедшего дня.
- А от чего же он должен меня пугать? – Пожал плечами Зарух. – Жесткий, конечно, мужик, да и всегда себе на уме, но не злой и довольно справедливый.
- Вот как? – Признаться, мне даже приятна была такая оценка моего деда. Значит, не я одна сделала похожие выводы о его характере.
- Ага. – Ответил Зарух и, как-то странно прищурив глаза, посмотрел на меня и добавил. – За тобой, вот, просил присматривать.
Я тоже покосилась на него.
- Ну и что тут такого? Меня вот он тоже попросил за тобой присматривать. – Ляпнула я, не подумав.
- Да ну? Ребят, а с вами визирь тоже беседу проводил? – Вскинув брови, как-то наигранно спросил принц.
- Да ну тебя! – Отмахнулись они. – Нам еще с визирем разговоров не хватало!
И демонстративно повернув ко мне голову и уставившись прямо в глаза, Зарух спросил:
- Лей, по моему, ты что-то не договариваешь.
И во взгляде, да и во всей его позе появилось что-то такое, что я сразу поняла: сейчас у него в голове рождается столько предположений не самого лучшего толка, что если я и дальше буду отпираться, то могу потерять друга. Думаю, он уже успел сопоставить свой разговор с визирем с тем, что я обещалась помочь лекарю и тем, что эта помощь удалась. А тут еще я чуть ли не прямым текстом сказала, что меня поставили за ним шпионить, ведь любые слова можно интерпретировать по-разному. Капец!
Я закрыла глаза и выдохнула, собираясь с мыслями.
- Ребят, то, что я сейчас вам расскажу – это тайна. Моя тайна.
Они серьезно кивнули, даже Рыжий перестал вертеться, а в его зеленых глазах появилась сосредоточенность и внимание. Зарух же смотрел почти зло и немного исподлобья, непроизвольно сжав кулаки. Только взгляд Нарима выдавал волнение и даже страх за меня.
- Зарух! Да прекрати ты сверлить меня взглядом, будто я твой враг или хуже того, предал тебя! – Не выдержала я.
- А это не так? – Повернул он голову на бок, будто изучая меня.
- Нет, не так! – Упрямо глядя ему в глаза ответила я. – Просто… Вернее тут все не так просто… В общем, визирь Мехмед мой дед.
Оглушительная тишина, последовавшая за этим признанием, грозила разразиться таким же беспорядочным гвалтом, поэтому я быстро заговорила снова.
- Но я узнал об этом только здесь, в Тализии, вернее по пути сюда. И то случайно! Познакомился и вовсе только сегодня. А о твоем существовании, Зарух, я узнал только в том прибрежном городке, куда нас всех вынес шторм! И могу чем хочешь поклясться, что никогда не набивался к тебе в друзья специально или чтобы шпионить! Да и сейчас никогда бы на подобное не согласился! Хотя, временами ты бываешь настоящим параноиком и засранцем!
- Сам ты, засранец! – Наконец отпустило его напряжение.
Я же несильно ударила его кулаком в плечо, так как он сидел рядом на моей кровати. Он качнулся в бок, но снова подозрительно на меня глянув, спросил:
- А как так вышло, что ты ничего не знал о том, кто твой дед. Да еще к тому же оказался эльмирантийский аристократом и, судя по всему, довольно нищим.
- Сам ты, нищий! – Вспылила я. – Мне всего всегда хватало. – И тяжело вздохнув ответила. – Это длинная и порой довольно печальная история. – Однако, подумав, что если начну ее рассказывать, то всплывут много других нюансов, которые повлекут за собой мое полное разоблачение, решила не вдаваться в подробности. – Но это уже не моя тайна, и я не могу ее вам рассказать.
- Какой ты у нас весь таинственный! – Закатив глаза к потолку то ли раздраженно, то ли зло, то ли вообще посмеиваясь надо мной, проговорил Зарух.
- Можно подумать, у тебя тоже нету тайн. – Вздернула я одну бровь.
- Да по-сравнению с твоими, это и не тайны вовсе.
- Я вот тоже думал, что знаю всех своих близких, как облупленных, а вот не так давно узнал столько интересных подробностей, да еще и лично с дедом-визирем познакомился, что точно теперь не стал бы ни от чего зарекаться!
Зарух наконец улыбнулся, мальчишки тоже, при чем как-то облегченно.
- Так может это и к лучшему? – Внезапно проговорил Зарух и как-то даже воодушевленно продолжил. – Поехали с нами в Туранию! Я тебе столько всего покажу! Визирь точно будет не против!
- Да знаю я, что он будет не против. – Не разделила я его энтузиазма. – Только есть у меня подозрения, что со своим даром у меня есть все шансы от туда не вернуться.
Улыбка тут же слетела с лица Заруха и он, подумав, сказал. – Да, пока тебе, пожалуй, и правда в султанат лучше не соваться.
На том и порешили.
А на следующее утро после нашего визита в город отец снова с нами попрощался и ускакал в Новерлин, где его уже давно ожидала «Ласточка». Он спешил домой, ведь со всеми этими приключениями ему пришлось оставить маму и мальчиков на целых три месяца! Мое сердце рвалось туда, за ним, к ним… Но я стояла и снова провожала отца взглядом, глотая слезы расставания.
А там отбыли и дед-визирь с Зарухом и Наримом, которого он по договоренности с Фахримом вместе с собой увез на лето в Туранию. Рыжего тоже забрали домой. Да, собственно, потихоньку разъехались почти все. В школе осталось лишь несколько старшеклассников, которых тоже совсем скоро определили куда-то то ли на практику, то ли на проживание. Они были одаренными из простых семей, жили далеко, да и денег мотаться туда обратно у них все равно не было, как и желания. Не всем ведь повезло с семьей, которая принимает тебя таким, каков ты есть.
Так что лето для меня прошло не то, чтобы скучно, ни дед, ни профессор не давали мне возможности предаваться лености, а просто как-то грустно. Все таки я уже так привыкла к мальчишкам с их извечными подначками, смехом, авралами и даже драками, что вести спокойную, серьезную, почти взрослую жизнь уже казалось скучно и неинтересно. А если честно, я просто по ним скучала.
Но за это лето мы с профессором столько всего сделали! Так, например, промучившись с моими чертежами велосипеда, он плюнул на педали и цепь и просто заказал сделать все без них. Вышло на самом деле неплохо, да и профессор был в восторге. Особенно, когда сам попробовал ехать, просто помогая себе ногами отталкиваться от земли, как наши малыши. Вы бы видели счастье, написанное на его лице, когда он таким макаром скатился с покатой горочки! Да что там! Видели бы вы лица людей, которые его встречали, когда он с важным видом решил прикатить на таком велосипеде к своему рыжему другу господину Нурию! Честно говоря, на них большей частью было написано недоумение. Они просто не знали восхищаться им этим агрегатом или смеяться над ним. Презабавное зрелище, скажу я вам. Хорошо хоть он взял меня с собой и я смогла все это увидеть! Только в отличии от профессора мне пришлось с ним рядом бежать. Но довольное лицо профа компенсировало все неудобства передвижения, да и какие-там неудобства, когда тебе десять, ну или почти одиннадцать лет? А по земному-то уже наверное и больше двенадцати.
Но самым замечательным в этой поездке-пробежке стала встреча с Арием! Этот Рыжий сорванец- таки умудрился спионерить у профессора велосипед, пока тот отвернулся, чтобы поздороваться со своим старым другом. И что вы думаете? Через некоторое время по двору за негодником носились не только старики-разбойники, какая-то малышня и та незабвенная рыжая женщина, что когда-то охаживала его полотенцем, но даже козел Тимирка!
Я думала у меня колики в животе от смеха приключатся. И под конец я уже даже не смеялась, а так, тихо постанывала спускаясь по стеночки на землю.
Однако, Арий таки попал колесом в какую-то ямку и умудрился намертво свернуть руль. Отчего тот ни под каким соусом не хотел возвращаться в исходное положение. Ну и попало же ему тогда! Вернее, попало бы больше, если бы рыжий негодник не успел сориентироваться и заскочить на забор.
Профессор же ахал и охал над своим шедевром технической мысли и махал в сторону Рыжего кулаками, однако поняв, что реанимировать агрегат не сможет, расстроился окончательно и сел на землю прямо там, рядом с поломанным великом.
- Профессор, ну, вы чего так расстроились? – Решила я его немного подбодрить. На что он лишь отвернулся.
- Считайте, что это был экспериментальный образец, который не выдержал эксплуатации. – Однако, профессор как будто и не слышал моих слов. – Вы лучше подумайте, как усилить крепление руля и предотвратить подобное в будущем. Арий ведь ничего сверхъестественного с велосипедом не делал, а просто его, так сказать, эксплуатировал. Представьте, что бы было, если бы в такую ямку попали вы и упали. Ему-то ничего, вон, на заборе сидит и задницу потирает в предвкушении, так сказать, возмездия, а вам бы мало не показалось.
Профессор, наконец, отмер и покосился на меня.
- Думаешь, дело в креплении?
- Конечно! – тут же отозвалась я. – Но давайте попробуем рассмотреть все получше.
И забыв об обидах профессор, наконец, вернулся в свое обычное расположение духа.
Также этим летом мы с ним, по моему предложению, сделали несколько приборов, которые наглядно демонстрировали физические законы. Да-да, я кое-что вспомнила из своих собственных уроков. У нас в школе была хорошая учительница по физике. Она всегда понятно и на примерах объясняла, казалось бы совсем непонятные вещи, которые описывались в книге.
Ничего сверхъестественного мы, кстати, не делали. Так, заказали несколько колб, в том числе и соединенных вместе, получив сообщающиеся сосуды. Дорого, кстати это удовольствие нам встало. Нанесли на них разметку. Сделали навесные весы с пружиной, для определения массы разных объектов, купили обычные, для наглядности, так сказать. Да много всякой, на первый взгляд, мелочи придумали и сделали. Однако, профессор был счастлив. Он старался буквально вытянуть из меня еще хоть что-то, так как порой, в самых простых на мой взгляд опытах он открывал что-то новое для себя. А уж то, что он все это сможет продемонстрировать своим студентам, вдохновляло профессора не на шутку.
Но если вы думаете, что я там чуть ли не электрическую установку собрала, то глубоко ошибаетесь. Я ведь была совершенно обычным школьником, да и прошло уже много лет, поэтому вспомнить удалось лишь самое простое. Однако, по-моему, эти простые, как нам всем кажется, опыты, способствующие наглядному раскрытию законов мироздания, были в этом мире настоящим новаторством. Нет, знания были, но до этого излагались в книгах в такой замудрёной форме, что я диву давалась, как бедные школьники и студиозусы пробирались в дебрях здешних наук. Хотя, чего уж там, и самой не раз приходилось, так что в этом нет ничего сверхъестественного.
А еще мне-таки удалось уговорить профессора проводить меня в закрытый отдел библиотеки. Разумеется, он взял у ректора пропуск только на себя, в основной части библиотеки дежурил смотритель, а потому, нам пришлось играть в завзятых шпионов, чтобы я смогла проскользнуть в святая святых.
Ну, что сказать? Я ожидала большего. При чем, как в плане объема книгохранилища, так и в плане информации. Однако, перелопатив несколько довольно интересных томов того времени, я не могла не сделать вывод о том, что мир тогда был гораздо… эх, как бы поточнее выразить свою мысль… доступнее? Меньше? Нет, все не то! Скорее, как я и думала раньше, Эльмирантия, Фаргоция, Тализия и Турания или находились на одном материке, или существовала возможность передвигаться между ними с гораздо большей скоростью, чем по морю. Можно даже сказать почти мгновенно. Об этом в книгах не писалось напрямую, но я, как дитя другого мира, с возможностями его транспорта, видела некоторые нестыковки повествования, которые вполне могли бы объясняться всем тем, что я описывала ранее.
Понимание этих нюансов затруднялось еще и тем, что язык тогда все-таки довольно сильно отличался от того, каким он стал сейчас. Ведь ни для кого не секрет, что, к примеру, современный человек попав в древнюю Русь отнюдь не стразу и не все поймет из того, что ему говорят, хотя и обратятся к нему вроде бы на русском.
В общем, если покопаться, то можно было найти еще что-нибудь интересное. Я ведь не просмотрела еще кучу книг! И мне очень хотелось найти хоть какие-то упоминания о Замке на краю мира. Но, как оказалось, здесь был полугодовой лимит на посещение закрытого отдела и мы с профессором его быстро исчерпали. Все-таки не смотря на то, что школа и университет обучали одаренных детей, здесь не поощрялась излишняя тяга к знаниям о том периоде, когда миром правили именно одаренные.
Но я не унывала, ведь впереди у меня еще было время!
Кстати, к началу учебного года дед с профессором все-таки вытребовали для меня у ректора отдельную комнату для проживания. Даже, можно сказать апартаменты, так как рядом с комнатой была даже отдельная умывальня. Поначалу они очень хотели меня переселить в университетский блок, поближе к себе, так сказать. Однако, я наотрез отказалась, мотивируя это тем, что в школе у меня друзья и я привыкла проводить свободное время с ними. Да и с университетскими ребятами у меня с взаимоотношениями все было хорошо лишь потому, что я, так сказать, птичка залетная, а вот стану я жить с ними на постоянной основе и начнется: принеси то, сходи за этим, сделай то, выкинь это. Я же самая мелкая! Это же, как быть пассажиром на судне или юнгой. Две совершенно разные вещи.
Как ни странно, но меня поняли и даже согласились с моими доводами. А потому у ректора стали требовать отдельное помещение для меня в стенах школы. Это требование мотивировали тем, что я парень одаренный, в свои неполные одиннадцать уже частично учусь в университете, помогаю профессору в его научной работе и весь из себя такой рас такой. А потому, чтобы и впредь высоко нести знамя Тализийского университета (Ведь наш ректор уже успел похвастаться королю, что его вотчина работает с такими одаренными детьми!) мне нужно больше тишины и уединения, чтобы успевать со всем справляться и впредь, ведь дальше нагрузка на маленького меня только возрастет.
Подумав, ректор, в общем-то оказался не против. Но приглашенный для решения этого вопроса господин Артис сказал, что свободных и пригодных для жилья комнат на данный момент нет. Однако есть нежилой запущенный этаж, который при желании можно было отремонтировать.
- Но если мы отселим в собственную комнату одного мальчика, остальные тоже затребуют себе отдельное жилье, особенно это касается особо знатных господ. – Выразил свои опасения все тот же господин Артис.
- И что в этом плохого? – Тут же сориентировался дед. – Возьмите с них дополнительную плату, да такую, чтобы только эти особо знатные господа и могли оплатить. А вообще можно ввести такую поощрительную систему для отличников: Закончил год с высшими баллами по всем предметам? Значит будешь все следующее полугодие жить в отдельной комнате. Сдал на отлично зимнюю сессию? Еще лучше! Продолжай жить в своих личных апартаментах до конца учебного года! А то я смотрю у вас тут ученики не особенно напрягаются в плане учебы. Родители за них платят, вы их учите, а они как были балбесами, так и остаются!
Ректор снова призадумался и вынес вердикт, что предложение графа Торентийского ему нравится, а по сему ремонт на нежилом этаже должен начаться, как можно быстрее, и быть окончен до начала занятий.
Вот так я и стала обладательницей личной жилплощади, чему и была несказанно рада!