8. Арслан

Я успел поймать Лейлу…

Вообще не понял, что произошло… как в тумане, словно одурманили…

Стоило прикоснуться к бархатной коже, ощутил, как пальцы покалывает и обжигает от острого желания сжать её в тугих объятиях. И уже не смог остановиться, стал целовать хрупкие плечи. Захотел девчонку, захотел так сильно, что в паху заныло…

Собирался продолжить, но она жалобно застонала и чуть не выскользнула из моих рук, теряя сознание.

— Лейла? — уложил её на кровать и похлопал по щекам — никакой реакции не последовало.

Зато у меня бурная реакция в штанах… Ведь порванное платье ничего не скрывало. Оно сползло вниз, обнажая нежную девичью грудь, которая топорщилась полными холмиками, с розовыми сосками на вершине, и манила потрогать. Соблазн в чистом виде…

«Нет, так нельзя…» — одёрнул себя мысленно. Я не извращенец и без осознанного участия девушки ничего не буду делать. У меня полно времени, чтобы добиться от неё всего, чего желаю. А после увиденного, ещё больше хочу… и обязательно воплощу все свои фантазии…

Натянул платье обратно на плечи, прикрывая роскошные женские прелести.

— Лейла? — опять похлопал по щекам, на этот раз сильнее.

Девчонка зашевелилась, пробормотала что-то неразборчивое. И медленно открыла глаза. Но сфокусировав взгляд на моём лице, резко села и вжалась в спинку кровати. Придержать края платья тоже не забыла, отстаивая свою честь.

«Да видел уже… и не раз ещё увижу, прикоснусь, поцелую…» — никуда от меня не денется.

— Пожалуйста, не надо… — её глаза испуганно бегают, а голос надрывается.

— Спокойно. Не трону тебя, — отошёл в сторону.

«Сейчас не трону» — добавил про себя весомое уточнение.

— Не делай так… — она покраснела.

— Не делать — что? — я изогнул бровь, улыбаясь.

— Ты знаешь… — Лейла ещё больше смутилась, боясь назвать вещи своими именами.

Конечно, я понял, о чём речь, но вот обещание дать не смогу. Особенно, когда имел удовольствие наблюдать столь эмоциональную реакцию на свои прикосновения. За невинным образом кроется чувственная страстная натура. И скоро она станет моей. А вот добровольно или принудительно — зависит от её благоразумия. Как и пребывание в стенах этого дома — может превратиться в сущий ад, если начнёт брыкаться или попытается сбежать.

«Пока же наберусь терпения. Подожду, насколько хватит выдержки» — это не просто, ведь меня магнитом тянет к ней. Прошло несколько часов в обществе девчонки, а моя броня начинает трещать по швам…

Но сейчас не буду забивать себе голову.

— Пришлю Фидан, она намажет место ушиба, потом отдыхай.

Лейла заметно расслабилась.

— А жеребёнок? — тут же вспомнила.

— Если спина не сильно беспокоит, и ты не передумала, спускайся на улицу. Сходим.

— Сама? — она удивилась и обрадовалась одновременно.

— Хочешь ко мне на ручки? — я не против опять ощутить её в своих объятиях.

— Я не об этом… — девчонка стыдливо отвернулась.

«Да, так и быть, маленький кусочек свободы позволю».

— На территории нет ни одного человека, который не знает о тебе, абсолютно каждый предупреждён, как вести себя с тобой, — поясняю. — Стоит заглянуть не туда, спросить что-нибудь не то — мне тут же доложат. Здесь у всего есть глаза и уши. Учти…

«…когда будешь готовить побег…» — в чём не сомневаюсь. И это лучше всего отрезвляет от навязчивых мыслей, напоминая, для чего забрал дочь Назара.

— Зачем ты сказал, что я твоя жена? — Лейла хмуро взглянула.

— Не забудь выбрать новый наряд, — проигнорировал вопрос, покинув комнату.

Затем нашёл Фидан и дал указания. Она слёзно просила убрать от дверей Курта, из-за которого вся работа встала — проще говоря, он никого не впускал в дом и никого не выпускал.

Когда вышел на улицу, увидел толпящихся людей. А мой пёс сидел на ступеньках с невозмутимым гордым видом и терпеливо ждал.

«Оставляя его здесь, совсем не подумал, что помешает… не до этого было…».

— Курт!

Он сразу подбежал ко мне. И все собравшиеся стали спешно расходиться.

— Ну что, навёл свои порядки, дружище?

В ответ Курт, как всегда, гавкнул. Но тут же насторожился и утробно зарычал.

Я обернулся назад, заметив Онура. Он должен был связаться с осведомителем и узнать, что сейчас происходит в доме Назара и посёлке в целом.

«Значит, есть новости» — и лучше поговорить до того, как Лейла появится.

— Сидеть, — приказал псу.

И направился к брату.

— Ну что там, рассказывай, — мы отошли в сторону, хотя не терял из виду дом.

— Как ты и предполагал, основная версия — девушка сбежала, — сообщил Онур. — Слишком много моментов указывает на это: изначальное нежелание выходить замуж; ссора с тётей перед побегом; брошенное на пол помолвочное кольцо, словно вызов; самодельная верёвка, свисающая из окна; пропажа драгоценностей…

— Что? Пропажа? — я очень удивился, ведь на Лейле из украшений только небольшие серёжки… Зато теперь ясно, откуда было покраснение на щеке — видимо, получила пощёчину от тётушки.

— Ага, кто-то под шумок умыкнул… Я думаю, воровка — сестра Назара. Она больше всех распаляется на тему неблагодарной дочери, посмевшей опозорить семью. И всё выставляет таким образом, что девушка готовилась заранее, а смирение со своей участью — для отвода глаз. В маленьком посёлке все разговоры об этом.

— Ясно…

Двоякое мнение во мне поселилось после услышанных новостей: с одной стороны — такое развитие событий полностью устраивает, а с другой — сомнения возникли…

«Впрочем, неважно. Пойду до конца».

— Что-то не так? — брат нахмурился. — Тебе это на руку.

— На руку… — согласился с ним, заметив, как Онур поник. — Говори.

— Если сейчас все поверили в побег, то это не значит, что её не ищут. Пройдёт день, два, три… неделя… месяц…

— Пусть ищут — не найдут. Я давно не маячу на горизонте у Назара, и сюда он не заявится. А если всё-таки рискнёт — буду готов к визиту.

— Что ты намерен дальше делать? — не без личного интереса спросил он. И это откровенно раздражает.

«Пора раскрыть планы, чтоб перестал мечтать о девчонке» — моим предупреждениям брат не внял.

— Лейла родит мне ребёнка, которого потерял по вине Назара… По-моему, справедливо: он убил мою дочь, а я забрал его дочь. И она станет матерью моих детей.

— Твоя дочь умерла от пневмонии… никто не застрахован… — произнёс Онур и сразу замолк, стоило встретиться со мной взглядом.

Кто не хоронил своего ребёнка, тот никогда не поймёт, какая это нестерпимая не проходящая боль. Айшель было всего два года… малышка умирала в жутких мучениях… от бессилия душу разрывало в клочья, когда смотрел на неё… хотелось выть…

Поэтому вряд ли кто-то имеет право осуждать меня, за свои поступки отвечу перед лицом Всевышнего.

— Не-е-т, всё началось с обычной простуды. Она умерла, потому что вместо хорошего врача попался Назар, потому что от лечения становилось только хуже, потому что он разводил руками, глядя, как моя дочь угасает с каждым днём… Я поверил ему, а в итоге время упустили, и уже ничего нельзя было сделать…

— Что тебе мешает родить детей в браке? Зачем ломать жизнь девушке? Она не виновата.

— Предлагаешь отцу вернуть? Или жениться на ней? — намеренно задал эти вопросы, желая убедиться в своей правоте.

— М-нн… э… — Онур замешкался с ответом. Впрочем, без уточнений понятно, к чему весь разговор. — Ты женат.

— Значит, тебе отдать? — я попал в точку, именно об этом он думает. — Тогда внезапно очнувшаяся совесть перестанет терзать? И сразу забудешь об участии в похищении?

Брат промолчал, подтвердив мои слова.

— Всё с тобой ясно…

Я направился в сторону дома, потом обернулся и добавил:

— Это по закону можно иметь одну жену*, а вот религия иного мнения, и кого ещё назову своей женой — тебя не касается.

Пошёл дальше. Навстречу ко мне рванул Курт. Почему-то Онура он в особенности недолюбливает… может не зря…

_______________

*примечание: в Турции многожёнство запрещено, права женщины защищены, но мусульманское духовенство полигамию разрешает, если мужчина в состоянии содержать более одной жены.