32

Александр подъехал по указанному адресу за пять минут до назначенного времени. Оставил машину на парковке недалеко от входа и двинулся к проходной, где его уже поджидали серьёзные накачанные секьюрити.

Всю дорогу в голове звучал встревоженный голос Юли. Павлова не покидало ощущение, что у девушки что-то случилось, уж слишком напряжённой и взволнованной она была.

Назвавшись и позволив амбалам обыскать себя и убедиться, что он не несёт с собой никакого оружия, Александр зашёл в лифт и нажал кнопку. В зеркальной кабине отражалось его сосредоточенное лицо, нахмуренные брови, серьёзный взгляд. Совсем иначе он выглядел, когда проводил время с Юлей. Почти мальчишкой. Легкомысленным и счастливым.

Вообще, рядом с девушкой в нём появлялась какая-то особенная лёгкость, казалось, что всё ему по плечу, что всё, кроме неё не так и важно.

Вот и сейчас её встревоженный голос продолжал звучать у него в ушах. Что если у Юли что-то случилось, и ей нужна помощь? А он здесь… Зачем?

Двери открылись на четвёртом этаже, где располагался офис Гейзмана, занимавший весь этаж. Здесь было тихо, но светло. Похоже, большинство сотрудников уже давно разошлись по домам. Остались лишь заядлые трудоголики, вроде самого Владимира Алексеевича, да спешившего к нему на встречу Павлова.

Секретарша Гейзмана, по недовольному виду которой было заметно, что она предпочла бы сейчас находиться дома, в объятиях любимого мужчины, поднялась при виде Александра. Но прежде чем она успела хоть что-то сказать, Павлов понял… Сейчас он должен находиться совсем в другом месте и рядом с совсем другой женщиной.

— Здравствуйте, — перебил он открывшую было рот секретаршу, — я пришёл, чтобы сказать, что не смогу сегодня встретиться с Владимиром Алексеевичем. Извинитесь перед ним за меня…

И побежал обратно к лифту. Несколько раз нажав кнопку, Павлов бросился к лестнице, за минуту одолев восемь лестничных пролётов.

На парковке он набрал номер Юли. «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети…» — сообщил ему механический голос.

Чёрт!

Надо ехать к ней. Но где она может находиться? Перебрав варианты, Павлов решил, что Юля должна быть дома в такой час, и сел в машину.

Вечерние пробки уже рассосались, но машин на улицах Москвы оставалось всё ещё довольно много, и Александр был вынужден сбавлять скорость, чтобы ехать в общем потоке движения.

Чем ближе он подъезжал к дому Юли, тем больше чувствовал, что что-то не так. Его одолевала неясная пока тревога.

Павлов не был склонен верить всяким там предчувствиям, но сейчас его наполняло невнятное чувство беды.

Дома Юльки не было, по крайней мере, на звонок домофона она не отвечала. Телефон по-прежнему был выключен.

Где она? Что с ней?

В голове роились вопросы, ни на один из которых Александр не находил ответа. Нужно что-то делать! Нужно найти её! С Юлькиной-то тягой к неприятностям…

Он вспомнил происшествие в парке и то, что могло с ней случиться, если б он тогда не пошёл следом. Брр… По рукам пробежали ледяные мурашки.

Павлов опустился на скамейку у её подъезда и набрал номер начальника службы безопасности своей компании. Кратко изложил ситуацию, сообщил Юлькины данные, всё, что сам знал, и потребовал немедленно разыскать девушку.

Нажав кнопку отбоя, ещё несколько минут сидел на скамейке, уставившись в одну точку перед собой. Только бы с ней всё было хорошо.

Пожалуйста…

Словно в ответ на его просьбу по дорожке раздались бодрые шаги. Юля! Павлов обрадовался и собирался уже было вскочить с места, чтобы сдавить девушку в объятиях, как вдруг задумался…

А где она была? И почему выключила телефон?

***

По дороге к метро меня накрывает эйфорией. В вагоне я улыбаюсь. Вижу вокруг хмурые лица и пытаюсь сдержать улыбку, но она всё равно прорывается наружу.

Я ошиблась…

Ещё никогда эта фраза так меня не радовала. Как хорошо, что я ошиблась.

Правда, тогда слова Тужинской становятся совсем непонятны. Кому она дала мой номер телефона? Или же Стелла имела в виду вовсе не меня?

Впрочем, мне это всё неважно и неинтересно, поскольку не касается ни меня, ни Саши. Главное, что там, в ресторане, с ней был не он.

На скамейке возле подъезда кто-то сидит. Я собираюсь уже пройти мимо, поскольку не имею привычки разглядывать незнакомцев, как вдруг он загораживает мне путь.

— Где ты была? — спрашивает приглушённым голосом, в котором клокочет ярость.

— Ой, Саша, привет, — я ещё не осознаю опасности, поэтому отвечаю с лёгким изумлением, но пока радостно.

— Где ты была? — повторяет Павлов, и тут до меня доходит — кажется, я попала. И попала серьёзно.

Что ему сказать? Милый, я следила за Стеллой Тужинской, потому что думала, что она встречается с тобой? Или сокращённый вариант — милый, я была в ресторане?

Как назло, больше ничего в голову не приходит. Я ощущаю, что слишком долго думаю, по тому, как темнеют его глаза. Опасно так темнеют.

— Давай поднимемся в квартиру, и я тебе всё расскажу, — предлагаю вариант, при котором у меня будет еще немного дополнительного времени, чтобы придумать, чем я могла заниматься.

В лифте Павлов звонит кому-то и произносит в трубку только одно слово: «Отбой». Я не пытаюсь вникать, с кем он говорил. Мне нужно убедить своего мужчину, что он может быть во мне уверен.

Закрыв дверь квартиры, тут же прижимаюсь к нему и начинаю целовать. Но Павлов отстраняет меня и идёт на кухню.

Что ж, никто и не думал, что будет легко. Кажется, у меня сегодня будет моя первая сцена ревности.