Глава 16

Глава 16 Шели

Впервые за много лет я оказалась совершенно одна. Впервые за много лет я отреклась от него и ушла. С твердым намерением не возвращаться. Я знала, что будет искать и рано или поздно найдет. Но я уже ничего не боялась а еще я решила что смерть не так страшна нежели потерять саму себя.

Но я так и не перешла границу…Потому что узнала — МОЙ СЫН ЖИВ! Потому что узнала, где он. Вот так просто из разговора в одной из таверн в виште недалеко от границы. Их было несколько демонов — разведчиков. Демонов ходоков моего мужа, которые охраняли границу и разнюхивали все, что происходило в пределах Мендемая. Они разговаривали за большим дубовым столом попивая крепкий виски завезенный из мира смертных, ставший новинкой теперь.

— Скоро предстоит великая битва. Никто раньше не видел ничего подобного в Мендемае. Пасынок Аша поднял целую армию. Собрал эльфов, нагов… и пойдет битвой на Верховного демона.

— Что за пасынок? Впервые слышу о таком. Какие пасынки у Аша?

— У нашей королевы был сын…от первого брака. Некий инкуб по имени Арис. Его продали в рабство совсем ребенком. Говорят, он сбежал, освободился и собрал целое полчище. Хитрый сукин сын провернул авантюру века — убил одного из главенствующих эльфов и женился на самой дочери Аша Руаха. Сел одной задницей на два стула. Теперь он предводитель эльфов и он же главный претендент на трон Мендемая. Так что теперь будем ждать самой лютой бойни за всю историю существования ада.

Я прижала руки к груди…тяжело дыша, не веря своим ушам. Не веря в то, что я слышу. Они не могут говорить о моем сыне…о моем Арисе. Он и… и Лиат. Меня разрывает на части, меня буквально раздирает на куски. Я с трудом сдерживаюсь чтобы не закричать. Не выскочить к ним. Меня сдерживает железная рука Ровена. Он не дает мне даже дернуться.

— Как ему удалось это провернуть?

— Он долгое время был личной игрушкой Лиат. И вынашивал планы мести по отношению ко всем… и я его понимаю. Предали, продали. Всю жизнь в рабстве.

— Они были любовниками?

— Да. Лиат была любовницей раба, потом хотела выйти замуж за остроухого мерзавца, но инкуб поднял восстание и убил ее мужа. Три дня назад он женился на ней сам и разослал гонцов по всему Мендемаю.

— Аш знает?

— Думаю уже знает.

— Это будет адская бойня!

— На стороне Ариса наги, пегасы и войско эльфов.

— На стороне Аша церберы, войско демонов всех мастей и адская сила, подаренная ему теми, чье имя не произносят. Говорят…

Ходок перешел на шепот.

— Говорят Аш заключил сделку с Черными…и получил огнедышащую тварь из самых недр преисподней.

— Это все сказки и легенды. Их давно не существует!

— Последнее яйцо было спрятано в подземном замке Инферно и закрыто в хрустальной пещере, источающей смертельный яд. Пещеру можно открыть только магнитными ключами…А они у деусов.

— Это не может быть дракон.

— Это может быть дракон. Если деусы дали Ашу магнитный ключ от пещеры…

— В обмен на что?

— Этого никто не узнает…

— Яйцо — не значит взрослая тварь!

— Смотря, когда он его получил и сколько лет взращивал. Через десять лет огнедышащая махина способна уничтожать города за одну секунду. Выжигать целые армии. Арис не знает какая смерть ждет его войско. И не только…адская смерть будет ждать и его родную дочь.

Я прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Слишком много всего…слишком. Настолько много, что мой мозг отказывается принимать информацию. Но я помню, как он уезжал каждый месяц и отсутствовал по неделе, а потом…потом я видела на его руках шрамы. Сам огненный демон получал ожоги. На мои вопросы только отмахивался. А я привыкла не лезть в душу, привыкла, что не имею права выпрашивать правду если он сам не хочет рассказать. Я смирилась с этим. Тогда. Но сейчас понимаю, что очень со многим больше мириться не могу.

Арис и Лиат…я не могу сейчас думать об этом. Это слишком жестоко, это слишком даже для такого адского места. Большей насмешки, оплеухи сильнее я не могла получить. Словно один нож в сердце, а затем сразу другой. Мой сын наказывает мою дочь из-за меня…мой муж хочет уничтожить моего сына. В какой момент моя собственная жизнь покатилась под откос. В какой момент стало больно продолжать дышать пепельным воздухом Мендемая. Я должна остановить это безумие. Это я во всем виновата. Пусть Арис наказывает меня. Пусть использует меня как орудие мести, а не мою девочку.

* * *

Я шла туда совершенно одна. Без охраны. Только так я смогу выжить. Только так он не тронет меня. От одной мысли, что сейчас увижу своего мальчика все тело покрывалось мурашками, а кровоточащее сердце все сильнее обливалось кровью. Шаг за шагом к мосту цитадели, к первому пропускному пункту. Рискованно. Ровен предупреждал, но, если я возьму охрану мне никогда не пройти через его церберов, которые охраняют цитадель каждые десять метров.

— Стоять!

Останавливаюсь, не шевелясь. На мне длинный плащ и шарф скрывает мое лицо.

— Кто такая?! Предъяви пропуск! Или моя стрела проткнет твое гнилое сердце!

Молча сбрасываю капюшон и мои белые волосы развеваются на ветру. Я вижу, как вытягивается лицо демона — бывшего раба, как округляются глаза. Он в растерянности. Можно сказать он в шоке.

— Госпожа…Королева!

— Я хочу говорить с твоим хозяином.

— У нас нет хозяев! — ответил с бравадой, но все еще удивленно смотрел на меня. Только братья по оружию! Кого хочет видеть королева?

— Ариса! — мой голос дрогнул, когда я произнесла его имя. — Проведи меня к нему!

— Арис наш предводитель и он никого не принимает.

— Узнай!

Поклонился, попятился назад. Видимо пошел спрашивать у своих братьев, как он сказал. Вернулся через несколько минут.

— Мне нужно о вас доложить.

— Я думаю, мне не нужно представляться?

— В Мендемае теперь иные правила.

— С каких пор? — спросила вздернув подбородок.

— С тех самых как Арис провозгласил себя королем. Для них вы теперь одна из мучителей и хозяев. Все они теперь вне закона…Все они рано или поздно будут казнены!

Медленно выдохнула, стиснула пальцы, глядя на грубое лицо демона, который не решался смотреть мне в глаза и по привычке смотрел в пол. Они хотят прекратить быть рабами, они ушли из-под гнета рабства, но рабство не ушло из них. Оно живет в их сердцах, оно сковывает им руки и застит глаза.

— Тогда скажи ему, что его хочет видеть мать.

Демон вскинул голову и все же посмотрел на меня. Он выглядел не просто ошарашенным, он выглядел пораженным в самое сердце. Снова куда-то ушел, оставив меня одну посреди снежных курганов. Метель уже закончилась, но мелкие снежинки все еще кружились в воздухе и оседали на мое лицо, на мои волосы, таяли на моих губах. Но не могли утолить адский огонь, горящий в груди и сжигающий мне душу. Я ждала этого дня долгие десятилетия, я видела этот день во сне и я готова умереть лишь бы увидеть моего мальчика. Я буду прорываться к нему даже если он не захочет меня видеть.

— Идемте за мной! Только наденьте капюшон и скройте лицо. Мы все бывшие рабы…для нас вы олицетворение мук и пыток.

— Хватит! — подняла руку, и он замолчал, снова опуская глаза и выжидая пока я скрою голову и лицо.

Он ведет меня в тоннель, освещенный факелами, уходящий глубоко под землю и явно вырытый как дополнительный ход в цитадель.

Мое сердце гулко бьется прямо у меня в горле, кажется, оно сейчас пробьет мою грудную клетку, прожжет ее насквозь. Долгие годы поисков. Долгие годы слез, отчаяния, молитв, просьб. А мой сын…он был так близко ко мне.

Демон освещает мне путь. Всю дорогу он теперь молчит. И я молчу. Потому что мне кажется мое горло тоже объято огнем.

Железную дверь распахивают перед нами, пропуская внутрь узких коридоров цитадели. Каждый шаг ударом набатом по нервам. Отворяется одна из комнат, но меня не впускают внутрь.

— Поднять руки! Стать к стене! Обыск!

Выпрямляю спину и смотрю на наглеца, который посмеет обыскать жену Верховного демона.

— Прекратить!

Вздрагиваю от звука голоса. Потому что у меня дежа вю… Я словно слышу голос Фиена. Только более зычный, более напористый. Я не могу обернуться. У меня дрожат колени и трясутся руки. Сердце сжимается так сильно, что кажется я сейчас задохнусь.

— Все пошли вон!

И теперь я стою в коридоре. Одна. Напротив железной двери. Позади меня тот, кого я последний раз видела совсем мальчиком. Тот, кого я называла своим родным лучиком, своим звоночком, своим принцем. Кого обещала защищать и любить. Но так и не защитила…но клянусь каждым своим вздохом я никогда не прекращала его любить.

Ощутила, как с моей головы сняли капюшон и закрыла глаза. Арис всегда любил трогать мои волосы.

— Они сделаны из света луны…

И вместе с мужским голосом я слышу детский голосок и ощущаю, как ЕГО руки касаются моих волос, гладят их. Все тело содрогается и по щекам катятся слезы.

— Их подарили тебе волшебники. Если коснуться твоих волос сбудутся самые сокровенные желания. Это лучи неба.

Закрыла глаза, чувствуя, как наполняются слезами глаза.

— Ты мой луч неба. Все твои желания обязательно сбудутся, Арис.

Стало тихо…очень тихо. И только мое собственное биение сердца слышно в этой глухой тишине.

— Для меня сбылись только кошмары…мама.

Протянул руку, и я увидела сильное запястье, стальной браслет и жгуты шрамов. Открыл дверь…Я сделала несколько шагов вперед, не дожидаясь его приглашения. Все еще с закрытыми глазами. Дверь за нами закрылась.

— Самый первый кошмар — это было то, что ты позволила ему продать меня…мама.

Он стоит напротив, а мне страшно поднять веки и посмотреть.

— Боишься посмотреть на своего проданного сына?

Распахнула глаза и чуть не закричала, потому что передо мной стоял совсем не мальчик. А взрослый мужчина. Невероятно красивый. Похож на своего отца и в то же время не похож. Мужественное лицо, миндалевидные серые глаза, тяжелый подбородок и острые, резаные черты лица с широкими скулами.

— Похож…или ты меня не узнаешь?

Пол качается под ногами и кружится земля, кружится воздух. Я вижу лицо мужчины и одновременно на него накладывается лицо ребенка. Те же глаза, тот же нос, те же губы. И шрам на виске. Я протягиваю руку и провожу ладонью по его лицу. И он позволяет это сделать, но лишь на доли секунд. А потом отбрасывает мою руку.

— Зачем ты пришла? Что тебе нужно? Давай без масок и без чудовищного притворства.