Глава 15

Лев

«Давай встретимся, Рапунцель», – набираю на ходу и тут же стираю. Сбился со счета, какое сообщение за сегодня. С ночи сформулировать пытаюсь. И опять очередная чушь выходит.

Встретимся? Я будто на свидание ее приглашаю.

Впрочем, если бы мы пересеклись раньше и при других обстоятельствах, эта девчонка могла бы мне приглянуться. Хотя я лукавлю, ведь она и так мне понравилась. Маленькая красивая принцесса с острым язычком. Даже в эсэмэсках упражняется в красноречии. Боится, но дерзит.

– Зверюга, – повторяю одними губами, и они невольно изгибаются в ухмылке. Начинаю привыкать к своему новому прозвищу. Даже то самое сообщение от «Алены Рапунцель» сохранил. Идиот! Маринка найдет нашу переписку в телефоне – изойдет на… ревность.

Толкаю плечом случайного прохожего, бурчу слова извинения, а сам не отвлекаюсь от дисплея. Сосредоточен на «недоступном абоненте», о чем упорно напоминает мне робот, как только я пытаюсь дозвониться. Какая-то бестолковая игра в одни ворота. Но я продолжаю «пинать мяч» в невидимое стекло в надежде, что Рапунцель вновь включит телефон.

«Не бойся меня», – печатаю следом. И это письмо опять летит в корзину.

Нельзя расположить к себе человека, просто отдав команду. Особенно, если это девушка. Тем более, без пяти минут изнасилованная. Разумеется, я бы так с ней не поступил, но она-то этого не знает. В ее глазах я предстал тогда чуть ли не Джеком Потрошителем.

Придурковатая улыбка, прицепившаяся к моему лицу, мгновенно слетает, а «Зверюга» больше не кажется милым.

«Хорошо. Давай подумаем, как обменяться папками безопасно, но без личной встречи»

Удаляю текст…

Потому что все-таки я бы встретился с ней. Обязательно лично. Как минимум, чтобы извиниться. И заодно еще разок взглянуть на нее. Убедиться, что Рапунцель действительно существует. Настоящая, из плоти и крови, а не плод моего прибитого мультиками и возбужденного воображения.

«Я хочу…»

Отличное начало! И чего я хочу? А главное – как далеко пошлет меня принцесса после письма с таким началом.

А у меня всего лишь одна попытка! Нет ни дополнительных жизней, ни читов, ни сохраненок, как в Ромкиных компьютерных играх. На первый взгляд, моя задача простая: как только Алена включит телефон, она должна получить адекватное предложение, от которого не сможет отказаться. Но я так и не придумал его.

Сжимаю телефон, чуть ли не заревев от ярости и безысходности. Не понимаю, почему так помешался на гребаной Рапунцель. Мне надо контракт вернуть, а не послания ей сочинять.

Бью в дверь кулаком, открывая ее таким грубым способом. Не здороваясь, прохожу в кабинет и падаю в кресло, вальяжно развалившись в нем.

– Простите, что без стука, Валентин Эрнестович, – выплевываю с сарказмом. – Девчонку нашли?

Устремляю взгляд на багрового Валевского, который вскочил с места и выпрямился, сложив руки по швам, как школьник, которого вызвали к доске. И, судя по растерянному лицу, к уроку он не готов. Черт!

– Вот все, что от нее осталось, – мямлит он и кивает за мою спину.

– Что? – оторвавшись от спинки кресла, напряженно оборачиваюсь. Пусть только попробуют сказать, что они что-то сделали с моей неуловимой мстительницей! Я же буквально недавно – этой ночью – с ней переписывался.

– Во-от, – блеет верный паж Валевского и по совместительству надоедливый кастинг-менеджер этого модного публичного дома. Протягивает мне какой-то сверток.

Смотрю на его дрожащие руки, забираю скомканный кашемир, от которого приятно пахнет. По-женски нежно, но при этом с легкой кислинкой. Я не запоминаю ароматы, не узнаю их. Меня или притягивает, или тошнит. Конкретно этот… я бы съел.

– И что это? – хмуро бросаю, а сам разворачиваю плотную ткань, расправляю, встряхивая.

– Пальто ее, – поясняет Валевский, судорожно потирая шею. – Единственное, которое в гардеробной осталось.

Рассматриваю вещь, представляя ее на Рапунцель. Симпатично.

– Нашли в карманах что-нибудь? – уточняю, а эти два пингвина клювами щелкают, не зная, что ответить. – Ясно, – вздыхаю и сам начинаю «обыск». Представляю, как Алена была бы недовольна. Но сама виновата – нечего голяком сбегать и свои вещи кидать где попало.

Вытряхиваю содержимое карманов на рабочий стол Валевского. Перебираю женский хлам.

Мелочь, скидочная карта в какой-то бутик органической эко-косметики, что бы это ни значило, смятые стикеры с рисунками, огрызок простого карандаша, помада. Даже конфета… Это не карманы, а демо-версия женской сумочки, в которую я точно лезть не хотел бы. Там наверняка есть только вход, а потом – бесконечный лабиринт из такого же мусора.

Главное, ничего полезного, что могло бы мне подсказать, где искать девчонку.

– Хрень, – обреченно подытожив, нащупываю что-то острое во внутреннем кармане.

Выудив оттуда небольшие ножнички и нитки с иголкой, тяжело сглатываю. Это уже на холодное оружие смахивает. Хорошо, что Алена пришла ко мне без пальто. Я рисковал лишиться жизненно важных органов. Не отрезала, так покромсала бы. Дикарка.

– Сотрудников опросили, никто ее в толпе моделей не запомнил, – добивает меня Валевский.

Как Рапунцель можно не заметить? Необычная, золотоволосая, отличная от худой модельной массы. Слепые все у него в подчинении, что ли?

– Записи с камер просмотрели? – прищуриваюсь.

– Нет у нас камер, – пожимает плечами паренек. – Только на улице у входа, – исправляется после моего злобного взгляда.

– Записали номера автомобиля, на котором она уехала? – цепляюсь за последнюю нить.

– Да там ночной съемки нет. В темноте только очертания видно, – отмахивается менеджер, и я готов ему руку оторвать.

Где эта проклятая принцесса!?

Словно подслушав мои мысли, телефон вибрирует в руке.

Абонент на связи.

А мое «адекватное предложение» так и не придумано. Открываю сообщения, собираюсь набить нормальный текст. Но вместо этого отправляю недописанное: «Я хочу».

– Тц, черт, – цыкаю я.

Теперь она точно не напишет. Испугается еще сильнее, забьется в угол, а номер отрубит навсегда. Однако вопреки моим опасениям трубка вновь вибрирует.

«Хотеть не вредно. А вот принуждать – статья уголовного кодекса», – прилетает практически незамедлительно.

Ерничает. Потому что уверена, что по телефону я ее не достану. Ну-ну, до поры до времени.

– Лев Ром-манович…

– Тш-ш-ш, – поднимаю палец вверх, затыкая Валевского. Резко встаю и, зачем-то прихватив пальто, направляюсь на выход. Такими темпами скоро все вещи Рапунцель в моем доме поселятся. – У меня важный разговор, – бубню под нос, барабаня пальцем по клавиатуре.

Уткнувшись в телефон, вылетаю в холл. Не смотрю по сторонам, потому что весь погружен в виртуальное общение с призрачной принцессой. Бью себя по рукам, чтобы не зажать кнопку вызова и не позвонить ей, пока она на связи. Услышать голос… То есть узнать, где мой контракт! Но она не ответит же – испугается и отключится.

Соображать надо быстрее, а как назло мысли хаотично носятся в голове, врезаются лбами в череп изнутри и по очереди теряют сознание. Очнувшись, опять пускаются в безумный бег.

Дело дрянь.

«Я согласен на любые твои условия, Рапунцель», – после десятка наспех набранных и тут же стертых сообщений я отправляю самое безобидное.

Текст выглядит… адекватно.

Нет, черт, он буквально вопит о том, что я помешан на дикарке. И преследую ее, как маньяк.

«Ради папки. Мне она очень нужна», – добавляю быстро.

Пауза затягивается и с каждая секунда промедления отравляет меня. Останавливаюсь у двери, машинально обхватив ладонью ручку. Вторая – продолжает сжимать телефон, как нечто особо ценное. На миг кажется, что связь с Рапунцель для меня важнее контракта. Но я заталкиваю необъяснимую одержимость туда, откуда она взялась. В штаны. Иначе я никак не могу объяснить свое поведение.

Надо бы все-таки с Маринкой встретиться, пока совсем не одичал на голодном пайке. Набираю ей короткое СМС, сухо назначая время и место. Даю час на сборы. Подумав, увеличиваю время до двух. В противном случае приедет ко мне гуманоид в огуречной маске, ведь к свиданию она обычно готовится целую вечность. Пусть приведет себя в порядок, чтобы привлекала меня, а не пугала. После Рапунцель мне надо качественно расслабиться.

Ответ от невесты приходит почти сразу, но я смахиваю его, потому что следом прилетает сообщение от принцессы.

«Во-первых, не зовите меня Рапунцель. Так можно только близким», – читаю, а брови невольно взлетают вверх.

У нее действительно такое сказочное прозвище? Значит, я не ослеп и не сошел с ума. Девчонка и правда похожа на диснеевскую героиню. Не только я это заметил.

«Хорошо, Рапунцель», – отсылаю на автомате.

Поморщившись, поспешно исправляюсь: «Хорошо, Алена. Во-вторых?».

Вновь мучительная тишина, и я боюсь шелохнуться, чтобы не пропустить заветное пиликанье.

«Пишите адрес. Я подумаю, как передать вам контракт. Мне он не нужен, как и встречи с вами», – трубка нагревается от ее дерзости.

Я должен злиться, но уголки губ упрямо ползут вверх. Смешная Рапунцель. Заставляет меня дежурить под дверью собственного дома, бросив все дела. Даже если курьера с документами пришлет, я из него всю информацию вытрясу.

«Твоя папка тоже тебе не нужна?» – парирую я, ударив по больному.

Уверен, она хочет вернуть свои наброски. Надеюсь, простит, что я свадебное платье у нее приватизировал. А вдруг для себя рисовала? Очередная мысль присоединяется к бешеному полчищу в голове. О том, что Алена выходит замуж. И мне она не нравится, но выбросить ее уже не могу, – спелась со «старожилами».

Не дождавшись ответа, с внезапно вспыхнувшей яростью толкаю дверь. Не успеваю и шага сделать, как в меня на полной скорости врезается… нечто. Сразу и не разобрать, что это. Мелкое, несуразное и в куче тряпья.

Дворничиха? Метлу где потеряла?

Ловлю ее за плечи и чуть прижимаю к себе. Приходится, иначе это чудо в бабушкином пальто цвета собачьей неожиданности поскользнется на мокром крыльце и шлепнется в лужу. Она и так выглядит непрезентабельно, куда ей еще в грязи валяться? Спасаю то, что язык не поворачивается назвать одеждой.

– Извините, – шумно выдыхает. Прислушиваюсь к голосу: молодой, девичий. Ей лет-то сколько?

Слегка отстраняю от себя, чтобы рассмотреть. Рука тянется к ее лицу, подцепливает подбородок, чтобы приподнять. Один быстрый взгляд на меня сквозь круглые стекла в темной металлической оправе – и она вдруг подпрыгивает на месте, роняет телефон и очки. Резко наклоняется за первым. И, оттолкнув меня, вихрем влетает в дом моды.

Я и внешность ее рассмотреть не успеваю. Лишь отмечаю, что не бабка. На этом все.

– Стоять, – рявкаю ей в спину.

Поднимаю очки, кручу их в руке. Могла бы изящнее оправу подобрать. Гарри Поттер, блин.

Вздохнув и покачав головой, оглядываюсь. Некоторое время изучаю мрачную, бесформенную фигуру, повернутую ко мне задом. Послушалась все-таки. И застыла, будто в пол вросла, пустив корни.

Сканирую длинную юбку с дурацким принтом. На какой распродаже она ее откопала? Или бабушку обокрала? Скорее, прабабку. Или пра-пра. Судя по виду, одежда старше ее.

– Очки забери. Ты и так не видишь, куда идешь. А без них тебя и вовсе к людям страшно пускать, – подначиваю ее. Замечаю, как она недовольно передергивает плечами.

Спиной возвращается ко мне. Пятится, как рак на суше. Становится вполоборота, демонстрируя неестественно бледный профиль. Болеет, может? Белая, как стенка в приемном покое. Только смоляная монобровь на лице выделяется, будто приклеенная.

В глаза девушка мне не смотрит. Стесняется? Наверняка шарахается от мужиков шарахается и даже не встречалась ни с кем. Да и кто в своем уме позарится на такое.

Молча выхватывает очки из моих рук, но внезапно цепляется взглядом за пальто на сгибе локтя. Смотрит с такой безысходной тоской, что я протягиваю его ей.

В конце концов, на хрена мне чужая вещь? Тем более, через пару часов с Маринкой встречаться. Я и так запахом Рапунцель пропитался, а если еще невеста в машине женское пальто найдет… Я точно не жилец.

Чудо в тряпках без смущения выхватывает у меня наспех сложенный кашемир, словно свою собственность, бережно разглаживает. И прокручивается на пятках. Шагает прочь с гордо поднятой головой.

При этом так любовно прижимает к себе пальто, что я не выдерживаю. Неужели настолько нуждается?

– Эй, – мой оклик четко действует на нее, заставляя замереть. Она напоминает мне робота на дистанционном управлении. – Тебе, может, денег дать?

Никогда не занимался благотворительностью, но этой бедняге почему-то захотелось помочь.

– На шмотки и стилиста. Надеюсь, ты здесь с этой целью, – тянусь в карман за портмоне. Серьезно размышляю о том, чтобы Валевскому позвонить. Пусть приведет это нечто в божеский вид. Невозможно же смотреть. Не древняя старуха вроде, а закопалась под тряпками.

Достаю несколько купюр. Мельком взглянув на страшненькую фигурку, беру целую стопку.

Но девушка вдруг с достоинством расправляет плечи и, проигнорировав мое предложение, ускоряет шаг. Говорит что-то охраннику, показывает документы, тот долго сравнивает внешность с фотографией и все-таки кивает, неуверенно указывая рукой на лифт. Через мгновение Гарри Поттер в прабабкиной юбке скрывается в кабине.

Наверное, она работает здесь. Скорее всего, уборщицей. Точно не моделью. Хотя если вспомнить коллекцию Валевского… Да нет, не так все запущено.

Усмехнувшись, прячу деньги. Собираюсь ответить на входящий звонок от Маринки, но на весь экран разворачивается: «Пошел ты».

От Рапунцель.

Это еще почему?