Эпилог

Перед своим отъездом Кайлин и Дэвид встретились с Мари. Старушка была рада видеть мать Эвы и совсем не порадовалась встрече с палачом. Но от разговора не отказалась. Поведала родителям, как проходил ритуал, и что именно стало платой Эвелн за отказ от силы:

— Если она снимет кулон. Если не будет пользоваться своей силой хотя бы так, то ваша дочь никогда не сможет иметь детей. Но с другой стороны, ей, и правда, было необходимо смирить свой дар, а иначе, чем она это сделала, у нее бы не вышло. Рано или поздно сила свела бы ее с ума. Или же ваша девочка оказалась бы в ситуации, когда ни один из вас не смог бы ей помочь. Так что не дурите, не ругайте. Примите ее выбор так, как сделал Райс. И тогда все у них будет хорошо.

— А как же ты? — Кайлин внимательно смотрела на старую ведьму. Смотрела и понимала, силы в Мари уже не осталось.

— А я рада, что последние крупицы своей силы потратила на помощь Эве. Ее ждет великое будущее, поверьте мне. Главное — не стойте на ее пути. Потому что он именно ее. И пройти она его должна сама, вместе с мужем, а не держась за юбку матери и прикрываясь спиной отца.

Узнав, что Мари после проведенного ритуала, и правда, стала обычной старушкой, Дэвид принял решение помочь ей перебраться в город. Не в кронт. Там бывшей ведьме было бы тяжело жить. Она выбрала перебраться в Кселе. У нее там жили дальние родственники, и её было где остановиться.

Что же касается Сэльмы и Гомеса — эти двое так и остались в Грэдхилле. И что бы ни думала Эва, они действительно не были причастны ни к смертям, ни, тем более, к попытке подставить Даррела. Гомес просто очень любил свою жену. Любил с самого детства и ужасно ревновал ее к упрямой влюбленности в красивого и уверенного в себе мастера. А Сэльма… Глупышка, которая так и не смогла оценить мужчину рядом с собой.

Возвращение домой было сложным. Эве казалось, что прошло не несколько месяцев, а долгие годы с момента ее побега. Она была, с одной стороны, рада оказаться в родном городе, увидеть братьев, пройтись по знакомым улицам… А с другой — все ей казалось чужим, незнакомым. Как любимая детская вещь. Вроде и навевает теплые воспоминания, но при этом уже стала мала, неудобна, тесна. Вот такой же «тесной» воспринималась для Эвы ее прошлая жизнь.

Встреча с братьями тоже прошла бурно. Оказывается, у них в жизнях тоже произошли изменения. Сэт получил новое звание и гордился своим повышением. Он все так же фанатично занимался деятельностью стража. Но уже не настолько категорично относился к разговорам про семью. Наверное, любовь сестры и ее мужа сделали свое дело и немного повлияла на мнение младшего брата.

А Кайл… Кайл удивил больше всех. Во-первых, глаза теперь у него были не зеленными, а черными. А еще на его теле жила татуировка из тьмы. Своенравная. С характером. Она пугала. Она завораживала. Она заставляла с осторожностью вести себя при старшем брате.

— Кайл! — увидев это чудо в первый раз, воскликнула Эва. — Зачем ты это сделал?

— Ну, сестрёнка, я же обещал дать тебе фору перед родителями. Сделал все, что мог!

Эва еще долго возмущалась поступком брата и его тягой к экспериментам. А потом успокоилась. Это же Кайл! Он справится. Обязательно справится.

Многим позже, после переезда, когда уже был выкуплен участок на улице Знати, а стройка шла полным ходом, при одном из многочисленных разговоров палач как-то признался Даррелу:

— Ты не представляешь, как мне хотелось при нашем знакомстве врезать тебе по морде.

Во время этого разговора двое мужчин сидели на крыльце старого домика, когда-то принадлежавшего Кайлин, и ждали, пока с прогулки вернутся их женщины.

— Я до сих пор удивлен, почему вы этого не сделали, — честно признался Райс.

— Ты заставил мою жену потерять дар речи. Поверь, не каждому это под силу.

— Я это делал не специально, — смущенно потер шею Даррел.

— Знаю, — кивнул палач. — Ты защищал свою любимую женщину. Защищал ее от праведного гнева материи, совершенно не думая о последствиях. А потом она… Эвелен не шутила, Даррел. Тогда, в вашем доме в Грэдхилле, наша дочь действительно готова была отказаться от семьи, от нас, выбирая тебя. И это… Я рад, что нашу малышку Эву так сильно полюбил достойный мужчина. Рад, что и она смогла полюбить так, что, не задумываясь, выбирает твою сторону перед лицом любой опасности. Даже выдуманной. Вмешиваться в ваши отношения я уже тогда посчитал неправильным. Просто знаешь, — палач повернулся к своему третьему сыну. — Хочется верить, что вы будете счастливы друг с другом до конца жизни.

— Так и будет, — пообещал Даррел.

И не соврал ни единым словом.

КОНЕЦ

Октябрь 2024 г.