Глава 14 · Лепесток сакуры как средство деловой переписки

Юля

Если кто-нибудь когда-нибудь спросит меня, как лучше всего провести ночь после того, как окончательно поссоришься с семисотлетним драконом, я отвечу честно: рыдать на пляже в обнимку с рыжим котом, который складывает у тебя в ногах горку местных карасей. Очень рекомендую. Прекрасно очищает, проветривает и отрезвляет.

К утру у меня внутри образовалось то, что бабушка называла «ёкарный бабай». Не уныние, не разочарование, не разбитое сердце, а вот именно этот хозяйственный, упрямый бабай, который говорит: «А ну-ка, Юленька, встала и пошла. Делов невпроворот. Нечего разлёживаться!»

Я смотрела, как мутно-золотое солнце поднимается из-за моря в кисее утреннего тумана, и понимала с какой-то новой, отчётливой ясностью: нечего из-за мужчин рыдать. Даже если этот мужчина — первый принц Огненного Архипелага. Даже если он золотой дракон, без пяти минут император и в придачу красавчик с вишнёвыми волосами. Даже если он, гад чешуйчатый, не оценил мои новоприобретённые духовые навыки и приревновал к собственному телохранителю.

Я у себя одна. А Катэль… Да ядрёна кочерыжка, он мне ничего не обещал! Не признавался в чувствах! Как меня вообще так угораздило-то себе всякого навоображать, а? Не дело это — страдать по тому, кто не заслуживает, лучше собой заняться.

— Мандарин, — сообщила я коту, который провёл у моих ног всю ночь, — у нас сегодня намечается плодотворный день.

Кот в ответ мяукнул с интонацией: «У тебя план, а у меня — завтрак. Подкармливай и излагай».

Первым делом я повторила иероглифы с последнего занятия с сенсеем Тадаси. Следующим в моём расписании значился Икари-сан. Я нашла его в одной из боковых галерей, он сосредоточенно проверял порядок несения караула, тихо что-то выговаривая одному из младших стражников с логотипом… тьфу, родовым гербом в виде лилии. Тот стражник кривил лицо и всячески невербально показывал, что Левое Крыло первого принца ему не указ у него свой господин имеется, который всё одобрил. М-да, тяжело Икари с новой стражей приходится…

Я дождалась, пока Икари его отпустит, и дунула на ближайшую лампадку.

Левое Крыло мгновенно повернулся, кивнул с непроницаемым лицом и направился в соседний уединённый кабинет. Закрыл двери, достал из мешочка ароматическую палочку, поджёг.

— Госпожа Юлия. Чем могу служить?

Ух ты, умничка какой! Сразу понял, что мне нужна его помощь. Я воодушевлённо подышала на дым и сообразила, что попросить «увеличьте частоту и продолжительность уроков с сенсеем Тадаси» при помощи благовоний — задачка не из лёгких.

Я увела дым в сторону помещения, где занималась леди Юрико, и Икари долго гадал, что это значит. Он смотрел на мои манипуляции с дымом с видом человека, который решает в уме арифметическую задачу.

— Спальня не там. Кухня? Галерея? Крыша? Музейный зал? — перечислял Левое Крыло, пытаясь меня понять.

Он догадался:

— Учебная комната?

— Да!

— Госпожа Юлия желает изменить расписание уроков с сенсеем Тадаси? — произнёс он.

— Да.

— Отменить всё?

— Нет, ни в коем случае!

— Увеличить количество занятий?

— Да.

— Поставить два раза в седмицу?

Я завила дым колечками, показывая неопределённость.

— Три раза? Четыре? — терпеливо уточнял Икари-сан, пока не выдал желаемое: — Ежедневно подойдёт?

— Да!

К чести Икари-сана, за все полчаса, что я доносила мысль, они ни разу не повысил голос и не ругался, что меня невозможно понять. Лишь галантно переспросил, правильно ли всё понял.

— Будет исполнено, госпожа Юлия. Я лично передам ваше пожелание сенсею Тадаси и распоряжусь, чтобы вам выделяли дополнительное время.

«Спасибо», — благодарно выдохнула я в дым.

Видел бы меня сейчас бывший начальник. Он бы прослезился от гордости. «Юля научилась делегировать вопросы через помощника на иностранном языке без устной речи». Вот это гибкие навыки коммуникации!

После общения с Икари-саном я нашла пустующую гостевую комнату на третьем этаже (неиспользуемых комнат во дворце вообще было, на мой взгляд, многовато, но они всегда стояли в полном порядке) и принялась тренировать свои магические таланты. Я твёрдо решила, что нечего им пылиться. Первое — переодевание и преобразование собственного тела — давалось уже не так сложно, как поначалу, и служило разминкой. Второе — игра с дымом — давалось значительно сложнее, но и потенциал у навыка был огромным.

Вечер я посвятила тому, что давно откладывала как «неважное». Я решила исследовать весь дворец Аккрийских как следует, а чуть позже ещё и более внимательно изучить быт обычных горожан. Стыдно признаться, но я провела в этом мире уже приличное количество времени, а до сих пор плутала в том же дворце, как турист в Эрмитаже.

Оказывается, здесь всё построено по определённой схеме: восточная часть была отдана страже. Там размещались казармы, оружейные, тренировочные дворики, и в любое время суток оттуда доносился либо лязг, либо строевые команды, либо и то, и другое сразу. Западная часть принадлежала женщинам: павильоны для благородных леди и служанок, комнаты для рукоделия, для игры на музыкальных инструментах и пения, несколько закрытых просторных садов с живописными прудами, куда мужчинам без особого приглашения соваться не полагалось. Северное крыло венчал Небесный павильон — главная резиденция принцев Аккрийских, самое высокое и самое парадное здание дворца, где располагались залы для приёмов и аудиенций, собраний чиновников и покои для многочисленных гостей из знатных драконьих родов на случай многодневных праздников. Через южные ворота, как я выяснила, понаблюдав, дозволялось заходить и выходить только слугам. В этой части находились кухни, прачечные, кладовые и бесчисленные хозяйственные пристройки, которые снаружи выглядели как непримечательные здания, только огороженные дворцовой стеной.

Когда я облетела весь дворец и поняла общую схему построения, у меня в голове щёлкнул тот самый механизм, в прошлой жизни помогавший распутывать сложные корпоративные клубки. Всё сразу встало на свои места, и я перестала плутать. Теперь дворец оказался не хаотичным нагромождением коридоров и пагод, а вполне гармоничной структурой со своей внутренней логикой.

На закате я слетала на пляж, подышала морским воздухом, посидела у линии прибоя, наблюдая за тем, как алое солнце ложится на воду длинной розовой дорожкой. Поиграла с Мандарином, гоняя по песку призрачный мячик, который я материализовывала каждые тридцать секунд заново. Кот ловил его, удивлённо моргал, когда мячик исчезал, и шёл ловить следующую игрушку.

Возвращалась я в темноте. Когда подплыла к покоям Катэля, во внутреннем дворе уже зажгли фонари. Принц спал, растянувшись на футоне, я остановилась, рассматривая его безупречную фигуру и разметавшиеся длинные волосы.

«Не дело это, Юля, спать с мужчиной, у которого на горизонте свадьба с другой женщиной. Вообще не дело. И плевать, что ты можешь случайно развеяться. Эту проблему нужно решить», — сказал внутренний голос.

А утром, как и обещала себе, я отправилась искать Икари-сана.

Дело было важным и щекотливым. По дороге в кабинет Левого Крыла я мысленно репетировала, как буду объяснять при помощи дыма, что «мне нужен отдельный матрас в соседней комнате или хотя бы за перегородкой, не хочу больше спать рядом с принцем, спасибо».

К моему облегчению, Икари-сан нашёлся быстро, и стоило мне дунуть на лампу, как он, не оборачиваясь, как будто ждал меня всё утро, спокойно произнёс:

— Госпожа Юлия. У меня для вас есть кое-что.

Он развернулся, прошёл к столу, открыл лаковый ящичек и вынул оттуда длинный свиток.

— Леди Юля, я попросил сенсея Тадаси записать сюда самые простые иероглифы, которые вы уже изучили, — объяснил Икари-сан, раскрывая бумагу и ставя чернильницу и резную шкатулку по краям, чтобы она не сворачивалась обратно. — Тут все основные понятия. Если потребуется слово, которого вы ещё не знаете, переходите вновь к дыму, и я постараюсь догадаться.

— И как же мне указывать на иероглифы, если ты меня не видишь? — с сомнением спросила я, но Икари заранее подготовился.

Он осторожно положил поверх свитка маленький, почти невесомый розовый лепесток сакуры.

— Я думаю, вы сможете его двигать так же легко, как управляете дымом. Давайте попробуем?

Я и попробовала. А этим же вечером слуги расстелили для меня ещё один футон в покоях Катэля, отгородив небольшое пространство бамбуковой ширмой.

Дни потекли один за другим, жизнь налаживалась. Злость на Катэля постепенно отпускала, и вскоре я даже стала наведываться в зал с сиреневохалатыми чиновниками, чтобы быть в курсе текущих государственных проблем на Огненном Архипелаге, но собственное обучение местной письменности и управление так называемой магией я приоритезировала. Разумеется, я даже не думала сокращать общение с Икари-саном, потому что его высочеству, видите ли, ревниво. Наоборот, благодаря новой идее Левого Крыла я теперь могла поддерживать диалог и задавать вопросы. Разве я откажусь от такой возможности быстрее понять этот мир? Нет уж, выше высочество, раз вы заняты своими делами, то и я займусь собственным развитием.

Недели обучения стремительно полетели одна за другой, месяц вишнёвого цвета давно сменился месяцем розовой травы, а за ним пришёл и месяц поющих ручьёв. Я вспомнила, что плотно не изучила ещё одну свою скрытую способность — свечение, и принялась за эксперименты.