Глава 27

Их взгляды встретились. Её прошиб холодный пот. Словно она была за руку поймана в чужом кармане.

«Он мне никто. Он бросил меня», — как мантру она повторяла эти слова, думая о Георге. Но не хотела в это верить. Ей сейчас необходимо было его увидеть, спросить, что не так, попросить прощение. Она негордая. Ей не привыкать просить прощения, чтобы обеспечить себе покой. Можно довольствоваться малым, но не иметь при этом проблем. В Юргене было что-то отталкивающее. Но что?

Лена шла, держась за руку жениха. Ей казалось, что взгляд Лавра прожигает ей спину. Нет, он ни словом, ни жестом не показал, что они знакомы. Вернее, что он знаком с Леной. А вот с Юргеном поздоровался. Это была полная неожиданность для неё:

— Лавр, привет, рад видеть тебя!

Лена ждала, что сейчас и её представят, но Юрген не торопился этого делать.

Лавр поздоровался достаточно холодно, как приветствуют случайных знакомых.

Ноги у девушки подкашивались. Хотелось опуститься на пол и не двигаться. Было страшно. Страшно, что узнают её тайну, тайну про эскорт!

За столом, куда Юрген привёл Лену с мамой и семьёй, уже находились молодые люди и его мать.

— Друзья, моя невеста, познакомьтесь. Очень тихая и скромная девушка. Надеюсь, что мне с ней повезло. А всё спасибо мамочке. Не знаю, где отыскала такой бриллиант.

Лена покраснела до корней волос, как могут краснеть только блондинки. Смущённо уткнулась в плечо Юргену. Она не понимала, почему там её не представили, а здесь — да. И реакция его друзей. Они словно оценивали. Их взгляды её раздевали. Она мысленно поёжилась.

— Привет компании, чего так уставились, словно никогда не видели скромных девушек? — Аля заметила состояние сестры и заступилась за неё.

— А эта языкастая девица в нагрузку? — усмехнулся один из друзей. — Твоё сердце свободно или можно на него претендовать? — обратился он к Але.

— Свободно пока. Но она малолетка. Подрастёт, изменится. Надеюсь, поймёт, что быть скромной куда лучше. — Юрген посадил сестёр рядом. — А это будущая тёща. Прошу любить и жаловать.

Лене было видно, что матери приятно было такое услышать. Она зарделась, словно юная девица. Расправила плечи. Подняла голову.

— Мы и маме жениха найдём, — пошутил кто-то.

Лена, воспользовавшись шумом, вызванным шутками, шепнула Але:

— Аля, поищи Георга. Здесь его друг, Лавр. С которым Юрген здоровался.

— Лена, ты знаешь, мне не нравится вся эта компания. Мне кажется, что они готовы тебя сейчас разложить на столе и устроить групповушку. Поищу Георга. Только поживлюсь за счёт твоего жениха.

Сёстры раскрыли меню. Лена показывала Але пальцем, что она уже пробовала.

— Здесь всё вкусно, но вот это я тебе советую, — сказала старшая младшей.

— Юрген, я могу заказать себе каре ягнёнка? — спросила девочка, показывая на одну из фотографий меню.

Мать попыталась одёрнуть её, дорого, мол, но Юрген снисходительно улыбнулся:

— Бери. А ты, дорогая, что будешь?

— Я не голодна, — ответила Лена.

Ей и вправду не хотелось есть. В голове путались мысли. Он пристальных взглядов друзей Юргена она терялась. Глазами украдкой пробегала по залу. Но ни Лавра, ни Георга так и не видела.

— Тогда я возьму на свой вкус? — спросил мужчина.

— Да, пожалуйста. Хотя… Я бы хотела попробовать это блюдо, — она показала первое попавшую фотографию.

Мать Юргена сидела напротив девушки. Лена время от времени поглядывала на неё. Женщина нервно барабанила пальцами по столу. То проверяла телефон, то посматривала в сторону входа. Она явно ждала кого-то. Наконец, зазвонил телефон. Она оживилась, поднесла трубку к уху, а сама в это время направилась на выход, пояснив свой уход.

— Муж, должен подойти сюда. Наверно, нас ищет.

Лене показалось, что сейчас крыша развернётся и небо обрушится на её голову. Она потёрла виски:

— Мне надо выйти. Ты выбери что-нибудь сам на свой вкус. Я неприхотлива. А я схожу руки помою.

Юрген удивлённо посмотрел на девушку:

— Ты же уже выбрала или передумала?

— А? Что? Прости, слишком волнительно для меня. Да, да…

Она встала, пошла по направлению туалетов. Глазами искала Лавра, но его нигде не было.

Лена облегчённо выдохнула. Зашла в дамскую комнату, чтобы перевести дыхание. Набрала полные ладони воды, опустила в них лицо. Перевела дыхание. Надо было выходить из туалета. Ей стало страшно до тошноты. Сейчас отец Юргена узнает её, и всё… Позор обеспечен.

Она пристально вглядывалась в зал, ища то Георга, то Лавра, то отца Юргена, которого она не помнила, как зовут. Но никого из троих она не увидела.

Подошла к компании.

— Ты так долго отсутствовала, что я подумал о твоём побеге, — улыбнулся Юрген.

— Нет, всё хорошо. А твой отец… — она недоговорила.

— Он не пришёл. Мать злая.

— Что-то случилось?

— Да, помнишь, я тебе показывал модель? Говорит, что купил и сейчас везёт её в свою резиденцию.

— В свою резиденцию?

— Да, у отца есть резиденция, где живёт его эскорт. Он политик, им положено… А нам, простым смертным, нет, — натянуто засмеялся.

Время шло незаметно. Юрген плоско шутил. Было не смешно, но все смеялись. Вечер перевалил за половину.

Заиграла музыка. И вдруг как гром среди ясного неба она услышала голос Лавра:

— Юрген, разреши твою девушку пригласить на танец?

Лена почувствовала пальцы Лавра на своей кисти. Он уже тянул её на себя, не дожидаясь ответа. Впрочем, возражений не последовало. И это Лене не понравилось. В жестах Юргена было что-то угодническое.

Лавр вывел Лену в середину зала. Вскоре они были окружены другими парами.

— Я могу узнать, что ты здесь делаешь? — спросил он холодно.

— Танцую, — ответила Лена. Ладошки становились липкими, уши красными, а ноги ватными.

— Георг знает, чем ты занимаешься?

— Причём здесь Георг? Он бросил меня. Я? Я не видела Георга чёрт знает сколько. И чем я занимаюсь? Это мой жених, — проговорила она с жаром, пытаясь перекричать музыку.

— Даже так? А мы не думали, что ты любишь жёсткий секс. Георг заходил в пиццерию, но ему сказали, что ты уволилась. Теперь понятно, почему.

Стало обидно. Слёзы навернулись на глаза. Девушка повернулась, чтобы уйти, но Лавр крепко сжал её руку, не давая отойти от него.

— Мне больно.

— Так ты же любишь боль. Иначе бы тебя не было в этой компании, — он смотрел на неё пристально. Его рука прижимала девушку к своему телу. Воля её была парализована.

Она подняла на него испуганные глаза.

— Ты можешь мне объяснить по-человечески?

— Что же, попробую. Юрген и его мать — владельцы клуба БДСМ. Знаешь, что это? Это садо и мазо. Он доминант. Ты будешь его игрушкой, — Лавр наблюдал за реакцией девушки. Она растерялась.

— Разве это не запрещено? — тихо спросила Лена.

— Нет. Всегда есть те, кто хочет доминировать, и те, кто хочет быть подавляемым. Некоторых это очень заводит.

— А брак? — в вопросе прозвучала надежда. Сейчас он скажет: «Тогда другое дело…»

— А брак будет расторгнут сразу после свадьбы, ибо тебя застукают в объятиях другого, — такой ответ Лена не ожидала. — В наказание тебя отправят отрабатывать в клуб. Мать твоя будет думать, что ты на курорте.

— Я… я тебе не верю. Отведи меня обратно.

— Поищи в интернете клуб под названием «Сладкая порка», — ответил Лавр.

— Но… Ты сможешь меня оттуда достать?

— Ты сама должна сделать свой выбор.

Сама. Конечно, сама. Сама должна сказать нет. Но как сказать нет матери? Как объяснить ей, куда её толкают? А если маме станет плохо от такой новости? А если мама не поверит Лене? От этих мыслей у Лены разболелась голова.

Весь вечер Юрген был сама любезность. Девушка невольно подпадала под его влияние. Следующий и последующие танцы он прижимал её к себе, нашёптывал в ухо слова, от которых она таяла, как мартовский снег на солнце, оставляя черноту сомнений.

— Кто это, с кем я танцевала? — спросила Лена.

— О, это очень богатые люди. Иностранцы. С ними лучше не связываться. Но я у них в друзьях, — самодовольно произнёс Юрген.

Домой приехали уже за полночь. Утром первым делом Лена полезла в интернет. Она нашла не только клуб, но и статьи о скандалах, связанных с Юргеном.

Реакция матери её удивила.

— Лена, неужели ты не видишь, что там такие были девушки? Да, я знала, что они владельцы неприличного клуба. Бедняжка, он насмотрелся на падших женщин, что уже никому не верит. Просто чудо, что он заметил тебя. А этот бизнес приносит им хорошие деньги.

— Мама, откуда ты их знаешь? — последняя надежда рушилась.

— Как откуда? Я там подрабатываю. Иногда наблюют девки. Нажрутся побольше мужиков. Никого не стесняются. Я убираю, а она передо мной может в одном неглиже дефилировать.

— Мама, ты не боишься, что меня туда продадут?

— Не говори ерунды. Он специально искал тихую и послушную девственницу. Лена, я не желаю слышать такие разговоры.

Их спор прервал звонок от менеджера из пиццерии:

— Привет, ты нашла работу? Знакомая ищет на рутину товароведа с неполным высшим. Говорит, что работа не пыльная, но нудная. Надо привести в порядок документы. Поедешь? Тогда я сейчас подъеду за тобой. Жди на остановке.

Чтобы хоть как-то отвлечься от своих мыслей, решила съездить. Кто знает, может, ей повезёт. Мать не хотела пускать: «Какая работа, когда скоро замуж выходишь? Юрген сказал, что он настоял на твоём увольнении из пиццерии. Я была против, но он сказал, что будет тебе каждый день давать небольшую сумму для меня…»

Лена смотрела на мать широко раскрытыми глазами. Она не могла поверить. Неужели мать была настолько наивной? Или ей было удобно такой казаться? Лена, схватив шапку, натянув на плечи пальто, выскочила из дома. Слёзы застилали глаза.

Ждала менеджера недолго. Он посмотрел на заплаканное лицо девушки, но вопросы не задавал.

Они заехали на территорию военной резиденции чужого государства.

— Это здесь? — неуверенно спросила Лена.

Она представила, что скажет мать и Юрген, узнав, что она будет работать в окружении мужчин.

На проходной им выделили сопровождающего.

— Я пойду, ты дальше сама, — менеджер виновато улыбнулся. — Мой тебе совет, соглашайся. Работа в тепле, зарплата нормальная. И главное, дают общежитие. Лена, я тебе желаю удачи, — он помахал ей рукой и сел в свою машину.

Лена удивлённо посмотрела ему вслед, а потом направилась за сопровождающим, который привёл девушку на второй этаж здания.

Лена посмотрела по сторонам: светлые стены. В простенках висели картины. В коридоре народу немного. В основном женщины. Они одеты в классику: чёрный низ, светлый верх. Все в туфельках. Лена невольно посмотрела на свои старые сапоги. Ей захотелось стать невидимкой, чтобы никто не видел ни выцветшего пальто, ни стоптанных сапог. Шапку она стащила и засунула в карман, откуда она выглядывала своим помпоном.

Сопровождающий остановился перед дверью под натуральное дерево. Показал рукой заходить. Лена робко постучалась. Потом взялась за ручку.

Она вошла в кабинет и замерла на пороге. Здесь стояло несколько столов, за которыми работали женщины. На подоконниках и на стенах размещались цветы. Вся обстановка была очень приятной и рабочей одновременно.

— Тебе кого? — спросила одна из девушек.

— Мне сказали подойти на собеседование, — проговорила Лена, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты кто?

— Лена…

— По специальности кто? — спрашивала всё та же. Остальные отложили свои дела и уставились на вошедшую.

— Я на товароведа учусь. — Лена не двигалась. В пальто становилось жарко. Но снять не решалась. Под пальто некогда светлая блузка со временем приобрела сероватый оттенок.

— Девочки, а что, у нас кто-то увольняется? Говорили, что штат полный. Я сестру хотела устроить, — проговорила всё та же.

— Да, у нас расширение штатов, — услышала Лена голос, который шёл откуда-то сбоку.

Она повернула голову и увидела женщину, которая стояла в дверях, которые она раньше не заметила.

— Тебя из пиццерии послали? Заходи, — женщина пропустила Лену впереди себя.

Они сидели в небольшом кабинете. Начальница приценивающе осматривала девушку.

— Значит, вот ты какая… — проговорила она задумчиво. — Что умеешь делать? Уже работала по специальности?

— Нет, не работала, — ответила Лена. Она уже почти согласилась. Ей тоже хотелось сидеть в таком кабинете, стучать каблучками. Она уже была почти готова даже проситься в общагу.

— У нас я не могу тебе предложить постоянный контракт. Компания иностранная. Расположена на территории военной резиденции. Но до конца года, если всё будет хорошо, можешь работать. Как студентке мы тебе позволяем работать, согласно законодательству: три четверти, а одна четверть рабочего времени на учёбу. При этом тебе придётся отчитываться по результатам. Зарплата как за полную ставку. В случае несдачи сессии зарплата урезается пропорционально отработанному времени. Есть премии. Предоставляем по необходимости общежитие. Да, ещё. Иногда приходится работать допоздна, тогда тоже можно будет ночевать в общежитии. Ходит рабочий автобус. И ещё… Тебе придётся одеться согласно дресс-коду. Одежду приобретёшь в магазине резиденции в кредит. Потом постепенно с тебя вычтут её стоимость.

Георг смотрел из окна своего кабинета, как худенькая, дрожащая на холодном ветру девушка спешила на проходную.

Он подошёл к телефону и пригласил себе начальника тылового обеспечения.

— Она согласилась?

Женщина прошла, села на стул, положила сцепленные в замок кисти на стол.

— Даже я бы согласилась на такие условия. Только у нас нет бюджета.

— Вас это не должно волновать. У неё будет другая ставка. Пока что ей не положено знать о моей заинтересованности. И ещё, не обязательно докладывать в СБ. Сделаете это после того, как я заключу с ней контракт. Ясно?