Глава 10

Алина

Никаких слов в обоих мирах не хватит, чтобы передать всю красоту заката, когда ты сидишь на драконьей спине и любуешься заходящим солнцем с неба. Ветер треплет волосы, глаза все время норовят слезиться, а ты смотришь и не можешь налюбоваться этой первозданной красотой…

Я настолько замечталась, что даже не успела испугаться, когда Редьярд взмыл в небо и превратился в человека, резко прижал меня к себе и поцеловал. Хотя чего бояться? Упадем — так вместе. Только вот где-то глубоко внутри я была совершенно уверена, что не упадем, что он ни за что на свете не уронит меня и не навредит.

— Я люблю тебя, Алина… — прошептал он, а я едва расслышала его слова. 

Редьярд умело управлял нашим падением и почти у самой земли попросил:

— Держись за шею, только очень крепко!

Я вцепилась в него мертвой хваткой, и вот подо мной уже любимый черный дракон. Он расправил крылья и взлетел на башню, а там подхватил меня на руки и понес… на кухню?!

Вот те раз! Я тут преисполнилась духа романтики, настроилась на… приятности, а он пожрать решил! Нет, это ужас какой-то. Хотя, если он уехал рано утром и не позавтракал, а потом не обедал в городе, да еще и налетался в придачу…

Вздохнула тихонечко и принялась накрывать на стол. 

— Алина, — обратился ко мне муж.

— Я за нее! — ответила бодро.

— Я посоветоваться хотел. 

— О чем? 

— Много лет я прожил в одиночестве. Родители улетели на острова, другие драконы еще раньше покинули эти земли. Но есть старый закон о том, что у каждого континента должен быть хранитель из старших рас. Бред, конечно, но почему-то все привыкли считать, что люди пришли сюда гораздо позже, чем драконы, эльфы, наги, дриады, айраниты, кувахсары… — начал рассказывать он.

— Стой! — подняла руку и перебила его. — Айраниты и эти… кудахсары, это кто?

— Крылатые люди, а ку-вах-са-ры — человекоподобная раса, только тело у них покрыто шерстью, а вместо лица звериная морда, — любезно объяснил Редьярд.

— А, зверолюди, значит. Хорошо… — подвинула к нему поближе тарелку и уселась напротив. — И ты хочешь сказать, что кроме тебя тут никого из старших рас не осталось и нам нужно навести порядок? Как сегодня с этим господином? — спросила, изогнув бровь.

— Типа того, — кивнул он и накинулся на еду. 

Я тоже поковырялась в тарелке. Есть перехотелось. Почему-то сразу представила себе мужа-дипломата, который постоянно в разъездах и дома бывает всего пару недель в году.

С другой стороны, если по всему континенту сейчас расхаживают такие вот «господа», то, наверное, Редька просто обязан навести порядок… И почему-то мне кажется, что его это гнетет. Видимо, разговор с матерью ничем хорошим не закончился, раз у моего дракона вдруг проснулось чувство долга.

— Редь, а ты вообще ничего не делал на континенте или все-таки хоть немного… — пыталась подобрать слова, а они застревали в горле.

— Хочешь знать, насколько все запущено? — хмыкнул он.

— Типа того, — пожала плечами я.

  — Не так, чтобы прямо ужас-ужас, но поработать придется славно. Или оставить все, улететь на острова, там домиком обзавестись и жить… 

Подняла руку, останавливая его:

— Жить — это хорошо, а сможешь? Если я правильно понимаю, то тебе с рождения вбивали в голову что-то вроде «твоя жизнь тебе не принадлежит, ты должен, обязан…» Ну и еще много разного в таком духе. Так?

— Да. — Он кивнул и ушел к погребу.

— Да — это значит, что сможешь спокойно жить? Или что не сможешь, потому что себя не переделать? — спросила погромче, чтобы он услышал.

— Смогу, если очень захотеть. Хочу, чтобы ты была в безопасности и счастлива, — с нажимом сказал он и вернулся с двумя бокалами и бутылкой из зеленого стекла.

— А я смогу быть счастлива, понимая, что ты не на своем месте?! Ты же не просто так не полетел со всеми своими родственниками, не просто так остался тут. Так что изменилось? 

— Появился человек, чья жизнь мне дороже собственной. — Редьярд поставил передо мной бокал и коснулся губами моего виска. Волна мурашек тут же пробежала по всему телу.

— Эй, у нас тут серьезный разговор, а ты меня драконишь! — возмутилась, а он рассмеялся.

— Давай еще немного посидим, а десерт, я обещаю, будет отменным! — ехидно заметил он, а у меня щеки огнем пыхнули. Вот ведь… специально же смутил! Кажется, пора научиться не краснеть по поводу и без.

— Давай, но хотелось бы услышать, как ты планируешь наводить порядок на целом континенте? Я, допустим, могу организовать прием посетителей, а как ты собираешься, например, остановить войну? Хотя бы феодальную, я уж не говорю о той, куда по несколько государств с каждой стороны втянуто.

— С помощью других королей и государств. И есть еще древняя магия. Она помогает непроизвольно, никогда не предугадать, где и как она себя проявит, — продолжил объяснить он.

— Магия… — невольно вздохнула. Мне никогда ничем подобным не овладеть. Но… По сути это мелочи. Человек очень многого может добиться и своими силами, а значит… — Хорошо, я голосую за то, чтобы остаться и навести порядок! Во-первых, ты не хочешь улетать, во-вторых, мне здесь нравится, а в-третьих… нельзя вот так просто взять и бросить все только потому, что меня угораздило попасть сюда. С чего начнем, Редь?

Он улыбнулся, подошел и подал мне руку:

— С десерта, если ты не против…

Редьярд

Впервые за долгое время я проснулся с рассветом, полный бодрости и сил, готовый свернуть горы и сотворить любое чудо, лишь бы сделать жизнь моей Алины комфортной и создать уют в доме.

Предупредил Мазари, что отлучусь до обеда, и улетел в деревеньку, куда должен был отправиться вместо полета за невестой. 

— Дракон! Дракон летит! — донеслось с небольшой дозорной башенки, и какой-то неадекватный мужик зазвонил в тревожный колокол, подняв на ноги всю деревню.

Я заложил вираж, перекинулся в воздухе и кувырком приземлился прямо посреди деревни. Как раз у небольшого колодца, откуда обычно селяне коромыслами носили воду.

Народу набежало… Немерено. И где они тут помещаются все? Люди… Только они так могут. Жить друг у друга на голове, ютиться в тесных домиках, доедать последний ломоть хлеба и при этом делать детей снова и снова. Ну умер один — невелика потеря, еще одного родим. Ужас. В такие моменты я рад, что родился драконом. Была бы моя мать человеком, отнесла бы в лес болезного, да там и оставила на съедение волкам. А так… Меня выходили. Был бледный, все время спал, потому что сердце работать не хотело, как надо…

— О великий! Всемогущий дракон, это великая честь — видеть вас здесь! — Ко мне медленно шел местный жрец и во все горло вещал свои сладостные речи.

Тьфу! Вот за это я и не люблю богослужителей. Говорят красиво и пафосно, а на деле ничего собой не представляют. Давно уже нет истинной веры в этих краях.

Вслед за ним из домов ко мне потянулся и остальной честной народ.

Вздохнул, мысленно выругался, надел дежурную улыбку и поднял обе руки:

— Приветствую вас, о жители долины! 

Радостные возгласы послышались со всех сторон. Люди окружили меня и стали кланяться. Кто-то протягивал детишек до трех лет, кто-то складывал в мольбе ладони лодочкой…

Развел руки в стороны и тихо заговорил ритуальные слова:

Дикий цветок прорастает из недр,

Тянутся к солнцу и лютик, и кедр.

Сила, что вечно живет в глубине,

Тебя призываю явиться ко мне!

Магия услышала мой призыв и тут же откликнулась, но в этот раз все было иначе, совсем не так, как обычно. Это уже была не дикая птица, что при касании трепещет крыльями и сжимается от страха, и не грозный медведь, грозящий задушить в своих объятиях. Сегодня она была похожа на домашнюю кошку: мурчала и ластилась, терлась о мои ладони и покорно шла за лаской к людям. 

Удивительно, волнительно и в то же время восхитительно! Такое непередаваемое чувство, словно держишь в руках целую вселенную…

Магия покорно окутала всю деревню, наполнив ее золотистым светом, продержалась несколько секунд и впиталась, исцеляя, даруя силы жить и радоваться жизни. Толпа возликовала, жрец истошно завопил что-то о богах, о предназначении и величайшей милости хранителя. Я даже вникать не стал в его бубнеж и собирался выйти за деревню, чтобы лететь домой, но...

Чумазая девочка примерно лет пяти подошла и взяла меня за руку. Я присел и заглянул в ее совершенно белые, словно стеклянные глаза.

— Здравствуйте, Редьярд. Я не больная, не надо на меня так смотреть. Мне нужно кое-что вам рассказать, — тихо сказала она, но я услышал каждое слово нереально четко. Каждый звук будто эхом отдавался в моем сознании.

— Слушаю тебя, малышка, — нежно провел пальцами по ее прекрасному личику.

— Ветерок нашептал мне, что вас ждет беда, но приказал передать, что никогда не нужно отчаиваться и счастье невозможно без доверия. Иногда наша вера может очень сильно покачнуться, мы даже можем возненавидеть своих богов, но… — Она положила крошечную ручку на мое сердце. — Только сердце нельзя обмануть, оно всегда хранит любовь под своим крылом…

— Эдна, как тебе не стыдно! Извините ее, пожалуйста, она больна, и даже великая магия не в силах излечить ее! — воскликнула женщина и, схватив девочку за руку, потащила за собой.

— Только сердце, запомните это, Редьярд! — повторила малышка, мгновенно затерявшись в толпе вместе со своей мамой.

Почему магия не исцелила ее? Я видел, как у калек отрастали ноги, видел, как на глазах затягивались смертельные раны… А ей не помогло. Почему?!

Надо будет вернуться как-нибудь ночью, чтобы не было толпы, и еще раз попытаться ей помочь.

Но что она сказала о беде? Какая беда может меня ждать?! Сердце сжалось и пропустило удар. Алина!

Я бегом покинул деревню, перекинулся, сломав несколько молодых деревьев, и стрелой рванул домой. Только бы успеть. Только бы с моей Алиной все было хорошо…

Перекинулся в воздухе, от волнения не рассчитал расстояние и вместо того, чтобы приземлиться на ноги, по инерции кувырнулся через голову и очень ощутимо приложился спиной о пол. Тут же вскочил на ноги и помчался вниз, надеясь, что с ней все в порядке.

Не успел. Туфелька сиротливо лежала на лестнице, поднял ее, прижал к груди и на ватных ногах пошел дальше.

Ваза в коридоре была разбита, и рядом с ней я нашел вторую туфельку. Даже не стал поднимать. Зачем? Я и так уже понимал, что Алины нет в замке. 

Комната выглядела совсем ужасно. Стол перевернут, кресло сломано, кровать скомкана и куски ткани разбросаны. Гардина сорвана, выбито стекло…

Мазари нашлась у стенки, приваленная балдахином.

— Мази! — подбежал к ней и поднес руку к носику. Дышит, значит, жива, хвала всему сущему.

— Не уберегла… — прошептала она, не открывая глаз.

— От кого не уберегла, Мазари? Кто здесь был?! — подхватил ее на руки и прижал к себе.

— Я не знаю, кто он. Молодой, сильный. Кажется, дракон, но я уже ни в чем не уверена… — пропищала она и уткнулась носом в мое плечо.

— Дракон?! — переспросил, чувствуя, как на лбу выступает холодный пот. Только не это. Только не дракон…