Глава 23. Бриджид из клана Скайхельм. Главная женщина клана

Подумать только, женщина-воин.

Едва Бриджид услышала об этом, она сразу же заинтересовалась незнакомкой, поспешила на галерею, желая рассмотреть диковинку. Наверняка та была огромной, как мужчины, грубой и сильной, но Бриджид не могла дождаться момента поговорить с ней. Каково это — жить жизнью, настолько далёкой от той, что вела она? Далёкой от той, которой жили все женщины Айзенвейла?

Но стоило ей увидеть таинственную женщину-воина, как она замерла, спрятавшись за колонной.

Не было никаких сомнений — это была та самая рыжеволосая девица, которую искал Райлен. Искал долго и упорно, пока не привёл в Блекхейвен наглую Розину. И один этот факт уже навсегда сделал Бриджид и женщину-воина врагами.

В рыжеволосой не было ничего грубого или мужественного, но она двигалась с невероятно прямой спиной, делая ровно столько движений, сколько было необходимо. С высоты галереи Бриджид слышала её слова — такие же редкие и короткие, как и её движения.

Будучи женщиной, Бриджид невольно сравнивала рыжеволосую, которую все называли Дан, с собой — и понимала, что она красивее, женственнее, очаровательнее. Но Дан была яркой, словно горящий огонь, выделяясь среди окружающих рыжими волосами и ростом, какого Бриджид не видела у женщин.

В груди сразу же зародилось нехорошее предчувствие. Почему-то впервые она подумала, что все те проблемы, что принесла ей Розина, покажутся ничем по сравнению с болью, которую принесёт эта рыжеволосая женщина.

— Леди Бриджид, — тихо позвала Ода за её спиной.

Девушка резко обернулась, не желая демонстрировать слабость.

— Ваш отец ожидает вас в своих покоях через час. Он собирается отбыть уже сегодня, но передал, что обязательно хочет с вами поговорить.

Бриджид кивнула, улыбаясь, ощущая себя чуть лучше, зная, что её поддерживает отец. Они нечасто общались, и между такими поездками он нередко уезжал, не сказав ей ни слова.

Она быстро переоделась и освежилась, зная, что отец хочет видеть её в самых ярких и дорогих одеждах, достойных будущей королевы, обязательно в красных цветах, и поспешила к его покоям.

Но в холодных каменных переходах крепости уловила знакомый голос.

— Мы не можем позволить ей вести себя как хозяйка! Мы не можем просто подчиняться её приказам! — услышала она громкий голос Гунвиве.

О чём это она?

Нахмурившись, Бриджид направилась ближе к комнате, откуда доносился голос старшей фрейлины.

— Какой у нас выбор? Если ярл будет недоволен, мы всегда можем сказать, что думали только о его ребёнке!

Ребёнке ярла?! Что здесь происходит?

Резко распахнув дверь, Бриджид ворвалась в комнату, напугав женщин внутри. Они тут же обернулись, и девушка нервно выдохнула. Гунвиве и Ода…

— О чём вы говорите? Какой ещё ребёнок ярла?! — требовательно спросила она, сменив тон на почти приказной.

То, что они обсуждали подобное вдвоём, принимали решения без неё, при том, что обе находились здесь только её милостью, казалось ей безумием.

— Леди Бриджид… — Ода растерялась, заметив её. — Разве вы не направлялись к вашему отцу?

— Направлялась. Но вы немедленно расскажете мне, о чём говорите и почему обсуждаете это без меня, принимая какие-то решения за моей спиной! — буквально зарычала Бриджид. — Что за ребёнок ярла?!

Женщины переглянулись, Гунвиве недовольно поджала губы, явно не радуясь подобному обращению, но всё же выдавила:

— Ярл Ярвен должен был передать вам об этом. Мы сами только узнали. Любовница ярла беременна, — старшая фрейлина произнесла это куда более тихим голосом, осматриваясь вокруг, явно осознавая, что вместе с ключницей они были неосторожны.

— Любовница… рыжеволосая? — тут же спросила Бриджид, на что женщины только недоумённо подняли брови.

— Нет… Розина?

Почему она вообще решила, что за такое короткое время эта Дан уже оказалась в постели Райлена?

Наверное, потому что слишком хорошо знала своего жениха.

— Да, Розина. И сейчас она требует себе покои в крыле ярла и персональных рабынь, — добавила Гунвиве.

— Она просто служанка, она даже не принята в клан! Это безумие, мы не собираемся ничего ей предоставлять! — резко ответила Бриджид, но Ода покачала головой.

— Что?!

На самом деле про себя Бриджид думала совсем о другом — о беременности Розины, этой проклятой, наглой девки, которую Райлен вытащил из какой-то мусорной ямы.

Как он посмел?!

Как он посмел оставить Розину с ребёнком? Неужели он настолько глуп, что не понимает, что такой незаконнорождённый ребёнок, появившийся на свет до их общего наследника, всегда будет угрожать правлению их будущего сына?

Кроме того, старший ребёнок всегда наследует магию родителя… если, конечно, вообще наследует.

Как он мог?!

На секунду ей хотелось метнуться к отцу и сказать, что никакой свадьбы не будет, но затем она взяла себя в руки, глубоко и тяжело дыша.

— Всё будет хорошо, леди Бриджид, — уверенно сказала Гунвиве, но девушка даже не слышала свою фрейлину.

Она не сможет отказаться от Райлена.

Бриджид даже не видела других мужчин и знала, что если не сделает всё, чтобы стать его королевой, не сможет простить себя. Как сможет она жить, зная, что мужчина, предназначенный ей, сделает королевой Айзенвейла другую? Что другую будет целовать, другой предоставит Север, который он завоёвывает так, будто для этого не нужны никакие усилия?

Всё, чего она хотела, — чтобы Райлен любил её, чтобы хотел её, чтобы выбрал её.

— Леди Бриджид, — Ода тоже подошла ближе, пытаясь вразумить её. — Мы не можем отказать той, кто носит дитя нашего ярла. Наша власть недостаточно укрепилась, и это всего лишь на несколько дней…

— Хотите сказать, что эту неделю Розина будет жить почти как хозяйка? Вы понимаете, каким унижением это будет для меня при всех? Да и потом, где гарантии, что Райлен остановит это по возвращении? Вы хотите отдать ей власть прямо сейчас, уничтожить всё, что мы создавали?!

Ребёнок Розины никуда не исчезнет. Он будет здесь, в животе Розины, и Райлен в любом случае возвысит эту девку — просто из-за беременности.

Если только…

— Леди Бриджид, есть ещё кое-что…

— Что?! — нервно огрызнулась она, не веря, что за одну поездку всё так изменилось.

— Розина, эта беременная служанка… Она требует к себе в рабыни рыжеволосую деву-воина.

— И что?

— Йорд передал, что та более не является воином — указанием ярла Райлена. А значит, она домашняя рабыня и подчиняется мне. Я также узнала, что ярл интересовался ею… — Ода замялась, не зная, как подать эту информацию так, чтобы не расстроить и не разозлить Бриджид ещё сильнее. — Интересовался как женщиной. И очень сильно. Рабыня-воин отказала ему. Скорее всего, потому, что ярл сильно избил её по наговору Розины, в то время, когда все считали рыжеволосую мужчиной. И во время поездки его отношения с Розиной сильно испортились.

Сухонькая женщина смотрела на Бриджид прямо, чего-то ожидая, но девушка была настолько взвинчена, что не понимала, чего от неё хотят.

То, что Райлен даже в походе попытался завести новую любовницу, убивало что-то внутри Бриджид, коверкая, ломая, оставляя только один вопрос: почему он видит всех, кроме неё?

Чем она хуже этих девок?

— Женщина-воин не подчинится, леди Бриджид, — услышала она голос Гунвиве. — И конфликт между ними неизбежен. Но чем бы он ни закончился…

— Это пойдёт нам на пользу, — продолжила за неё Бриджид, которая, наконец, поняла, к чему они вели.

***

Дан шла, высоко подняв голову, не смотря на окружающих. Она двигалась медленно, размеренно, с выражением упрямства на лице — таким, что каждый, кто провожал её взглядом, невольно поражался.

Во внутреннем дворе собралось множество слуг и рабов — наказание должно было стать показательным.

Бриджид слышала, что среди сослуживцев этой девушки, тех, кто вернулся с ней из похода, уже начались волнения. Мужчины не понимали, где находится та, что провела рядом с ними долгие месяцы. Почему её нет на тренировках и учебных боях? Сейчас их сознательно держали подальше от внутреннего двора, зная, что они могут взбунтоваться, полезть в драку.

Все присутствующие здесь знали, чувствовали, что то, что происходит, — неправильно. По слухам, ярл обещал этой девушке свободу, как и всему её отряду. Она была той, кто вынесла камни клана Обречённых из места, откуда ещё никто не возвращался живым. А теперь её отправляли на унизительное и болезненное наказание, после того как она уже провела два дня без еды в темницах.

— Дани! Что вы делаете с ней?! Она не домашняя рабыня, отпустите её! — к рыжеволосой подбежал её брат, совсем мелкий, темноволосый мальчишка, ничем на неё не похожий. Он схватился за кандалы, в которые были закованы её руки, и дёрнул изо всех сил.

Ода, уже не уверенная, что их самих не коснётся гнев ярла, переглянулась с Бриджид, но они обе ничего не успели сделать — навстречу вышла Розина, придерживая свой плоский живот.

Любовница ярла выглядела роскошно — одетая в меха и ярко-красное платье, которое для неё добыли рабы. Если бы случайный прохожий оказался во внутреннем дворе, он не сразу понял бы, кто здесь будущая хозяйка.

Розина приказала рослому домашнему рабу оттащить мальчишку.

Тот даже не успел подойти — Дан наклонилась к ребёнку, шепнула что-то, дерзко улыбнувшись, и, всё так же невозмутимо, двинулась дальше, к месту своего наказания — крохотному сараю в открытом поле перед замком, где ей предстояло провести… столько времени, сколько потребуется.

— В последний раз спрашиваю тебя, Дан, готова ли ты подчиняться приказам, как и положено послушной домашней рабыне? — громко спросила Ода, давно зная, каким будет ответ.

— Я не домашняя рабыня. Я буду подчиняться только военному командованию, — рыжеволосая тут же обернулась, отвечая резко и уверенно. Бриджид в который раз поразилась — и даже невольно восхитилась тем, сколько силы было в этой девушке. — И точно не буду подчиняться этой лживой, ленивой шлюхе. Так и передайте своему ярлу.

Дан широко, почти торжествующе улыбнулась, заметив, как Розина покрылась красными пятнами от унижения, а Йорд, стоявший рядом, стиснул зубы от злости.

Розина уже не раз требовала выпороть Дан за оскорбления, но эту черту никто не рискнул бы переступить — все знали, что ярл не приемлет причинения физической боли женщинам.

— Розина носит дитя самого ярла… Как так можно? — послышались взволнованные шёпоты нескольких слуг.

Но были и те, кто едва заметно улыбнулись. «Лживая, ленивая шлюха» — именно такой Розину считала добрая половина слуг и домашних рабов.

Два дня в темнице — не шутка, но рыжеволосая не казалась ослабевшей. Напротив, стояла прямее всех присутствующих и, благодаря своему росту, смотрела на большинство сверху вниз. Она была магом, конечно, и восстанавливалась куда быстрее обычных людей.

Ода, всем сердцем чувствуя, что происходит что-то неправильное, оправдывалась, что для Дан такое наказание — пустяк.

— Розина носит под сердцем дитя ярла! — сурово отчеканила она. — За подобное неуважение и неподчинение приказам ты и наказана! Ты сама делаешь свою жизнь тяжелее!

Надо признать, показательным наказанием Дан Ода также устанавливала свою власть над слугами и рабами. Они видели, что никто, даже та, что принесла ярлу камни клана Обречённых, не выше установленных в крепости порядков.

— Думаю, для ярла Райлена она была диковинкой. Неудивительно, что он ею заинтересовался, — заметила Гунвиве.

Но стоило ей увидеть взгляд Бриджид, полный бешенства, как она тут же замолчала.

Фрейлина не понимала, почему для леди Бриджид так важно отношение ярла, почему её настолько задевали его любовницы и другие женщины. В конечном итоге именно Бриджид будет королевой, так какая разница, с кем сейчас спит ярл Райлен?

***

До маленького сарая Бриджид добралась на пятый день после возвращения отряда — в самый суровый снегопад, который они видели за последний месяц. Хотя весна должна была наступить уже совсем скоро, морозы не отступали, и последнее, чего ей хотелось, — покидать толстые стены крепости и уютное кресло, укрытое шкурой, перед горячим очагом в её покоях.

Сарай даже на вид казался настоящей пыткой — многие доски отсутствовали, снег и колючий ветер проникали внутрь через огромные щели. Обувь Бриджид тут же намокла, стоило ей ступить под толстый слой снега, а ведь она провела здесь менее пятнадцати минут.

Подумать только, рыжеволосая была здесь уже двое суток!

Её проверяли, конечно, время от времени приносили горячую воду, но еды не давали. И каждый раз спрашивали, готова ли она вернуться и подчиниться.

Ода не могла поверить, что девушка не сдалась после нескольких часов, и с каждым днём всё больше боялась гнева ярла. А Гунвиве, напротив, раз за разом повторяла, что гнев падёт на Розину, а не на них. И чем дольше Дан проведёт в сарае, тем сильнее будет ярость ярла.

Крохотная, покосившаяся дверь скрипнула, и Бриджид протиснулась внутрь. Даже она не могла стоять здесь во весь рост, что уж говорить о Дан, которая была намного выше.

Рыжеволосая скрючилась на единственной скамейке, обняв себя руками, и казалась неожиданно беспомощной и хрупкой. Помещение изнутри было настолько тесным, что она в любом случае не смогла бы лечь на скамейку прямо. Она не услышала, как кто-то вошёл, и на секунду Бриджид показалось, что девушка без сознания. Или спит.

Но стоило ей потянуться к ярким, растрёпанным волосам, в которых застряли снежинки, как руку Бриджид перехватила сильная, тонкая ладонь. Ледяная.

От шока Бриджид чуть не уронила кувшин с горячей похлёбкой — настолько она не ожидала быстрой реакции девушки.

— Я не собираюсь возвращаться. И подчиняться. Это убьёт мой статус, — твёрдо произнесла Дан охрипшим, больным голосом и Бриджид сглотнула, впервые осознавая, что это наказание даётся рыжеволосой куда тяжелее, чем она показывает остальным.

Вообще-то никого здесь не держали так долго и при такой погоде.

— Я просто принесла тебе похлёбку, — ответила Бриджид, внимательно разглядывая девушку, заметно исхудавшую за эти дни.

А что, если они слишком сильно покалечат её… или даже убьют?!

Мысль была страшной, но Бриджид не успела её обдумать — Дан вырвала кувшин из её рук и тут же начала пить, делая громкие, жадные глотки. А затем, не сдержавшись, закашлялась и поставила кувшин на скамью.

— Я могу помочь тебе. Могу вытащить отсюда. Спрятать у себя, — после долгой паузы, почти шёпотом, произнесла Бриджид, с ужасом оглядывая сарай.

Нельзя, чтобы Райлен увидел это!

— Тебя послал ярл Ярвен? — Дан неожиданно усмехнулась, сфокусировав на ней тёплый карий взгляд. Ее голос казался почти нормальным, а движения оставались такими же точными, минимальными, как и в начале недели. Словно она не была почти без сознания всего несколько мгновений назад.

Именно так действует магия?

— О чём ты? — нервно отозвалась Бриджид, впервые почувствовав неуверенность рядом с этой девушкой.

Она вообще нормальная? Почему не просит помощи? Не пытается хитрить? Неужели не понимает, что вредит самой себе?

— Мне просто стало тебя жалко. Ты не заслуживаешь всего этого… просто потому, что Розине ты не нравишься, — осторожно добавила Бриджид.

— Но ведь вы в любой момент можете это остановить, — Дан слегка наклонила голову, не сводя с неё пристального, открытого взгляда. — Твой отец считает, что тебе выгодно со мной подружиться?

— Я не могу всё это остановить, — зло прошипела Бриджид. — Думаешь, я терпела бы эту девку, если бы у меня была настоящая власть? Я в таком же бедственном положении, как и ты! Но она не трогает меня из-за моих связей. Не отвергай единственного человека, кто хочет тебе помочь.

В глубине души закипала ярость. Зачем она вообще пришла сюда? Почему разговаривает с этой девицей, пытается её в чём-то убедить? Может, и к лучшему, если она здесь случайно умрёт?

Бриджид не верила, что Райлен забудет эту девушку так же быстро, как остальных.

— Ода — твой человек, это знают все. Кроме того, твой отец слышал все приказы ярла в той поездке и не мог не сказать тебе об этом, — рыжеволосая безразлично пожала плечами и откинулась на холодные старые доски. Поморщилась — наверняка у неё давно уже затекло всё тело, сидеть вот так. — Я не хочу участвовать в этих играх. Ярл сам должен разбираться с бардаком в крепости. Ваша борьба за власть меня не интересует. Как и борьба за ярла. Ничего личного.

Девушка вновь потянулась к кувшину с похлёбкой, но Бриджид не выдержала унижения, не выдержала отказа — резко дёрнула рукой и спихнула глиняный кувшин на пол. Со звоном разбившись, тот разлетелся вдребезги, горячая похлёбка тут же разлилась по ледяному полу, источая густой аромат и пар.

Чувствуя, как гнев понемногу отступает, Бриджид вновь посмотрела на Дан.

Отец прав… Я слишком вспыльчива. Мне всего-то нужно было сделать эту девицу своим союзником. Почему я не смогла сдержаться?

В глазах рыжеволосой стояла боль, словно потеря этой похлёбки была для неё страшнее, чем последние четыре дня в ужасных условиях. Но она ничего не сказала, как и Бриджид, потому что слова здесь были излишни.

Они видели друг друга — настоящих.

Дан столкнулась именно с тем, что ожидала, а Бриджид только сейчас поняла, что рыжеволосая куда более упрямая, прямолинейная и сильная, чем думали она и отец.

Уходя, Бриджид громко хлопнула покосившейся дверью, чувствуя, как её пробирает до костей. Нужно срочно высушить промокшие ноги.

Райлен вернётся через три дня — нельзя, чтобы он застал Дан в таком состоянии. Кто знает, насколько сильно он разозлится?

Они не будут скрывать «приказы» Розины, но если вытащат девицу сейчас, это продемонстрирует всем их слабость. А главное — сама Дан поймёт, что слова Бриджид ничего не стоят. Поэтому они подождут ещё немного. А потом вернут её в темницу, накормят, отогреют.

Но они не успели.

Будущий правитель Айзенвейла, наследник Равинора, Райлен Объединяющий, словно чувствуя что-то, вернулся в Блекхейвен на два дня раньше.