Глава первая

– Ну и денек! Максимилиан первым делом в гостиной отправился к столику с напитками. Схватил хрустальный графин, щедро плеснул себе в квадратный бокал темно-орехового содержимого. И сделал первый, пока еще крохотный глоток. Я бухнулась в первое же кресло. Сгорбилась, приложила пальцы к вискам. В голове словно взрывалось то и дело что-то. Это было не больно. Неприятно. Но я даже почти не обращала на это внимание, потому что не понимала, по какой причине то, что заметила я, не заметили высшие лорды. – Хельга? Максимилиан внезапно отвлекся от своего стакана. Смерил меня изумленным взглядом. – Все в порядке? – спросил обеспокоенно. – На тебе лица нет. Так устала? Я сейчас позову Дороти… Я неожиданно даже для себя лишь крепче вцепилась в подлокотники кресла. С силой, до побелевших костяшек. – Я могу говорить? – оборвала его я. – Конечно, – с еще большим удивлением ответил Максимилиан. – Говори. И почему ты спрашиваешь у меня разрешение на это? – Потому что я «полезное приобретение» для вас, – ядовито напомнила я недавние слова Дагмера. – А еще «покупка». Деточка, девчонка. Мне продолжать? Максимилиан издал сдавленный смешок, явно позабавленный моими претензиями. И я немедленно оскорбилась пуще прежнего. До побелевших костяшек сжала кулаки и уперлась взглядом в свои колени. Вот ни слова тогда ему не скажу! Пусть сам все расследует. Я же так… Не человек, а полезная вещь. – Хельга, не злись. Теплый голос окутал меня сразу со всех сторон. И это было очень приятно, если честно. В следующее мгновение Максимилиан легонько прикоснулся к моему подбородку, и я послушно подняла голову. Растерянно заморгала, окунувшись в прохладную синь его глаз. – Я знаю, что тебе сегодня сильно досталось, – продолжал литься его медоточивый голос. – Вытерпеть Дагмера, когда он в дурном настроении, – подобно подвигу. Да и я пару раз срывался на тебе. Прости. Обещаю, что тебя ждет щедрая награда, когда убийца Доминика будет найден. – Вы знаете, какая награда мне нужна, – тихо сказала я. – Догадываюсь, – лаконично исправил меня Максимилиан. – Но пока мне некогда этим заниматься. И ты это прекрасно понимаешь. Еще раз говорю, что как только расследование будет завершено – я немедленно выслушаю обстоятельства смерти твоей матери. Как я ни старалась сохранять хладнокровие, но все-таки не выдержала и вздрогнула. Откуда он узнал, что мне нужно как раз это? – Забыла, что я заглянул в твои мысли сразу после ритуала в кабинете Доминика? – напомнил лорд Детрейн. – Но, впрочем, замнем тему до более удобного момента. А теперь говори. Что тебе сказал погибший мэтр Хайлин? Надеюсь, тебе хватило ума не выкладывать все Дагмеру. – Хватило, – подтвердила я, и Максимилиан немедленно воссиял радостной улыбкой. – Молодец, девочка моя, – похвалил искренне. Отступил на шаг от моего кресла и едва заметно кивнул, призывая меня продолжать. – В общем-то, основное вы уже слышали, – послушно начала я. – Мэтр действительно был жутко перепуган и еще не осознавал, что умер. Боялся он некоего человека. Но, что любопытно, сказал, якобы с этим человеком его познакомила Эмилия. Этот человек был ее постоянным спутником при визитах в лавку. Мои слова стали сюрпризом для Максимилиана. Он не удержался и с протяжным свистом втянул в себя воздух через плотно сжатые зубы. Я немедленно замолчала, глядя на него. – Дальше, дальше! – нетерпеливо подстегнул меня лорд. – Мэтр обмолвился, однако, что Эмилия жутко боялась этого типа. Боялась – но все-таки вела с ним некие дела. Сам Хайлин делал для него какие-то микстуры. И если бы об этом стало известно – то его лишили бы лицензии целителя. – Любопытно, – почти не разжимая губ, обронил Максимилиан. Неторопливо прошелся по комнате, сложив за спиной руки. Затем остановился около письменного стола, где оставил недопитый бокал с бренди. И сделал еще один глоток. Теперь гораздо больший, чем предыдущий. Я нервно заерзала в кресле. Была еще одна вещь, которую я хотела сказать Максимилиану. Но как-то робела заговорить. Так и кажется, что я в присутствии высших лордов должна сидеть как можно тише и по возможности не привлекать к себе внимания. – Говори, – не глядя на меня, приказал Максимилиан. – Чувствую ведь, как тебя изнутри распирает. И, Хельга. Мне действительно не нравится, что ты так боишься в моем присутствии лишний раз голос подать. Я не кусаюсь. – Замялся на мгновение, после чего добавил ехидно: – Точнее, кусаюсь, но только в определенные моменты интимной близости. Краска смущения привычно ударила мне в лицо. Но, кажется, я уже начала привыкать ко столь своеобразной манере темного лорда общаться. Хорошо хоть в этот раз Максимилиан удержался от очередного напоминания о том, что мне подобное пережить не грозит. А то с него бы сталось. – Спасибо, – сухо поблагодарила я. Тут же продолжила, торопясь воспользоваться любезным разрешением: – Вы ведь в курсе, что я видела Доминика, когда он ворвался в зал магических перемещений. И знаете, что он тогда делал? – Кричал от ужаса? – с сарказмом предположил Максимилиан. Обернулся ко мне и раздражающе ухмыльнулся. Но в глубине его светлых глаз промелькнул нескрываемый интерес. – Первым делом он сорвал с пальцев все свои перстни, – проговорила я, не отреагировав на неуместную шутку. – И служащая портала приняла их под опись. Вы понимаете? Максимилиан так выразительно сдвинул брови, что стало понятно – не понимает. – Доминик был разорен, – послушно пояснила я. – Он балансировал на грани краха. О чем, собственно, мы с вами сегодня узнали. Откуда у него такое? Откуда перстни? Откуда драгоценности? Лорд Детрейн переменился в лице. – У Доминика были драгоценности при себе? – спросил сдавленно. – Да, были, – подтвердила я. – Я своими глаза видела, как он эти перстни с пальцев стаскивал и кидал их в служащих зала перемещения. Никогда в жизни не видела настолько крупных бриллиантов. Откуда они взялись? – Действительно, откуда? Максимилиан привычным движением руки подозвал графин со столика с напитками, плеснул себе в опустевший бокал и щедро отпил еще. – Любопытно, а Дагмер в курсе? – пробормотал себе под нос. – А впрочем, о чем это я? Конечно, в курсе. Его люди вчера до позднего вечера допрашивали всех, кто был в зале магических перемещений. И не сказал мне ничего. Вот ведь… паршивец! И со злостью саданул кулаком по спинке ближайшего кресла. Да с такой силой, что едва не опрокинул его. – А как соловьем пел, мол, давай работать вместе, – проворчал напоследок. – Нет уж, Даг. Знаю я тебя. Все равно из кожи вон выпрыгнешь, лишь бы самому убийцу найти. Но у меня есть козырь, которого нет у тебя. Многозначительно глянул на меня. «Козырь», конечно, звучит лучше, чем «полезное приобретение». Но мне такое определение все равно пришлось не по нраву. Правда, попробуй высказать это в лицо темному лорду. Наверняка лишь посмеется. Мол, не наглей, деточка. Лучше поблагодари, что не оскорбляю и веду себя более-менее вежливо. – А еще лорд Гессен сказал, что Доминик недавно оплатил все свои карточные долги, – добавила я. – Получается, он нашел какой-то способ заполучить деньги и без аннуляции завещания. Вам не кажется это подозрительным? – Еще как кажется, – мрачно подтвердил Максимилиан. – Что, если ему заплатила Эмилия? – осмелилась я на самый очевидный вывод. Увы, для Максимилиана он оказался не столь очевидным, как для меня. Потому что он удивленно приподнял бровь. – Она отправила ему письмо, – напомнила я. – И была крайне любезна в нем. Я думаю, Доминик догадался о том, что Ривер – его сын. Недаром он искал адвоката по семейным делам. Он вполне мог припугнуть Эмилию, что давняя интрижка станет достоянием общества. И она решила от него откупиться. – Хм-м… Максимилиан в один глоток допил бренди. Замер, обдумывая мои слова. – А вдовушка-то не так проста и невинна, как кажется, – прошептал себе под нос. – К убийству целителя она тоже имеет какое-то отношение, раз отправила нас к нему. Но если мэтр Хайлин был ее сообщником, и она решила от него избавиться – то какого демона дала нам адрес лавки? Ничего не понимаю! На эти вопросы у меня пока не было ответа. Поэтому я лишь неопределенно пожала плечами. – Значит, завтра мы отправимся к лорду Гессену? – поинтересовалась я без особого воодушевления. Буду откровенной: не нравятся мне эти разговоры с душами покойных. Слишком много сил это отнимает. И слишком тоскливо и гадко потом на сердце становится. – Нет. – Максимилиан неожиданно мотнул головой. – Нет? Как это? Очевидно, что проще и быстрее всего получить нужные ответы на наши вопросы именно у жертвы. Он-то точно знает, откуда взял дорогие перстни, будучи, фактически, разоренным. Неужели украл? За сегодня я узнала про Доминика столько неприятного, что совершенно не удивилась бы и этому обстоятельству. – Даг наверняка вытащит из тебя каждое слово твоей беседы с Домиником, – пояснил Максимилиан. – Тем более сам будет рядом. Что-что, а допрашивать он умеет. В этом случае никаких деталей ты от него скрыть не сможешь при всем своем желании. А я дико не хочу давать Дагмеру ни малейшей зацепки. Потому что абсолютно уверен: как только он получит по-настоящему важную информацию – так сразу же отстранит меня от расследования. И будет затем пожинать лавры победителя в гордом одиночестве. Я тихонько хмыкнула, удержав себя от желания продолжить спор. Вообще-то, стоило бы напомнить Максимилиану, что это не соревнование, а серьезное дело. И по-хорошему им бы с лордом Гессеном не вставлять палки в колеса друг другу, а действительно объединиться и в кратчайший срок найти преступника. Погибло уже два человека. Кто знает, сколько еще жертв будет, пока высшие лорды тешат свое самолюбие. Но столь прочувственную речь я предпочла оставить при себе. И так понятно, что Максимилиан вряд ли проникнется моими доводами. Куда скорее посоветует не лезть туда, куда не просят. – Тогда что вы предлагаете? – вместо этого спросила я. – Отправимся с утра пораньше к Эмилии, – сухо сказал Максимилиан. – Очевидно, что ниточки ведут к ней. Надо узнать, про какого такого ужасного человека кричал в панике мэтр Хайлин. – А вы уверены, что Эмилия вообще захочет снова говорить с нами? – со скепсисом протянула я. – Она предпочла покинуть город сразу после нашего визита к ней. – Захочет. – Максимилиан так нехорошо улыбнулся, что меня невольно мороз по коже продрал. – В этом можешь даже не сомневаться. Не нравилось мне предложение лорда Детрейна. Вот не нравилось – и все тут. Я считала, что ему нужно умерить гордость и все-таки согласиться на сотрудничество с Дагмером. Беседа с Домиником казалась мне более перспективным занятием, чем новая встреча с вдовой лорда Клейда. Да, она замешена в этом деле. И именно по этой причине ничего нам не расскажет, тогда как Доминику скрывать правду уже нет нужды. Но при этом я осознавала, что свое мнение лучше оставить при себе. Максимилиан все равно ко мне вряд ли прислушается. – Детка, шла бы ты спать, – с неожиданной заботой вдруг повелел Максимилиан. – Завтра отправимся к Эмилии пораньше. А то ведь с Дагмера станется тоже к ней рвануть ни свет ни заря. Поэтому предлагаю на этом разойтись по комнатам. Видок у тебя и впрямь усталый донельзя. И он был прав. Я с трудом сдерживала зевоту, а в глаза словно песка насыпало – так они зудели и слезились. Поэтому я безропотно кивнула и встала. – Спокойной ночи, Хельга, – полетело уже в мою спину. – Спокойной ночи, лорд Детрейн, – вежливо отозвалась я и вышла в коридор. Крепко закрыла за собой дверь и позволила себе немного постоять, прикрыв глаза. – Желаете поужинать? Я чуть не вскрикнула от неожиданности, услышав вкрадчивое на ухо. Обернулась и увидела Дороти. Домоправительница усердно улыбалась мне, вот только взгляд ее был холодным и донельзя неприятным. – Я прикажу подать вам в обеденный зал, – добавила она все с той же пугающей широкой улыбкой. – Не стоит, – поторопилась я отказаться. – Спасибо большое, но я не голодна. Очень устала и поздно уже. Лучше я пойду спать. – Как знаете, – так же ровно проговорила Дороти. Но я чувствовала ее немигающий взор на своей спине все то время, пока поднималась по лестнице на второй этаж, где была моя комната. Я настолько устала за этот невыносимо долгий и утомительный день, что упала лицом в подушку. Да, я понимала, что надо раздеться, принять ванную, благо, в доме высшего лорда недостатка горячей воды не было – огненные заклинания на кранах работали без нареканий. Но я просто не могла. Свинцовая тяжесть сковала мои руки и ноги. Подушка казалась донельзя мягкой и удобной. – Я чуть-чуть так полежу, – пробормотала себе под нос. – Потом встану и приведу себя в порядок. Обязательно… И не закончила фразу, рухнув в темный омут небытия. Однако забытье оказалось каким-то тревожным. Я то ли спала, то ли бодрствовала. За плотно сомкнутыми веками пробегали события дня. Я вновь и вновь переживала страх, удивление, разочарование. Трепет от моего первого в жизни поцелуя. А еще я почему-то ощущала тревогу. И это чувство все нарастало, заставляя меня раздраженно ворочаться. Нет, никаких злых призраков или неприкаянных душ рядом не было, это точно. Я сама не могла понять, что происходит. Сердце то и дело замирало, но не от испуга, а от непонятного волнения. Как будто… Как будто кто-то исподволь подсматривал за мной. – Встань. Негромкий шепоток в сознании заставил меня поморщиться. Ну уж нет. Даже не подумаю. Если это какой-нибудь призрак хитростью пытается выманить меня из безопасного места – то обойдется. Я и шага не сделаю из спальни. – Хельга, я не призрак. Послышался вдруг какой-то смешок. Смутно знакомый. И я против воли распахнула глаза. Какое-то время лежала, перевернувшись на спину и глядя в темноту вокруг. В один миг навалилась невыносимая головная боль. Виски как будто сдавили тиски. Во рту чувствовался противный горький привкус желчи. – Умничка. А теперь встань и выйди из дома. Я сдавленно фыркнула от короткого смешка. Выйди из дома? Ага. Сейчас. Так я и разбежалась… – Быстро! А это было неприятно. Нет, не то слово. Очень и очень больно. Я со сдавленным стоном скорчилась на кровати, прижав ладони к голове и силясь умерить горячую пульсацию в ней. Казалось, еще немного – и мои глаза взорвутся от непомерного давления изнутри. – Ого! А ты, оказывается, не только медиум. Но и удивительно устойчива против ментального воздействия. Не так давно то же самое сказал мне и Максимилиан. Правда, я так и не поняла, благо это для меня или нет. – Я никуда не пойду! – решительно проговорила я, обращаясь к невидимому собеседнику. – Ни за что. Я… – Иди ко мне… Голос изменился. Теперь в нем не было приказных ноток. Он обволакивал меня, сулил защиту. – Но… – Иди… Так бархатно меня никто не обнимал. Я сама не заметила, как встала. Даже шагнула к двери… – Умничка. Девочка моя. Я жду тебя. Я упрямо мотнула головой, прогоняя наваждение. Тут же села обратно на кровать. Зябко обхватила плечи ладонями. Нет! Не хочу я никуда идти. Не хочу – и не пойду. Прежде всего по той простой причине, что не понимаю, какого демона вообще происходит. – Вот ведь упрямица! Этот голос я определенно слышала раньше. Пусть сейчас он был искажен магией, но в интонациях проскальзывали знакомые нотки. – Не хотел я так делать, но придется. Сама виновата. А вот теперь я испугалась по-настоящему. По-моему, самое время позвать на помощь. Пусть Максимилиан разбирается, что это за загадочный голос и куда он меня зовет. Наши комнаты смежные. Не хочется, конечно, но придется воспользоваться дверью между ними. Надеюсь, лорд Детрейн не подумает ничего дурного, когда увидит меня на пороге своей спальни. И, надеюсь, он уже у себя, а не продолжает набираться бренди в кабинете. А еще… Закончить мысленные рассуждения я не успела. Я вообще не поняла, что произошло в следующий момент. Показалось, будто кто-то с силой огрел меня по затылку. Тьма перед глазами вдруг стала белой от вспышки невыносимой боли. И я отключилась. Точнее, даже не так. Отключилось мое сознание, однако тело, как ни странно, продолжало жить своей жизнью. В памяти остались лишь вспышки отдельных воспоминаний. Вот я выхожу из комнаты. Вот крадусь к лестнице. Вот спускаюсь к холлу. По-моему, краем глаза я заметила Дороти, которая наблюдала за мной, стоя в коридоре со стороны обеденного зала. Но утверждать это с уверенностью не могла. Я вообще словно погрузилась в сон. Все мои отчаянные попытки освободиться от чужого ментального влияния потерпели сокрушительный крах. На крыльце в лицо ударил свежий ночной ветер, напоенный влагой скорого дождя. Это помогло мне немного взбодриться и собраться с силами. Я попыталась вновь скинуть загадочные чары, спеленавшие меня подобно крепчайшей в мире паутине. – Воистину, более упрямой девчонки мне встречать еще не приходилось. И в моей многострадальной голове в очередной раз как будто что-то взорвалось. Да с такой силой, что я покачнулась и чуть не покатилась кубарем с каменных ступеней. Однако в последнюю секунду кто-то перехватил меня под руку. Прижал к себе. Я тихонько замычала от небывалого удовольствия, ощутив прикосновение прохладной длинной ладони к моему пылающему лбу. Это принесло с собой мгновенное избавление от боли и показалось настоящим чудом. – Спокойнее. А вот этот голос я узнала сразу же. – Лорд Детрейн! – прошептала с немалой долей облегчения и радости. – Спокойнее, – повторил он. – Ничего не бойся, я рядом. И неожиданно выпрямился во весь свой немалый рост, вперив взор куда-то в ночную тьму. От Максимилиана тяжелой плотной волной хлынул гнев. Эта эмоция ощущалась физически. Так, что мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом. Я невольно проследила за его взглядом. В свете магического фонаря успела увидеть черную карету, стоявшую за воротами особняка лорда. В ту же секунду она тронулась с места, быстро скрывшись во мраке большого города. При этом никакого герба на ее дверцах не было. По спине промчались мириады перепуганных ледяных мурашек, когда я осознала, что карета ждала именно меня. Если ко мне на помощь так вовремя не подоспел бы Максимилиан, то я бы не смогла больше сопротивляться загадочному голосу. Безропотно спустилась бы с крыльца, выскользнула бы через ворота, которые, к слову, несмотря на очень поздний час почему-то были не заперты. И села бы в карету. – Вот ведь гад… – прошептал лорд Детрейн себе под нос. Посмотрел на меня и с теплой заботой спросил: – Ты как? – Уже хорошо, – с некоторым сомнением протянула я. Очень осторожно повела головой из стороны в сторону, как будто опасалась, что она в любой момент может отвалиться. После пережитого приступа я все еще не верила, что боль отступила. Причем так быстро и без следа. Однако от простого движения перед глазами все опасно поплыло. Это не было больно, просто неприятно. Но меня опасно качнуло, и Максимилиан немедленно прижал меня к себе сильнее, уберегая от возможного падения. – Понятно, – обронил, почти не разжимая губ. А затем взял – и подхватил меня на руки. – Лорд Детрейн! – потрясенно выдохнула я, поскольку никак не ожидала подобного от него. – Лучше держись крепче, – снисходительно бросил он, и я вынуждено обхватила его шею руками. Максимилиан внес меня в дом, открыв дверь небрежным пинком. Сразу же направился к лестнице. – Макс! – послышалось встревоженное из глубины дома. И в холл из коридора вбежала Дороти. При виде меня на руках темного лорда остолбенела и остановилась. Как ни старалась скрыть эмоции, но на лице отразилась нескрываемая досада. Сдается, мне не почудился ее силуэт в темноте коридора, когда меня вела к выходу чужая воля. И ворота оказались незапертыми не из-за забывчивости слуг, а по той причине, что кто-то заботливо их отпер заранее, желая облегчить мое похищение. Правда, почти сразу Дороти опомнилась и попыталась сыграть соответствующее случаю волнение. – Что случилось? – спросила встревоженно. – Хельга ходила во сне? – Ага, ходила, – с сарказмом буркнул Максимилиан. – Только не во сне и не по своей воле. – То есть? Максимилиан не стал останавливаться для объяснений. Он легко вбежал по лестнице и новым пинком открыл очередную дверь. На этот раз – моей спальни. – Лорд Детрейн! – прошипела я, осознав, как двусмысленно это выглядит со стороны. Он, однако, в очередной раз пропустил мимо ушей мое возмущение. Подошел к кровати, бережно опустил меня на нее и замер рядом. Естественно, я немедленно попыталась встать. Но только дернулась, как Максимилиан грозно рявкнул: – Не смей! Иначе точно сознание потеряешь. И далеко не факт, что быстро после этого очнешься. И я послушно откинулась на подушки, не желая проверять верность его утверждения. Лорд тем временем опустился на край кровати. Взял меня за руку, и его пальцы остановились на сгибе запястья, где легче всего нащупать пульс. Неполную минуту он молчал, сосредоточенно нахмурившись, как будто считал удары моего сердца. После паузы удовлетворенно кивнул. – Неплохо держишься, – проговорил с легкой ноткой удивления. – После такой ментальной атаки многие бы в отключке пару часов, не меньше, провалялись. А ты вполне бодра и весела. – Это действительно была ментальная атака? – недоверчиво переспросила я. – А у тебя есть в этом какие-то сомнения? – Максимилиан позволил себе кривую ухмылку. – Повезло, что я еще не лег спать. Ну и то, что я сегодня был весьма умерен с алкоголем. В противном случае ты бы очнулась уже не в этом доме. – А где? Максимилиан предпочел не ответить на этот вопрос. – Что ты помнишь? – вместо этого спросил он отрывисто. – Немного, – ответила я. – После разговора с вами я отправилась к себе. В коридоре встретила Дороти… Запнулась, вспомнив тяжелый немигающий взгляд домоправительницы. Ну ведь зуб даю, что она наблюдала за тем, как чужая воля ведет меня прочь из дома! И об этом определенно стоит рассказать Максимилиану. Вопрос только в том, поверит ли он. Слишком дружеские отношения связывают его с женщиной, раз той позволено называть его просто по имени. Максимилиан мою крохотную заминку заметил. Его глаза тревожно потемнели, губы шевельнулись в немом вопросе, но перебивать меня он не стал. – Она предложила мне поужинать, но я отказалась, – между тем продолжила я, решив сначала ограничиться перечислением фактов. – А в своей комнате поняла, как сильно устала. Глаза слипались. Голова словно чугунной стала. Решила прилечь ненадолго. Прямо так, не раздеваясь. Но сама не заметила, как отключилась. Очнулась уже от странного голоса, который настойчиво звал меня выйти из дома. Понятное дело, выполнять этот приказ я не желала. И мне стало очень больно. Я невольно скривилась, вспомнив пережитый кошмарный приступ. Так больно мне никогда в жизни не было. Надеюсь, что никогда больше и не будет. Максимилиан еще держал меня за руку. Я почувствовала, как его пальцы дрогнули. Затем он накрыл мою ладонь своей в успокаивающем жесте. – Потом я вышла из комнаты. Чувствовала себя при этом так, как будто сплю. Я прикусила нижнюю губу, опять подумав про Дороти. Про то, как она стояла в полутьме арки и внимательно следила за мной, не делая ни малейшей попытки позвать кого-нибудь на помощь. – На крыльце мне вновь удалось прийти ненадолго в себя, – глухо завершила я. – Наверное, помог свежий ветер и прохлада. Ну а потом уже и вы подоспели. – Подоспел, – с какой-то странной интонацией протянул Максимилиан. – Знаешь, что удивило меня сильнее всего? Ворота. Они были открыты. – Значит, вы тоже это заметили? – встрепенулась я. – Но я ручаюсь, что лично замыкал их чарами, – продолжил лорд, не обратив внимания на мое восклицание. – И ключ от них есть лишь у очень ограниченного числа людей. Его пальцы вновь крепко сомкнулись на моем запястье, как будто он в очередной раз собирался проверить мой пульс. – Ты ведь кого-то заметила, когда магия вела тебя из дома, – без намека на вопросительную интонацию проговорил он. – Кого? – Вы сами знаете ответ, – тихо сказала я, почему-то ощущая себя словно виноватой. – Дороти. Слово упало в тишину комнаты сразу же, и я молча кивнула в подтверждение. – Демоны! – шепотом выругался Максимилиан. Прикрыл глаза и шумно втянул в себя воздух, хищно раздувая ноздри. Замер так на некоторое время, обдумывая услышанное. – Кто это был? – рискнула я первой нарушить затянувшуюся паузу. – Ты сама знаешь ответ, – вернул мне той же монетой Максимилиан. – Лорд Дагмер Гессен, – почти беззвучно выдохнула я. Настала моя очередь жмуриться в попытке осознать этот факт. – Но зачем? – жалобно спросила я. – Что я ему плохого сделала? – Зачем? – с едким сарказмом осведомился лорд. – Хельга, небо с тобой. Неужели действительно не понимаешь свою ценность? Напротив, я бы очень удивился, если бы Дагмер ничего не сделал, чтобы заполучить тебя. И я уверен, что это будет далеко не единственной попыткой. Я вся сжалась от столь жуткого предупреждения. Однако все равно никак не могла полностью разгадать смысл плана лорда Гессена. – Но я все равно не понимаю, – пробормотала я. – Рабства в Ардеше нет. Лорд Гессен не смог бы удерживать меня насильно. Это ведь… Это самое настоящее похищение, что вне закона. Осеклась, перехватив саркастическую ухмылку Максимилиана, который воззрился на меня с непонятным веселым недоумением. – Согласен с тобой, это ужаснейшее преступление, – ехидно мурлыкнул он. – Только кому ты собралась жаловаться, дорогая моя? Приструнить лорда Гессена может только король. Ну, и я, безусловно. На всех остальных ему плевать. – Ясно, – протянула я и совсем пригорюнилась. Тяжело вздохнула и себе под нос пожаловалась: – Что же мне теперь делать? – Тебе – ничего. – Ухмылка Максимилиана стала еще ядовитее. – И не переживай. Я этим займусь. – Как именно? – полюбопытствовала я. – Я ведь не могу остаток жизни провести под замком или под вашим пристальным наблюдением. Это как-то… странно. Светлые глаза темного лорда внезапно потеплели. В них заплескался затаенный смех, как будто его позабавили мои слова. – Вообще-то, одна идея у меня есть. – Максимилиан внезапно взял – и лукаво подмигнул мне. – Если все пройдет так, как надо, то Даг навсегда от тебя отстанет. Уж это я тебе гарантирую. Я даже приподнялась немного, настороженная странными нотками, проскользнувшими в голосе лорда. Как будто он с трудом сдерживал смех. Интересно, что он задумал и почему заранее так веселится? Нет, обещание Максимилиана мне очень даже понравилось. Но все-таки хотелось бы знать хоть какие-то детали. А то мало ли. – Ни слова пока не скажу, – предугадал мой следующий вопрос Максимилиан. – И вообще. Спи, Хельга. Сегодня был очень тяжелый день, но и завтра я тебе отдыха не обещаю. – Но… – попыталась возразить я. – Спи. – В голосе лорда прорезались бархатные вибрирующие нотки. – Ничего и никого не бойся. Я побуду с тобой немного. Мои глаза сами закрылись, и я мягко и без сопротивления соскользнула в глубокий сон. Последнее, что я запомнила: как лорд Детрейн укрывает меня теплым тяжелым одеялом.