2.4.3

Лоренцо задумался, прежде чем ответить, и уверенно сказал:

— Нет. Если ты не представляешь опасности, то нет.

Он помолчал, постукивая себя пальцем по губам. Потом, как будто решился и добавил:

— Драконы преданы королевским братьям. У них там какие-то договоры чести или что-то вроде этого, я не вникал. Их вообще не так чтобы много у нас в стране, но при этом столько внутриклановых заморочек! Только король их и, может, в случае чего, растащить по углам.

Он вздохнул, поправил волосы и передвинул с места на место чашки на столике.

— Вообще-то, драконы считают честью служить королевской семье. А уж Клэрмонт тем более, но… — он лукаво улыбнулся и покосился на меня: — больше ничего не скажу, это не моя тайна.

Полночи я проворочалась без сна, вспоминая то разговор с адвокатом, то странное поведение принца, то рассказ Лоренцо. Заснула уже под утро. Ужасно не выспалась, но, благодаря бдительной Стрелке, в приёмной принца появилась вовремя.

И если бы я знала, что меня ждёт в этот день, я, может быть, лучше проспала.

День начался, как обычно.

Поварёнок принёс кофе и газету, которую я решительно спрятала в ящик стола, даже не взглянув на главную страницу. Ну её. Надо избавляться от старых привычек.

Мы мило поболтали с пареньком. Правда, я больше слушала, пока поварёнок вываливал на меня всё, о чём судачат на кухне. А говорили там о королеве-матери и её поспешном отъезде.

Мой собеседник явно пытался выведать у меня хоть какую-нибудь информацию, но делал это настолько топорно, что я мысленно посмеивалась.

— Почему ты считаешь, что я могу знать больше, чем королевские слуги? — спросила у него напрямик и сильно смутила поварёнка.

— Ну, наш шеф говорит, что вы водите дружбу с такими людьми, да и Его Высочество о вас высокого мнения, так я подумал, — он уже оправился от смущения и хитро стрельнул в мою сторону глазами. — Было бы очень кстати выиграть пару лишних монет.

Фразу про дружбу я пропустила мимо ушей, а вот про принца мне стало любопытно.

— А с чего твой шеф считает, что принц обо мне высокого мнения? — осторожно спросила я, возвращая ему пустую кофейную чашку.

Поварёнок ловко подхватил её и восторженно начал рассказывать.

— Ну как же! Индивидуальные заказы у самого Лоренцо, разрешение на переустройство комнаты, а ещё, — он заговорщицки понизил голос и поднял брови, — говорят…

Он заозирался и придвинулся ко мне на шажок. Стрелка, сидевшая на моём плече, вспорхнула и, предостерегающе стрекоча, пролетела прямо перед его лицом.

Поварёнок отпрянул, смутился и, не глядя на меня, упрямо выпалил скороговоркой:

— Говорят, что королеву-мать отправили на воды после того, как она нелестно отозвалась о вас.

Сказав это, он с надеждой посмотрел на меня.

Стрелка возмущённо поцокала, а я молчала, не зная, что и сказать. То ли рассмеяться, то ли возмутиться.

Так ничего и не придумав, встала и мягко указала поварёнку на дверь:

— Думаю, тебя уже потеряли.

Паренёк засуетился, попятился, перед самой дверью резво развернулся и выскочил за дверь. Я тяжело вздохнула.

— Как-то мне сложно свыкнуться со сплетнями обо мне, — пожаловалась Стрелке и пошла за свой рабочий стол.

— Привыкай, — философски ответила птичка.

Первым посетителем был посыльный от Клэрмонта. Вышколенный молодой человек стоял по струнке смирно всё время, пока я внимательно читала список, составленный адвокатом.

Список был огромный, но ничего подозрительного я не заметила, поэтому подписала разрешение и отдала посыльному.

А дальше начался какой-то нескончаемый поток документов на имя Его Высочества. Отчёты, распоряжения, деловые письма — мне начало казаться, что проще снять дверь петель и поставить рядом, чем слушать её постоянное хлопанье.

Каждый свиток я изучала, если могла открыть и записывала. Часть из них я сразу же переправляла дальше, часть откладывала в стопку, там требовалось разрешение Его Высочества.

— Как он со всем этим справляется? — взмолилась я ближе к обеду.

— Всё, что ты сейчас делаешь, при принце делаем мы, — заметила птичка. — Несколько магических птичек. Вся переписка приходит сразу ему в кабинет.

Я вздохнула.

Помимо посыльных, приходили посетители. Судя по разговорам и взглядам, большая часть приходила по надуманным причинам. Видимо, посмотреть на меня и убедиться, что Его Высочества действительно нет на месте.

Вскоре с разницей во времени, пришли два письма с защитой от вскрытия. Их я решила сразу же положить ему на стол. На всякий случай.

Осторожно открыла дверь в кабинет принца и поразилась царящей здесь тишине. Огромная комната была погружена в полумрак, шторы наполовину задёрнуты. Магические светильники тускло освещали книжные шкафы. Воздух был кристально чист.

На цыпочках я быстро дошла до массивного стола и положила письма на абсолютно пустую столешницу. Повернулась, чтобы уйти, но в последний раз передумала и поместила свитки в дополнительный защитный кокон.

Кивнула сама себе, решив, что лишняя безопасность не повредит, и практически выбежала из кабинета.

Но вернувшись к себе, засомневалась, правильно ли поступила. Промаявшись несколько минут, не выдержала и связалась с Вороновским.

Как ни странно, но вместо него ответила та самая ведьма. Я растерялась и не знала, что сказать, а Зарецкая спокойно смотрела на меня. Не торопила, но и не помогала.

— Извините, леди Зарецкая, у меня вопрос к господину Вороновскому, и я… ошиблась вызовом? — спросила я.

Та иронично приподняла бровь и ответила с ехидным смешком:

— Он немного занят и поэтому попросил меня ответить на вызов. А впрочем, вот и он.

Рядом с ней появилось изображение нахмуренного артефактора.

— Что ещё случилось в приёмной Его Высочества? — обречённо поинтересовался он, забыв поздороваться.

— Два письма, с защитой от вскрытия, без подписи и обратного адреса, — отчеканила я, стараясь не думать, что дёргаю его по пустякам. — Я положила их на стол принцу, добавив магическую защиту, но меня терзают сомнения.

— Ты всё правильно сделала, — буркнул Вороновский. — Сейчас приду.