2.5.3
— Ага! — раздался восторженный голос Вороновского, и мы с принцем рванули в кабинет.
Одновременно протянули руки к дверной ручке и тут же оба отпрянули. Я даже отступила, а Его Высочество, наоборот, сделал ещё один шаг, открыл дверь и галантно предложил мне войти первой.
В открывшийся проём сиганула Стрелка, и я увидела краем глаза, как она подлетела к Вороновскому, который склонился над столом.
А вот я стушевалась. Будь передо мной обычный мужчина — не раздумывая, пошла бы вперёд, но это же принц. Этикет, вбитый в голову классными дамами, заставил сделать ещё один шаг назад.
Нарушить королевский протокол для меня было кощунственно.
Принц же расценил моё замешательство по-другому. Он склонил голову и неожиданно улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Просто краешками губ. Но от этого его лицо полностью преобразилось.
Властный, жёсткий, безжалостный политик исчез и вместо него показался…
«Нет, нет, нет! Не надо додумывать эту мысль», — оборвала себя и замотала головой.
— Не бойся, Элен, — тихо сказал принц, — если бы в кабинете таилась опасность, я бы тебя не пустил.
— Ваше Высочество, — умоляюще прошептала я, покосившись в открытую дверь, — королевский протокол!
Всё ещё придерживая дверь, принц сделал шаг ко мне и приобнял, нежно коснувшись спины. И слегка подтолкнул вперёд.
— Забудь, — сказал он ещё тише, — во всяком случае сейчас.
— Вы чего там в дверях застряли? — раздался насмешливый голос Вороновского. — Идите сюда скорее!
— Здесь все свои, — склонившись к уху, сказал принц и отпустил меня. Но тепло от его ладони чувствовалось так сильно, будто он оставил на спине свой след.
— Но, Ваше Высочество… — полузадушено от нахлынувших ощущений, пробормотала я.
— Элен, ты заставляешь меня предлагать дважды, — сказал принц, стоя рядом и так близко, что это могло показаться неприличным.
Да оно и было неприличным, это мизерное расстояние между нами!
«Да что происходит-то?» — верещала внутри меня некстати проснувшаяся паника.
— У меня свободный день, как ты помнишь, и сегодня я не твой начальник, — голос принца был вкрадчивым и таким манким, что у меня голова пошла кругом, — сейчас я просто Кассиан.
Что за магия крылась в его голосе, не знаю, но я как заворожённая смотрела в его тёмные глаза, не в силах оторваться. Дыхание сбилось.
В его зрачках тонуло моё отражение. Я видела, как дрогнули его ресницы. В висках стучало, а по телу разливалось тёплое марево. Его взгляд обволакивал меня, ласкал кожу, заставляя её покрываться мурашками.
Казалось, ещё мгновение и я забуду — где я.
— Но вы всё равно принц, — с трудом, удерживаясь за остатки здравого смысла, смогла пролепетать я.
— Для тебя… нет…
Его слова падали тихими каплями в мою душу, оставляя волнующие круги. Мне захотелось закрыть глаза и растворится в этом моменте, запомнить его до мельчайших ощущений. Эту близость. Теплоту. Древесный запах с тонкой примесью лимона.
— Мне тут птичка напела, что письма тебя тянули в кабинет, — как гром среди ясного неба раздался рядом ироничный голос Вороновского.
Волшебство момента осыпалось разноцветными блёстками.
— И как не жаль вас прерывать, но нужно провести эксперимент, прежде чем разбираться с ними дальше, — в его голосе не было ни капли сожаления.
— Ты не вовремя, Адриан, — голос принца был по-прежнему негромким, но в нём звенела такая сталь, что я снова покрылась мурашками. От разницы в тоне. От сокрушительной власти, которая обрушилась на нас, отсекая Вороновского. Теперь в глазах принца я видела бурю.
— Ваше Высочество, — спокойно произнёс Вороновский, — я никогда не тревожу вас по пустякам.
— Хорошо, — резко выдохнул принц и снова стал привычным для меня властителем.
Он развернулся и вошёл в кабинет. Первым.
Я тихо выдохнула и поплелась следом.
Вороновский уже снова был около стола и театральным жестом снял с писем магическую защиту.
— Мне нужно кое-что проверить, — невозмутимо сказал он. — Трогать мы их пока не будем. Элен… — обратился он ко мне.
И в этот момент, принц, что шёл впереди меня, выставил руку, закрывая мне путь.
— Она не подойдёт, — сказал он.
— И не нужно, — сразу же ответил Вороновский.
Я выглянула из-за плеча принца и осмотрелась. Леди Зарецкая задумчиво бродила по кабинету, поглядывая на шкафы и не отходя далеко от стола. Птичка, нахохлившись, сидела на подголовнике кресла.
— Мне нужно кое-что понять, — начал объяснять Вороновский. — Птичка сказала, что леди секретарь, — он бросил на меня быстрый взгляд, — нервничала с того момента, как отнесла письма в кабинет. Это так?