Глава 8

И взяв Александру за руку, отправился вслед за училкой. Саня попробовала вырваться. Но пальцы генерала клещами сомкнулись вокруг ее ладошки. Александра попыталась выпростать руку, сжатую будто тисками. Не особо больно, но неприятно.

«Что это вообще за самоуправство такое! — возмутилась про себя Александра, наблюдая, как впереди важной павой плывет Юляшка. Александра перевела взгляд на Кирсанова и недовольно поморщилась. — Прибыл герой державы на мою голову! Век бы его не видала», — фыркнула она про себя, снова повторяя попытку вырваться. Не получилось.

— Перестань дергаться, Санечка, — предупредил ее Кирсанов. — Ну что ты как маленькая, в самом деле?

Александра кивнула, понимая, что он прав. Со всех сторон к кафе стекались люди. Кто-то радостно махал ей рукой, кто-то с любопытством разглядывал ее кавалера.

«Сейчас лучше подыграть, — подумала она. — На следующий год все забудут, как выглядел ее кавалер, а вот шоу в стиле армреслинга не забудется никогда. Выдыхай, Шурочка», — самой себе напомнила она. И нацепив лучезарную улыбку, за ручку с Кирсановым Александра вошла в фойе. А вот тут ее ждал сюрприз, когда один из учеников Юляшки, лет на пять старше, огромный лысый шкаф, по-свойски шагнул к Кирсанову. Мало того, что обнял как близкого родственника, так еще и щекой потерся.

«Ну бли-и-ин! — пронеслось в голове у Саньки. — У этого типа везде знакомые!»

Она, как дурочка, встала в очередь в гардероб, инстинктивно ища родные лица.

— Здравствуйте, Александра, — кивнул лысый здоровяк и предложил: — Снимайте ваши пальто, я сам в гардероб отнесу.

«О как! — мысленно возмутилась Саня. — Пришла бы одна, стояла бы, как простые смертные, в очереди. А генерал наш и тут договорился. Вот же жук!» — хмыкнула она про себя и, принимая ухаживания Кирсанова, помогающего ей снять дубленку, внезапно осознала, что вот этого громилу из предыдущего Юляшкиного выпуска она панически боялась в начальной школе. Даже проходя мимо него, чувствовала, как дрожат поджилки.

— Я к своим, — сохраняя последние капли самообладания, заявила Александра и кивнула в сторону одноклассников. — Потом встретимся.

— Ты только из моего поля зрения не пропадай, — мягко заметил Кирсанов.

— Куда я с подводной лодки, — отмахнулась Александра, всем своим видом показывая: тебе надо, товарищ генерал, ты и следи.

Кирсанов неопределенно хмыкнул, а затем уставился вслед Александре. Как ему показалось, незаметно опуская взгляд со спины на округлые ягодицы, задорно колыхающиеся в черных брючках.

— Я всегда думал, что ты больше по сиськам, шеф, — задумчиво протянул Миша Павлов. — А сейчас на задницу залип…

Кирсанову хотелось закричать, что к этой невероятной девице он весь прилип так, что не отодрать. Вернее, отодрать следовало кое-кого. Разложить на белых простынях и вставить…так, чтобы стонала и умоляла не останавливаться. Но распространяться о своих желаниях Кирсанов не стал. Лишь слегка усмехнулся и пробурчал чуть слышно:

— Крепс в аэропорту Яшму срисовал. Тот даже поздороваться не удосужился. Вот же стервец. Стоял с какими-то отморозками. Я беспокоюсь, Миша, как бы он не связался с дурной компанией. Сейчас только этого не хватало.

— У меня есть его номер, — пробормотал Павлов. — Позвоню. Встретимся, поболтаем.

— Ага, — кивнул Кирсанов, наблюдая, как Александру обнимает за плечи какой-то придурок в сером костюме. Еще и в щечку целует. Офисный хомячок. Тьфу! Он поморщился, словно от зубной боли, и внезапно застыл на месте.

— Я, конечно, параноик, Миш, — хмыкнул усмехаясь, — но что-то мне чуйка подсказывает, что наша Яшма приперлась сюда неспроста. Кабы неведомые враги моей девочки его на подмогу не вызвали.

— Тогда лучше пока звонками не беспокоить, — пробормотал чуть слышно Павлов. — Спугнуть можем. Но я найду способ за ним проследить.

— Да, кого-нибудь толкового приставь, — одобрил план действий Кирсанов и заметил дурашливо: — А почему встреча одноклассников проходит в кафе? И ты разве в одном классе с моей Саней учился?

— Нет, конечно, — мотнул лысой башкой Павлов. — Это кафе принадлежит кому-то из Юляшкиных учеников. Из нашей школы она давно ушла. А в новой собираться смысла нет. Вот в ее день рождения все ее выпускники приходят сюда поздравить ну и встретиться друг с другом.

— Хорошая задумка, — улыбнулся Кирсанов. — Но ты иди, встречайся с народом. А я издалека Саню покараулю.

— В этом году из моего класса никто не пришел, — печально хмыкнул Павлов. — Стоял один, как дурак. Уже уходить хотел, а тут ты, Бек. Пойдем, что ли, по коньячку жахнем, а?

— Хорошая идея, — довольно крякнул Кирсанов, оглядываясь по сторонам. — Только нужно расположиться так, чтобы Саню из виду не потерять.

— Займем плацдарм у барной стойки, — осклабился Павлов. — Накапай нам «Отарда», — велел он бармену, усаживаясь на высокий деревянный стул с затейливой спинкой. Кирсанов занял место чуть сбоку, наблюдая, как Александра во главе делегации направляется к классной с букетом цветов.

— От каждого класса по букету? — удивился он. — Каждый мог бы сам принести…

— Юляшка не любит скопища цветов. Астры и ромашки дарить запрещается. Только розы и только один красивый букет, — хмыкнул Павлов под трель сотового и тут же с удивлением глянул на генерала. — На ловца и зверь бежит, Бек, — скривился, нажимая на кнопку вызова. — Да, Олежка, — радостно возвестил в трубку, а потом изумленно уставился на шефа. — Да, рядом, сейчас передам.

Кирсанов, почувствовав неладное, взял сотовый и коротко бросил:

— Привет.

— Здравия желаю, — по привычке начал Яшма и осекся. — Тут это…Бек…я случайно не на той стороне оказался. Увози девчонку, пока не поздно. На нее охота объявлена.

— А охотник ты? — ощерился Кирсанов и добавил душевно — Пока дров не наломал, Олежка, уноси-ка ты ноги с той стороны. Ты мне здесь нужен. Живой и здоровый, понял?

— Понял, бать, — глухо обронил Яшма. — Постараюсь выбраться на своих. Но глупо было бы что-то обещать.

— Что-нибудь известно о заказчике?

— Нет, дела ведет посредник. Но что-то она знает или видела. Одним словом, боятся ее показаний, Бек.

— Я понял, Олег, — пробормотал Кирсанов. — Скажи, куда приехать. Крепс или Паша тебя подхватят.

— Я где-то за городом, — признался Яшма. — Может, еще на что сгожусь.

— А разговариваешь откуда? — насторожился Кирсанов.

— На улицу покурить вышел. Рядом нет никого.

— Будь осторожен, Олежка, — велел Кирсанов и, отдав трубку Павлову, пробурчал раздраженно: — Уже и так ясно, что заказ, а Саня не верит. Думает, что я развлекаюсь, хочу отнять у нее Лешу.

— Я эту девчонку еще по начальной школе помню. Всегда шла мимо и косилась. Будто боялась меня. Но смелая такая, ни разу не свернула.

— Я помню, каким мордоворотом ты в отряд пришел, — натужно усмехнулся Кирсанов. — И тоже испугался, Миш. А вот теперь думаю, как мне Александру и сына вывезти. Кому она могла так помешать? — от досады и собственного бессилия он даже стукнул себя по ноге.

Олег Камнев по прозвищу Яшма прошелся чуть дальше по аллее и, удалив из списка вызовов звонок Павлову, позвонил сестре. Потрещал о том о сем, справился о здоровье матери. И только потом побрел обратно в дом.

— Где тебя носило? — поинтересовался Тема, спускаясь навстречу.

— Сестре звонил, — буркнул Яшма. — У меня мать болеет сильно. Поэтому и согласился на эту работенку, — соврал он. — Деньги нужны на лечение.

— А-а-а, — протянул Тема. — Поехали в кафе. Пацаны уже там ждут. А я тебя по всему дому искал. Куда пропал, думаю…

Олег кивнул, соглашаясь. С утра ничего не жрал. Только в самолете зажевал какую-то кашу с курицей и булку с маслом.

Дорогой он прикинул, как закажет себе отбивную и картошку фри, а еще граммов триста водки для сугрева. От этой мысли даже потеплело на душе, а потом все думки плавно перетекли на Бека. Кем ему жертва приходится? На один раз или долгоиграющая пассия? Кто разберет? Ясное дело, что с этим шефом и его заказчиком Сергей Юрьевич Кирсанов расправится и не заметит. Тогда можно считать, что повезло вражинам. А вот если заметит, то повезет меньше. В гневе Бек страшен. Приходилось наблюдать и не раз. Яшма скривился, пялясь в окно, как мимо проносятся заснеженные кустарники и деревья. В мыслях он снова вернулся к загородному дому, где провел без малого почти четыре часа. Хозяин, высокий вальяжный парень, чем-то отдаленно напоминающий Элвиса Пресли, что-то буровил о высшей справедливости и помощи хорошим людям. Длинно и путано пытался что-то объяснить, но из его пространных речей Яшма ничего не понял, как ни старался.

«Прав Бек, некоторые люди не в состоянии донести до собеседника даже элементарные мысли, — подумалось Олегу, и он снова уставился в окно, довольный собой. — Все-таки хорошо, что удалось перетереть с батей. Теперь и слинять можно. Особенно если Бек девку спрячет. Да и когда такой человек, как генерал, будет обязан по жизни, тоже неплохо. Бек никогда не забывает тех, кто помог ему в трудную минуту. Как хорошо все складывается, — вздохнул про себя Яшма и невидящим взором уставился на яркую вывеску «Огонек», переливающуюся всеми цветами радуги. Там, ясное дело, шел какой-то гульбарий, и о спокойном ужине приходилось только мечтать. — Если еще впустят, конечно», — хмыкнул про себя Олег, а вслух поинтересовался отрывисто:

— Зачем мы сюда притащились? В вашем славном городе больше кабаков нет?

Тема усмехнулся многозначительно и, кивнув куда-то на стоянку, заметил радостно:

— Сейчас фейерверк посмотрим, шефу отзвонимся и отмечать поедем.

Яшма прошелся взглядом по парковке и неожиданно наткнулся на сарай Павлова, увиденный сегодня в аэропорту.

«Твою мать», — выругался он, выскакивая из машины, и бросил на ходу водителю:

— Что вы удумали?

— Блинчик к тачке прицепили, — хохотнул Тема. — Эта дура сама в инстаграм написала, где будет сегодня вечером. Даже следить не надо! Вот лохушка!

— Идиотка, — в сердцах бросил Яшма, с трудом представляя, чтобы Бек выбрал в подруги непроходимую дуру.

«Хотя… — Камнев скривился про себя. — Волевому мужику с придурашкой спокойнее. Что на место поставить, что на четыре кости, — мысленно усмехнулся он. — Да и Бек особой разборчивостью не отличается. Трахает все, что под руку подвернется. Может, и жертва из этой же серии?»

Он остановился как вкопанный у маленькой металлической изгороди, отделяющей парковку от тротуара, и напряженно всмотрелся в стеклянные двери, то и дело отъезжающие в разные стороны. Люди выходили небольшими группками и, не желая расставаться, останавливались неподалеку. Кто-то обменивался телефонами, а кто-то, размахивая руками, рассказывал что-то смешное. Но ни Александры Калининой, ни Крепса рядом с ними не наблюдалось. Когда же двери разъехались в следующий раз, Яшма увидел до боли знакомые лица. Красную морду Мишки Павлова и сосредоточенную физиономию Бека. А между ними величественно шествовала в дубленке цвета вырви-глаз та самая дурная блогерша. Компания вывалилась из кафе, и Яшма заметил генеральскую руку, по-хозяйски лежавшую на талии жертвы. Девица нетерпеливо что-то сказала, и Бек, суровый и непреклонный, кивнул, будто дрессированный пуделек. Да еще в глаза посмотрел.

«Видимо, девица решила, что пора уезжать, — хмыкнул про себя Яшма, наблюдая, как Кирсанов, достав из кармана ключи, направляется к машине. — Твою мать! — выругался Камнев. — Твою мать! Сейчас и батя ни за что на воздух взлетит! — И если уж к глупой девке Олег не испытывал никаких добрых чувств. Вообще ничего личного, то за своего командира был готов сложить свою дурную башку. Сколько раз представлял, как закрывает Бека от пуль, сколько раз благодарил за данный мимоходом совет. Всегда в точку. Всегда по существу. — Девок, твою мать, много, — мысленно ощерился Яшма, — а вот Бек один! На все времена, твою мать!»

Можно было сдержаться, отступить в тень. Но увидев, что Кирсанов с девкой, попрощавшись с Павловым, уже подходят к машине, ринулся наперерез.

— Бек, там хлопушка! — успел проорать на виду у изумленной публики. — Не заводи мотор!

Следом грянул выстрел. Яшма, почувствовав, как дикая боль раздирает внутренности, упал на землю. Он не видел, как от своего Крузака, с пистолетом наперевес, к стрелявшим несется Павлов, не услышал, как просвистели другие пули. А просто, упав на асфальт, еще не просохший от очередного дождя, успел лишь подумать о том, что жизнь кончилась. Успел понять сквозь застилающую пелену боли, что жизнь эта еще и не начиналась вовсе. Но уже не услышал, как разъяренным тигром к нему метнулся Бек, приложил пальцы на горло и почти сразу же крикнул:

— Саня, вызови скорую! Скорее!

Александра судорожно набрала короткий номер службы спасения. Заикаясь пролепетала:

— Около кафе «Огонек» стреляли в человека. Он еще жив, кажется. Приезжайте быстрее.

Безумным взглядом она обвела парковку. Едва приметила людей, застывших около входа в кафе и возле своих машин. Будто со стороны посмотрела на саму себя, сидящую на корточках за какой-то Газелью, куда успел ее толкнуть Кирсанов. И поначалу укрылся сам, доставая из-под мышки невесть откуда взявшийся пистолет.

— Сиди здесь, — рыкнул генерал. — Даже голову высунуть не смей! Откручу! — сердито прорычал он и, будто в долбаном боевике, бросился к своему бойцу, лежавшему на парковке в луже крови.

Где-то завыли сирены, со всех сторон бежали люди. Кто-то хотел помочь, а кому-то не терпелось поглазеть. Но Александра так и осталась сидеть за Газелью. И только умоляла себя не разреветься прилюдно. Подождать того момента, когда голова коснется подушки.

«Это все из-за меня, — билась в башке шальная мысль. — Из-за меня!»

Найдя в себе силы подняться на ноги, Александра осторожно выглянула из-за машины. На тротуаре уже въехали скорая и полиция. А Сергей Юрьевич Кирсанов стоял около носилок и что-то говорил лежавшему на них молодому крепкому парню, спасшему сегодня своего генерала и никчемную жизнь Александры Калининой.

— Как это никчемную, — пробурчала она себе под нос. — У меня есть Лешик. Ради него стоит жить.

На негнущихся ногах она побрела обратно к кафе, не смея подойти к Кирсанову и стать рядом. Поблагодарить. Взять за руку. Она чувствовала себя обузой, свалившейся на голову занятому человеку.

«Что же я наделала? — в который раз мысленно охнула она. — Что натворила по собственному легкомыслию?»

На дрожащих ногах Александра вернулась к «Огоньку» и, заметив среди обалдевших зевак своего одноклассника Гену Кириллова, попросила жалостливо:

— Подкинешь меня до дома, Ген?

— Конечно, — кивнул тот. — Поехали! Вон моя тачка, — показал он на новенький мерседес, припаркованный с другой стороны от входа.

— Спасибо, — прошептала она, понимая, что сейчас самое важное — добраться домой, к Лешику.

— Минуточку! — раздался сзади знакомый голос. — Александра Андреевна, нас машина ждет, — рыкнул Кирсанов и, приобняв Саню за плечи повел к черному Крузаку.