Liebe. История одной любви Лиза Вайн · 17. Что я наделала?!

17. Что я наделала?!

Амира

О. Мой. Бог! Как он целуется? Как он целуется! Как?! Как тот, кто капитально занялся нашим мирозданием: создал из звёздной пыли сначала нашу планету, затем Адама и Еву… В костюмах последних (без листочков!) мы пролежали всю ночь. На друг друге, под друг другом, в друг друге…

Ханнес не оставил на мне ни одного не зацелованного и не обласканного сантиметра. Мы жадно изучали наши тела и их различные зоны реагирования при ярком свете его читательской лампы, но с полной отключкой без мозгов. Последние мы удалили в корзину кнопкой «Delete».

Мой безбашенный горячий сосед был очень нежен и осторожен во время болезненного проникновения… К счастью, он не стал долго мучить меня. Продвинулся до конца, потёрся у входа и с предупреждением о своём финале кончил, излился на мой живот.

То, что он профи, я поняла по его лениво-небрежным, но отточенным движениям.

Он вытащил из под кровати влажные салфетки, вытер меня, себя, поднялся, выкинул всё в закрытую металлическую урну, встал у раковины и вымыл своё хозяйство прямо там. Не выходя из своей комнаты в нашем общежитии…

Как же всё просто у мужчин!

Почему я не могу вымыться также у раковины?

Вместо этого я кряхтя поднялась, проверила, чист ли коридор, и только тогда юркнула в общий душ на семерых. В его махровом халате болотного цвета, как и его глаза.

Сидя на очке, размышляла о своём первом разе. Меня вдруг охватило какое-то глупое разочарование, ведь после дефлорации я так и не увидела на его (чёрной!) простыне хоть одно пятнышко! Зато когда вытерлась клочком туалетной бумаги, испугалась её цвета. Вот она — розоватая кровь! Наконец-то, возликовала я и снова как дурочка разочаровалась… Где он, когда нужен? Показала бы ему вещдок потери своей невинности, то он всю ночь не верил и твердил, что я целуюсь и ласкаю его, как "заправская шлюха". Его шлюха… Мне понравилось ею быть, несмотря на то, что это был мой первый раз…

Под душем я направила горячую струю в центр жжения и боли. Прислонилась к стене и снова задумалась о том, почему я до сих пор полностью игнорировала и упускала такую замечательную часть нашей жизни, как секс? Всю жизнь я интересовалась лишь одной учёбой, забывая о том, что есть вещи более приятные по ощущениям, чем корпение над книгами международных отношений и их бездумное конспектирование в библиотеке.

Вспоминая нашу близость до мелочей, я начала краснеть до корней волос. Краснеть и смывать его сладковато-терпкий запах с себя. Последний, казалось, пропитал меня всю насквозь. Залез под кожу и даже под коротко остриженные ногти.

Я мысленно возвращалась к сценам, где Ханнес максимально расслабил мою Малышку — сначала своим горячим влажным языком, затем своими порочными, безумно чувственными и виртуозными пальцами…

Мой бугорок, а я и не знала, что он может быть таким чувствительным, больно-сладко натянулся, словно гитарная струна, и от интенсивно теребящих его пальцев, лопнул. Мой эпицентр женственности затрясся. Я несколько раз подряд словила звёзды в глазах и вспышки чистого кайфа в мозгах.

Именно в момент моего последнего выпадания из реальности Ханнес сделал меня своей…

Возможно, этим самым он навсегда испортил меня для других мужчин. И я всегда буду вспоминать о своём самом первом мужчине, как о… Эвересте, на который другое не смогут взобраться?!

В душевую вдруг постучали.

Чёрт, кому приспичило в такой поздний час?!

Я кое-как вытерлась наспех и (опять-таки в его халате!) открыла дверь. Где-то глубоко в подсознании догадывалась, что это мог оказаться только он…

Соседушка улыбался до самых ушей. Ему явно нравился весь мой растерянный смущённый вид. Он неожиданно склонился, обхватил мои колени, перекинул через своё левое плечо и понёс обратно в своё логово. Как неандерталец. Этой ночью мой первобытный человек!

В постели мы снова занялись страстным петтингом. Уснули оба под утро…

Я проснулась с первыми просветами солнца в его жалюзи.

Моя попытка незаметно выскользнуть из его крепких объятий не увенчалась успехом. Ханнес ещё плотнее сгрёб меня в охапку и зарылся носом в мои волосы.

— Принцесса, куда ты собралась в такую рань? — недовольно пробурчал и надкусил мочку моего уха.

Я соврала ему о своём, грозящем лопнуть, пузыре. Возвращаться в его постель не собиралась…

Мой сосед через стенку нехотя раскрыл свои сильные мускулистые руки и разочарованно вздохнул — Только возвращайся обратно, иначе я не засну!

Пообещав ему подумать, я быстро вышла, зашла к себе, тихонечко закрылась на ключ и упала лицом на свою мягкую койку.

Боже, что я наделала?!

Отдалась "первому встречному", вернее, последнему во всём общежитии, кому вообще не стоило бы отдаваться! Ведь он ловелас. Нет. Разбиватель сердец. Нет. Любитель открытых отношений…

Теперь, помимо Магды, он ещё трахает и меня? Да… Это полный трындец!!!

Как я допустила такое???

Куда подевались все мои железные принципы и папино строгое воспитание?

О. О. О-о-о… Дьявол! Что будет, если об этом узнает папа??? Он же меня прибьёт? Прибьёт! Скажет, что я опозорила всю нашу семью!!! Откажется от меня, своей родной дочери и перестанет финансировать мою учёбу здесь…‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А ведь сегодня мой вступительный экзамен по немецкому. Я совсем не спала, поэтому провалю его и тогда… Улечу обратно с зря потраченными временем, деньгами, разбитыми амбициями, сердцем и испорченной репутацией…

Какая же я полная дура, идиотка! Чем я думала в тот момент?

Всё моё тело слегка побаливало от его жгучих поцелуев с засосами. В моём лоно всё немного непривычно жгло и ныло… Я вдруг вспомнила, что он НЕ надевал презерватив…

Мою спину резко обдало холодом. Что если он меня чем-либо заразил?! Или ещё хуже — вернусь домой не только с ВИЧ, а ещё и беременной впридачу?!

Поднялась с кровати и залезла в свой старенький допотопный телефон. Начала шерстить интернетные форумы на немецком и украинском. Поисковик выдал мне кучу схожих с моими вопросов и не менее длинных ответов на них. Чем дольше я вникала во всё возможные нюансы, тем больше занервничала…

Как он мог так безрассудно лишить меня невинности???

Со слезами на глазах я быстро оделась и крадучись покинула нашу WG. Не зная, что делать и куда идти, я дошла пешком до библиотеки, которая открывалась с семи утра.

В карусельных дверях наткнулась на Франческу.

— Доброе утро, Амира!

Утро понедельника вышло совсем не добрым для меня, скорее, отрезвляющим…

Моя недавняя спасительница как-то сразу заметила, что со мной произошла беда. На скамейке у входа я расплакалась и рассказала ей о своём главном страхе. Мне полегчало. Франческа нахмурила лоб и начала ругаться на моего соседа.

— Пойдём, — решительно потянула она меня за собой.

— Куда?

— В Notfallaufnahme (Пункт неотложной помощи — нем.) самой ближней больницы…

— Но я жива-здорова!

— Так ты хочешь забеременеть???

— Конечно нет!!!

— Тогда там тебе выпишут таблетки, и всё путём…

В приёмном зале ожидания мы, к счастью, просидели меньше часа. Женщина-гинеколог вызвала меня по фамилии. Было так стыдно и неловко рассказывать ей обо всём… Она осмотрела меня на стуле. Прощупала. Взяла мазок.

— Результаты анализов будут через две недели, вот вам рецепт для двух таблеток. Выпейте по инструкции. В следующий раз предохраняйтесь!

— Простите, а на ВИЧ и прочие болезни тоже будет результат?

— Нет, — отрезала она — По этому поводу обращайтесь к своему лечащему интерну или врачу-гинекологу, у которого стоите на учёте. У нас здесь травмпункт, понимаете?!

От стыда я готова была провалиться сквозь землю.

— Пить или не пить? — спросила саму себя, сидя спустя полчаса на той же скамье у библиотеки с Франческой, держа в руках серебряный блистер с анти-бэби-таблетками. — В них столько побочки! И потом прямого попадания не было, а так… На живот!

— Не будь дурой, по твоему календарю, у тебя "опасное" время. А ещё есть такая вещь, как "предъэякулят"…

— Да, ты права…, — тяжело вздохнула, открыла крышку бутылки с водой и проглотила во внутрь мощный гормон.

— Что теперь будешь делать? — сочувственно спросила она меня.

— Пойду в библиотеку готовиться к экзамену?!

— Я имела в виду ситуацию с Ханнесом…

Не знала, что ей ответить. Не знала, что и думать. Знала только то, что не смогу спокойно показаться ему на глаза. Прошлой ночью он уже видел и ласкал меня почти везде… Мы перешли с ним соседскую и дружественную грань!