22. Признание
Амира
Мне повезло с моим первым работодателем: Энцо оказался порядочным и корректным со мной с первых же минут моего пробного дня.
Он сразу всё капитально объяснил, что и где у него находилось. Также показал мне полезные лайфхаки, как нужно наливать пиво в кружки так, чтобы пена не убежала, правильно смешивать фрукты с овощами для свежих смузи, красиво подавать обычную воду со льдом и прочие важные детали.
Я даже стала записывать в свой маленький ручной блокнот всё подряд, чтобы не забыть, что и как делать.
Во время занятий Энцо вдруг стал абсолютно сконцентрированным и точным в обращении со всеми. Я начала невольно восхищаться им. Впервые в жизни увидела вживую такого потрясающего танцора, как он, потому как дома в Киеве я обучалась исключительно у женщин-танцовщиц…
Энцо жил в танце!
Он поэтично разговаривал "на нём" своими безумно изящными и досконально отточенными движениями рук, ног и бёдер. В его плавных движениях не было ничего лишнего или наносного.
Мне захотелось научиться танцевать так, как он!
В конце моего первого рабочего дня я немного расслабилась, не чувствуя больше скованности наедине с Энцо. Убрала зал после его курса, подошла к нему и наконец спросила то, что давно меня интересовало:
— Энцо… Скажи, а где Рика? Она — вторая владелица танцстудии, да?
Его красивый греческий профиль вдруг исказился гримасой боли. Повернувшись ко мне лицом, он коротко ответил — Да, так и есть. Энрика — моя жена, мы вместе 10 лет назад открывали эту студию.
— Вау, какие вы молодцы! Это так здорово, когда муж и жена имеют общие интересы… Я очень буду рада с ней скоро познако…, — не успела закончить, как Энцо прервал меня на полуслове — К сожалению, это невозможно. Её больше года нет с нами…
— О-О-О, — протянула я в полном шоке — Энцо! Прости! Мне очень жаль! Прости меня, что спросила! — неуклюже попыталась я сгладить неприятную ситуацию.
— Амира, всё в порядке, откуда ты могла это знать?!
Помолчав немного, он добавил — Рика была моим лучом света в этой жизни. Пойдём, я тебе кое-что покажу…
Мы вошли в самый крайний небольшой зал, дверь которого была закрыта для посторонних.
— Это был её зал, — произнёс Энцо приглушённым голосом, оглядывая вместе со мной всё помещение, после того как включил свет.
У самого левого окна моим глазам открылась ниша, встроенная в стену, размером полметра. В ней был воздвигнут своего рода алтарь: перед красивым чёрно-белым портретом молодой женщины стояли в вазах свежие белые розы с нежно-розовым оттенком, а вокруг них толстые, красные, кладбищенские свечи.
— Я прихожу сюда каждый день, когда открываю и закрываю студию, — поведал мне Энцо — Раз в неделю ты можешь протирать здесь пыль с подоконников и мыть пол. Алтарь я всегда сам убираю…
Я заметила, как трудно стало ему говорить. Он сам витал где-то далеко в воспоминаниях…
Мне не хотелось его прерывать или же как-то "лезть в душу" своими дальнейшими неуместными расспросами.
Я уже собралась уходить, тем более, что моё рабочее время закончилось, как Энцо снова заговорил. В этот раз без остановки — Рика была родом из Пуэрто-Рико — Родины Сальсы. Мы познакомились с ней, когда ей было 15, а мне 16. Тогда мы оба уже профессионально танцевали, участвовали в местных соревнованиях у себя в странах… Тогда я серьёзно искал себе танцпартнёршу, чтобы начать выступать в парных соревнованиях, хотел выйти на международный уровень. Тогда интернет не был развит, подобные анонсы публиковали, в основном, в печатных газетах или специфичных журналах. Мне повезло: во время своих школьных каникул я впервые полетел со родителями в Сан-Хуан. Там и познакомился с ней во время одного танцевального сальса-вечера в клубе нашего отеля… Увидел её у барной стойки с фруктовым коктейлем в руке и всё — меня накрыло с головой! А когда мы начали вместе танцевать, то нам все говорили, что мы — идеальная пара… Так оно и было! Мы прожили и протанцевали душа в душу вместе почти 18 лет! Десять раз подряд заняли первые места по Show Latin Dance в Европе и пять раз вторые места в чемпионате мира. У нас с ней было столько всего задуманного… Но наши планы, мечты — всё разрушилось в один миг после спуска на лыжах в Альпах. Внезапная лавина застигла нас врасплох… Я успел завернуть за скалу, еле выкарабкался сам, кричал, звал её, раскапывал тот грёбаный снег вместе со спасателями… При падении у неё произошёл перелом первого шейного позвонка — умерла на месте…
Энцо замолчал, а его глаза блестели от наполненных слёз, которые он в последний момент сдержал.
— Энцо, мне так жаль, прими пожалуйста мои самые искренние соболезнования! Потеря любимого человека — это такая невосполнимая утрата, — мой собственный голос предательски дрогнул, а я уже чувствовала, как стекают слёзы по моему лицу.
Его печальная история глубоко запала мне в душу, так как я с детства была очень впечатлительной и сердобольный натурой.
Энцо заметил то, как эмоционально я отреагировала и подошёл ко мне улыбаясь с протянутой носовой салфеткой.
— Амира, прости меня-старика, я не хотел повесить на тебя свою личную трагедию. Жизнь так или иначе продолжается, хотя мы все рано или поздно умрём… Не нужно жалеть меня или сочувствовать! Я — счастливчик, потому что встретил и познал любовь всей своей жизни, в то время как многие проживают жизнь, не прочувствовав и одной трети того, что было у нас с ней. Я благодарю Бога за всё, что было. А ещё я продолжаю жить ради нашего с ней общего дела, параллельно помогая одной юной студентке-иностранке с подработкой и сальсой… Думаю, Рика бы гордилась мной! — с этим словами он закрыл зал и проводил меня до выхода.
На другой стороне улицы, к моему приятному удивлению, меня поджидал Ханнес.
Он стоял, расслабленно прислонившись задом к своему мотоциклу, и улыбался мне на все свои 32.
— Привет, Детка! Я тут чисто случайно проезжал мимо, — начал он
— Так я тебе и поверила! — подошла к нему, тоже мило улыбаясь, смачно чмокнула его в губы — Но мне всё равно приятно. Тем более, я зонт забыла дома…
Мы оба одновременно взглянули на тёмно-серые, сгущающиеся над нами тучи.
— Тогда поторопимся, тем более дома тебя ожидает сюрприз! — прижал он меня крепко к себе и поцеловал в лоб, прежде чем завёл мотор.
***
Дома меня действительно ожидал приятный сюрприз в виде романтического ужина вдвоём на кухне.
Ханнес при мне быстро приготовил рыбу-лосося в каком-то своём фирменном винном соусе со свежими овощами и жаренной картошкой. Он не дал мне помочь ему! К накрытому столу вытащил из холодильника охлаждённые сок и минералку…
Вспомнила его последние слова — Ты должна пьянеть только от меня! — улыбнулась.
— Что-то не так? — заметил он мою улыбку и подошёл ко мне вплотную.
— Всё так. Всё очень очень очень даже та-а-ак!
— В таком случае, — сорвал поцелуй с моих губ — Давай скорее покончим с ужином…
С нетерпением достал откуда-то длинные белые свечи (в тонких подсвечниках!), зажёг их и раздвинул стул передо мной.
Посередине стола стоял голубой горшок огромными синими георгинами…
Сердце в груди забилось чуть быстрее обычного, а в висках забарабанило.
Это он устроил мне прощальный ужин, ведь послезавтра мне съезжать… В никуда! Сейчас он скажет, как хорошо нам было вместе все эти три недели… А после подарит мне этот горшок или ещё какую-нибудь фигню и сделает со мной Schluss (здесь: Разрыв — нем.).
Ханнес проголодался не хуже меня… Когда он ел, то часто был так сконцентрирован на еде, что никого и ничего не замечал вокруг. В этот раз он ел, почти не отрывая от меня взгляда…
Ну всё, наверняка собрался красиво порвать со мной, как только доест!
Ханнес словно специально растягивал мою пытку, зыркал, тщательно разжевывал тающего во рту лосося и также медленно запивал всё Апфельшорле (Яблочный сок, разбавленный минеральной водой).
Видимо на моём лице отразился весь спектр моих чувств и мыслей, поскольку он наконец заговорил:
— Амира, я решил твою проблему с жильём. Теперь ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Тебе больше не нужно искать что-то новое и съезжать послезавтра…
Отлично! Значит, он просто решил порвать со мной, ибо у него появился кто-то ещё… А может Магда вернулась? В любом случае, хочет теперь загладить свою вину передо мной…. Пошёл куда-то и договаривался насчёт комнаты для меня. Что ж, и на этом ему спасибо!
— А этот ужин и всё прочее….
Моё сердце пропустило удар.
— … В честь твоего первого рабочего дня, который наверняка прошёл успешно! — уверенно добавил козлина и накрыл мою правую ладонь на столе своей левой лапищей. При этом нежно взглянул мне в глаза.
Я не знала, куда в тот момент деть себя и что именно ему ответить..
С одной стороны, безумно обрадовалась, что моя ежедневная головная боль из-за переезда и поиска нового жилья наконец рассосалась. С другой, я вдруг испугалась нашего с ним и дальше неизвестного будущего. Ведь мысленно я уже много раз представляла себе и где-то даже надеялась, что съехав из нашей общей WG-квартиры, быстрее забуду его после того, как он скажет, что наигрался в отношения со мной… Наши так называемые "отношения" сойдут совсем на нет после моего переезда. Мы просто перестанем видеться, поскольку будем жить в разных частях города. Из-за загруженности в учёбе и хобби у нас не останется свободного времени на обычную дружбу… Мой переезд казался мне единственным верным решением нашей бурной интрижки. Ханнесу бы тогда не пришлось каждый день объясняться или извиняться по поводу своей остывшей физической тяги ко мне. Он с самого начала не был настроен на долгосрочные серьёзные отношения с кем-либо. Со мной он, возможно, даже побил все свои личные рекорды с прекрасной половиной в плане отношений. Я была благодарна ему за незабываемые четыре с половиной недели, в течении которых, вопреки всей своей рациональности, успела всё-таки привязаться к нему телом и душой. Но оставаться и жить дальше с ним под одной крышей и знать, нет, видеть, нет, слышать его с другой или другими, — всё это казалось мне сюрреалистичным пыточным адом, избежать который нужно прямо сейчас.
— Ханнес, даже не знаю, как отблагодарить тебя за помощь, — осторожно начала я и приподняла свой бокал с соком вместе с ним.
— Если честно, то постарался не ради тебя одной… — снова улыбнулся мне — Я долго думал о нас с тобой…
Его голос вздрогнул, а в моей левой груди кольнуло.
— Амира… Со мной такое впервые… В общем, я…
Я резко перебила его — Ханнес, я всё поняла, не нужно дальше продолжать! Раз уж я остаюсь жить здесь, то хочу сразу прояснить для себя: сможем ли мы с тобой нормально общаться и дружить после нашего с тобой разрыва?
Его мужественное лицо вмиг напряглось, помрачнело, а голос сел — Какого ещё разрыва? О чём ты? Я наскучил тебе, стал как-то надоедать или у тебя появился другой???
Я опешила от того, как он всё перевернул:
— Нет у меня никого! А даже если… Не ты ли сам говорил мне, что придерживаешься только открытых отношений?! Касательно нашего разрыва, я думаю, что у нас с тобой замечательные "химия" и "физика", но в целом, мы с тобой слишком разные…
Ханнес не дал договорить, прикрыл своим длинным указательным мой рот и пересадил меня к себе на колени. Глубоко заглядывая в мои глаза, он твёрдо произнёс с лёгкой хрипотцой в голосе — Всё это становится не важным, если ты любишь по-настоящему…
Миллионы диких разноцветных бабочек одновременно взмахнули своими нежными крыльями в низу моего живота. Сердце подпрыгнуло ввысь, до самого горла. Всё тело обдало жаром, прежде чем я решилась уточнить — Ты хочешь сказать, что ты…?
В конце мой язык не повернулся произнести это слово вслух.
— ДА, — решительно произнёс он и необъятно нежно добавил — Я влюбился в тебя, как мальчишка…
Жар ударил по щекам, всё вокруг показалось невероятным, похожим на сон наяву, из которого не хотелось просыпаться. Я прижалась своим горящим лицом к его груди и сразу же почувствовала его бешеный, как и у меня, галоп сердца.
Он любит меня??? Любит… Меня!!!
— Амира, скажи мне, только честно, кто я для тебя? — спросил он, слегка отстранившись от меня.
— Ты? — на минуту утонула в зелени его глаз, затем начала прислушиваться к своим собственным ощущениям, чем снова вызвала напряжение на его широком лбе.
— Мой… Парень! Любимый и Единственный! — трепетно-нежно произнесла я. От осознания сказанного мной захотелось почему-то одновременно и всплакнуть и рассмеяться.
Его нахмуренный лоб разгладился, будто небо после грозовых туч. А его пухлые порочные губы широко растянулись в белозубой улыбке, прежде чем он поцеловал ими меня. Страстно. Глубоко. Ненасытно…