Глава 27

Джефри Лартон сообщил, что адвокат покойного маркиза Генри Локвуд со вчерашнего вечера очень настойчиво добивался встречи со мной.

Следователь не мог воспрепятствовать этому свиданию, но просил настороженно отнестись к его визиту. Понимающе кивнув, я заверила, что буду начеку.

Солнце стояло высоко и словно заглядывало в крошечное окно моей камеры, когда явился надзиратель и сопроводил меня в комнату для встреч.

- Катрин! – услышала я театрально надломленный голос. – Я пришёл, как неравнодушный друг! Как единственный друг, который ещё в силах вам помочь!

- Помочь? – изумленно уставилась я на этого лицемерного субъекта.

Его лицо в данный момент являлось профессиональной маской скорби, которую он нацепил, чтобы соответствовать обстановке.

- Да. Вы будете свободны уже сегодня, - он суетливо приблизился к столу и, достав из увесистого портфеля лист бумаги, протянул его мне. – Как только подпишите этот документ.

Я неторопливо окинула взглядом мужскую фигуру в темном костюме с белоснежным воротничком и, немного подумав, взяла в руки юридический договор.

«Добровольное отчуждение особняка в пользу компании «Морн и партнёры», - прочитала название контракта.

- Морн и партнёры, - нарочито медленно произнесла я, - это вы?

- Это независимое юридическое агентство, Катрин, - просветил меня Генри Локвуд. – Я лишь представляю его интересы, как представлял интересы вашего покойного супруга. Готов представлять и ваши, Катрин.

- Очень благородно! - не сдержалась я от язвительной усмешки. – Так значит вы, господин Локвуд, за мир во всём мире?

Глупое выражение адвокатской физиономии в этот момент стало для меня лучшим вознаграждением.

- И где, по-вашему, в этом случае сохраняются мои интересы? - я многозначительно кивнула на бумагу, что держала в руках.

- Согласитесь, Катрин, ваш особняк слишком велик для одинокой женщины, - очень уж ласково «запел» посетитель. – И наша независимая юридическая фирма готова взять его под свое управление.

- Я благодарна вам, что вы печетесь о моей незавидной женской доле, господин адвокат, но уверяю вас, что через пару-тройку месяцев, когда закончится траур по моему покойному супругу, мне уже ничто не сможет помешать выйти замуж.

- Замуж? – искренне изумился мужчина.

- А что вас так удивляет? – решила подначить его ещё больше. – Я молода и хороша собой, а с таким приданым, как водится, отбоя от претендентов, думаю, не будет.

- Вы лишились здравого смысла, Катрин! – резко сбросив маску вежливого сочувствия, зашипел на меня Генри Локвуд.

- Разве?

- По городу ползут слухи, что вы не в себе и убиваете одного за другим своих обидчиков. Вряд ли кто-то решит связать свою жизнь с такой опасной женщиной!

- А не вы ли распускаете эти слухи? – в упор посмотрев на разгневанного Локвуда, я твердо добавила: - А для пущей убедительности уничтожаете тех, кто не справился с вашим заданием отсудить этот злополучный особняк!

- Вы обвиняете меня? – взвыл адвокат, и его лицо перекосило от злости.

- Просто делаю выводы, - отрезала я. – Помню, как в моем кабинете вы подсовывали бумагу для урегулирования вопроса о передаче дома Олафу де Ланжерону, в тот момент вы явно «защищали» интересы пасынка!

- Вы не сможете ничего доказать! – зло выдавил Локвуд.

- Я не буду ничего доказывать – это дело полиции! – не на шутку разошлась я. – Но ваш новый «нарисованный» документ просто «кричит» о личной заинтересованности вашей персоны в доме старого контрабандиста!

- А ты не боишься сама сдохнуть, мерзкая девчонка?

- Ого, прямые угрозы? Да ещё и в отделении полиции! – я скорчила презрительную гримасу. – Похоже, вам изменяют выдержка и профессионализм, господин адвокат! А это, как говорится, начало конца!

Видимо, терпение его и впрямь закончилось. Он резко подскочил ко мне и своими ручищами схватил за шею, пытаясь задушить. Тут чрезвычайно вовремя вмешались стражи порядка и оттащили от меня разъяренного мужчину, надеюсь, прямиком в камеру.

Как только за ними закрылась дверь, в комнату вошёл Джефри Лартон, старательно пытаясь спрятать от меня свою улыбку.

- Подслушивали?! – догадалась я, видя его чрезмерную весёлость.

Что-то неумолимо изменилось в его лице: он больше не бросал на меня обвинительные взгляды и казался от этого чрезвычайно милым.

- Вы мастерски вывели противника из себя, - благодушно заметил следователь. – Складывается впечатление, что это ваша сильная сторона.

- Сомнительный комплимент, однако, - обиженно протянула я. – Так получилось, а вообще-то я белая и пушистая!

- Пушистая? – удивленно уставился на меня Лартон.

- Ладно, не берите в голову, - вспомнив, что нахожусь в другой реальности, решила сменить тему разговора: - Вы тоже думаете, что главный мозг заговора с целью заполучить мой особняк - это Генри Локвуд?

- Будем разбираться, - заверил меня следователь. – На сегодня вы свободны. Констебль проводит вас до дома. И, прошу вас, примите меры безопасности и без лишней надобности не выходите на улицу…