Глава 26

Стук тяжелой двери позади, отозвался в пустоте полутемного помещения. Констебль, молодой парень с испуганными глазами, лишь кивнул, избегая моего взгляда, и щелкнул замком. Вскоре его шаги затихли в коридоре.

Я осталась одна.

Камера была крошечной. Каменные стены, скамья, прикованная к полу, а под потолком - небольшое окно в частую решетку. Я присела, ощутив холод дерева даже сквозь ткань платья.

Сколько времени мне здесь предстоит провести?

Мысли путались, но я сознательно призывала себя не паниковать, а попытаться разобраться в окружающей меня действительности.

Итак, я, Екатерина Семёнова, волею случая послана в эту реальность с определенной миссией в тело Катрин де Ланжерон.

Первая часть задания мной успешно пройдена – наследство «прозрачной леди» удалось отстоять.

Также было замечено, что основные интриги плетутся вокруг этого самого наследства – старинного особняка некого Ардиама Лэмбери, отпрыска древнего рода, сколотившего состояние на контрабанде.

Если верить легендам, как рассказывал Рик Нортон, то этот дом до сих пор может хранить множество кладов и тайн, привлекая особое внимание разношерстной публики и по сей день.

Охотники за золотом, насколько я знаю, всегда были, есть и будут.

К ним, по всей вероятности, можно отнести и маркиза де Ланжерона с его жадным сынком. Учитывая изощренный способ «захвата» желаемого объекта, а именно женитьбу на юной Катрин Милтон, чей отец по воле случая стал владельцем этого проклятого дома, ими двигала простая человеческая алчность.

Но дом до сих пор по закону принадлежит «прозрачной леди»!

Если допустить, что был определенный сговор некоего третьего лица с Олафом де Ланжероном, который обещал, отсудив особняк, продать его за баснословные деньги, то можно предположить, что этот таинственный инкогнито, не получив желаемого, просто мстит всем участникам судебного «шоу» или заметает следы, планируя следующий ход.

Вполне логично…

Если я всё ещё хозяйка «заветного» дома, то я могу либо продать его, либо подарить, либо вновь выйти замуж, либо оставить по завещанию…

Значит, надо быть начеку и отследить, кто будет обращаться с подобными предложениями, и перепроверить какое завещание составила «прозрачная леди»?

***

Неожиданно проснувшись, я подняла голову. Сквозь окно лился яркий лунный свет.

Уже ночь? А я даже не заметила, как отключилась…

Оглядевшись, я поняла, что лежу на чистой подушке и укрыта теплым шерстяным пледом в крупную клетку. На полу примостился поднос, видимо, с поздним ужином.

Удивительно! Кто же оказался таким добросердечным? Неужели сам Джефри Лартон?

Вспомнив пронзительный взгляд следователя, я невольно поежилась: вот уж действительно вышла бы оказия.

Луна висела в тёмном прямоугольнике неба почти круглая, но не идеальная. Мне вспомнились слова маркиза, что свет полной луны может указать на таинственный люк, ключ от которого все еще находился на моей шее. Совсем скоро полнолуние, а это была возможность разгадать тайну ключа, спрятанного пасынком в опанелке двери.

Вот только бы быстрее выбраться отсюда…

- Кати, тебе никогда не говорили, что ты притягиваешь деньги? – внимательно разглядывая небесное светило в зарешеченном окне, я вспомнила такую же лунную ночь и наш неспешный разговор на террасе с моим четвертым мужем под бокал красного вина.

- Нет, мне просто не с кем было это обсуждать, - заметила я, нервно передернув плечами.

Энрико мягко улыбнулся и притянул меня к себе. А я невольно задумалась над его словами.

На тот момент можно было признать, что я стала довольно обеспеченной женщиной: мой первый муж оставил в наследство свою знаменитую коллекцию, которая оказалась застрахованной и, несмотря на её частичную утерю стараниями второго супруга, материально я никак не пострадала.

К тому же за моральный ущерб Яков Левин отсудил у участников сговора – Виктора и Тамары - довольно крупную денежную компенсацию, в оплату которой ушли все средства, арестованные на их счетах от продажи части коллекции Вилена Кузьмича.

Сам адвокат, погибший в криминальных разборках, оставил вдове вполне ощутимый валютный счет, который регулярно пополнялся благодаря стараниям Василия Парфеновича, или Васи Денежного, как чествовали его когда-то братки.

Пришлось признать справедливость слов Энрико Марино, который через полгода после нашего развода погиб в авиакатастрофе на личном самолете, не успев переписать своего завещания. Так я стала наследницей и его состояния.

Только вот «притянутые деньги» приносили с собой горе, разлуку и смерть…

***

Поутру в мои «личные покои» пожаловал господин следователь.

- Как спалось, мадам? – неожиданно по-человечески поинтересовался он.

- Спасибо за заботу, - искренне поблагодарила я Лартона за предоставленные спальные принадлежности, без которых наверняка бы замерзла до смерти в этой промерзлой комнатенке.

- Вы уж сильно не серчайте на нас за предпринятые меры, - опять удивил меня этот строгий на вид мужчина. – Просто хотим понаблюдать, кто играет с вами в «кошки-мышки».

- Вы тоже считаете, что есть некий инкогнито, который дергает всех за веревочки? – впервые доверительно посмотрела я на Джефри Лартона. – И началось всё это с убийства моего отца?

- Началось это значительно раньше, - разглядывая меня в упор, задумчиво протянул следователь. – В том игорном доме, где Дуглас Милтон неожиданно выиграл дом Ардиама Лэмбери у его прямого наследника герцога Нортона Лэмбери…