Глава 61

Мы вернулись в особняк глубоко за полночь. Войдя в дом через черный вход, герцогиня предложила обсудить минувшие события в гостиной.

Я последовала за ней, чувствуя, как дрожат от напряжения колени и пульсирует в висках усталость, смешанная с адреналином.

- Выпьем чаю? – поинтересовалась Марианна.

- Лучше виски! – ответила я, опускаясь в кресло.

Она усмехнулась и кивнула в знак согласия. Когда «успокоительное» было разлито по стаканам, я подняла на неё вопрошающий взгляд.

- Рассказывайте!

Герцогиня взяла бокал, неспешно сделала глоток и лишь после этого заговорила:

- Во всей этой истории с лошадьми у меня был помощник - Филипп Лоук, преданный человек моего покойного мужа. Он ждал меня в условленном месте, когда я отъехала от игорного дома.

Подавшись вперед, я внимательно слушала свою компаньонку, стараясь не пропустить ни слова.

- Какой помощник? – решила уточнить я у Марианны.

- Один старый солдат. Служил в этом доме ещё при герцоге, отлично ладил с лошадьми и разбирался во всех тонкостях хозяйского извоза. Это он помог мне раздобыть вороных коней, самых быстрых, каких только можно было достать по округе. А когда пролетка Дугорда погналась за нами, именно он увёл карету от преследователей.

- Но как? – изумлялась я всё больше и больше.

Герцогиня улыбнулась той самой теплой, загадочной улыбкой, от которой у меня на душе становилось спокойнее.

- Филипп знает в этом городе каждый закоулок, каждую подворотню. Мы свернули к старому кладбищу, а оттуда - в катакомбы. Там есть тайная пещера, где он и спрятал упряжку. Дугорд проехал мимо, даже не притормозив.

Облегченно выдохнув, я, наконец, почувствовала, как напряжение сегодняшней ночи потихоньку отпускает меня. Осталось только разобраться с угрозами Джефри Лартона о моем тюремном заточении, но думаю, это может подождать.

Пора нам, девочкам, и «на боковую»…

Герцогиня, словно подслушав мои мысли, поднялась с кресла.

- Нам нужно отдохнуть, - сказала она уставшим голосом. – Завтра будет тяжелый день.

- Завтра уже сегодня, - заметила я, глядя на часы.

- Тем более.

Она ушла, оставив меня одну в гостиной с догорающими свечами и опустевшим бокалом.

Я поднялась на второй этаж, в свою спальню, скинула наряд Элеоноры прямо на пол и рухнула на кровать. Красный бархат платья выглядел на темных половых досках как разлитая кровь, рисуя перед моим взором устрашающего вида картинки.

Я закрыла глаза, но сон не шёл.

В ушах всё ещё звучали голоса игорного притона, звон разбитого бокала с красным вином, скрип колес старинной кареты, скрывающейся в ночи. Перед глазами стояло лицо Патрика Дугорда, перекошенное от не прикрытой ненависти.

Ворочаясь с боку на бок, сбивая простыни, я вдруг услышала в ночной тишине странный шорох. Сначала я даже подумала на мышей: старый особняк, деревянные перекрытия, да мало ли что скрипит по ночам. Но звук повторился, и я поняла, что он доносится снаружи – со стороны оконной рамы.

Я медленно села на кровати, повернув голову к зашторенному окну. Лунный свет пробивался сквозь щель между портьерами, рисуя на полу узкую полоску света.

Неожиданно мелькнула тень – я даже не успела испугаться. Всё произошло так быстро, что я просто замерла, наблюдая за разворачивающимися перед моим взором событиями.

Окно распахнулось, внося свежую струю ночного влажного воздуха. В проёме появилась мужская фигура: на секунду я даже подумала, что детектив изобрел новый способ «вламываться» ко мне по ночам. Но это был не Рик.

Человек шагнул через оконную раму и уверенно остановился на моем подоконнике. Но что-то пошло не так, когда он решил спрыгнуть в мою комнату: пытаясь одернуть портьеру, чтобы эффектно появиться передо мной, он запутался в сетке для ловли птиц, которую я водрузила пару недель назад, пытаясь поймать одного самонадеянного «павлина».

Дернувшись от неожиданного препятствия, он потерял равновесие и свалился на пол с таким грохотом, словно с крыши упал мешок картошки.

Распластавшись на полу, визитёр предпринял попытку встать, ругаясь сквозь зубы отборным матом. И тут я узнала вломившуюся ко мне личность – Патрик Дугорд, комично дрыгая руками, пытался безуспешно избавиться от несуразной сетки.

Думать было некогда – сработал инстинкт самосохранения: этот субъект уже несколько раз покушался на мою жизнь, а теперь, видимо, решил закончить начатое.

Я схватила с туалетного столика увесистую папку с уликами, тщательно отобранными настоящей Катрин де Ланжерон, и со всей силы огрела бандита по голове. Он дернулся, издал какой-то непонятный хрюкающий звук, неуверенно шагнул в темноту комнаты и рухнул прямёхонько на моё старинное платье.

Пока я в растерянности смотрела на потерявшего сознания мужчину, не зная, что предпринять: попытаться связать его или бежать за помощью, дверца шкафа приоткрылась и из смежных покоев в мои апартаменты нагло прошествовал Рик Нортон.

- У меня что сегодня, День открытых дверей? – напустилась я на детектива, как заметила за его спиной маячившую фигуру Джефри Лартона. – Да нет, скорее уж проходной двор!

- Чем ты его зарезала, Катрин? – удивленно выдохнул следователь, уставившись на открывшуюся перед ним картину, которая очень походила на то, что бедолага лежит ничком в луже собственной крови.

- Ничем! – зло отрезала я и ехидно добавила: - Просто покусала, но так увлеклась, что не заметила, как загрызла!

Нортон всё это время не отводил от меня своих глаз, потом нервно сглотнув, прохрипел:

- Не могла бы ты одеться…

- Да, конечно! Как скажете, дяденька, как скажете, - видимо, я уже находилась на грани истерики, адреналин просто зашкаливал, не давая разумно себя вести. - Во что пожелаете, господа, чтобы я облачилась? Что ж, подобающе случаю, выберу траурный наряд!