Глава 10

Когда мы, покончив со всеми формальностями, наконец вышли на улицу, уже надвигались сумерки. Уф, ну и денек! И поди разбери, что хуже: тета-тет с бандитами или чехарда в полиции!

Дэнни, успокоившись за меня, давным-давно смылся, так что мне следовало поймать такси или же просить об услуге Дариана. Пешком, увы, топать было далековато. Впрочем, просить не пришлось. Он бросил непреклонно: «Садись, подвезу» и открыл передо мною дверцу своего пижонского авто. По правде говоря, я бы предпочла такси – минуты с Дарианом наедине давались мне тяжко. Он, знай себе, сидел рядом с видом суровым и неприступным, а я силилась завести непринужденную беседу, да все не выходило. К черту! Что угодно, только не эта давящая, вязкая тишина.

– Можно задать личный вопрос? – брякнула я.

Дариан удивился так, что на мгновение отпустил руль, и машина вильнула. Выровняв авто и дождавшись, когда смолкнут негодующие гудки клаксонов, он разрешил осторожно:

– Задавай. Однако не стану обещать, что непременно отвечу.

– Что ты, я не настаиваю, – хмыкнула я, остро жалея, что курить в салоне он не позволяет. Было бы хоть чем занять руки. – Скажи, почему ты так взбеленился, узнав эту Розалин Финч? Вы были… знакомы?

Я в последний момент струсила и не решилась назвать вещи своими именами.

– Знаком? – уточнил Дариан невыносимо занудным тоном и ответил обстоятельно: – Едва ли это можно так назвать. Ранее мы несколько раз виделись в доме ее отца, этим наше общение ограничилось. Так что если ты интересовалась, были ли мы близки, то ответ «нет». Желаешь узнать что-то еще?

И так он это спросил, что я чуть не выпрыгнула из авто прямо на ходу. Ну что за тип!

– Да, – сказала я упрямо, стиснув ремешок сумки. – Ты так и не сказал, из-за чего рассердился.

Не приревновал же он, в самом деле!

Дариан молчал так долго, что я уже совсем перестала ждать ответа.

– Они подставили тебя.

Не успела я возрадоваться, что Дариана так сильно тревожит мое благополучие, как он все испортил.

– А ты – моя кузина! – закончил он веско.

Ну вот, а я уже размечталась.

Хоть кузина и негодящая – можно сказать, паршивая овца – а все одно своя.

– То есть они как бы подставили тебя? Через меня?

Дариан кивнул, явно не усмотрев в этом ничего странного, и вновь уставился на дорогу. Водил он лихо, рискованно, напрочь забывая при этом о правилах дорожного движения. Впрочем, кто сказал, что адвокаты должны быть законопослушными? Они не должны попадаться, а это совсем иное.

– Спасибо за объяснение, – проговорила я, совладав с чувствами.

На мое счастье, мы уже приехали. Не дожидаясь помощи Дариана, я выскочила из авто, торопливо попрощавшись. Не хватало еще выслушивать напутствия!

Дэнни (а я по-прежнему гостила у кузена) дожидался меня в кабинете, коротая время за чтением газет. Кабинет был хозяйской вотчиной, посторонние сюда не допускались. Даже убирался здесь Дэнни самолично, так что веник и тряпку эта комната видела от силы раза два в год, благо, обстановка тут была аскетичной: стол, два кресла и переполненный книжный шкаф. Книги и журналы высились стопками по углам и на подоконнике, а поверхность стола завалена папками, записными книжками и огрызками карандашей. Впрочем, было свое очарование в царящем вокруг беспорядке, а уж Дэнни чувствовал себя тут, как рыба в воде.

Перед напарником красовалась внушительная стопка вырезанных статей, и он продолжал орудовать ножницами. Судя по броским заголовкам, это были материалы об Ослах.

– Как прошло? – спросив Дэнни, оценив мой наверняка ошалелый вид.

– Не спрашивай, – буркнула я, почти упав в кресло. – То есть в полиции-то все нормально…

– Дариан.

Он не спрашивал, но я все же ответила:

– Он самый. Когда-нибудь я его пристрелю!

Дэнни лишь фыркнул на это кровожадное обещание и сменил тему:

– Ужинать будешь? У нас сегодня курица с орехами.

– Еще бы! Я голодна, как волк.

Кузен фыркнул и, плюхнув пачку газет на стол, сладко потянулся…

За едой я подробно пересказала напарнику доводы и выводы.

– Ты права, – признал он, когда я закончила. – Хочешь добавки?

Я перевела взгляд на свою тарелку, где красовалась внушительная горка костей, которые я машинально пыталась покромсать на кусочки.

– Нет, спасибо, – я отложила приборы. – Так что ты думаешь об этой миссис Финч?

Он не торопился с ответом. Крутил в пальцах незажженную сигару, время от времени поднося ее к носу, и разглядывал портрет деда на стене. Дед-генерал лихо подкручивал ус и смотрел так же строго, как его потомок-адвокат.

– Думаю, что это многое объясняет, – так и не прикурив, Дэнни спрятал сигару обратно в шкатулку и со стуком ее захлопнул. Щедро плеснул себе коньяку и сознался: – Я кое с кем поговорил. Похоже, Стивен с Ослами никак не пересекался, вряд ли дело в них. Сдается мне, кто-то подставил эту миссис Финч, а она подставила тебя. Но хоть убей, не знаю, с какой стати!

Логично, в общем-то. И вполне согласуется со всем, что нам уже известно.

– Я тем более не знаю, – я потерла усталые глаза и поднялась. – Лягу-ка я пораньше. Уже ничего не соображаю.

– Доброй ночи, – пожелал кузен рассеянно.

* * *

А утром к нам заявились гости.

Мы с Дэнни завтракали, когда в столовую заглянула Энн.

– К вам пришли. Мистер Крамер с дочерью.

Дэнни подавился омлетом и так сильно закашлялся, что куски еды полетели во все стороны. Определенно, это имя ему о чем-то говорило.

– Кто? – сумел прохрипеть он.

– Мистер Крамер, – повторила горничная удивленно. – Сказать, что вы заняты?

Дэнни отчаянно замотал головой.

– Зови!

Энн сделала книксен и скрылась, а Дэнни, схватив кувшин апельсинового сока, принялся жадно пить прямо из горла.

– Это кто? – осведомилась я, отщипывая кусочек булки.

Признаюсь, были у меня подозрения… И они подтвердились.

– Осел! – выдохнул он, отлипнув от кувшина. – Тот самый.

Выходит, нас почтил визитом папенька прекрасной Розы? Только этого не хватало! Постойте, Энн сказала: с дочерью? Какая-то ошибка или ее и вправду выпустили на свободу?

Увы, истиной оказалось последнее. Вслед за пожилым господином в гостиную вошла чуть поблекшая, но по-прежнему эффектная «миссис Данхилл».

Впрочем, на фоне своего отца она как-то терялась. Стройная, очаровательная, со вкусом одетая куколка – и седовласый джентльмен, буквально источающий властность и неукротимую харизму. Лоб его избороздили глубокие морщины, но взгляд по-прежнему был внимательным и цепким, а широкие плечи ничуть не сгорбились под грузом лет и жизненных тягот. Надо думать, дамы за ним табунами бегали… Тьфу, опять лошади, что ты будешь делать!

– Доброе утро, – приятным низким голосом проговорил господин, склонив голову. Руки он благоразумно не протянул. Знал, небось, что Дэнни скорее повесится, чем пожмет его мозолистую руку. – Позвольте представиться, Джозеф Крамер, владелец ранчо. С моей дочерью, Розалин Финч, вы уже знакомы.

Фу-ты ну-ты, «владелец ранчо»! Впрочем, было бы странно, назовись он бандитом на пенсии.

– Как сказать, – ответил Дэнни едко, постукивая по ковру ногой в тапочке. – Я так вашу дочь в глаза не видал.

– А я знакома лишь с миссис Данхилл, – подхватила я.

Мистер Крамер примирительно поднял заскорузлую ладонь.

– Не будем спорить. Мы пришли сюда не ради ссор. Розалин очень сожалеет, что так вышло.

Сама «миссис Данхилл» молчала. И, надо сказать, особого раскаяния на ее красивом лице заметно не было.

– А вы что же, не сожалеете, мистер Крамер? – съязвила я, прихлебывая кофе. – Ведь это вы двое меня подставили!

Внутри я дрожала, как желе, но снаружи пыталась хранить каменное спокойствие. Только бы руки не тряслись!

– У меня не было другого выхода, – ответствовал он равнодушно.

По-видимому, это должно было меня утешить в тюрьме, окажись я не столь расторопна, чтобы опровергнуть обвинения. Впрочем, чего еще ждать от бандита?

– Вы позволите нам присесть? – разомкнула накрашенные губки Розалин, обращаясь, разумеется, к Дэнни. Еще бы, мужчин ей обводить вокруг пальца явно труда не составляло.

Мы с Дэнни переглянулись, и он нехотя кивнул. Глупо выставить их вон, даже не узнав, в чем, собственно, дело.

Опасные гости устроились напротив.

– Кофе? – предложила я на правах хозяйки.

Гости охотно согласились.

Получив от меня чашку, мистер Крамер свободной рукой полез было в карман… и застыл, глядя в дуло револьвера Дэнни. Откуда только кузен его вытащил? В кармане халата таскал, что ли?

– В этом нет необходимости, – заметил бандит доброжелательно. – Если желаете, можете достать сами.

– Лили, – бросил Дэнни напряженно.

Мы всегда понимали друг друга с полуслова. Вот и сейчас я сразу вскочила, стараясь не упускать из виду подозрительно тихую Розалин, и подошла к гостю так, чтобы не заслонять напарнику цель.

– Там чековая книжка и ручка, – любезно подсказал мистер Крамер, когда я наклонилась к нему.

Ничего подозрительного в его кармане действительно не нашлось, и я вернулась на свое место, оставив вещи незваного гостя на столе.

Дэнни смотрел на бандита исподлобья. Тот примирительно поднял руки.

– Послушайте, я не собираюсь с вами воевать. Признаю, вам есть за что на меня обижаться, и готов заплатить любую компенсацию.

– Не собираетесь? – усомнилась я. – А как же угрозы?

Бандит поморщился.

– Инициатива моего старого друга. Он всегда был склонен к… хм, силовому решению вопросов. Я предпочитаю договариваться.

Дэнни пожевал губами и опустил-таки револьвер. Впрочем, далеко убирать не стал, пристроил рядом с тарелкой.

– Вы в самом деле думаете, что я возьму у вас деньги? – спросил он хмуро.

– Могу перечислить в фонд вдов и сирот полицейских, – тут же предложил бандит. – Или, скажем, на счет приюта для бездомных кошек.

Кошек Дэнни, в силу некоторых обстоятельств, терпеть не мог, поэтому нисколько не смягчился.

– Что вам нужно, Крамер? – поинтересовался он неприветливо. И смотрел при этом так, словно примеривался, как бы половчее вцепиться бандиту в горло.

– То же, что и вам, – ответил тот, прямо встречая взгляд. – Найти убийцу Стивена Берча.

– Этим занимается полиция, – напомнила я самым любезным тоном, на какой была способна.

Зря я надеялась его этим смутить.

Мистер Крамер вперил в меня свои голубые глаза-буравчики и проговорил медленно:

– Мы не можем откровенничать с легавыми.

А с нами, выходит, могут? Ну-ну.

– К тому же слышал я, – тем же размеренным тоном добавил мистер Крамер, – что вы, мисс, нашли общий язык с инспектором. Значит, сможете донести до него… кое-что.

Дэнни кхекнул, вытаращил глаза, словно не веря ушам своим, и откинулся на спинку кресла.

– Какой нам резон вам помогать? Мы враги. Только не суйте мне свои деньги, а то пристрелю!

– Враги, – согласился гангстер безмятежно. – Но сейчас наши интересы совпадают. Почему бы нам временно не побыть союзниками?

Наглость этого предложения зашкаливала. Как и соблазнительность.

– Подумайте, – продолжал убеждать мистер Крамер, поигрывая золотой шариковой ручкой, – мы расскажем, как было дело и в чем тут соль. Тогда вам не придется слепо искать, что к чему.

– Отец! – не выдержала Розалин и вздернула подбородок. Ах, как хороша она была в гневе! – Перестань. Я им уже заплатила, вот пусть и работают!

– Вот еще. Мне заплатили за поиски по конкретному адресу любовных писем, – напомнила я нелюбезно. – Что я и сделала. А вы, между прочим, при этом натравили на меня полицию!

– Вы сами виноваты, – возразила она презрительно.

– Розалин! – бросил мистер Крамер, даже не поворачивая головы, и она мигом умолкла. Опустила горящие глаза и крепко сжала прелестный ротик.

Миссис Финч, конечно, была самоуверенна до глупости, но тягаться с отцом все же не рискнула.

Зато Дэнни, развеселившись, покачал головой.

– Ну и ну! Ладно, выкладывайте свое чистосердечное признание. Мы потолкуем с инспектором.

Я прикусила изнутри щеку, чтобы не сболтнуть лишнего, и налила еще кофе. Без информации мы как без рук, так что придется терпеть незваных гостей. В этой истории сам черт ногу сломит!

– Мне тоже дай, – попросил Дэнни негромко.

– Рассказывай! – приказал мистер Крамер своей прелестной дочке. – И без глупостей, милая.

Она покраснела (не сомневаюсь – от гнева) и принялась говорить звенящим от злости голосом.

Красавица Розалин Финч, тогда еще Крамер, подвизалась в качестве модели. О хлебе насущном ей думать не приходилось, так что девушка крутилась в мире художников и моды ради собственного удовольствия. Отец ей не препятствовал, откровенно гордясь красавицей дочерью. Когда у Ослов начались проблемы, Джо Крамер очутился в неприятном положении. Он рисковал лишиться всего нажитого путем неправедным, и вдобавок очутиться за решеткой на долгие годы. Роза с испугу выскочила замуж за своего давнего поклонника (верно Рэддок догадался!) и лишь позже поняла, какую глупость совершила.

Майкл Финч, будучи старше молодой супруги на двадцать лет – в этом она не солгала – оказался ревнивцем, тираном и деспотом. Жене он буквально не давал вздохнуть, вынудив ее поставить крест на показах мод и толпах поклонников.

Розалин, уж не знаю, почему, боялась его страшно. Нет, прямо она в этом не призналась, но догадаться труда не составило. Можно сыграть ужас в глазах, можно даже бледнеть по заказу, но заставить встать дыбом волоски на руках и шее… Не верю! Зрение у меня превосходное, так что я подмечала все детали. Дэнни тоже не отрывал взгляда от Розы, оставалось надеяться, что интересовал его рассказ, а не прелестная рассказчица.

Итак, с тоски Роза готова была броситься с головой в любое безумство, препятствовал ей в том лишь страх перед мужем… и тут ей подвернулся Стивен. Голову он ей вскружил легко и непринужденно, уж это он умел. Было у него какое-то поразительное чутье, подсказывающее, чем взять ту или иную женщину: с кем сыпать комплиментами и водить по кабакам, кому читать стихи при луне и вздыхать, не смея взять за руку, а кому лезть под юбку без лишних слов. И ведь работало же!

Словом, Розалин со Стивеном сделались любовниками. Она накупила париков и новых платьев, а уж красилась так, что мать родная бы не признала. И все равно дрожала от страха, боясь, что о тайном романе прознает муж…

С любимым Роза встречалась в снятой ею небольшой квартирке в спальном районе, где замученные домохозяйки не интересовались ничем вокруг, а их мужья-добытчики день-деньской пропадали на работе. И все шло к тому, чтобы решиться на побег (тут я, не выдержав, хмыкнула – как же, нужна она Стивену без денег мужа!), как в ту роковую среду она получила телеграмму с приказом быть по указанному в ней адресу ровно к половине восьмого. Розалин обрадовалась, вообразив, что Стивен втайне от нее приготовил новое гнездышко и планирует скорый отъезд. Откуда ей знать, что все было не так?!

По счастливому стечению обстоятельство, косметичка отменила прием, так что в квартиру милого миссис Финч попала на час раньше. И нашла там умирающего любовника. А еще флакон своих духов, сделанных под заказ, и свой же револьвер, валяющийся на полу тут же.

В панике прелестная Роза ринулась к телефону, но отец трубку не брал. Пришлось бедняжке тащить Стивена вниз по лестнице, намереваясь доставить к врачу. Увы, до больницы Стивен не дожил – скончался прямо на переднем сиденье автомобиля миссис Финч. Что ей было делать? Одна-одинешенька, с телом любовника и полным разбродом в мыслях…

Воспользовавшись тем, что дорога кое-где проходила по самому краю обрыва, Розалин сумела-таки выпихнуть-столкнуть труп Стивена в море. Револьвер она тоже зашвырнула в воду, сочтя его слишком опасной уликой, и сообразила, что надо бы отмыть машину от крови. С автомойки она наконец дозвонилась отцу и вывалила на него всю эту историю. Остальное уже было заслугой мистера Крамера. Вытянув из дочки весьма скудные сведения о Стивене, которыми та обладала, он ухватился за пресловутые жалобы покойного на жестокосердную даму-детектива. Оказывается, этот гад даже фото мое в бумажнике таскал!

Идеальная кандидатура на роль козла (точнее, козы) отпущения была найдена. Мистер Крамер, благодаря оставшимся связям и богатому криминальному опыту, организовал подставу в два счета: отвлек Дэнни и снарядил Розалин ко мне, прежде выдумав складную историю.

Ее исповедь никто не прерывал. Мы с Дэнни слушали, как завороженные, а мистер Крамер что-то черкал в блокноте. Похоже, слушать о похождениях доченьки ему было неприятно – вон как желваки на скулах вздулись! – но он терпел.

Только услышав горькое: «Понятия не имею, как он выяснил про нас со Стивеном», я встрепенулась.

– Хотите сказать, что…

– Это все подстроил мой муж! – заявила Роза твердо. В голосе ее слышалась столь несокрушимая уверенность, что я не сразу нашлась, что возразить. – Он хотел мне отомстить.

– Почему бы ему просто с вами не развестись? – предложила я осторожно.

Ладно, неверную жену прихлопнуть, застав на горячем. Но убивать ее любовника, чтобы свалить вину на изменницу? Не слишком ли?

Дэнни хохотнул.

– Шутишь? Вышвырнуть дочку гангстера? Крамер, вы же не хотели дочкиного развода?

– Нет! – ответствовал гангстер на пенсии, бросив на доченьку не очень-то ласковый взгляд. И поделом ей, за такие-то выкрутасы! – Мне нужны внуки.

Выходит, на Розалин он уже не надеялся, ставку делал на следующее поколение. Надо полагать, и внуки ему требовались не абы какие, непонятно от кого прижитые, а рожденные в законном браке, так что дочкин роман у папеньки понимания не нашел.

– Значит, развестись с женой полюбовно Финч не мог, – заключила я. – Ему требовалось доказать измену супруги – кстати, не для этого ли он нанял сыщика?

– Слушай, он же сам женился, добровольно! – встрял жестокосердный Дэнни. – Знал, на что шел.

Я покачала головой.

– Женился Финч, когда думал, что будущий тесть вот-вот окажется в тюрьме.

– И проблем доставлять не будет? – сообразил напарник. – Похоже на то, кстати.

Осуждающее «кхе-кхе» отставного гангстера заставило нас очнуться.

– Простите, – извинилась я формально. – Кстати… А теперь-то вы что будете делать с внуками?

В иной ситуации может, мне и стало бы стыдно за эдакую бесцеремонность, но чувства бандита и его милой дочери волновали меня постольку-поскольку. А вопрос, как ни крути, вполне резонный. Может, кровавые подвиги Финча и не смутили бы тестя (можно подумать, на его собственных руках мало крови!), а вот груз общественного мнения – другой вопрос. Все должно быть шито-крыто – таков девиз типов вроде этого Крамера. Обречь же собственных внуков на долю детей убийцы он вряд ли захочет.

Кстати, Крамер в этой ситуации оказался меж двух огней. Отдать под суд дочку или зятя? Неудивительно, что он с такой готовностью схватился за идею подставить меня! На пользу репутации Розалин эта история в любом случае не пойдет, но тут главное все правильно подать. Она может изобразить бедную овечку, пострадавшую от беспочвенных обвинений свихнувшегося от ревности мужа!

Бандит метнул на дочь такой взгляд, что та съежилась, хоть и пыталась держаться вызывающе.

– Роза получит развод, – ответил он таким голосом, что им можно было сваи в землю вколачивать. – Ни один суд не заставит ее остаться с убийцей!

– А если мы этого не докажем? – осведомился Дэнни с живым любопытством, снова принимаясь жевать. И куда в него столько съестного помещалось? А главное, по-прежнему ведь худой да жилистый!

Крамер сузил глаза, но все же ответил.

– Есть другие методы, хотя не хотелось бы к ним прибегать.

Это он что же, эдак обтекаемо дал понять, что может, не мудрствуя лукаво, прикончить зятя?

– Когда полиция позволит, Розалин переедет жить на мое ранчо, – продолжил бандит тем же приказным тоном. – И я подыщу ей там нового мужа.

– Но, папа!.. – попыталась было что-то вякнуть непокорная дочь, однако под взглядом отца сникла.

– Хватит самовольничать, Роза! – бросил он. – Давно пора дать тебе укорот, очень уж ты начала дурить.

Выходит, она все-таким хоть немного поплатится за свои художества! Надеюсь, новый муж сумеет приструнить красотку. Впрочем, что это я? Наверняка Крамер выберет кандидатуру именно с таким расчетом.

Дэнни пнул меня под столом, чтоб не так откровенно радовалась, и я поспешно скорчила постную мину.

– Вернемся к нашим баранам. На чем мы там остановились? А, да. Значит, Финч нанял детектива, чтобы проследить за женой?

Дэнни беспокойно шевельнулся.

– Думаешь, Даррел работал на него? – усомнился он и прикусил костяшку пальца. Судя по сосредоточенному взгляду, напарник усиленно шурупал мозгами.

Я поболтала остывший кофе в чашке. Ладно уж, подумаем вслух. Крамер с Розалин в курсе, что к чему, может и подскажут что-то дельное. Раз уж мы, кхм, временные союзники.

– А на кого еще? Стивена ведь тут никто не знал, вряд ли он за какой-то месяц умудрился еще во что-то влипнуть!

– Как сказать… – начал Дэнни, но Крамер его перебил:

– Даррел? Эдди Даррел?

– Ну да, – Дэнни удивленно покосился на него и подобрался, что-то почуяв. – А что?

Бывший гангстер (если такие бывают бывшими) выпрямился на стуле.

– Он мне звонил в субботу. Предложил встретиться, вроде бы у него была какая-то важная информация. Лично меня не застал, оставил сообщение через экономку. Обещал перезвонить вечером в воскресенье и пропал.

– Еще бы, – брякнул напарник. – К тому времени его уже пришили.

– Дэнни! – произнесла я укоризненно.

Он опомнился. Одним глотком выдул остывший кофе и извинился:

– Простите. Я отвлекся. Если Даррел располагал доказательствами супружеской измены, то вполне мог предложить вам их выкупить. Просто так бы он клиента, понятное дело, не кинул, но если тот поскупился с оплатой… Только какой смысл тогда мистеру Финчу его убивать?

Папа с дочкой переглянулись. Розалин обреченно махнула тонкой рукой и отвернулась.

– Детектив мог увидеть нечто, не предназначавшееся для его глаз, – предположил мистер Крамер рассеянно. Сдается мне, мысли его были совсем о другом.

– Глупости! – вмешалась я. – Не мог же Финч одновременно искать доказательства для развода и планировать убийство любовника. То и другое одновременно сделал бы только форменный идиот. Он ведь не идиот?

– Нет, – признался бандит нехотя. – Умный и удачливый бизнесмен, сколотил состояние фактически с нуля.

– Тогда без вариантов! – отрезал Дэнни. – Лили права, так подставляться глупо.

– Это уже не по нашей части, – тонко улыбнулся гангстер. Только от взгляда его пробирали мурашки. – Пусть дальше полиция голову ломает.

Надо же, как лихо он свалил это дело на нас с инспектором! Неудивительно, что Крамер держал Ослов в кулаке, даже удалившись от дел. Ловкий тип. И сдается мне, очень уж поспешно он перевел разговор.

Дэнни был того же мнения. Он подался вперед и проговорил медленно:

– Недоговариваете, Крамер! Так не пойдет, выкладывайте начистоту.

Крамер явно колебался, вон как губенки поджал и взглядом Дэнни так и сверлил.

– Кстати, миссис Финч, – вмешалась я. – Вы много рассказали, но о письмах даже не заикнулись. Их вы тоже забрали с собой и утопили? Или они были выдумкой, чтобы завлечь меня в ту квартиру?

Ах, как же не хотелось ей отвечать на этот вопрос! Мигом заерзала и заюлила:

– Какая разница?

И ресничками эдак хлоп-хлоп.

Крамер тоже подозрительно напрягся. Ох, что-то тут крепко не так! И едва ли речь о любовных посланиях, пусть даже очень интимных. В данной ситуации это были бы сущие пустяки.

Дэнни, умница, сообразил меня поддержать:

– Ну уж нет! Говорите, что там с письмами?

Она так поджала губы, что стало ясно: без пыток никак не обойтись. Впрочем, их с успехом заменило короткое отцовское: «Розалин!».

– Ну, хорошо, хорошо! – сдалась она, взмахнув рукой с алыми коготками. – Письма я не выдумала. Точнее, это одно письмо, но… Оно вовсе не любовное. Видите ли, моему мужу принадлежит стекольная фабрика. Он производит всякие там окна, линзы для очков и тому подобное.

В голосе ее звучала отчетливая досада. Столь тривиальный бизнес виделся ей невыносимо скучным.

Думается, наказание для строптивой дочери папенька выбрал с умом. Для Розалин, привыкшей блистать на показах мод, жизнь в деревне покажется страшнее смерти. А куда ей деваться? Собственных денег у нее кот наплакал, а отказывать себе красотка не привыкла.

– Стивен… – она прикусила губу и выговорила через силу: – Он откуда-то узнал, что на этой фабрике изобрели такую штуку для оружия… Нечто вроде специального бинокля, помогающего целиться издали.

Дэнни, не удержавшись, громко присвистнул.

– Госзаказ! – выдохнул он.

– Он самый, – подтвердила Розалин, бросив на него взгляд из-под ресниц. – У мужа были какие-то проблемы с патентом, я в это не вникала. И выходило, что напрямую заказ он получить не сможет. Пришлось ему заручиться поддержкой бизнесменов посолиднее, и с кем-то из них он уже договорился. А я его выкрала!

– Кого? – выдохнули мы с Дэнни в унисон.

– Чертеж, – созналась красотка бестрепетно. – Не мужа же.

Тут уж мы онемели. Отчаянная девица, ничего не скажешь!

М-да, любовь зла. Мне даже стало немного жаль незнакомого Майкла Финча, заполучившего на старости лет такой геморрой. Женился на дочке гангстера, которая мало того, что изменяла ему напропалую, так еще и обокрала! Неудивительно, что он был готов на что угодно, лишь бы от нее избавиться. Такая жена хуже чемодана без ручки – и нести нельзя, и бросить никак.

– Как же вы решились?! – поинтересовалась я, совладав с собой.

Она взяла чашку обеими руками, словно маленькая девочка.

– Это Стивен предложил. У него были обширные знакомства, а чертеж этот стоит немалых денег. Их бы хватило, чтобы уехать и обустроиться где-нибудь на теплом юге.

Ах, как зыркнул Крамер на непокорную дочь! Ему такие планы дочки явно пришлись не по вкусу. Впрочем, теперь уж ей терять нечего. На растерзание полиции папа ее все одно не бросит, а от рождения внуков открутиться не удастся.

Зато теперь вся афера была как на ладони. Выходит, Робинс как-то об этом всем пронюхал и подослал Стивена к миссис Финч, чтобы тот уговорил ее стащить проклятое изобретение?

– Постойте, так где же бумаги? – я недоверчиво уставилась на нее. – Полиция не нашла их у Стивена. Или вы еще не успели их передать?

Похоже на то, иначе Стивена бы только и видели. Сказочку о сладкой жизни на юге он явно сочинил специально для Розы, жаждущей вырваться из крепких рук мужа и отца, а на деле наверняка собирался забрать бумаги и потихоньку смыться, бросив любовницу на произвол судьбы. Теперь понятно, кстати, о каких денежных делах Стивен трепался с приятелями! Чего он, увы, никогда не умел, так это держать язык за зубами.

Роза неожиданно всхлипнула. Думается мне, напоказ – когда она отняла платочек от глаз, они совсем не покраснели, даже тушь не размазалась.

– Я не знаю! Я… Муж запер меня дома. Он собирался в понедельник уехать на какую-то конференцию, но вышло, что уехал только в среду! А я уже стащила чертеж и ужасно боялась, что муж узнает о краже и найдет бумаги в моих вещах!

– И что вы сделали? – осведомилась я с любопытством.

Мистер Крамер хмурился, поигрывая ручкой и смотрел на дочь так, словно прикидывал, не задать ли ей ремня. Дэнни пил уже четвертую или пятую чашку кофе, так что всерьез рисковал схлопотать бессонницу. Впрочем, это меньшее из зол.

Она вздернула голову, перестав изображать кающуюся грешницу – какой в этом смысл, если все равно никто не проникся? – и ответила четко:

– Я вложила чертеж в конверт, подписала адрес Стивена, а потом поместила в другой конверт, побольше. И отправила Сюзанн Кюри, своей давней подруге, с просьбой ему переслать. Мужское имя мужа бы насторожило.

– Умно, – признал Дэнни после паузы. Я кивнула – девица только притворяется идиоткой, когда ей это на руку. Ведь сообразила же, как вывернуться! – И что дальше?

– Не знаю. В понедельник я отправила письмо со стопкой других, и увидела Стивена только в среду, когда муж наконец убрался!

Грудь ее ходуном ходила под тонким платьем. Ах, как же ненавидела Розалин своего постылого супруга! Вот кого она бы прикончила без сожаления. Хотя как знать? Сообрази она, что Стивен ее облапошил, вполне могла бы его застрелить. Месть за поруганные чувства – чем не мотив?

С другой стороны, какой тогда резон все это нам выкладывать? Так что или Розалин с нами откровенна, или интрига тут вовсе запредельного порядка.

Должно быть, Дэнни это тоже сообразил.

– Кхе-кхе, – громко прочистил он горло и сказал, обращаясь к Крамеру: – Чертежи ищите сами, нас интересует только убийца.

Бандит добела стиснул узкие губы и блеснул глазами.

– Меня тоже. Мне эти бумаги не сдались, не хочу теперь соваться во все эти штучки с изобретениями. А теперь нам пора. Милая, пойдем.

Он легко поднялся, демонстрируя отличную физическую форму, и подал руку дочери. Та скорчила капризную гримаску, но спорить с отцом не решилась.

Когда они вышли, Дэнни обмяк в своем кресле. Зажмурился крепко-крепко и выдохнул хрипло:

– Ну и дела! Лили, что думаешь? Наврала она?

Думала я многое, в основном нецензурно. Выходит, «миссис Данхилл» сначала попробовала свалить вину на меня, а когда не вышло и она все-таки попалась полиции, вынуждена была играть в открытую. Или она сама, или муж – тут уж выбирать не приходится. Но какая же нахалка!

Вслух я сказала лишь:

– Запутанная история.

– Еще бы! Рассказывала она, конечно, складно… Только с ее же слов выходит, что у ее муженька на тот день алиби. Он же уехал на конференцию, помнишь?

– Этим пусть полиция себе голову забивает, – отмахнулась я. – Наше дело – передать все Рэддоку. Кстати, ничего такого уж нового она нам не наплела. Мы почти обо всем узнали сами, Розалин лишь подтвердила наши догадки. Только про письмо мы ничего толком не знали.

– Да уж, письмо! – Дэнни покрутил головой, и в шее у него что-то громко хрустнуло. – Уф. Ладно, звони инспектору. Время не ждет.

Не став задавать глупых вопросов вроде: «Почему я, а не ты?», я потянулась к телефону.

* * *

Рэддок примчался всего через четверть часа. Ворвался в гостиную ураганным ветром, наэлектризованный так, что из него чуть не лупили молнии.

Огляделся, плюхнулся за стол напротив меня и потребовал энергично:

– Рассказывайте!

Ах, как он слушал! Внимал, не спуская с меня глаз и не шевелясь. Только щекой изредка дергал и глазами сверкал. Лишь в самом конце у него вырвалось:

– Как жаль, что нет звукозаписи!

– Нечего было и пытаться, – влез Дэнни. – Уж об этом Крамер наверняка позаботился.

Рэддок кивнул темноволосой головой и попросил негромко:

– Продолжайте, Лили.

Наедине он по-прежнему звал меня по имени, невзирая на некоторые наши разногласия.

Когда я умолкла, Рэддок некоторое время молчал, переваривая новые сведения.

– Спасибо, – кашлянув, произнес он наконец, глядя на меня теплыми карими глазами. – Давайте подытожим. Выходит, Майкл Финч решил эдаким странным манером избавиться от неверной жены и любовника? Его убить, а ее в этом обвинить?

– Ну да! – Дэнни хрустнул пальцами. – Развестись Финч не мог, тесть мешал, а терпеть выкрутасы Розалин дальше у него уже не было мочи.

– Так ее бы убил, – предложил инспектор хладнокровно. – Зачем так сложно-то?

– Вы что! – Дэнни даже головой покачал. – Соображаете, что говорите? Да лишись Крамер единственной дочки, он бы тако-о-ое всем устроил! И с зятем бы посчитался, тут уж как пить дать.

– Думаю, история с украденным изобретением была последней каплей, – заметила я негромко. – Измены жены Финч мог бы стерпеть, но такое…

Я даже головой покачала. И ведь у Розалин даже ничего не ёкнуло! Легко и непринужденно предавала мужа, а тому деваться было некуда.

– Угу, – поддакнул Дэнни. – Я тут успел до вашего прихода, Эндрю, кое-кому позвонить. Говорят, Майкл Финч мужик жесткий, действует без жалости и обид никому не спускает. А тут его поставили в позу… извини, Лили.

Я лишь отмахнулась.

– Полагаю, даже сумей он в конце концов добиться развода, теперь Финчу этого было бы мало.

– Розалин-то при таком раскладе осталась бы при своих. Свободна и вольна наслаждаться жизнью с любовником. – согласился инспектор задумчиво, подперев голову рукой. – В этом что-то есть. Выходит, Финч придумал, как отомстить обоим? Но не слишком ли рискованно? Крамер все одно стал бы защищать дочь.

– Стал бы, – кивнула я. – А толку? Ей бы даже отец не поверил! Ну представьте. Явись она к Стивену ровно к назначенному часу – и его друзья-приятели застали бы Розалин аккурат над свеженьким трупом, орудие преступления и прочие улики тоже долго бы искать не пришлось. Умно придумано! Финч изобразил бы ужас и отчаяние, нанял женушке адвоката… а после по-тихому развелся. Может, какое-то время в него бы тыкали пальцами, но уж с этим бы он управился. Все лучше, чем остаться на бобах при сбежавшей жене и украденных чертежах. Тогда Финч бы точно сделался посмешищем на веки вечные.

– Жаль, что Розалин Финч отвертится! – Рэддок с досадой хлопнул ладонью по столу. – Как бы мне хотелось привлечь ее за соучастие или хотя бы за сокрытие улик.

– Даже не мечтайте, – посоветовал Дэнни, потягиваясь с хрустом. – Крамер денег на адвоката не пожалеет, а доказательств против нее у вас всего ничего.

– Да я понимаю, – поморщился инспектор. – У нас против нее ничего толком нет. Признавалась во всем она наедине, парни с автомойки мямлят…

Еще бы! Они и вправду слабо запомнили красотку в лицо, а может и Ослы на них уже наседают. Могу парней понять, что уж тут.

– Даже кровь Стивена в салоне ее авто мало чем поможет, – я потянулась за сигаретами. – Получается, что это тоже известно только с моих слов, группа крови-то у нее со Стивеном одинаковая! А я – лицо заинтересованное, бывшая подозреваемая как-никак.

– Вот именно, – признал инспектор кисло. – Так что будем пока довольствоваться малым.

– Вот уж «малым» Финча не назовешь, – фыркнул Дэнни. – Я его в газете видел, здоровенный такой краснолицый бугай.

Инспектор пропустил эту ремарку мимо ушей.

– Алиби Майкла Финча вполне может быть липовым, – признал он задумчиво, теребя зажим галстука в виде маленького серебряного сокола. – По словам его верной секретарши, сразу по приезду на конференцию он прилег отдохнуть – годы уже не те. Финч якобы провалялся в постели до самого ужина, так что вполне мог потихоньку оттуда выбраться и мухой метнуться в город. Езды всего-то минут сорок, говорить не о чем. Арендовали там под это дело всю гостиницу, людей масса, так что докопаться нереально. Разве что кому-то вздумалось бы вломиться в его номер, невзирая на табличку «не беспокоить!», но таковой любопытный пока не отыскался.

– Когда вы успели? – поразилась я. – Я же только сейчас вам обо всем рассказала.

В его карих глазах загорелся огонек.

– Я проверил раньше, на всякий случай. Если не Розалин убила Стивена, то обманутый муж – следующий на очереди подозреваемый.

– Вы не верили в вину Розалин! – сообразила я и от избытка чувств прищелкнула пальцами. – Вот почему вы ее выпустили под залог!

Ну как же, хваленое чутье Рэддока. Во всяком случае, очень надеюсь, что оно самое, а не купился он банально на красивую мордашку.

– Под залог выпускает суд, – напомнил инспектор, чуть заметно улыбаясь.

Я лишь отмахнулась. Знаю же, что у него сохранились там кое-какие связи, наверняка поспособствовал.

– Интересная история с письмом, – проговорил он, потирая кончик носа. – Куда же оно подевалось?

– Понятия не имею, – созналась я хмуро, рисуя в блокноте молнии и закорючки. – По идее, хранить его Стивен должен был пуще глаза. Это же гарантия его безбедной жизни! Можно сказать, письмо счастья.

– Получи Стивен чертеж, смылся бы из города в мгновение ока, – заметил Дэнни в пространство.

– Может, не успел? – предположила я. – Он вроде бы собирался съезжать, так что рассчитывал его заполучить буквально в ближайшие дни. Впрочем, это как раз понятно. Розалин наверняка собиралась воспользоваться случаем и стащить письмо, когда муж уедет на конференцию. Код от его сейфа она наверняка знала, так что труда бы это не составило. У нее случайно получилось завладеть бумагами раньше, но что дальше-то? Я ведь была в квартире Стивена! Ни следов обыска, ни особого беспорядка. Стивена тоже не пытали – ведь так, Эндрю? – дождавшись кивка полицейского, я спросила устало: – Так как же Финч заполучил письмо обратно? Не мог же он его там бросить!

– Даррел выкрал, – предположил Дэнни с готовностью. – Ясно же, что Финчу детектив нужен был не ради доказательств супружеской измены. Ты сама говорила, что Билли интересовали привычки Берча и еще письма.

– Слишком большой риск, – усомнилась я. – Тогда бы Финч прямо напрашивался на шантаж. Нет, не годится.

– Полагаю, детективу поручили как можно больше разузнать о Стивене, – вмешался инспектор, с интересом прислушивающийся к нашей перепалке. – План с подставой требовал точного расчета. Пришлось Финчу нанять частного детектива, чтобы побольше разузнать о Стивене.

Дэнни энергично закивал:

– Потом Даррел усек, что к чему, и попытался шантажировать Финча, а заодно прощупал Крамера – кто из них больше даст. И ведь не побоялся!

– Билли, его приятель, говорил, что Даррел недавно здорово проигрался, – припомнила я. – Поэтому он заплатил Билли немного, обещал позже добавить.

– Вот и рискнул, – кивнул инспектор. – Хотел раздобыть деньжат. Сходится!

Все у нас ложилось одно к одному, за исключением сущей малости.

– Мы ни за что этого не докажем, – озвучил полицейский общее мнение. – У нас нет даже самого завалящего доказательства, одни гипотезы.

Дэнни подхватил уныло:

– А суду наши умствования до лампочки.