Глава 14

Экскурсия по герцогскому замку началась с первого этажа. Недалеко от столовой располагался огромный бальный зал. Сейчас, когда нас здесь было всего двое, он казался особенно большим. И пугающе пустым. Дневной свет заливал его, безжалостно высвечивая каждую трещинку на гладком паркете, по которому наверняка когда-то скользили в танце приезжающие в замок гости.

Может быть, даже королевских кровей.

— Я не слишком-то люблю балы, — произнёс Себастьян де Россо, вторя моим собственным мыслям. — Их мне и в столице хватает. Вы умеете танцевать?

— Нет, — призналась я, опустив глаза. Что поделать, если настоятельница не посчитала нужным обучать нас столь фривольному искусству? Должно быть, танцы казались ей чем-то неприличным.

— Что ж, до представления ко двору у вас есть время научиться, — мягко произнёс мой супруг.

— Здесь? — выдохнула я.

— А почему нет? Музыкальные инструменты в замке есть, и те, кто умеет на них играть, тоже найдутся. Да и начать можно вообще без музыки.

— Я согласна. Но… не прямо же сейчас? — вдруг усомнилась я. — Может быть, позже…

— На сегодня у нас пока другие планы. Пойдёмте, — потянул он меня к выходу. — Однажды вы станете здесь хозяйкой, но сначала вам нужно поближе познакомиться и с самим замком, и с его обитателями.

При мысли о более близком знакомстве с Ортензией де Россо я поёжилась. Бабушка моего мужа ясно дала понять, что не намерена пока счесть мою кандидатуру достойной выпавшего по воле судьбы жребия, а также — что не потерпит соперничества с моей стороны. Да, передать мне управление хозяйством она собиралась, но когда-нибудь в далёком будущем.

Судя по всему, лишь после того, как я докажу право считаться женой герцога де Россо.

После того, как на свет появится новый наследник.

Я представила себе мать герцога. По словам поверенного, она не отличалась крепким здоровьем, и рождённые ею дети покинули этот мир. Выжил только Себастьян. Должно быть, она очень сильно боялась за него. Особенно если Ортензия и ей постоянно напоминала о том, в чём состоит первейшая обязанность жены продолжателя рода.

— О чём вы задумались? — поинтересовался герцог.

Я рассеянно обернулась, чтобы ещё раз взглянуть на бальный зал, и мне вдруг захотелось, чтобы в нём снова, как в прежние времена, зазвучала музыка.

— Ни о чём и обо всём сразу. А можно спросить? Почему вы обращаетесь ко мне так… официально?

— Потому что мы ещё недостаточно знаем друг друга.

Я смотрела на него, не зная, что ответить. С одной стороны, была полностью согласна, и всё же… Ведь по бумагам мы уже супруги, а на самом деле — двое незнакомцев, которые пока не смогли преодолеть чувство неловкости.

Так что же между нами? И возможно ли, чтобы это замешательство, неуверенность в каждом следующем шаге и слове однажды переросли в нечто другое? Или же мы так и останемся чужими друг другу?..

— Хотите ли вы взглянуть на кухню, кладовую, прачечную?

Мне снова представилось недовольное лицо герцогской бабушки. Что бы она сказала? «Только не смей, пока я жива, заводить тут свои порядки»?

— Да, — ответила я.

При осмотре хозяйственных помещений я познакомилась и с остальными слугами, которые постоянно работали в замке. Все они кланялись мне и смотрели с живейшим любопытством. Снова встретился и Луиджи. С лицом, перемазанным в муке, он торговался с дородной поварихой о том, чтобы получить не только остатки начинки, но и крохотный сладкий пирожок в награду за помощь на кухне. Женщина смотрела на мальчика строго, но не сердито.

— Смышлёный парнишка, — заметила я, когда мы с герцогом покинули жаркую кухню.

— Да, — согласился он. — Ему бы грамоте выучиться. Думаю, осилил бы.

Я робко взглянула на собеседника, обдумывая пришедшую в голову мысль, которую всё же решилась озвучить.

— Если вы позволите, я могла бы с ним заниматься.

— Неплохая идея. Полагаю, самого Луиджи эта новость обрадует. И его бабушку тоже.

— Так вы не против?

— А почему я должен возражать? Вам ведь нужно найти себе занятие по душе. Не проводить же всё время за одним только вышиванием.

— Я ещё и читать люблю, — заметила я.

— Тогда вам должна прийтись по вкусу библиотека.

За этим разговором мы поднялись на второй этаж. На лестнице нам встретился поверенный. Я запоздало вспомнила, что он не присутствовал за завтраком.

— Добрый день! — поприветствовал меня мой недавний спутник. — Осваиваетесь? Как вам замок?

— Пока всё, что я видела, мне нравится, — признала я. — Вы ещё задержитесь здесь? Или уже уезжаете?

— Мне придётся на какое-то время покинуть вас, но я вернусь, — заверил он.

«Интересно, а когда уедет баронесса? — подумалось мне. — С виду она весьма бодра. Похоже, падение с коня не очень-то ей навредило».

Поверенный и герцог обменялись несколькими словами. Я покосилась на них, размышляя, задать ли Себастьяну вопрос касательно его отношений с Виенной де Кастеллано. Подтвердил бы он, глядя мне в глаза, то, что я успела услышать от болтливой горничной?

Если мой супруг и баронесса в действительности настолько близки, почему он не сделал предложение ей? Я не сомневалась, что та бы не отказала. Ведь примчалась же она в замок, судя по вчерашнему удивлению герцога, без всякого приглашения.

И в самом-то деле — до чего же бесстыжая женщина!

Поверенный откланялся, и мы продолжили ознакомительную прогулку.

Вопрос о баронессе де Кастеллано так и вертелся на языке, но я молчала, обдумывая. Не хотелось тут же разрывать тоненькую ниточку доверия, которая протянулась между мной и герцогом. Может быть, если он не взял Виенну в жёны, она не так уж и дорога ему? Из слов горничной я могла сделать вывод, что мужчины не слишком-то уважают особ, которые соглашаются на близкие отношения вне брака. И едва ли это одобрила бы Ортензия де Россо.

Одна мысль неприятно царапнула — если в таких отношениях участвуют двое, то отчего виновной всегда оказывается женщина? Даже если она действительно совершила большую ошибку, почему должна отвечать за неё одна? А когда от таких связей появляются дети? Незаконнорожденные, бастарды… Их удел горек, особенно в тех случаях, когда от них отворачиваются и отцы, и матери. О таком я слышала, ещё живя в обители. Громко подобные разговоры не велись, однако порой появлявшиеся там воспитанницы могли кое-что рассказать о жизни за стенами, где нас держали, не позволяя сталкиваться с большим миром.

Однако, несмотря на все аргументы, пожалеть баронессу почему-то не получалось. Вспоминались её пренебрежительные взгляды в мою сторону, дерзость, которую она проявила в разговоре с бабушкой Себастьяна. Если Виенна де Кастеллано в самом деле любила герцога, то почему не могла принять его выбор и отпустить? Ведь она знатная особа и наверняка довольно богата. Так неужели же не смогла бы найти себе другого человека по душе?

А как бы я сама поступила на её месте?..

Задав себе такой вопрос, я вздрогнула и бросила быстрый взгляд на идущего рядом молодого красивого мужчину. Что бы сделала я, если б уже считала его своим, но потеряла? Неужто я бы повела себя так же, как баронесса?

— Вы снова о чём-то задумались, — проговорил он, и я постаралась взять себя в руки, отгоняя тревожащие мысли.

— О том, как сильно изменилась теперь моя жизнь.

— Вас это пугает?

— Обстоятельства могли бы сложиться и хуже, не правда ли?

— Поверенный рассказал, что по дороге вы расспрашивали его о возможных причинах для развода.

Я нахмурилась. Кто бы мог подумать, что он выдаст меня герцогу?! И когда только успел?

— Хочу, чтобы вы знали, Лилиан. Я женился не для того, чтобы развестись. Но запирать молодую жену в четырёх стенах я не намерен. Мы непременно поедем в столицу, вас представят королю. Пожалуй, даже вместе отправимся в долгое путешествие — Янис давно приглашает меня в Хальфдан.

— А как же баронесса?

Вернуть сорвавшийся с губ вопрос я уже не могла, потому оставалось лишь ждать ответа на него.

— Баронесса? — переспросил Себастьян. — Я виноват перед ней, потому что… Впрочем, вам о таких вещах знать ни к чему. Запомните лишь то, что разорвать наш брак Виенна де Кастеллано при всём желании не сможет. Ни она, ни кто-либо другой.

— Даже если учесть, что пока он существует лишь на бумаге?

— Это ненадолго.

Не найдя, что ответить, я промолчала и с облегчением вздохнула, когда наше уединение нарушили. Хлопнула дверь, и перед нами появился мужчина, которого баронесса представила как своего телохранителя. Отчего-то его вид пугал меня, но сейчас я обрадовалась даже ему.

— Простите, что помешал вашему разговору, — поклонившись, сказал он и уже хотел пройти мимо, но герцог его остановил.

— Не припомню, чтобы мы встречались раньше в доме баронессы де Кастеллано.

— Верно, — отозвался мужчина. — Король Арнальдо нанял меня проводить её в замок. А после уже сама госпожа изволила пожелать, чтобы я оставался с ней, покуда она не вернётся в столицу.

— Вот как? — кажется, сделал какие-то выводы Себастьян. — Похоже на Виенну. Надеюсь, с вами обошлись достаточно гостеприимно?

— Всем доволен, благодарствую.

— Что ж, можете быть свободны.

Я поймала на себе изучающий взгляд Аларика, брошенный в мою сторону перед тем, как тот направился к лестнице, и поёжилась. Мне вдруг померещилось, что он лишь притворяется простым человеком, вынужденным служить сильным мира сего, чтобы заработать на пропитание. Должно быть, все тревоги последнего времени вкупе с недавними предупреждениями поверенного заставили мою фантазию чересчур разыграться.

Следующее довольно странное ощущение настигло меня почти сразу же. Мы прошли ещё немного, герцог толкнул тяжёлую дубовую дверь, я вслед за ним шагнула в библиотеку. И… застыла на месте от смутного чувства, будто уже бывала здесь прежде. Слишком уж знакомым оно выглядело. Даже огромная картина с изображением горящего маяка в бушующемморе казалась знакомой, точно я когда-то уже стояла перед ней, с интересом и восхищением рассматривая широкие мазки кисти художника, переливы красок, очертания сложенных из грубого камня стен башни и зыбкий свет, что ложился на пенные гребни волн, освещая путь кораблям.

Я уже была здесь? Но как такое могло случиться? Ведь замок слишком далеко от обители. А от того места, где меня нашли? Я даже не помнила, в какой части страны оно находилось…