Глава 38

Прогулка в компании Бруно Манчини немного подняла мне настроение после встречи с Виенной и несколько примирила с резиденцией его величества короля Арнальдо. Вблизи скульптура над фонтаном оказалась ещё прекраснее, чем из окна кареты. Я несколько раз обошла вокруг неё, любуясь и с трудом веря в то, что подобное совершенство может быть созданием человеческих рук.

Я почти забыла о времени, но мой спутник напомнил, что пора возвращаться, и милостиво проводил меня обратно во дворец. Вернулись мы вовремя — Себастьян как раз успел закончить беседу с королём, и тот отпустил его. Но, увы, с условием, что до помолвки мы поживём под одной с ним крышей.

— Не хочу здесь оставаться, — пожаловалась я. — Мне неуютно… И фрейлиной быть тоже не хочу.

— А кто сказал, что ты должна стать фрейлиной? — насторожился герцог.

— Ну… мне на такую вероятность намекнули, — уклончиво ответила я, ещё не решив, нужно ли выдавать баронессу де Кастеллано, намерения которой пока оставались загадкой, но явно не обещали мне ничего хорошего.

— Я против, — твёрдо заявил супруг, и его лоб прорезала хмурая складка. Похоже, гораздо лучше меня самой зная нравы в окружении короля, он не питал в отношении большинства придворных никаких иллюзий. — Ты вернёшься со мной в замок де Россо.

— Осмелюсь заметить, что полностью согласен с вами, — произнёс Манчини, о котором я уже почти успела забыть — настолько тихо и неприметно он держался, оставаясь поблизости. — Вы не созданы для этого места, ваша милость. Оно не для вас.

— А вы что тут делаете? — обратился к нему Себастьян, и тот, пожав плечами, улыбнулся в ответ.

— Всего лишь помог вашей жене не заблудиться и показал ей фонтан в саду.

— И я очень вам благодарна за помощь, — прибавила я.

— Присоединяюсь к благодарностям, но сейчас мне бы хотелось поговорить с Лилиан наедине, — сказал герцог, и Бруно деликатно отошёл, поклонившись на прощание. — Я отправлю к Янису слугу с запиской. Он привезёт наши вещи.

— Янис будет собирать для меня платья? — округлила глаза я.

— Думаю, он предоставит Розите этим заняться. Не волнуйся. Долго мы тут не пробудем. Помолвка уже совсем скоро. И то, что нам придётся пожить некоторое время здесь, не означает, что нельзя будет гулять или, как ты и хотела, отправиться в лес.

— Правда? — воодушевилась я. — Но ведь после помолвки назначена ещё и свадьба. На неё нам тоже надо будет оставаться?

— Посмотрим, — отозвался Себастьян. Он выглядел чем-то озабоченным, и я не стала говорить ему о том, что успела пообщаться с Виенной. — А теперь пойдём, я покажу тебе наши комнаты.

Две со вкусом обставленные просторные спальни располагались совсем рядом друг с другом, однако я бы не возражала, если б нас, как на постоялом дворе по пути в Лиарнесс, поселили в одну. Но аристократы жили не так, как простые люди. В их среде было заведено, чтобы супруги обитали в разных комнатах, лишь время от времени проводя ночи вместе, и меня бы не поняли, начни я требовать для нас общую спальню в королевском дворце.

Осмотревшись и выпив принесённый для меня горничной прохладительный напиток, я пообещала себе, что справлюсь. Что не стану поддаваться на провокации баронессы, которая наверняка продолжала на меня злиться. Что буду вести себя так, как подобает жене герцога из древнего рода, и не позволю ни ему, ни Ортензии де Россо, чья незримая тень нависала над моей головой, стыдиться меня.

Эти обещания звучали гордо, однако на деле я не чувствовала полной уверенности ни в чём. Я будто стояла на ненадёжной поверхности плота, балансирующего на волнах, которые с каждым мгновением становились всё выше. Меня терзали дурные предчувствия, а сонное спокойствие, наполнявшее резиденцию короля Арнальдо, казалось затишьем перед бурей. И всё же я верила — если не в себя, то в своего мужа. В того, кто, как я надеялась, сможет со временем принять меня с моей тайной и не оттолкнуть, не оставить в беде, как когда-то сделал с той девушкой из Хальфдана его отец.

Обедали мы вдвоём в комнате Себастьяна. К счастью, сегодня нас не заставили трапезничать в общей столовой в окружении других придворных, и я понадеялась, что у меня и далее получится избегать их общества. С кем бы мне хотелось поговорить, так это с невестой его величества, но, несмотря на то, что нас друг другу представили официально, подойти к ней по собственному почину я бы не осмелилась, следовало, чтобы кто-нибудь стал посредником между нами.

Ближе к вечеру приехал Янис с вещами, доставить которые его попросили. Тащить их ему помогал королевский слуга, с любопытством посматривающий на северянина. Похоже, наш друг огорчился из-за того, что ему предстояло остаться в особняке без нас, и я его чувства полностью разделяла. Прежде я думала, что мы всего лишь нанесём визит во дворце, а снова возвратимся сюда лишь в день помолвки, но король Арнальдо решил по-своему. Уж не для того ли, чтобы угодить Виенне, которая, судя по всему, жила здесь с полным основанием, несмотря на то, что у неё в столице тоже имелся собственный дом? Но неужели его величеству приятно осознавать тот факт, что герцогу придётся делить кров с бывшей любовницей? Нет, никогда мне не понять этих людей и то, что ими движет!

— Ты уверена, что сможешь находиться здесь рядом с баронессой? — поинтересовался хальфданец, когда я вызвалась проводить его к выходу из дворца, чтобы переброситься несколькими словами наедине. Слуга следовал за нами на почтительном расстоянии, так что наш разговор до него не доносился. — Справишься?

— А у меня есть выбор? — вздохнула я. — Постараюсь. Ты ведь знаешь — если кто-нибудь что-то заметит или догадается, мне несдобровать…

— Я-то рассчитывал, что мы наконец-то возобновим наши уроки, — проговорил собеседник, и я кивнула в ответ, поскольку и сама на это надеялась. А теперь о занятиях с колдуном оставалось только мечтать. В замке нам мешали Ортензия и шпионящие за мной по её наводке слуги, здесь — король, баронесса де Кастеллано и куча придворных, которые наверняка не упустили бы возможность обвинить меня в колдовстве, если б им представился хоть малейший повод для таких подозрений. В окружении их надменных лиц и показной роскоши я чувствовала себя чужачкой, самозванкой. Казалось, будто вот-вот услышу за спиной насмешливые слова о том, что воспитанная в обители безродная девчонка напялила дорогое платье, возомнив себя герцогиней, но ослица в нарядной сбруе никогда не станет скаковой лошадью. Так сказала Виенна, адресуя своё замечание обо мне Иларии, когда они покидали особняк после ужина с нами. Уверена, она знала, что я её слышу.

Когда мы уже спустились на первый этаж, нам встретилась наречённая короля Арнальдо в окружении нескольких фрейлин. Должно быть, они возвращались с прогулки. На будущей королеве было платье для верховой езды, удобное и подчёркивающее гибкость фигуры. Прислужник следовал за ней, держа в руках лук и стрелы. Так хальфданка ещё и стрельбой из лука увлекалась? Моё восхищение ею выросло в несколько раз. Ещё сильнее захотелось отыскать возможность для того, чтобы поговорить с ней наедине.

Янис вдруг остановился, уставившись на приближающуюся к нему королевскую невесту. Мне пришлось толкнуть его в бок, чтобы заставить склониться перед ней в поклоне. Но, как с изумлением успела заметить я перед тем, как присесть в реверансе, она на него тоже смотрела — с таким видом, точно перед ней явилось привидение.

«Да что тут происходит?» — подумала я растерянно. Процессия уже двинулась дальше, а северянин продолжал стоять на одном месте, глядя ей вслед. Я дёрнула его за рукав, чтобы привлечь внимание.

— Эльса… — пробормотал он и зашагал вперёд, как сомнамбула, озадачив меня ещё больше. Я помнила, что имени хальфданки ему не называла. Откуда же он его узнал?..

На мои расспросы о его странном поведении северный колдун отвечать не пожелал. Торопливо попрощался и поспешил в карету. Похоже, теперь и у него появились от меня тайны.

После ужина я уединилась у себя, но долго моё одиночество не продлилось — неожиданно мне нанесла визит Илария де Коста. Она заявила, будто пришла поболтать и тут же завалила меня ворохом сплетен. Знакомых имён в них не звучало, и я почти сразу потеряла нить разговора.

— Кажется, я слышала, как вас зовёт муж, — сообщила опальная фаворитка, на минутку выскользнув в коридор, а затем вернувшись обратно. — Думаю, вам нужно идти к нему. А я пойду к себе, уже поздно.

— Доброй ночи.

Удивляясь, почему Себастьян не вошёл ко мне сам, я направилась в его комнату. Открыла незапертую дверь, потянулась к бархатной занавеси за ней и… замерла, услышав знакомый женский голос. Затем осторожно отодвинула край и заглянула за него.

Моему взору открылась картина, которую я никак не ожидала увидеть: герцог спиной ко мне стоял напротив кровати, на которой, будто у себя дома, расположилась Виенна де Кастеллано. Шевеления занавески она не заметила, потому что как раз наклонила голову, да и едва ли что-то могло отвлечь её внимание от моего супруга, для встречи с которым любовница короля сюда заявилась. Должно быть, Иларию ко мне прислала тоже она, не подумав, что та воспользуется удачной возможностью поквитаться с новой фавориткой за унижение.

Я видела, как баронесса медленно наклонилась, ещё больше открывая грудь в глубоком вырезе лёгкого светлого платья, потянула вверх подол, обнажая ноги выше колен. Неспешным выверенным движением провела ладонью от ступни до бедра. Подняла взгляд и кончиком языка прикоснулась к карминово-красным губам.

— Должно быть, ты уже заскучал, проводя время с девчонкой. Тебе нужна опытная женщина. Ты ведь знаешь, я умею доставить мужчине удовольствие, — вымолвила она с придыханием, не отрывая жадного взгляда от того, на кого старалась произвести впечатление.

— Я не хочу знать, чего ты пытаешься добиться, но между нами уже давно всё кончено, — ответил герцог, и слова эти прозвучали спокойно, даже равнодушно, совсем не так, как наверняка хотелось бы Виенне. Теперь не только она, но и я знала, как меняется его голос в порыве страсти. Такой, которую он к этой женщине больше не испытывал.

Её лицо исказила гримаса, мигом разрушив обольстительный образ, и я, не желая подсматривать дальше, ускользнула. Вернулась к себе в комнату и задержалась у зеркала, вглядываясь в собственное отражение. Расшнуровала платье, позволив ему упасть к моим ногам.

А что, если баронесса права? Моя фигура не могла похвастаться выдающимися округлостями, она изящная, скорее девичья, чем женская. Небольшая грудь, тонкая талия, хрупкие ключицы… Но ведь Себастьяну нравилось всё то, что я видела в зеркале! Нравилось больше, чем соблазнительное тело Виенны, которое она ему только что предлагала!