Глава 8. Раненое пламя

ТИНА Послушно поддаюсь одержимому напору, позволяя сейчас Роме делать со мной абсолютно всё. Всё то самое, о чем я не раз мечтала за эти годы. Мое безумное наваждение, мои самые сладкие желания, о которых я боялась признаться даже самой себе. Желания, на которые я больше не имела права. Слишком долго я сдерживала свои эмоции. Не позволяла себе чувствовать, хотеть, ощущать. Жила на одних лишь злых куражах. Была бездушной, механической куклой. Которая лишь изображала удовольствие. И в постели тоже. Всё это рушится за один миг. Только лишь от одного его пьянящего, обжигающего дыхания. От одного затягивающего взгляда, в котором чернеет пропасть. И сейчас я лечу прямо в эту бездну. Внезапная боль от мысли, что он собирается уезжать, пробивает электрическим разрядом. Почти физическая, реальная боль. – Нет, – со всхлипом выстанываю и резко упираюсь руками Роме в грудь. Пытаюсь отстраниться от него сейчас. Пока еще не поздно. – Что-то не так? – мгновенно отзывается бархатистый шепот, – извини, если тороплюсь. Прости… Снова поцелуй. Более нежный и уже не такой одержимо-подчиняющий. Едва нахожу в себе силы снова вырваться из сладкого плена его умелых и горячих губ. Ненавижу себя в этот момент. Но лучше так, чем снова провести еще один десяток лет в личном аду. – Рома, нам нельзя. Нет. Ты прав. Так нельзя. Выдыхаю и гляжу на него, ожидая его реакции. Слезы застилают глаза. Ведь сейчас я сама отказываюсь от него. Боюсь снова столкнуться с реальностью, в которой вместе нас давно уже нет. И никогда не будет. Мысленно готова к тому, что Рома предложит мне одеться и мы разойдемся спать. По отдельности, по разным комнатам. В штормовых омутах плещется недоумение и попытка прочитать меня. Рома пронизывает меня откровенно-возбужденным взглядом, подхватывает меня на руки так, что я обвиваю ногами его торс. Несет меня на постель и осторожно укладывает. Как драгоценность. От этого еще больней. Нельзя привыкать. Чувствовать ничего нельзя. Чувствовать – слишком больно. Чуть нависает надо мной и я вижу, как через бинтовую повязку на плече проступает кровь. – Плечо, – испуганно выдыхаю, но его совершенно не волнует собственное ранение. – Забудь, – отмахивается, не сводя с меня пронзительного взгляда, – что происходит? Я что-то не так сделал? Как ты хочешь. Шальные огоньки в его глазах завораживают и лишают способности соображать. Запах зверя подчиняет и делает меня податливой, готовой на все. – Нет, но сделаешь. Ты ведь уйдешь. Ровно и безжизненно констатирую факт. Очевидный. – Тина… – горячо дышит, произнося мое имя так, что я мгновенно взрываюсь. Не давая мне протестовать, стремительно накрывает мои губы поцелуем. Жёстким. Подчиняющим. Жадным. Кончиками пальцев вожу по его мускулистому, сильному телу и теряюсь в собственных ощущениях. Стремительно падаю в пропасть, откуда мне самой уже не выбраться. Точка невозврата пройдена мной только что. Рома разрывает поцелуй и обхватывает ладонями мое лицо. Скользит по нему глазами, полными жажды и боли, как будто пытается напиться мной. Взглядом, в котором полыхает раненое пламя. Еще миг и мы оба сорвемся с цепей, на которые сами себя посадили. Но сейчас этот миг у нас еще есть. Надышаться друг другом, обжечься голодными взглядами, замереть за секунду до взрыва. Зарываюсь ладонями в его жесткие волосы на затылке, ерошу их и вздрагиваю от того, как приятно покалывает в подушечках пальцев. Притягиваю его к себе и в этот момент рушатся все преграды между нами. Больше никаких запретов. Только неутоленная жажда, инстинкты и желание. Он набрасывается с диким голодом на мои губы, сминая их в требовательном, обжигающем поцелуе. Сильные руки умело ласкают мое тело, заставляя извиваться под ним, выстанывать от наслаждения и ненасытно требовать ещё. Теряя контроль, впиваюсь ногтями в его спину и больше не могу сдерживаться. Обманчивая пелена нежности резко стирается одержимой жаждой обладания друг другом. Горячим маревом, охватывающем нас обоих. Сбивчиво пытаюсь расстегнуть молнию на его джинсах и он помогает мне с застежкой одной рукой. Избавляется от джинсов, вместе с боксерами и я уже не могу сдержать особо громкого стона наслаждения, смешанного с предвкушением. Входит в меня быстро, на миг замирая. Снова разбиваемся друг о друга взглядами. – Ты только моя, – хрипло шепчет мне в губы, подчиняя каждым словом. Заставляя слепо верить, что и утром наваждение не исчезнет. Мои пальцы скользят по его коже, вздрагивая от обжигающего покалывания в подушечках. Мутнеет перед глазами от острого ощущения счастья, затапливающего мое тело. – Только моя, – повторяет Рома и наши губы снова сливаются в жестких и горячих поцелуях. Мое тело мгновенно отзывается на каждое прикосновение Ромы, каждое его движение во мне. Вздрагиваю в одном ритме с ним и подаюсь чуть вперед, инстинктивно требуя еще большего кайфа. Вжимаюсь в его сильное, мускулистое тело. Волны горячего наслаждения, запретного все эти годы, захлестывают меня, подчиняют и ошеломляют. Такое для меня возможно только с ним. И ни с одним мужчиной, которые были у меня за это время. От его сильных рук по моему телу расходятся волны жара и удовольствия. Исступленно хочу лишь одного – взорваться от острого чувства счастья и забыться в горячей лавине, которая накатывает на меня. Что-то вышептываю ему в губы, почти срываясь на хриплые рваные стоны, переходящие в едва сдерживаемые крики. Рома ловит поцелуями мои сбивчивые признания и стоны откровенного наслаждения. Я на грани. Ещё немного… только не останавливайся… – Да, моя девочка, кончи для меня. Ещё… давай… – требовательно шепчет он и я полностью срываюсь с тормозов. Воздух стремительно становится тягуче-сладким и раскаленным. Перехватывает дыхание от острого ощущения счастья, выбивающего из меня рваные, хриплые стоны. Горячие ладони продолжают ненасытно ласкать мою кожу, умело находя самые чувствительные места. Его дыхание все более жесткое, отрывистое. Чувствую, что он вот-вот взорвется и в эту секунду мне все равно, что мы не предохраняемся. Но в последний момент он быстро выходит из меня, изливаясь горячими взрывами на живот. Чуть приподнимаюсь ему навстречу и ловлю губами стоны его удовольствия. Жаркие. Такие сладкие. Пьянея от его дыхания, теряю счет времени. Падаем в обнимку на подушки и пытаемся отдышаться. Утыкаюсь носом в его плечо и я устало прикрываю глаза. Млею от кайфа и полнейшей безмятежности. В эту секунду мир вокруг нас останавливается. Ни врагов, ни угроз – ничего этого сейчас просто нет. Только мы и затапливающее, мучительно-сладкое ощущение счастья. Понимаю, что надо сказать что-то именно сейчас. Но страшно невольно уничтожить это хрупкое перемирие, качнуть и разрушить равновесие. – Тина, – теплым шепотом губы Ромы касаются моей макушки, – планы меняются. Вздрагиваю и чуть приподнимаюсь на локте. Хочу в этот момент смотреть ему прямо в глаза. Даже, если будет очень больно. – Я остаюсь. И больше никому тебя не отдам. Моя. Навсегда. Ошеломленно вслушиваюсь в его признание. Рома обнимает меня и переворачивает спиной на подушку. Проводит пальцами по моей щеке и мажет по мне горячим, влюбленным взглядом. Тем самым, который я помнила все эти годы. Чувствую, что одного раза нам сейчас точно мало – и мне, и ему. Его пальцы снова ласкают мой клитор, одуревший от наслаждения. Не разрываем откровенных взглядов. Оба идем на второй заход в одержимой гонке за удовольствием. – Скажи, что еще любишь меня. Не вопрос. Уверенное утверждение. – Люблю, – шепотом выстанываю я. Раненое пламя в его глазах взрывается яркими всполохами пьянящего счастья.