Глава 26.3

— Святая Иулия, защити, — прошептала я, которая никогда не была религиозной.

Напряжение спало где-то через час-полтора.

— Почему они так долго? — вяло, безэмоционально пробормотала я.

Лил оглянулась с порога.

— Это только первый этап боев. За право назвать тебя своей вызвались биться сто шестьдесят воинов свободного народа.

Я онемела. Сто шестьдесят?!

— В принципе, — продолжала рассуждать Лил, говоря больше для себя, чем для меня, — ничего интересного в начальных поединках нет. Хочешь, расскажу, как там все происходит?

— Нет.

— Правильно! — воскликнула совершенно не слушающая меня Лил. — Интересно же!

— Первые бои идут между десятками. Из каждой побеждает один, — заговорщицким тоном сообщила она, накручивая прядь волос на палец.

— Остается в живых? — спросила я дрогнувшим голосом.

Лил беспечно махнула рукой, ойкнула, уставилась на несколько вырванных волос.

— Всякое бывает, — наконец, сказала она. — Не думай, что законы свободного народа жестоки. Волк может признать свое поражение, и никто ничего ему не сделает. Вот только признавать поражение наши мужчины не умеют.

На миг ее голос стал серьезным, затем снова повеселел.

— Из ста шестидесяти остается, стало быть, шестнадцать, — прощебетала она. — Они бьются парами, затем победители в этих парах снова выходят на площадь, и бьются уже между собой.

— Они к тому времени должны быть сильно уставшими, — с сомнением в голосе пробормотала я.

Лил закивала.

— А как же! Нам-то нужен сильнейший!

Ее щеки заалели, губы приоткрылись, и Лил нежно заворковала. Я даже заморгала, не думала, что хрипловатый голос волчицы способен на такие нежные нотки.

— Самый выносливый! Неутомимый…

Я продолжала хлопать ресницами, лихорадочно думая о последнем, ей сказанном, а также о том, чем это бесценное в ее глазах качество чревато лично для меня, словом о том, о чем порядочная леди, да и просто леди думать никак не может.

Первый этап боев длился до полудня. Стоило солнцу начать клониться к закату и понемногу набухать краснотой, Лил торжественно возвестила, что начинается второй этап.

Нам принесли жареное мясо, несколько плоских лепешек, нарезанные желтые и оранжевые овощи. Совсем молоденькие волчицы, прямо девочки-подростки, рыженькая и светленькая, с короткой мальчишеской стрижкой прямо ели меня глазами с некоторой долей зависти и восторга.

Мне кусок в горло не полез, но Лил это не огорчило. Заявив, что, когда нервничает, у нее просыпается зверский аппетит, молодая волчица умяла и мою порцию. В последний момент спохватилась и протянула мне разрезанный вдоль желтый овощ.

Я задумчиво откусила, не почувствовав вкуса и не успела прожевать, как в шатер вошла Вилла, а с ней еще четыре женщины, разных по масти и единых в стати, с прямыми спинами, с гордо поднятыми головами.