Глава 18

Ариадна Фоксайр

Скрестив за спиной руки, снежная оборотница стояла у окна своей спальни, безучастно наблюдая, как белоснежный «Галлардо», набирая скорость, отъезжает за пределы особняка, увозя с собой вечно опекающего ее шкуру брата, от которого иногда порядком уставала, и его жизнерадостную спутницу. Ариадне отъезд Риана пришелся как нельзя кстати. Конечно, и под его незримым надзором она могла воплотить свои планы в жизнь, но без него провернуть запланированную вылазку ей было куда проще.

А Ульяна снежной понравилась. Девушка улыбнулась уголками губ. Чувствовалась в рыжей безбашенная свобода, страстность, легкость и преданность. По мнению Рии – именно такая предначертанная была достойна ее брата, вдыхающая жизнь во все, что ее окружает. Только пара ли она ему, вот в чем вопрос. Отчего-то предначертанной брат ее не назвал, что для самой Рии было странно, загадочно и непонятно.

Если пара, то почему прямо не сказал? Зачем обижать девушку пренебрежением? Рия не понимала. Брат не из тех оборотней, кто стесняется человеческих предначертанных, предпочитая их укрывать, прятать или выставлять простыми любовницами, благо таких мерзавцев было немного. Настолько слабых ливером оборотней она презирала, считая, что нет разницы, ― человек, оборотень, да хоть говорящий горшок. Если небеса дали пару, твою идеальную половину, по духу равному, по сердцу данному, то грех таким подарком пренебрегать. А вот же, находились столь безнравственные индивиды. Но ее Риан точно не был среди числа тех, тогда в чем же дело… А если не пара? Нет, быть не может. Она видела, как Адриан реагировал на девушку: как самец на свою самку. Как она на… Неважно, что она. Не о ней сейчас.

Машина стремительно скрылась из виду, и снежная мысленно махнула рукой: сами разберутся. А ей нужно в первую очередь разобраться со своим мужчиной.

Спиной шагнув назад, девушка развернулась, вытащила из кармана джинсов телефон, открыла навигационную поиск-программу с расширенной, мало кому доступной версией, которую она как-то под шумок скачала из личного планшета Шера, и стала наблюдать за маленькой, в состоянии покоя, точкой на карте.

Ее предначертанный дома. Наверняка спокойно пил чай или спал.

– Ты будешь моим, – прошептала она, с нежностью погладив экран гаджета. Подкинув его в руке, зажала в ладони. – Мы будем счастливы, ведь ты уже мой. Не так ли?

Красивые губы тронула ласковая, мечтательная улыбка. В мысли внезапно пробрался совершенно другой мужчина, наглым образом пододвигая ее пару в сторону и заполоняя, принудительно завоевывая своим обликом все сознание. Высокий, как и множество оборотней, гибкий, темно-рубиновые волосы зачесаны назад, яркие изумрудные глаза с желтыми вкраплениями смотрят насмешливо, длинные пальцы засунуты в карманы темных джинсов. Хищник обманчиво расслаблен, он наблюдает, ждет, когда оступишься, чтобы напасть, придавить со спины, прикусить загривок, подчинить… Сердце девушки сбилось с ритма, пальцы дрогнули, смартфон, выскользнув из рук, с глухим стуком грохнулся на паркет.

Чертыхнувшись, Ариадна дернула щекой и, подняв гаджет, прорычала, ощеривая клыки:

– Пошел вон из моих мыслей, засранец! – выдохнув, Рия приложила ладонь ко лбу и недовольно цыкнула. Давно она не думала о нем, не мечтала и хорошо бы дальше не мечтать. – К черту!

Наметила себе план: сегодняшним вечером выбраться из дома из-под надзора вездесущего Лесли и отправиться за своим парой. Главное, чтобы Страж рода не заявился и не попортил все карты. От него улизнуть будет сложней. Впрочем, что Шеру здесь делать, да и к ней он никогда не питал особого интереса, спасибо – не презирал, как многие в роду Фоксайр. Ариадна понадеялась: сегодня он будет занят другими более важными делами.

Она неспешно принимала ванну с солью и цветами; Поставив на специальный столик-подставку планшет, включила фильм, неторопливо потягивая из высокого бокала клубничное шампанское, заедая кусочками охлажденных, слегка подмороженных экзотических фруктов. Несколько раз слышала стук в дверь, но не откликалась, прекрасно зная, кем был незваный гость, и релаксировала, рисуя в сознании счастливые картинки будущего, отчего-то вдруг блеклые и скучные, а вместо ее пары то и дело вновь рисовалось лицо совершенно другого мужчины.

Выругавшись, Рия залпом допила шампанское и вылезла из воды, накинув халат, вышла из ванной, тут же нос к носу столкнувшись с Ридом.

– Я вас звал, – хмуро сообщил Лесли.

– Я в курсе. Как видишь, была занята. Что хотел?

– Узнать, все ли в порядке, и уточнить насчет обеда.

– Все в порядке, как ты, должно быть, заметил. Обедать буду, накроешь в столовой.

Ей требовалось усыпить бдительность Лесли, и лучше всего, чтобы она подольше была на виду.

– Могу я узнать, какие у вас планы на день?

– Почитаю что-нибудь и лягу спать. Устала. Завтра утром отъеду по рабочим вопросам, завтракать не буду, уеду раньше и поем в городе. На этом все. Если допрос окончен ― свободен.

Лесли буркнул себе под нос что-то вроде «зловредных взбалмошных мисс» и удалился.

Довольно улыбнувшись, девушка разлеглась на постели и вновь открыла приложение, несколько разочаровываясь: точка передвинулась всего на двадцатку шагов так, будто ее пара просто перешел в другую комнату.

Скучно.

Хотя чего она от него вообще хочет. Танцев с бубном? Продолжения игрищ в охотника и добычу? Как ни странно, совсем ничего. Одернув себя, Рия разблокировала планшет, удаленно вошла в учетку рабочего стационарного компьютера, заглянула в электронную кассовую ведомость, затем в почту и бухгалтерскую программу.

Ариадна владела небольшим уютным кафе в центре Джейры, но по большой части управляла дистанционно, в само кафе наведывалась раз или несколько в неделю, просто чтобы проведать директора и вживую посмотреть, как идут дела, поговорить с персоналом. Это все уже как несколько лет была своего рода традиция.

День прошел быстро, но продуктивно, вечер наступил вообще незаметно. Спустившись в кухню, она взяла со стола несколько пирожков и заварила чай. В это время в кухню заглянул Лесли, с удовлетворением понаблюдал за подопечной, кивнул своим каким-то мыслям, пожелал ей спокойной ночи, ушел отдыхать.

Одевшись в удобные легинсы и тунику, девушка заплела волосы в тугую косу и, накинув капюшон байки, открыла окно, оглянулась на минуту, прислушиваясь к звукам в доме. Присела на карниз, перекинула через окно ногу и едва не свалилась, уцепившись за проем окна отросшими когтями, когда за спиной послышался знакомый ленивый голос с ироничными нотками, от которого снежную пробрало до костей:

– Выходит, не зря я сегодня решил заглянуть к старому другу, чтобы по его просьбе проверить одну маленькую хитрую лисичку. Ты куда-то собралась, Ариадна?

[Bring Me To Life ― Evanescence]

Резко обернулась на стоящего в дверях Шера. Сердце болезненно сдавило, на губах появился привкус горечи. Оборотень будто сошел с ее воображаемого рисунка. Рубиновые волосы, как она и представляла, зачесаны назад, одна непослушная прядка выбилась и касалась лба, создавая небрежный образ, ядовитая ухмылка на идеально обрисованных губах, желто-изумрудные холодные глаза изучающе прищурены, смотрят, точно рентген, энергетика Стража давит на плечи, вселяя первобытный страх, вынуждая инстинктивно склонить голову, но Рия привычная. Принесла же нелегкая, он как чувствовал, что она что-то задумала. Лисий сын. Непримиримо вздернув подбородок, не менее холодно ответила:

– И вам добрый вечер. Прогуляться, а что? Договоренностями с братом вечерние прогулки по территории не запрещены.

– Через окно?

– Вы имеете что-то против окна?

– Не тогда, когда кое-кто пытается на ночь глядя отправиться куда не следует.

Рия фыркнула, с недовольством понимая, что ей не переговорить Стража, слишком разные весовые категории, да и противостоять ему бессмысленно. Она привстала, намереваясь влезть обратно в комнату, но услышала грозный рык:

– Даже не думай, Рия! Накажу.

Ариадна вместе с внутренней лисой заинтересованно вскинулись. А вот это уже любопытно. Снежная склонила голову к плечу. На ее памяти Шер никогда подобным образом не реагировал в ее отношении, всегда холоден, всегда равнодушен, она для него пустое место. Но сейчас что-то определенно изменилось, она чувствовала это всем своим существом, и не только она, что характерно. Зверь в подсознании уперся лапами, подкидывая возмущенно-игривые образы их неподчинения Стражу, чтобы просто ему насолить, чтобы повеселиться. Рия согласилась с лисицей, ей и самой стало очень интересно, что последует за ее сопротивлением. Каким будет то самое наказание. А ведь когда-то Ариадна была готова на все, ради его к ней внимания, ради одной улыбки или заинтересованного жеста, даже выпить смертоносный яд из рук этого мужчины, но это было давно и очень не правда, а значит, не считается.

– Попробуй.

Снежная широко ощерилась, слегка обнажая клыки, и, отсалютовав мужчине пальцами, под его сотрясающий дом рычащий взбешенный окрик выпрыгнула наружу, приземлилась на лапы в виде белоснежной лисички, не оборачиваясь, припустилась бежать и не видела, как следом выпрыгнул огненный лис.

Она бежала что есть силы, ветер свистел в ушах, обоняние обострилось, в крови играли адреналин и эйфория. Быстрее, еще быстрее! Она не видела, как он выпрыгнул за ней из окна, это да, зато прекрасно ощущала дразнящую рецепторы погоню. Азарт зашкаливал, вызывая у Рии искренний восторг.

Ветер донес запах… его запах… черт, она и забыла, как соскучилась по нему. Почему? Почему все так? Ведь он ей никто, не пара, не ее судьба, а она до сих пор, как много лет назад, сходила по нему с ума.

Дважды черт.

Обрадовалась, дура, когда узнала в простом человеке пару, думала, забудет, выбросит из головы огненного Стража, но не случилось. Что же пошло не так?

За спиной послышался рык и протяжный вой. Оборотница ощерилась, тихо тявкнув. Лисы выть не умеют? Ха. Оборотни ― еще как.

Она почуяла его справа и повернула голову. Они бежали вместе, белоснежная лисица и рубиновый красавец лис. Белое и огненное, огненное и белое. Казалось бы, идеальный тандем, но только не в их случае.

Она дала себе всего несколько секунд полюбоваться сильным, красивым не ее самцом и, фыркнув, резко сменила траекторию движения, слыша его очередной злобный рык, улыбнулась, но улыбка тут же погасла, когда он всего в несколько прыжков ее настиг и резко сбил с ног, навалился всем весом, как и мечтала, клыки вцепились в загривок. Но совершенно не романтично, немного больно, как он и предупреждал, жестоко наказывая.

«Отпусти», – рычала она, извиваясь и пытаясь спихнуть монолитное тело самца с себя, но тот словно врос в нее, слился, не желая выпускать побежденную добычу. Только она не чувствовала себя побежденной, рассерженной ― да, злой ― еще бы, но не подавленной.

«Отпусти, сказала!» – яростно дернулась, упираясь в землю лапами.

Клыки вцепились сильней, грозя прогрызть шкуру. Нельзя. Она была готова скулить под ним, просить, капитулировать без капитуляции, а ее лисе все происходящее отчего-то нравилось, настолько, что та млела и желала, чтобы самец присвоил их прямо там, недалеко от дома на стылой земле, не оборачиваясь. Однако у Шера имелись другие на нее планы. Глухо рыкнув ей в затылок, предупреждая – не дергаться, обернулся, сильные руки сдавили бока так, что затрещали кости, захватывая в монолитную ловушку.

– Я предупреждал, Рия, – горячий шепот опалил ухо. – Предупреждал ведь? Ты, как всегда, не послушалась, умей отвечать за последствия. Обернись.

«Нет», – фыркнула она мысленно.

– Я сказал – обернись.

«И не подумаю».

– Так, значит? Сама напросилась.

Она не поняла, что он сделал, но из нее будто на несколько секунд выбили воздух. Лиса заскулила и спряталась в подсознании, а в следующий момент Ариадна, обнаженная, рухнула в мужские руки.

– Какого лешего? – прошептала дезориентированная девушка под тихий мужской смешок и тут же замычала от неожиданности, когда его обжигающие губы властно накрыли ее, бескомпромиссно вторгаясь в ее рот. Не просто вторгаясь, трахая языком, жестко, сладко.

Ошалелая, она обмякла в его руках, робко коснулся кончик ее языка о его, Рия не понимала, почему позволяет, отчего не сопротивляется. Зачем это все? И в то же время она наслаждалась, наслаждалась им, его запахом, судорожно его вдыхая, его жесткими и в то же время нежными руками, хозяйничающими по ее телу, гладящими шею, затылок, чуть оттягивая волосы и пропуская их сквозь пыльцы, покусывая до крови губы. Металлический привкус на языке распалял, заставляя быстрее бежать кровь по венам. Заставляя хотеть этого мужчину сильней. До одури, до пузырящихся от страстного жара клеток.

– Скажи мне да, Рия, – шептал мужчина, его обнаженная вздыбленная плоть приятно ласкала ее влажные, скользкие складки, задевая вход, легонько входя, но не толкаясь полностью, отчего у девушки рвало башню, а несколько клеток точно запузырились, грозя расплавиться подчистую. – Скажи…

Она хотела сказать. Больше всего на свете хотела отдаться ему. Чтобы толстая круглая головка наконец толкнулась в нее, чтобы увитый венами крупный член заполнил ее до отказа, срываясь на дикий, необузданный темп. Она жаждала этого мужчину, мечтала о нем, сколько себя помнила. И потому, собравшись с духом, чуть отстранившись, прижалась щекой к его щеке, грудью к его грудной клетке, на секунду зажмурилась, выдыхая:

– Нет.

* * *

Он сидел голой задницей на земле, неотрывно и несколько отстраненно наблюдал, как снежная оборотница с прямой спиной удалятся от него легкой неслышной поступью. Обнаженно-прекрасная, гордая и закрытая для него. Ее запах все еще ощущался на его руках, ее вкус ― на его губах, перед мысленным взором ― ее затуманенные темные глаза, настолько темные от пьяной страсти, что не видно радужки.

Не его.

Вскинув голову, он завыл, этим порывом обещая ей и себе, что все не закончено, что все еще впереди. А затихнув, резко опустил голову, смотря вслед не дрогнувшей девушке и облизывая губы с ее привкусом разочарования. Что же он наделал? Зачем? Когда все пошло не по плану? Сейчас он и сам себя понять не мог. Никто бы не смог. Но он все исправит, а сегодня пускай идет, не знающая кому по праву принадлежит. Пускай у нее останутся крохи мнимой свободы.

Вернувшись домой, Шер активировал ироскандер. На голографическом экране возникло изображение ничем с виду непримечательного человеческого мужчины на правой части экрана и справа ― множество по нему данных.

Предначертанный Ариадны.

Фальшивка или ошибка предвиденья?

Он прекрасно понимал, что здесь что-то не так. Не могло быть такого, чтобы у самки двое самцов. Или могло? До хруста сжались челюсти. Он разберется.