2

В последующие дни мы обошли весь город, побывали в самых глухих и невероятных местах. Гэл показал свои самые любимые с детства места. Сидя в одном таком месте, он рассказал, как рано лишился родителей, и как его воспитанием пришлось заниматься старшему брату, на шею которого еще свалились обязанности Владыки. Даже воспоминания были тяжелы для него. Как объяснить, что он больше не один? Я обняла его за талию, а он меня за плечи. Смущало то, что в его глазах, мне так казалось, я оставалась той же Лис, подругой, а не возлюбленной.

Мне было легко и просто с Гэлтирэлем. Он был мне и другом, и советчиком, и наставником, и возлюбленным. Меня вводил в замешательство тот факт, что после памятной ночи в Ардоне он не целовал меня и никак не пытался продолжить наши отношения, которые обычно возникают после близкого общения. Несколько раз я пыталась его сама поцеловать, но Гэл тактично отклонял поцелуи. Я не могла ничего понять, однако не торопила его.

Гэл уехал в очередную поездку, оставив меня дома. От нечего делать я слонялась по дворцу и заглянула в библиотеку, мне было любопытно, над чем тут сидел князь. Открыла бумаги – все на эльфийском. Да, поскольку я собираюсь тут жить, то мне, похоже, придется учить этот язык. Обратилась к хранителю библиотеки с просьбой помочь мне в изучении эльфийского языка. Он изумленно посмотрел на меня, но позвал помощника и что-то ему велел, потом повел меня куда-то, за пределы дворца, к дому, стоящий в саду.

Остановились мы перед дверью, в которую постучал хранитель. Раздался голос, и мы вошли. За столом окруженный книгами сидел эльф. Он поднял на нас взгляд, внимательно всматриваясь. На вид эльф был молодой, но мудрые, по-отечески добрые и какие-то глубокие его глаза говорили о том, что он прожил много лет. Хранитель поклонился и сказал:

- Эта девушка хочет с Вами поговорить, учитель. – Я опешила, уж чего-чего, а разговаривать с  незнакомым эльфом не планировала, но пришлось молча согласиться. Хранитель поклонился и вышел. Я осталась тет-а-тет с этим учителем, который пригласил меня жестом сесть. Села. Первым прервал молчание он:

- Меня зовут Таурендил, - начал он мягко, - Вам нужна помощь?

- Да, я хочу научиться эльфийскому языку.

- Необычное желание.

- Почему же необычное? - возразила я. - Очень даже обычное. Мне нравятся эльфы, эльфийская культура и, в конце концов, я на службе у эльфа. Думаю, что мой подарок князю Гэлтирэлю, в виде знаний его родного языка, понравится. Только у меня одна проблема: у меня очень плохая память, даже в школе мне было тяжело с изучением иностранных языков, а сейчас, в почти сорокалетнем возрасте, боюсь, что проблема только усугубилась.  – Таурендил задумчиво рассматривал меня, потом заявил:

- Думаю, Гэлторн сможет нам помочь. – Я тихо фыркнула. Который раз судьба сталкивает меня с этим молодым травником. Учитель поднял на меня глаза. - Ты против?

- Нет, что Вы. Только согласиться ли он? Я достаточно жестко с ним говорила, когда князь был ранен, не думаю, что он мне вновь обрадуется.

- О, он не злопамятный, тем более, что увлеченный изучением влияния трав на живой организм и любитель составлять всякие зелья, Гэлторн точно поможет.  – Делать было нечего,  и согласно поплелась к целителю, который жил, по словам учителя, неподалеку, по факту, шли целых полчаса.

Целитель открыл дверь и, выслушав слова Таурендила, о том, что нам нужна его помощь, пропустил нас в свою комнату. Комната целителя была удивительной, при абсолютной чистоте и упорядоченности была битком забита различными готовыми снадобьями и смесями трав. Из нее вели еще две двери и лестница, уводящая на второй этаж. Здесь стояли два кресла рядом с низким столиком, два дивана и несколько стульев. Расположившись на диване, учитель изложил мою проблему и просьбу помочь. Гэлторн задумчиво покачал головой, а потом вошел в одну из дверей и вышел, уже неся небольшой пузырек. В нем плескалась желтоватая прозрачная жидкость. Этот пузырек он протянул мне. Я опешила и вопросительно посмотрела на него. Он пояснил:

- Это стимулятор. Помогает активировать память, но еще не опробован. – Я чуть не взвилась:

- Я на подопытную мышь похожа? У нас есть замечательная сказка, где сестрица Аленушка предупреждает братца Иванушку не пить воды из следа от копытца козленочка, но глупый братец выпивает и становится козленочком. Вдруг после употребления этого снадобья рога вырастут или еще что-нибудь, тогда что будет? – Этот гад спокойно ответил:

- Найду новую подопытную мышь, а рога спилим. – Я обозленная повернулась к учителю:

- Я же сказала, что он будет мне мстить за стычки в замке Гримора и за баню. – Гэлторн тотчас густо покраснел. Учитель смущенно захмыкал: рассмеяться неудобно, а промолчать, когда душит от смеха, тяжело. Однако целитель быстро взял себя в руки и сказал:

- Даже и не собирался мстить, всегда рад доставить страждущим помощь, пусть даже обнаженным видом.

- Ага, а я, можно подумать, желала все это созерцать! Гэлу спасибо скажи. Это он меня затянул меня в баню. Я думала только о том, как оттуда сбежать, а не как рассматривать мужчин. Хотя ты очень даже ничего. – Учитель не выдержал и улыбнулся:

- Пей, уверен, что там ничего нет опасного.

- А в каком количестве, как часто?

- Перед тем, как пойдешь на занятия одну ложку, - и протянул мерную ложку, - кончится, придешь и возьмешь, я еще приготовлю. – Я взяла флакон, учитель поблагодарил и вышел за дверь. За ним шла я. Остановилась  у двери, повернулась:

- Гэлторн, - он поднял на меня свои темно-зеленые глаза, - спасибо тебе за помощь. – Он кивнул мне.  Улыбнувшись, добавила, - а ты без одежды даже очень хорош, намного интереснее. - Эльф махнул рукой. Вышла довольная, настроение поднялось. Учитель, шедший рядом, вдруг спросил:

- Ты успела рассмотреть его в бане?

- Вы смеетесь? Я глаз от пола не могла оторвать. Передо мной куча красивых мужчин в хорошей форме полностью обнаженных, а у меня давно не было отношений. Как Вы думаете, что со мной было и чего мне хотелось? И вообще давайте переведем разговор на изучение эльфийского языка. – Остановилась. – Ой, я о побочных эффектах не спросила.

- Думаю, что если бы были какие-нибудь страшные побочные действия, Гэлторн нам бы сообщил. Идем!

Мы вернулись в комнату Таурендила. Я выпила снадобье, запив водой. Учитель достал учебник и стал объяснять. Запоминала и понимала с первого раза. Для меня это было чудом, с учетом того, какая у меня была дырявая память. Так просидела с учителем до самого ужина. Он пригласил меня на ужин. Осталась. Не такой шик, как в королевской кухне, но очень вкусно. После ужина попрощалась с учителем, он проводил меня своей доброй улыбкой, сказав, что ждет меня завтра. Я шла, размышляя, что наконец-то не сижу без дела. Но надо будет заняться и тренировкой мышц, иначе ослабею, будет тяжко.

В связи с отсутствием Гэлтирэля мои дни были распланированы на тренировки с мечами и изучение эльфийского языка. Историю эльфов я уговорила Таурендила оставить на потом. А когда через две недели вернулся Гэл, я достаточно хорошо понимала эльфийский, хотя и скверно говорила на нем. Приехал он не один, его сопровождал высокий симпатичный светловолосый голубоглазый эльф. Нас представили мельком. Приезд князя практически ничего не изменил. Он с гостем выезжал на прогулки, посещал кого-то (без меня), потом уезжал с ним на десять дней. Словом, я была опять предоставлена сама себе. Но день мой был насыщен умственной и физической работой, поэтому мне грустить не было времени. Я запрещала себе думать плохое, кинув свое упорство на учебу.

Так прошло около месяца, гость уехал, а Гэл опять умчался, на этот раз в королевский дворец. Занятия с Таурендилом продолжались каждый день. Уже два раза приходилось дополнительно брать снадобье у Гэлторна. Мы общались уже без подколок. Он рассказывал мне все, что у него выходит и что не выходит. Почему-то этот замкнутый целитель открылся именно мне. Теперь после уроков я шла к нему. Иногда помогала в его обширной лаборатории, иногда просто выслушивала его. Даже согласилась протестировать на себе его некоторые снадобья. Очень ругалась, когда после одного из них у меня пошла сыпь по телу. Испугала его, заявившись ночью вся в красных точках, расчесывая сыпь. Пришлось ему меня смазывать с головы до ног, потом заставил глотать снадобье. В мою комнату так меня и не отпустил, постелив на диване и практически не отходя целую ночь. На следующий день лично отменил занятия у Таурендила и наблюдал весь день за мной. Сыпь почти прошла уже к вечеру. Отправил меня, сказав напоследок, что тестировать я у него больше ничего не буду. Однажды появившаяся аллергия может проявиться в любой момент и на любое снадобье.