Глава 15

Музейный викинг по имени Алекс говорил и выглядел убедительно, но Ю давно перестала доверять людям. То, что он оказался на заброшенном заводе, свидетельствовало лишь о том, что он за ней следил. Мог это быть такой хитрый ход со стороны Графа? Ю задумалась. По отношению к своим… подчиненным Граф был строг, а временами даже жесток, но она не припоминала никаких особых многоходовок.

На рыцаря на белом коне Алекс тоже не тянул. Присутствовала в нём какая-то сосредоточенная мрачность. Рыцари обычно стараются понравиться прекрасной даме, а этот вёл себя так, словно сияющие доспехи ему жали. И историю он рассказал прелюбопытнейшую. Нарочно такой бред не придумаешь. Где она, а где усопший олигарх?! Опять же, фото… Если судить по книге, сделано оно и в самом деле около двух лет назад, за пару дней до знакомства с Графом.

Впереди засияла огнями заправка, Алекс сбавил ход, вопросительно посмотрел на Ю, она кивнула в ответ. Запарковавшись на стоянке, он спросил:

– Что дальше?

– Купишь мне кофе? Большую чашку чёрного без сахара.

– Не зайдёшь со мной? – Он заглушил мотор.

– Я в туалет! – Ю потянула за лямку свой рюкзак, выбралась из салона. – Иди за кофе, Алекс!

Он не сказал ни слова, молча направился к зданию заправки.

В туалете Ю проверила свои документы и пересчитала наличность. Наличности оставалось не так чтобы очень много. Если включить обаяние на полную мощность, можно попытаться добраться до места за «спасибо». Решить бы ещё, в какое именно место ей надо. Обратно в город точно нельзя. Адреса, пароли, явки засвечены. Ещё и камеры, оказывается, за ней следят.

Вариантов оставалось всего два. Оба они Ю не нравились, но оба были предпочтительнее предложения Алекса. Нет дурных, дружочек! Не на ту напал!

Ю умылась, бросила быстрый взгляд на своё отражение в зеркале. Без потерянной на заводе кепки да ещё с косой на пацана она не тянула. Да ей сейчас и не нужно. Сейчас ей нужно очаровать какого-нибудь водилу и уговорить подвезти её бесплатно. Куда подвезти, пусть решит случай. Хрен редьки не слаще. И там, и там она огребёт по полной программе. И там, и там ей помогут переждать бурю.

Ю приоткрыла дверь туалета, выглянула наружу. Внедорожника Алекса стоял пустой и бесхозный, значит, Алекс ждал её внутри заправки. Ну, пусть ещё немного подождет. Парень он с виду неплохой, но психолог из неё хреновый. Ей и Граф поначалу показался неплохим парнем…

Ю вынырнула в душную летнюю ночь и тут же в этой ночи растворилась. Сейчас она отсидится где-нибудь в кустах, дождётся, когда Алекс поймёт, что она его кинула, и свалит восвояси, а потом попытается поймать попутку.

Отсидеться в кустах не получилось. Ю просто не успела до них дойти. Можно сказать, она была уже у цели, когда за спиной послышался насмешливый голос:

– Далеко собралась?

– Воздухом подышать. – Оборачиваться она не стала. Да и зачем оборачиваться, если и так ясно, кто стоит позади? – Ты за мной следишь?

– Не слежу, а присматриваю. – Алекс обошел её, встал напротив, посмотрел сверху вниз взглядом строгого дядюшки. – Тебе не понравилось мое предложение? – спросил после секундного молчания.

– Скажем так, оно меня насторожило.

Ю стояла в расслабленной позе, но мысленно уже прикидывала, куда ткнуть Алекса, если дело дойдёт до прямого столкновения. Бить стоило мягко, но сильно. Так, чтобы обездвижить на долгое время, но не покалечить. Все-таки этот викинг был ей симпатичен. Все-таки он пытался ей помочь. Или делал вид, что пытается помочь.

– Ты думаешь, я один из них? – Алекс дернул подбородком, наверное, намекая на приспешников Графа, оставшихся зализывать раны на заброшенном заводе.

Для приспешника Графа он выглядел слишком хорошо и слишком независимо. Граф не любил независимых, всех, кто пытался брыкаться и сопротивляться, он ломал об колено, выбивал, так сказать, дурь и спесь.

– Ты не один из них, – сказала Ю и тут же добавила: – Но это не отменяет того, что ты подозрительный тип. И предложение твоё крайне подозрительное.

Алекс согласно кивнул. Наверняка, и сам понимал, что только дура может повестись на такой бред.

– Хорошо, – сказал он, наконец. – Ты мне не доверяешь, и ты в своём праве. Может быть, тогда изменим условия сделки?

– А у нас с тобой сделка? – Ю отступила на шаг. Ей не нравилось смотреть на людей снизу вверх. Не нравилось, когда над ней нависали всякие подозрительные мужики.

– У нас с тобой пока переговоры.

– И… какое твоё новое предложение?

Прежде чем ответить, Алекс сунул руку в карман джинсов. Ю тут же насторожилась. Но из кармана он вытащил всего лишь портмоне, с виду тонкое и малообещающее.

– Тут пятьдесят тысяч. – Он отсчитал десять пятитысячных купюр, протянул их Ю.

– Это зачем? – Она не спешила брать деньги.

– Это просто так. Считай их демонстрацией доброй воли и чистоты намерений.

– Ничего не бывает просто так. – Ю забрала купюры. Добрая там воля или не добрая, а деньги ей пригодятся.

– А вот это мои контакты. – Вслед за деньгами он протянул ей визитку. – Я отвезу тебя, куда скажешь.

Она хмыкнула.

– И оставишь в покое?

– И оставлю в покое. – Алекс кивнул. – У тебя будут деньги и время подумать над моим предложением. Когда надумаешься, позвони.

– У меня нет телефона. – Визитку она тоже взяла. Пусть будет!

– Думаю, для тебя это не станет большой проблемой. – Он улыбнулся вежливой и чуть отстраненной улыбкой, а Ю вдруг стало обидно, что он вот так легко отказался от своей затеи, что готов отпустить её на все четыре стороны с деньгами и визиткой.

Никогда раньше в её жизни не встречались мужики, готовые давать ей кэш просто так, безо всяких гарантий.

– А если я не позвоню? – спросила она с вызовом.

Вот не нужно было, но само собой получилось – от обиды.

– Если не позвонишь, значит я не справился с заданием. – Алекс пожал плечами. – Ну, мы договорились?

– Какой-то ты хреновый переговорщик. – Ю сунула деньги и визитку в карман джинсов.

– Какой уж есть. Так что ты решила?

– Кофе купил? – Ей вдруг в самом деле очень захотелось кофе. Неплохая альтернатива энергетику, хоть и не столь эффективная.

– Куплю новый. Твой уже давно остыл.

Дожидаться её Алекс не стал, растворился в темноте. До чего ж доверчивые нынче пошли частные детективы! Ю постояла пару секунд в раздумьях и двинулась следом. В конце концов, у неё теперь есть деньги. Доберется до вокзала, а там решит, в какую сторону ехать дальше.

Кофе был вкусный. Ю почему-то всегда нравился кофе на заправках. Алекс расщедрился ещё и на шоколадку. Шоколад выбрал горький, именно такой, какой она выбрала бы сама. Себе он ничего заказывать не стал.

– На диете? – спросила Ю, отпивая кофе. – На зоже и позитиве?

– Просто я не голоден. – Он улыбнулся этой своей вежливой улыбкой, и Ю снова почувствовала себя уязвленной, поэтому больше не проронила ни слова, молча допила кофе, молча съела всю шоколадку.

Снова она заговорила лишь, когда они с Алексом тронулись в путь.

– Мне в город! – сказала с вызовом.

– То есть, планы не изменились?

– Люблю постоянство!

Ю пристегнулась, прикидывая, останется ли у неё место для маневров в случае непредвиденной ситуации. Места было предостаточно. Если что, она успеет и ударить, и перехватить руль, когда Алекс отключится, но хотелось бы обойтись без эксцессов. А ещё ей хотелось спать. Не помог ни энергетик, ни кофе. Наверное, вся энергия ушла на самооборону и выработку стратегии. Обстановка в салоне внедорожника тоже располагала: мотор урчал, попутчик молчал.

Кажется, Ю все-таки задремала, потому что резкий толчок и визг тормозов стали для неё неожиданностью. Ю швырнуло вперед, и, если бы не ремень безопасности, дело закончилось бы разбитым носом. Это в лучшем случае.

– Что?! – Она вцепилась в ремень в тщетной попытке высвободиться и обрести свободу.

– Прости. – Алекс бросил на неё виноватый взгляд, заглушил мотор. – Там кто-то лежит. – Он расстегнул свой ремень, распахнул дверцу. В салон тут же ворвалась липкая и удушающая жара.

– Где?.. Кто?..

Ю справилась, наконец, со своим ремнём и тоже выбралась из машины в наполненную тревожными звуками и не менее тревожными шорохами ночь. Алекс стоял посреди пустынной дороги в свете фар внедорожника. Его крупное тело мешало обзору, не давало увидеть то, что лежало на обочине. Но запах Ю все равно почувствовала. Он был густой, с нотками металла и боли. Алекс присел на корточки, и теперь Ю увидела то же, что видел он.

Пёс, крупный, лохматый, лобастый, лежал на боку на обочине и тихо скулил. Гравий под ним был тёмный от крови.

– Это ты его? – спросила Ю, вставая перед псом на колени и пытаясь погладить его по голове.

– Нет. – На её запястье мертвой хваткой сомкнулись пальцы Алекса. Пёс оскалился. Зубы у него были весьма внушительные. – Это не я. Не трогай его.

Она уже и сама видела, что это не он. Их внедорожник едва не слетел в кювет не потому, что они сбили пса, а потому, что они его объезжали. А в боку у пса зияла рана. Очень характерная рана – огнестрельная.

– Руку убрал, – процедила Ю, вглядываясь в подёрнутые пеленой боли глаза пса.

– Не думаю, что это безопасно, – сказал Алекс, но хватку все-таки ослабил.

Словно в подтверждение его слов пёс зарычал. Это была не агрессия, это была жалкая попытка избежать новой боли. Пёс не привык доверять людям. Родственная душа.

– Спокойно, дружок. Все хорошо. – Ю говорила тихо и ласково. Таким же тихим и ласковым тоном разговаривал дед со смертельно раненным оленем перед тем, как одним ударом охотничьего ножа положить конец его страданиям. – Не бойся.

Она коснулась пальцами свалявшейся, пропитанной грязью и кровью шерсти, мягко провела ладонью по загривку. Вслед за её движением по шкуре зверя пробежала нервная дрожь.

– Видишь, он меня не тронет. – Ю оглянулась, но Алекса рядом с собой не увидела. Жалкий трус. Испугался несчастной раненной собаки. А плевать!

Ю принялась осматривать рану пса. Пёс ворчал и скалился, но не делал попытки её укусить. Потерял силы? Или решил довериться?

– Так, планы меняются. – Увлёкшись осмотром, Ю не заметила, как вернулся Алекс.

В руках он держал свернутое в рулон одеяло.

– Ты что-то понимаешь в звериных ранах? – спросил он, присаживаясь рядом с Ю на корточки.

– Я понимаю, что это огнестрел и что ему больно. – Она погладила пса по голове.

– Ясно. – Алекс принялся раскатывать на дороге одеяло. – Надеюсь, он не бешеный, но ты на всякий случай отойди.

– Что ты собираешься делать?

Алекс положил свою ладонь на хребет пса рядом с ладонью Ю.

– Ну что, друг, – сказал он неожиданно ласковым тоном, – сейчас будет немного больно, а потом полегчает.

Его движение было неожиданно быстрым. Таким неожиданным и таким быстрым, что отреагировать на него не успели ни Ю, ни пёс. Игла шприца вонзилась в собачье бедро. Пёс взвизгнул и клацнул зубами, но дело было сделано. Алекс убрал руку с опустевшим шприцем.

– Что ты ему уколол? – спросила Ю. Собственную руку она тоже отдернула. Отчасти от неожиданности, а отчасти из соображений безопасности.

– Обезболивающее. Вожу с собой в аптечке на всякий случай.

– Сильное? – Ю посмотрела на него с интересом.

– Нормальное.

Алекс смотрел только на пса. Тот перестал скулить, прикрыл глаза. Наверное, смирился с судьбой. Или просто приготовился умереть.

– Ты сказал, планы меняются? – Ю снова положила ладонь на загривок зверя.

– Надо как-то перетащить его на одеяло, – сказал Алекс задумчиво.

– А потом?

– А потом разберёмся.

– То есть, мы его не бросим тут? Мы будем его спасать?

– Да.

Его «да» было таким жестким и таким категоричным, что Ю даже не попыталась возразить. Да и не думала она возражать. Для того мира, в котором она обитала последние месяцы, жалость к животным была так же нетипична, как и человеколюбие.

– Друг, надо ещё немного потерпеть, – сказал Алекс и подсунул ладони под тощий звериный бок. Пёс заворчал, не открывая глаз.

На одеяло они перекладывали пса уже вместе. Ю опомнилась и бросилась на помощь. Так же вдвоем они уложили его на заднем сидении внедорожника.

– Я поеду сзади! – Ю пристроилась рядом с псом, укрыла его краем одеяла.

Её руки и одежда были в крови. Руки и одежда Алекса тоже. А кто-то совсем недавно опасался бешенства…

– И куда мы его теперь?

Ю сомневалась, что поблизости есть хоть одна ветлечебница. Что уж говорить про круглосуточный прием? На память пришла частная конюшня. Элитная и очень дорогая, не для всех лошадей и не для всех людей. Прилагался ли к конюшне круглосуточный ветеринар, она понятия не имела, но всё равно решила поделиться своими соображениями.

– Тут недалеко есть конюшня! – Она тронула Алекса за плечо. – Слышишь?

– Слышу. – Не отрывая взгляда от дороги, он потянулся за своим айфоном.

– Кому звонишь? – насторожилась Ю.

– Ветеринару.

– Лошадиному?

– Широкопрофильному, – буркнул Алекс, набирая номер.

Спорить Ю не стала. Не важно, какой врач, главное, чтобы помог. Оставалось надеяться, что Алексу удастся уговорить этого широкопрофильного специалиста принять их посреди ночи.

Алексу удалось. Дождавшись, когда на том конце ответят, он представился, извинился за поздний звонок и попросил об одолжении.

– Ну что? – спросила Ю, когда он отключил айфон.

– Едем. Нас ждут.

– Вот так просто?

Он ничего не ответил. Ю пожала плечами, погладила пса. Возможно, обезболивающее уже подействовало, потому что пёс лежал тихо, глаза его были закрыты. На мгновение Ю даже показалось, что он умер. Хорошо, что только показалось. До конюшни оставалось меньше десяти километров, когда они проскочили нужный поворот.

– Эй, ты не видел указатель? – Ю похлопала Алекса по плечу.

– Ветеринар не ночует на конюшне. – Алекс прибавил газа.

– И куда мы едем?

– К нему домой.

– Разумно. – Ю в десятый раз поправила одеяло, а потом все-таки решила уточнить: – А у него дома есть операционная?

– У него дома есть инструменты и лекарства. Как там наш пёс?

Она хотела было сказать, что это не их пёс, а какой-то посторонний пёс, что не нужно втягивать её в эту гуманитарную миссию, но передумала. Вместо этого она сказала:

– Спит. Кажется.

Впереди замаячил желтый свет фонарей, а дорога сделалась заметно лучше. В отблеске фар Ю успела прочесть название населенного пункта. Поселок назывался Медвежий. Раньше она в нем никогда не бывала, но слышать слышала. Поселок Медвежий не был каким-то там медвежьим углом. Поселок Медвежий был крутым и элитным. Этакий островок цивилизации посреди тайги.

– Хорошо живут ветеринары, – пробормотала она, вглядываясь в разбавленную электрическим светом темноту.

Алекс ничего не ответил, сбавил скорость, съезжая с дороги к почти полностью скрытому высоким забором дому. Рядом с воротами тут же вспыхнул фонарь, а сами ворота пришли в движение. Похоже, их уже ждали.

Фары внедорожника выхватили из темноты одетого в шорты и футболку немолодого, лысеющего мужчину. Несмотря на поздний час, вид у мужчины был бодрый и решительный. Он энергично замахал руками, приглашая их проехать внутрь. Какая опрометчивая доверчивость в нынешние лихие времена…

Внедорожник вполз во двор и замер. Алекс выбрался из салона, подошел к мужчине, пожал протянутую руку, принялся что-то объяснять. Переговоры заняли всего пару секунд, а потом ветеринар распахнул заднюю дверцу, сунулся в салон.

– Здрасьте, – поздоровалась Ю.

– Ох, ты ж! – Ветеринар отшатнулся от неожиданности, а потом виновато сказал: – Пардон, барышня! Не заметил в темноте!

– Ничего страшного, – буркнула Ю.

– Ну, кто тут у нас? – Врач устремил взор на пса, велел: – Включите-ка свет!

Он одновременно раздавал команды и осматривал пса. Руки его двигались быстро и мягко, Ю показалось, что почти не причиняя зверю боли.

– Так, ясненько! Ну, Александр, у вас уже есть опыт, давайте-ка доставайте пациента из машины и за мной!

Закончив с инструктажем, ветеринар уступил место Алексу. Остальное происходило быстро, можно, сказать слаженно. Пока Алекс тащил пса из салона, Ю помогала, как могла, придерживала то одеяло, то беспомощно болтающиеся лапы.

Вслед за врачом они направились к отдельно стоящему зданию. Внутри горел яркий свет и все было готово к приему пациента. Помещение, облицованное плиткой и оборудованное мощными светильниками, было похоже на операционную. Здесь имелся большой стол, металлический столик с разложенными на нём угрожающего вида инструментами, штатив с системой для внутривенных инфузий и несколько приборов, о назначении которых Ю могла только догадываться.

Поймав её вопросительный взгляд врач сказал:

– Издержки профессии. Ветеринаров не хватает, а зверюшки болеют. Приходится работать и на дому тоже.

Ю понравилось, с каким выражением он сказал «зверюшки». Было в этом что-то из педиатрии.

– Кстати, меня зовут Иван Петрович. Александр, кладите пациента на стол.

Ю на секунду задумалась, ждут ли от неё ответного представления, а потом буркнула:

– Очень приятно, Юлия.

– Ну, молодые люди! – Иван Петрович встал перед столом. – Всё, что от вас зависело, вы сделали! А теперь я бы вас попросил.

– Он вообще выживет? – спросила Ю, глядя на пса, который перестал быть псом и стал пациентом.

– Время покажет. Идите, ребята! Раньше сядем, раньше выйдем!

– Пойдем. – Кажется, Алекс хотел взять Ю за руку, но передумал.

– А как мы узнаем, что с ним? – Ю не спешила уходить. Столько сил и энергии потрачено на спасение этого зверя. Они имеют право знать!

– Я вам позвоню. – Иван Петрович уже натягивал одноразовые перчатки, вид у него стал сосредоточенно-отрешённый. – А утром, если нашему лохматому другу повезет, вы сможете его навестить.

– В смысле – навестить? – Ю посмотрела на Алекса. – Откуда мы будем его навещать?

– Я живу тут по соседству.

– Через три дома, если быть точным, – сказал ветеринар, склоняясь над псом. – Если вы ещё не планируете ложиться спать, я могу сообщить вам о результатах. – Александр, вы же к себе? – Он бросил быстрый взгляд на Алекса.

– Мы к себе, – сказал тот и всё-таки взял Ю за руку. Наверное, чтобы она не вздумала сбежать.

Заговорил он уже возле машины.

– Я живу в этом посёлке.

– И? – Ю нахмурилась.

– И моё предложение в силе. Но если ты все ещё хочешь, чтобы я отвез тебя на вокзал, я отвезу.

– А собакен? – спросила Ю.

– Что – собакен? Ты же слышала, Иван Петрович обещал позвонить, когда закончит.

– И что дальше? Куда его потом?

Вот ей и удалось задать вопрос, который смутил музейного викинга! Он посмотрел на неё одновременно растерянно и задумчиво, а потом сказал:

– Не знаю. Может, он ещё и не выживет.

– А если выживет?

– Вот когда выживет, тогда и будем думать.

– В него стреляли. – Ю нахмурилась. – Какая-то двуногая тварь решила, что имеет право стрелять в собак!

– А что решила ты? – спросил Алекс устало.

Выглядел он тоже усталым. Весь в кровище, взъерошенный, растерявший добрую половину своего давешнего лоска.

Ю задумалась. У неё не было наивных убеждений, что человек, способный пожалеть животное, не сможет обидеть другого человека. Гитлер, к примеру, обожал свою овчарку и был этическим веганом, но это не помешало ему уничтожить миллионы людей. Но, как ни крути, очков вся эта ситуация Алексу добавила. К тому же, доктор Айболит её видел и даже спросил её имя. Получается, он свидетель. Кто ж будет творить тёмные дела при свидетелях?

– У тебя есть что поесть?

Теперь задумался Алекс, но ненадолго.

– Организуем, – сказал он и распахнул перед Ю дверцу.