Глава 27

- Что это значит? – донеслось с другого конца комнаты.

- О чем ты? – не прерывая трапезы и не поднимая глаз, поинтересовалась. В горло совсем ничего не лезло – накрыло осознанием приближающегося возмездия. И все же мне нужны были сил, поэтому я старалась хотя бы их не тратить. Особенно на ненужные разговоры.

- Твое место, - окинула взглядом длинный стол, в конце которого на привычном месте восседал супруг.

- Положенная посадка при отсутствии гостей, - ответила с легкой иронией.

Иногда и при их присутствии жена сидит куда дальше.

Раньше мне казалось, что подобное правило вполне логично:такая рассадка распределяла нагрузку и внимание – каждому гостю достанется минута радушного приема от хозяев. Но теперь… похоже, сделано это для того, чтобы не докучать мужу во время его увеселительных вечеров. И так супруга глаза всю жизнь мозолит, так еще и под рукой мешаться собирается да веселье портить? Нет уж, подальше ее.

- А как же положенные пара месяцев?

- В нашей ситуации в этом более нет необходимости, - небрежно отставила чашу, чувствуя, как аппетит окончательно исчезает.

Мой побег. Твои гуляния.

Мороз прошелся по коже, неприятно отдаваясь в сердце, и вновь сконцентрировался в синеватых кончиках пальцев. Я не видела их, но отчетливо чувствовала, как холод проиграется под ногти и впивается ледяными иголками в чувствительную кожу.

Мне нельзя было вспоминать о причине побега. О причине болезни. И все же мужчина невольно заставлял нырнуть меня в этот омут неуверенности и унижения:

Больно осознавать, что при всем своем воспитании, красоте и готовности ублажать, Верховный отказался от меня через несколько дней. Наскучила? Не понравилась? Все мужчины такие? Но и задать столь унизительные вопросы не решалась - ниже моего достоинства!

Надежду на светлое будущее и счастливый брак однако же не теряла: слова папеньки в том помогали. Раз он заверил, что распутства в его жизни не было, значит должны же еще иметься благородные князья? Быть может, поведение Советника связано с тем, что он пришел из-за купола? Бунтовщики решили отвергнуть и важность брака?

- В твоей семье не ценили священные узы? – слова сорвались прежде, чем я успела обдумать глупость и жалобность вопроса.

Как унижительно должно быть я сейчас выгляжу! Влюбленная дурочка, что совершенно не знает жизни и вдруг очутилась в мире взрослых и опытных бесстыдников. Теперь сидит тут и наивно хлопает глазками.

- Насколько тебе известно, мои родители пренебрегли этой связью ради собственных прихотей.

Оу. Совсем забыла, что он сын старосты, а отец его "царь". Второй сверг власть, первая возжелала свергнуть его. Высокие отношения...

Стыдливо опустила голову ниже. Глупо. Крайне глупо.

Не мудрено, почему с таким примером из него получился плохой супруг.

- Господин! – вошел в двери дворецкий. – Госпожа! – поклонился мне, и я почувствовала облегчение. Незначительное, и все же столь необходимое в череде тревог и неясностей.

Если слуги по-прежнему признают мой статус, значит ни титул, ни привилегии отнять у меня не успели. Хороший знак.

- Верховный Правящий желает видеть ее Холодность в зале Судеб, - не судебное заседание – еще один хороший знак.

Лишь публичное порицание и выговор... не многим лучше. Народу соберется много: вокруг зала Судеб специально построили целый стадион, чтобы люди от мала до велика могли любоваться приговорами, как оказалось, сумасшедшего и ни капли не честного судьи.

Гнев на предателя наконец разогнала неуверенность в себе. Моя привлекательность - пусть и неоспоримая, как мне бы хотелось думать - подождут. Для начала следует разобраться с врагом.

- Мы скоро прибудем, - хмуро проговорил супруг. Поднялась, пытаясь понять, почему собеседник хоть что-то испытывает перед предстоящим событием.

- Это сильно отразится на твоей репутации? – не особо переживала за его чувства, но что-то внутри гложило.

Мой побег не пройдет бесследно, накажи меня хоть несколько раз. Положению супруга мало что могло помочь, и свадьба на безупречной невесте была одной из таких редких возможностей... вот только я ненароком ее загубила. И все же для него мой позор - совсем не критичное дело..., как мне хотелось бы верить.

А для меня - да. Если собираешься организовать переворот, то следует искать союзников с высокими титулами и властью. Такие не связываются с людьми, чья репутация запятнана.

- Не беспокойся. Ни о чем, - странная фраза выдернула меня из размышлений.

Разумеется. Зачем нервничать, когда наказание неизбежно? Лучше поспешить пережить его и приступить к миссии.

- За бесстыдный побег, порочащий имя семьи и супруга; Изгнанная и Возвращенная обратно только по великой воле и благосклонности Верховного Советника; при согласии бесценного царя, к вынесению приговора представлена Эйлинор из Ветви Правящих, царевна Позимская, ныне переданная роду Вездесущих, - наконец закончил глашатай, пропуская меня вперед на небольшую арену.

Неодобрительные шепотки слышались со всех сторон. И звучали они крайне громко – столь бессовестное поведение дозволялась только в зале Судеб.

Виновные не заслуживали уважения.

- Я крайне разочарован в тебе, - сухо проговорил «дядя», едва ли удостоив меня взглядом.

Отчего-то его отстраненность – право слово, шутка фантазии – теперь казалась такой схожей с супружеской. Прямой нос, чуть напряженные брови, отстраненность от мира в позе и в глазах. И никакой чести.

Опустила глаза ниже трона – единственное проявление покорности и вины, которое я готова была продемонстрировать. Голову не преклонила, как и колени. Пока титул при мне, не опущусь ни до каких мольб.

По залу прошёлся возмущенный гул, который отметил и царь. Брови его слегка сдвинулись – я не рискнула расслабиться, потому следила за ним из-под опущенных ресниц.

- Вижу, жизнь за стеной не научила тебя покорности, как и воспитание мужа, - недовольно заметил. Синяк с утра Магнус освежил, как и несколько ссадин для большей натуральности. – Возможно, хождение по центру города в нижней рубахе сделает тебя благодарнее к дарам, которыми тебя одарили, зазнавшееся создание, - содрогнулась, но головы не опустила.

Практически голой? По улице? Пока все будут смотреть?

Холод, мороз… такие мелочи совершенно меня не волновали по сравнению с невероятным унижением от грозившего наказания. Уже готова была согнуться в поклоне, унижаясь и начиная вымаливать, когда вдруг… что-то огромного размера обняло меня со всех сторон.

Что-то, напоминающее... крылья?

Не сумела сдержать тихий вздох, что тут же утонул в шокированных выкриках с трибун. Мои глаза не могли поверить тому, что видят. Огромные, покрытые тонким серебристым слоем инея, крылья. Они двигались, словно в самом деле принадлежали живому существу.

Отшатнулась, пытаясь скрыться от чудного зрелища, и ударилась в грудь.

Жар, который тот час окутал спину даже через одежды, нельзя было ни с чем спутать.

Потому я не стала оборачиваться к супругу, до сих пор не веря собственным глазам. Что за способность?

- Ваше Величество, - проговорил супруг тихо, однако все в зале мгновенно смолкли. Лишь гулкий стук моего сердца, казалось, разрушал нависшую тишину. Выйти на арену, без спроса и дозволения. Еще и… откуда эти крылья, вьюга бы его побрала?

- Верховный Советник, - наконец ответил правитель, слегка поджимая губы. – Объяснитесь.

- Я бы хотел просить за свою беспечную жену. В силу неопытности она оступилась и обязательно поплатиться за это, но из ее побега я извлек и огромную пользу для нашего народа.

- И что же?

- Забытая способность наших предков, что некогда делили горы с драконами и обучились полету, - он сдвинул плечи и расправил крылья, всё больше ограждая меня от взглядов толпы.

Я почувствовала, как страх с каждым мгновением превращается в нечто иное — в мощную волну непонимания. Как о подобном можно было забыть... нет, зачем бы царю понадобилось стирать способность из памяти народа?

Задавать вопросы и уж тем более вырываться из кокона не спешила - я чувствовала себя много спокойнее, огражденная от сотен осуждающих взглядов.

- Если бы не побег моей нареченной, я бы никогда не открыл способность, текущую в жилах каждого Северяка, - уверенно заявил, прибавляя важности голосу. – Оттого прошу Вас о помиловании.

Замерла, в ожидании вердикта. Проигнорировать настолько важное открытые сумел бы только глупец. Но царь… лже-царь довольно отчаянная фигура при дворе,как выяснилось. С него станется.

- Допустим, есть в твоих словах правда, князь Вездесущий, а не желание уберечь свое имя от позора, - не стеснялся бить в слабое место. Выставить моего супруга не ведомого добрыми помыслами, а алчным и озабоченным собственной репутацией.

Но не принять возрожденную способность во внимание сумели бы только глупцы...

И в самом деле, глупцы: зрители в зале синхронно хмыкнули, выражая скептицизм.

Они в самом деле думают, что Магнус просто хочет спасти свое имя? Оно итак на века осквернено, а теперь люди вполне начнут шептаться, будто род его проклят. А как иначе? То родители – изменники, то жена – беглянка. Интересно, кем бы стали наши дети? Однозначно, не примером добропорядочности.

Почувствовала, как супруг недовольно подобрался, словно готов разъясняться из-за столь смелого и даже чересчур грубого обвинения. Осторожно вывернула руку и коснулась его бока, отвлекая. Пусть уж лучше я его раздражаю липучестью, чем нынешний правитель. Саботаж и непослушание – не та роскошь, которую можем себе позволить.

- Но как справедливый правитель, я придумаю твоей жене более мягкое наказание. А пока возьми на себя обязанность и обучи мужчин, - повернул голову к секретарю за троном и что-то прошептал. Но я зацепилась за странное предложение.

- Мужчин? – недовольно переспросила. Вроде бы тихо, но вьюжного эхо!

- Что? – недовольно, словно на навоз наступил, взглянул на меня.

- Вы распорядились по части мужчин, - отступать уже поздно, - но что насчет женской половины?

- Женщинам то не по силе будет, - отмахнулся так пренебрежительно, словно я вовсе глупость сморозила.

В зале однако же не раздалось ни смешка, ни ропота поддерживающего. Все жадно прильнули ближе к арене, надеясь впитать каждое слово.

- Откуда нам знать, если о способности этой все благополучно забы..., - лихорадочный и крайне опасный блеск в глазах его лживого Величества заставил меня прикусить язык.

Но ненадолго: в голове тут же появился другой путь убеждения, чем я не преминула воспользоваться:

- На древних росписях женщина тоже имела крылья, - вспомнила наскальную живопись.

Правда, рисунки казались мне раньше лишь сказочной выдумкой. Кто мог подумать, что наши предки летали?

Воспоминания, словно глоток воды, тут же ударили в голову: школьные вылазки по подземным пещерам. Раньше - множество тысячелетий назад - именно там жили наши предки. Уже тогда мне хотелось знать о смелых женщинах, что наравне с мужчинами носили копья согласно неаккуратным зарисовкам.

Но сколько не спрашивай, учителя постоянно игнорировали женщин на картинах, отводя им роль лишь матерей и созидательниц быта.

Когда же я указывала на явное несовпадение с реальностью, ведь женщина также активно прокармливала семью. Да, не так заметно - не мамонта завалить, и все же мясо считалось лишь малой частью рациона - поди найди в суровых ледяных пустынях достаточно живности. Женщины же незаметно прокармливали семьи, добывая растения, корни, орехи... помогая на охоте, в конце концов.

Но наставницы не отвечали и постоянно уводили тему в сторону.

Тогда я легко переключалась, но сейчас… сейчас я ужасалась тому, как грамотно нам всем внушили мысль про женскую слабость.

А теперь? Нас хотят лишить крыльев?!

- Отчего тогда не предложить и женщинам новую науку? – отважилась поднять глаза и встретилась с раздражением.

- Советник, я могу подумать, будто твоя супруга вовсе не хочет быть женщиной, раз ее волнуют всякие глупости, - едва ли не задохнулась от возмущения, но супруг ответил первым:

- Если с Вашего великого дозволения…

- Я придумал наказания, - громко объявил, перебивая. – Хочешь сказать, ты лучше всякого мужчины? Отрекаешься от природой дарованной тебе женской миссии?

- Я ничего подобного не имела…, - но он говорил слишком громко и стремительно, чтобы я успела хоть слово вставить.

- Тогда два дня тебе сроку, пока будет подготавливаться площадка. Овладей крыльями и покажи в схватке, чего стоит твоя бравада!

- Схватка? – вовсе поплохело, отчего покачнулась. Благо, рука сзади придержала.

- Ты и еще несколько провинившихся жен предстанут в схватке с мужьями. Не физической, но все подробности будут объявлены перед началом состязания. А теперь не трать более моего драгоценного времени. Книги лично из архива дворца доставят в библиотеку. Молись Луне и Солнцу, чтобы не опозориться, - и взмахнул рукой, призывая покинуть зал.

Вот теперь стало по настоящему громко. Народ разволновался в самой допустимой степени, хотя я заметила несколько особо побледневших лиц, что сидели на лавках для провинившихся. Это с ними мы будем проходить обучение и сражаться после?

- Что все это значит? – шокировано спросила, не в силах сосредоточить ни на чем взгляд. Да и ногами я неважно передвигала – дважды чуть не познакомилась поближе с ледяной дорожкой, пока шла к экипажу. Точнее, меня едва ли не несли, скрывая поддерживающую руку неисчезнувшим крылом.

- Не знаю, - отдаленно ответил и погрузился в какие-то свои мысли, более не удосужив меня взглядом.

Могу его понять. Промолчи я в нужный момент, то не доставила бы ему новых хлопот. Уверена, не моими силами обрел он крылья, которые успели испариться, словно и не бывало. А значит, припас этот козырь для куда более важного момента, нежели бесчестие нелюбимой супруги.

- Останови у библиотеки, - приоткрыла окошко, что выходило к кучеру.

- Зачем?

- Готовиться, - и не мозолить тебе более глаза. Лимит его доброты и терпения наверняка не вечен.