2.2
Празднование продолжалось до глубокой ночи, но как только появилась возможность, император забрал жену и улизнул с праздника.
Дориан привёл Эс в крыло с рабынями. Тут ещё хватало девушек из разных стран, которых отпускать никто не собирался.
- Собрать всех, живо!- Приказал повелитель рабовладельцу и тот живо ушёл выполнять приказ, а мужчина продолжил,- Я хочу, чтобы ты выбрала себе служанку, мышка, и постарайся взять покорную, чтобы не было мне бабьих истерик, ладно?
- Хорошо, - вздохнула Эсмина, понимая, что больше просто до ужаса не хочет ковыряться в сундуках в поисках украшений или платья.
Когда девушки были построены, у принцессы сжалось сердце. Она помнила, как сама стояла вот также среди них и дрожала от страха.
- Я не могу,- жалобно прошептала Эс,- пожалуйста, Дориан, выбери сам.
- Оставьте пять самых спокойных,- приказал император. Работорговец тут же исполнил, указав на тихо стоящих девушек.
- Эти не буйные,- доложил он.
- Выбирай, мышка, чем мог, помог. Тебе проводить с кем-то из них время, а не мне. - Прошептал владыка своей жене.
Эсмина заставила себя посмотреть на пленниц. Рыженькая не понравилась ей сразу. Слишком высокомерный взгляд и ненависть на лице. Две русых близняшки жались друг к другу и выбирать между ними бывшей Лесной принцессе не хотелось, а в двух служанках не было необходимости. Да и просить сейчас императора о чем-либо Эмина не решилась бы.
А вот последние две девушки заставили лесную деву посомневаться. Одна тихо плакала, всё время, пытаясь спрятать глаза, а вторая была настолько спокойна, что Эс стало не по себе.
- Эту, - ткнула принцесса на плачущую.
- Уверена? - Спросил император.
- Да, - вздохнула Эс, понимая, что она уже ни в чём не уверена.
- Переоденьте её и отведите Астону, - приказал император, - скажите, что она будет прислуживать владычице.
От такого обращения Эсмину передернуло. Она понимала, что уже никак не сможет быть принцессой, а королевой ей никогда не стать. Но и быть императрицей девушке не хотелось.
- Идем отдыхать, мышка, - позвал Дориан и подхватив жену на руки, понес в комнату.
Принцесса сонно потянулась в постели. Дориана уже не было рядом, а на столе стоял небольшой сундук с запиской. Девушка подошла и взяла в руки бумагу:
«Мышка, это тебе. Хочу, чтоб на завтраке ты была в нём.»
Эсмина робко открыла сундук-шкатулку. На мягкой алой ткани лежал золотой кулон в форме листа священного для лесного народа дерева, украшенный изумрудами. Девушка от восторга невольно ахнула, настолько красивым ей показался подарок.
Держа кулон в руке, она робко выглянула за двери. Слуга как обычно был там.
- Астон, доброе утро.
- Госпожа,- поклонился мужчина.
- Позовите мою служанку.- Попросила принцесса, - я умываться, а потом хочу, чтобы она помогла мне одеться.
- Сейчас приведу, госпожа. - Поклонился слуга.
Эсмина залезла в ванну с теплой водой и нырнула. Влага бодрила и придавала сил. Девушка быстро и с удовольствием умылась, завернулась в пахнущую хвоей ткань и вышла в комнату.
Служанка стояла у стола, спиной к принцессе и что-то прятала под платье.
Эсми быстро подошла к столу и увидела открытую бутылку с вином, не церемонясь залезла рукой к девушке под юбку и достала флакон.
Принцесса узнала бутылочку. В таких, на торговых площадях, продавали яды для мелких грызунов. Несколько капель было достаточно, чтобы сбить с ног лошадь. Девушка видела, как такими травили во дворце крыс. Маленький зверёк, пригубив зернышко, вымоченное в этом снадобье, падал на спину и дергал лапками, умирая в жутких судорогах.
Принцесса вдруг представила Дориана, вот также лежащего на спине, а потом белесые безжизненные глаза и её мужа. Эсмина не удержалась и наотмашь хлестнула девушку рукой по лицу.
- Тебя спасет только чудо! - Сказала принцесса, бросая бутылку с вином в камин, - Астон! - Позвала она. Прислуга тут же вошел в комнату.
- Да, госпожа.
- Одного охранника сюда и приведите Дориана. Он нужен мне тут и срочно. Скажите ему, что это очень важно, и я молю его послушаться и прийти.
Мужчина тут же вышел, один из стражников вошёл в комнату.
- Глаз с неё не спускать! - Приказала принцесса и, подхватив первое попавшееся платье, ушла в соседнюю комнату одеваться.
Император пришёл через четверть часа. На нём был легкий доспех и из-за спины выглядывал двуручный меч.
- Дориан! - Подбежала к нему Эсмина и прильнула груди.
- Мышка, это я зову тебя, когда хочу, а не ты меня. - Прошептал он, погладив девушку по волосам,- что тебя так напугало?
Принцесса дрожащей рукой протянула ему флакон.
- Ты знаешь, что это такое? - Спросила она.
- Нет,- ответил мужчина, показал бутылочку Астону.
- Это крысиный яд, владыка, - ответил слуга.
- Откуда он у тебя? - Спросил император.
- Она яд тебе в вино вылила. Я вышла из соседней комнаты, а она бутылочку прячет, - честно рассказала Эс, указав на служанку,- надо её допросить, кто дал и зачем, а потом решать, что делать...
Император взглянул на девушку своим медвежьим, зловещим взглядом, та побледнела и попыталась побежать к окну, но стражник ловко ухватил её за косу.
- Император отдаст тебя солдатам на потеху, если ты сейчас же всё не расскажешь…- От злости принцесса осмелела настолько, что даже Дориан озадаченно изогнул бровь ещё раз, про себя отметив, что мышка не перестает его удивлять.
- Прошу вас, не надо! - Взмолилась служанка, падая на колени, - я не знаю кто он. Он сказал что советник и, что поможет мне вернуться домой, если я вылью зелье в вино. Ещё он сказал, что это не убьёт, а только сведет с ума... -Рыдала девушка.
- Увидите её обратно, туда, откуда мне позволили забрать, мне не нужна такая служанка,- сказала Эсмина, прижимаясь к Дориану. Воин и рабыня скрылись за дверью, а слуга снова заговорил:
- Император, по городу ходят слухи, что совет готовит бунт. Если она сказала правду, и они действительно решили свести вас с ума, то позвольте осмелиться предложить вам план.
- Ты всегда верно служил мне. Говори, - разрешил император, усевшись на кровать и прижав жену к себе.
Внезапно для совета император решил отложить возвращение в Дшару ещё на несколько дней. Он стал много гулять по городу со своей женой и часто играл с детьми. Лорд Хартинфер как-то проходя мимо видел, как его повелитель гоняет с детьми в мяч. На третий день уже у самой комнаты шесть чёрных плащей перегородили императору и его жене дорогу. Дориан тут же достал кинжал и, вручив его Эсмине, задвинул её к себе за спину. А сам обнажил меч.
- Аккуратно, мышка, ты не должна пострадать,- с улыбкой сказал он, предвкушая бой, - ребята, а вы вообще коридором не ошиблись? - Спросил он, мысленно оценивая каждого из элитников.
- Вы тронулись умом, - ответил старший из них,- решением совета, нам приказано сопроводить вас в камеру.
- Дерзко! - Рассмеялся Дориан, быстро, одним ударом убил самого сильного из них по его мнению. Пятеро оставшихся пошли в атаку.
У Эсмины бешено заколотилось сердце. Император ловко уложил троих противников, но пока отбивался от одного, пропустил удар от другого. Острое лезвие клинка вошло владыке между ребер. Он успел убить ещё двоих и осел. Оставшийся воин занёс над повелителем клинок. Эсмина не раздумывая ударила кинжалом ему в спину. Силы в девичьих руках оказалась мало, чтобы убить крепкого мужчину с одного удара, но это дало достаточно времени чтобы она успела подхватить клинок одного из убитых и вонзить в тело противника. Последний из чёрных плащей упал к ногам принцессы.
Девушка запаниковала. Ранение Дориана никак не входило в планы.
- Если уж тронули осиное гнездо,- тихо рассказывал свой вариант действий Астон,- то надо или бежать и прятаться под воду, или запасаться огнем и жечь до последней полосатой мухи.
Зная, что совет не успокоится, они решили подыграть. Император, якобы для жены, вызвал лекаршу, один раз уже предупредившую его о волнениях в совете. Женщина подтвердила слова рабыни, что если бы Дориан выпил яд, то не умер, просто его рассудок не выдержал бы основного вещества в крови и владыка, пуская слюни, превратился бы в неразумное дитя.
Даже для острого ума принцессы и изощренного правителя, это было слишком.
- Если вы притворитесь безумцем, - сказала лекарша,- вас попытаются убить...
- Нет, - ответил Астон,- скорее всего, будут провоцировать всеми правдами и неправдами.
И вот спустя несколько дней, лекарка весь световой день дежурила в покоях императора, проверенные солдаты патрулировали по городу, не упуская императора из виду, разведка работала в поисках бунтовщиков....
- Астон! - Закричала Эсмина, кидаясь к двери. Слуга лежал на полу, связанный, но живой. Девушка быстро развязала его. А вот стражники были мертвы.
- Дориана ранили, - предупредила она, и побежала обратно, к постанывающему мужу. Из комнаты вышла лекарша. Втроём они с трудом перетащили раненого на кровать. Пока целительница обрабатывала, и зашивала рану, слуга заклинил двери, Эсмина просто тряслась от страха. Им надо было пережить эту ночь. За эти несколько дней девушка успела лучше узнать того, с кем поклялась быть до конца. Она всё ещё злилась на себя за любовь к захватчику, но и поделать с этим неожиданно пришедшим чувством уже ничего не могла.
- Не плачь, девочка, жить будет. И не таких латали, - успокаивала лекарша, - ему ещё наследников делать и растить...
- Наверное, вся эта комедия была глупым ребячеством, - прошептала принцесса,- надо было просто допросить всех и казнить виновных. И почему я их не отговорила?!
- Уже всё так, как есть,- сказал слуга, чувствуя себя виноватым ещё больше, чем Эсмина.
- Вы эту кашу заварили, вы и расхлебаете, только вот императору надо пару дней отлежаться...
Всю ночь слуга и целительница посменно дежурили, следя за состоянием императора.
Эсмина сидела у его головы и никак не могла сомкнуть глаз. Два раза Дориан приходил в себя. В первый — он, едва открыв глаза, попытался вскочить на ноги, но увидев свою женщину целой и невредимой, снова провалился в бессознательное состояние.
Во второй — он начал бредить. Звал то мать, то принцессу. А потом внезапно улыбнулся, прошептал «дочку…». И до самого утра проспал спокойно.
Император снова видел мать.
- Ты заигрался, сынок. - Тихо сказала она, погладив его по голове.
- Я не хотел лишней крови, мама.
- Твоим детям нужен будет отец и моя невестка без тебя не справится.
- Она родит мне сына?
- Или дочку... - Дарина лукаво изогнула бровь.
- Дочку... - Прошептал император, повторив за матерью.
- Я всегда учила тебя беречь чужие жизни, но, сынок, не упусти момент. Не подвергай свою семью опасности...