Глава 4

Эрика Тизар

Домой я отправилась вечером следующего дня — благо вечер был свободен, в том числе от просматривания пыльных фолиантов. Единственной загвоздкой оставалась вероятность внепланового игрового раунда, поэтому Максион, застав меня с выписанным разрешением, ужасно ворчал.

Я все понимала и обещала вернуться как можно быстрее, и в телепортационный зал бежала почти вприпрыжку.

Затем было предъявление листка-разрешения привратнику, который изучал бумагу слишком пристально и разве что на зуб не попробовал. Активация магического контура, шаг в портал и спектр обычных, но неприятных ощущений, включавших резкий приступ тошноты.

Зато через несколько секунд стены Академии Ривенстэйл сменились стенами родного замка, а рядом прозвучало радостное:

— О! Леди Эрика!

Одна из служанок. Женщина как раз протирала в этом зале полы.

Я улыбнулась в ответ, поздоровалась и отправилась искать родителей. Лорд и леди Тизар нашлись в кремовой гостиной — чай пили.

Увидав меня, оба просияли, но через секунду папа замер, его лицо вытянулось…

— Эмирен, что с тобой? — обеспокоенно позвала мама. И уже мне: — Эрика, почему отец так на тебя смотрит?

Я состроила жалобную рожицу — угу, маминого магического дара едва хватало на десяток простых бытовых заклинаний, так что ауру она не видела.

— Эрика… — выдохнул уже папа. — Что это?

— Полноценная сила проснулась, — с замиранием сердца призналась я.

Отец медленно поднялся из кресла и сделал шаг навстречу, а мама наоборот остолбенела — теперь уже она сидела и смотрела шокировано.

— Как? — выдохнул папа. — Когда?

— Несколько дней назад. То есть сначала были всплески, а недавно… — Я сбилась, потому что врать родителям не привыкла, и это оказалось не так уж легко.

— Эрика, ты серьезно? — отмерла мама. — И что теперь? Твой дар, он… какой? Ты теперь сильный маг?

— Пока не ясно, дар еще не стабилизировался, но я пока в числе… ну может не сильнейших, но близко.

Мамуля взяла паузу, а потом засияла. Тут же вскочила и помчалась ко мне.

Папе, хоть он и стоял ближе, пришлось уступить, и леди Тизар поздравила дочь первой. Потом уже отец сжал в объятиях и выпалил:

— Невероятно! Я очень за тебя рад!

Я тоже радовалась, и глядя в счастливые лица родителей даже подзабыла, как именно обзавелась такой силой. Все проблемы отошли на задний план, осталось только счастье — я настоящий маг!

— Эрика, милая, — продолжала вздыхать мама.

— Чудесная новость, — лорд Тизар тоже был счастлив.

Заглянувшая в гостиную горничная, увидав сцену семейной радости, застыла и уставилась недоуменно, и мамуля ей объяснила:

— У Эрики проснулся настоящий, полноценный дар.

Про великих предков нашей семьи прислуга, конечно, знала, так что вопросов не возникло. Горничная взвизгнула и умчалась, чтобы сообщить остальным.

Едва все успокоились, мама усадила в кресло и пихнула в руки чашку с чаем. Сама устроилась напротив и спросила:

— Ну как ты, милая? Я не про силу, а вообще.

Я пожала плечами — мол, все нормально.

— На ужин останешься? — последовал новый вопрос.

— Ага.

Леди Луиза удовлетворенно кивнула и потянулась к колокольчику, что бы предупредить прислугу, но позвонить не успела. Прежде чем прозвучало громкое «дзынь-дзынь», свет мигнул. А потом еще раз, и еще.

Потом желтое освещение сменилось красным, но с магическими светильниками все было в порядке — они не сломались, это система оповещения сработала. Защита сообщала, что в замке появился посторонний. Вернее, некто посторонний совершил переход в наш телепортационный зал.

Папа сразу напрягся и выпрямил спину, а я заявила:

— Я с тобой!

Лорд Тизар глянул скептично.

Телепортационные координаты нашего замка секретом не являлись, и в гости с большой вероятностью заглянул кто-то из папиных заказчиков, и охрана была не нужна.

Впрочем, в других случаях она тоже не требовалась. Пусть внешний вид родового гнезда семейства Тизар оставлял желать лучшего, но магические системы работали исправно, а защитный контур телепортационного зала имел и боевую составляющую, которую установил когда-то лично Шейн.

Если визитер попробует переступить обозначенную на полу границу, его заморозит на трое суток. Причем, если визитер маг, то уровень силы не важен — прадед, будучи боевым магом высшей категории, знал как выстраивать атаки и пробивать любые щиты.

То есть нам, по большому счету, ничего не грозило, но я все равно отправилась с папой.

Мы торопливо спустились на первый этаж, пересекли просторный холл и нырнули в коридор. А когда отец распахнул двери телепортационного зала, я подавилась вздохом — в центре полыхающего круга с самым спокойным видом стоял замещающий преподаватель нашей академии.

— Добрый вечер, — вежливо сказал Рэйнер Варкрос.

— Мм-м… — ответил отец.

Я промолчала, охваченная резким приступом немоты. Папа тоже нашелся не сразу, но через пару секунд отмер и, потянувшись к специальной пластине, расположенной на стене, охранную систему отключил.

Потом вежливо поклонился и все-таки ответил:

— Добрый, лорд Варкрос. Какими судьбами?

— Я понимаю, что следовало предупредить о визите, и прошу прощения за неожиданное вторжение, но так уж сложились обстоятельства, — Рэйн тоже поклонился. — Лорд Тизар, мне крайне необходима ваша помощь по одному артефакту, — с этими словами гость нежданный продемонстрировал небольшую коробочку из отполированного дерева, а отец окончательно успокоился. В смысле, перестал удивляться визиту и смог придать нейтральное выражение лицу.

А с моим лицом все было сложнее — мне скрыть шок не удавалось. Я стояла и понятия не имела что делать, а в миг, когда решила, будто Рэйнер проигнорирует, избавив тем самым от проблем, прозвучало наигранно-удивленное:

— О! Адептка Тизар, и вы здесь?

Вот теперь я поняла — отцу о преподавательских амбициях Варкроса младшего неизвестно… Лицо Эмирена Тизара вытянулось так сильно, что захотелось протянуть руку и поддержать подбородок.

— Вы… знакомы? — ошеломленно выдохнул папа.

— Хм… А это какая-то проблема? — ровно отозвался Рэйн.

Угу, ровно. Но мне все равно почудились нотки ехидства, и я нахохлилась, готовая поставить этого типа на место. Ладно надо мной подтрунивать, но папа-то тут при чем?

— Мм-м… — ответил один из лучших артефакторов Империи. Глянул на меня, на Рэйнера, и снова на меня. И пусть я молчала, точно понял, что все в порядке. Вздохнул и продолжил: — Нет, ну что вы. Просто удивительно. И очень интересно откуда. В смысле, откуда вы друг друга знаете?

— Магистр Варкрос преподает в нашей академии, — объяснила я.

— Да-а-а?

Теперь уже в папином голосе ехидство послышалось, причем не скрытое, а самое явное. Я смущенно потупилась, понимая — надо было хоть письмо родителям написать. Но уж как получилось. Что ж теперь?

— Хм, — напомнил о своем присутствии Рэйнер. — Так я могу… — Он указал на пол, где уже никаких оповещающих линий не мерцало, и после папиного кивка направился в нашу сторону.

Варкрос по — прежнему держал в руках коробку, только здесь и сейчас речь пошла не об артефакте:

— Эрика, не ожидал вас тут увидеть. Разве вам не нужно готовиться к проверочной работе по Теории защиты?

— Э-э… — ответила я.

Проверочная работа по Теории защитных плетений? Я, кажется, что-то такое слышала, но… Да нет, не назначали нам никаких проверок.

— И реферат по Истории боевой магии уже сделали?

— Какой еще реферат? — хмуро переспросила я.

История боевой магии была раз в две недели, по пятницам, и на этой неделе ее не предвиделось ибо в расписании стоял Диверик. Да и рефератов тоже не задавали — я точно помню! Что Рэйнер несет?

Правда не поняла, чего добивался Рэйн, зато папа посмотрел строго и с прищуром. Небрежность в учебе он категорически не приветствовал, и вот такие мои ответы точно не понравились.

А я возмутилась!

— Магистр Варкрос вообще никакого отношения к этим предметам не имеет, — в итоге сообщила родителю. — Он у нас ПОБЗы и Боевые плетения ведет.

Рэйн ответил сдержанной улыбкой, а папа глянул еще более хмуро и повернулся к посетителю.

— Вы сказали, что пришли по поводу артефакта. Чем могу помочь?

Мне не показалось — по губам Варкроса точно скользнула ироничная ухмылка! Потом он предложил обсудить вопрос «в более подходящей обстановке», и они с отцом удалились в кабинет. Я же отправилась обратно в гостиную, кусая на ходу губы и пытаясь понять — что это было? Наша встреча случайна? Рэйнер действительно пришел к отцу по делу или артефакт — лишь предлог?

Впрочем, заморачиваться я не собиралась — в моей жизни и так было слишком много этого Варкроса! И на вопрос мамы «кто там?», ответила просто:

— Очередной заказчик.

— Заказчик? — брови матушки приподнялись. — А что же он не предупредил?

Вопрос был риторическим, и я промолчала, а леди Тизар о госте сразу забыла, потому что у нас с ней было дело поинтереснее…

— Платье к Балу Первокурсниц почти готово. Посмотришь?

— Да! — радостно выпалила я.

* * *

Рэйнер Варкрос

О том, что Эрика снова отправилась в мужское общежитие, мне рассказал Хранитель. Я непроизвольно напрягся, но после сообщения, что Ирма тоже там, решил воздержаться от посещения спонтанного праздника и посвятить время другим делам.

Я продолжил разглядывать нарисованную Эрикой схему и размышлять об услышанном — история нравилась мне все меньше с каждой минутой. И все-таки — неужели все эти усилия ради одной симпатичной, но в целом обыкновенной девчонки?

Или она не такая уж обыкновенная, а?

Я вновь и вновь скользил взглядом по неровным линиям, и что-то в этом рисунке задевало. Не мог понять. А когда почти поймал какую-то еще неясную, зыбкую мысль, раздался стук в дверь.

Махнул рукой, позволяя той открыться, и несколько удивился, увидав входящего в кабинет ректора. Мастер-магистр Аларс выглядел утомленным, но невозмутимым, а вместо приветствия прозвучало:

— Рэйнер, тебе обязательно портить имущество академии? Я полагал, что с годами твоя страсть к взрывам пройдет.

О чем речь я понял не сразу, ну а вспомнив про аудиторию, где заперлись бывшие влюбленные… нет, не смутился.

— Не вижу раскаяния на твоем лице, — хмыкнул Аларс, приблизившись к столу. Он покосился на гостевое кресло, но садиться не стал, даже от приглашающего жеста отмахнулся. — Рэйн, ты теперь преподаватель, и подобное поведение не солидно.

Если бы Аларс видел, как побледнел выскочка из рода Акстеров, он бы так не говорил.

— Хм… Я учту и постараюсь не допускать, — ответил уклончиво, и от ректора эта уклончивость не укрылась.

Тем не менее, никакой отповеди не последовало. Более того, мастер-магистр резко посмурнел и объявил, сильно понизив голос:

— Рэйнер, у нас труп.

Я сперва замер, а потом выдохнул — минус один. Не придется просить Хранителя искать труп и объяснять, с чего мне вздумалось, будто в стенах академии кого-то убили.

— Кто? Где? И как обнаружили? — спросил я, вставая, и убирая листок со схемой ритуала во внутренний карман камзола.

— Нашли случайно, один из разнорабочих решил проверить подвальный коридор, ведущий в тупик. И там использовали алхимию — еще несколько дней, и мы бы ничего не узнали, останки разлагались очень быстро.

— А личность выяснили?

— Скорее всего новая судомойка. Девушка пропала несколько дней назад, но ее коллеги решили, будто просто не выдержала и уволилась. Объясняют, что она была странной, со скандальным характером. Ее исчезновение не вызвало ни подозрений, ни желания выяснить где она.

Я кивнул, а ректор указал на дверь, предлагая отправиться на место преступления. После спуска в подвал и разглядывания полуистлевших костей, которыми уже занимались здешние некроманты, Аларс спросил:

— Что думаешь?

— Ничего, — ответил я.

Ректор прищурился, отозвал в сторону, а потом вокруг нас появился непроницаемый купол, и я услышал:

— Все настолько серьезно?

— Увы, — ответил я, морщась.

Аларс продолжил сверлить взглядом, но что я мог сказать?

Пауза длилась долго, даже слишком, но в итоге ректор Академии Ривенстэйл смягчился.

— Это связано с Эрикой Тизар?

Я неопределенно хмыкнул и промолчал.

— Хорошо, Рэйн, — продолжил Аларс. — Я знаю тебя достаточно, поэтому доверяю и не стану требовать ответов. Вмешиваться лишний раз тоже не буду, но ты должен разобраться.

— Разберусь непременно.

— И в том, что касается Эрики — девушка не должна пострадать.

Я кивнул, молчаливо радуясь тому, что не нужно тратить время на споры или поиск бессмысленных аргументов и, едва купол был снят, отправился в другой сектор подвальных помещений — в зал, где располагалась опорная колонна.

Тут новости были приятнее — плетение восстановилось. В данный момент шел процесс стабилизации. Еще несколько часов, и все магические системы вернутся в прежнее состояние, Хранитель обретет прежнюю власть.

Утомленный я отправился в жилое крыло, а очутившись в своих комнатах хотел снова вернуться к схеме, но быстро понял, что устал больше, чем казалось. Вымотался настолько, что спрятал листок между страниц личного, защищенной магическим замком блокнота, помылся и завалился спать.

Проснулся бодрым, зато с неприятным воспоминанием о том, как нежданная невеста стояла напротив Грэгстора Акстера и миленько краснела. А при взгляде на меня ноль эмоций, и это при том, что все последние дни — и я это точно знаю! — прихорашивалась ради меня.

Наверное глупо, но ситуация задевала. Нет, не так — она была предельно нелогичной! Поэтому, приняв утренний душ и тщательно побрившись, я выбрал один из лучших камзолов, а потом взглянул на себя в зеркало, и…

Вообще это пошло от Джиффилин. До встречи с моей сладкой девочкой я часто затягивал волосы в хвост, потому что так удобнее. Но в одну из первых встреч Джиф потянулась и ловко стянула с волос заколку, улыбнувшись при этом так, что я озадачился. Разумеется, спросил в чем дело, а она…

Сначала говорить не хотела, потом выдала неубедительное:

— О, Рэйн, мне слишком нравятся твои волосы, а когда они убраны, их совсем не видно!

Я выслушал и не очень — то поверил, поэтому устроил небольшой допрос. В итоге Джиффи призналась. Любимая сообщила, что с распущенными волосами мне гораздо лучше, потому что…

— Нет, нет! Ты не подумай! — воскликнула она тогда. — У тебя миленькие уши, но ты с ними такой забавный!

Забавный? Я?

После той встречи я простоял перед зеркалом добрую четверть часа, но ничего особенного так и не увидел. По мне, уши были не миленькими, а самыми обыкновенными. Даже примитивными я б сказал!

Но Джиф назвала их миленькими. А меня самого забавным, а быть забавным совершенно не хотелось — ни одному мужчине не хочется быть забавным. Никогда! Ни при каких обстоятельствах!

С тех пор я предпочитал ходить с распущенными волосами, и привык, и меня все устраивало, но эта попытка Эрики переключить внимание… Может мне действительно попробовать немного изменить образ? Просто для того, чтобы малышка поняла — я умею быть внимательным и даже учтивым… иногда.

Поколебавшись, отыскал среди личных мелочей заколку и ухмыльнулся, глядя на то, что получилось. Кстати, здесь и сейчас уши тоже выглядели обыкновенно — и чего такого «миленького» Джиф в них нашла?

Взглянув на отражение в последний раз, я покинул отведенные мне комнаты и направился в столовую. Ну а там, внизу, почувствовал себя круглым идиотом, потому что Эрика… Засранка малолетняя, вот она кто!

Благоверная — а точнее сказать благовредная! — увидав меня, подавилась завтраком, закашлялась и залилась крупными слезами. И если в первый раз я еще мог поверить в случайность, то когда Эрика подошла, что бы сообщить о желании сходить в библиотеку и поискать другие книги по теме нашей «статьи»… В какой-то момент стало искренне жаль, что адептка Тизар пережила тот ритуал.

Впрочем, нет. Хорошо, что Эрика выжила, потому что возможность придушить ее лично — ни с чем не сравнимое удовольствие! Она говорила, старательно сдерживая смех, а потом… снова залилась слезами. Так бывает, если терпишь, не имея возможности рассмеяться в открытую.

В этот миг у меня аж ладони зачесались!

— Эрика, что за… концерт? — прошипел я. — Вам плохо?

— Нет! — она принялась размазывать слезы-сопли рукавом. — Все прекрасно!

Прекрасно? А девчонка — то отчаянная! Заявлять, что все хорошо, стоя на краю пропасти, на волосок от гибели — это нужно уметь.

Я даже качнулся вперед, но в последний миг сдержался и произнес:

— Тогда держите себя в руках.

Слезы полились в два раза сильнее!

Пробормотав ругательство, я развернулся и отправился вести занятие у третьего курса. Очень хотелось немедленно сорвать с волос заколку и выбросить в мусор, но тут взыграло упрямство — Эрика такой радости не дождется. И пусть не думает, будто сумела меня задеть!

Вечер прошел хмуро. Ассистентка явилась поздно, со стопкой книг, но я вниманием не удостоил и покинул кабинет до того, как эта с позволения сказать невеста успела выкинуть новый оскорбительный финт.

Следующий день был посвящен занятиям или личным делам, в том числе чтению нового письма от Джиф и изучению отчета о безуспешных поисках адепта Ютаса Шенойса, предоставленного службой безопасности Ковена. Да, Аларс сообщил о побеге адепта, а я в итоге все же отправил отцу записку с намеком на то, что Шенойс связан с мертвой магией — клятву, данную Эрике, это не нарушало, ведь намек — только намек.

А незадолго до ужина передо мной возник Хранитель, который сказал:

— Магистр Варкрос, магистр Нейте просил передать, что минуту назад подписал разрешение для Эрики Тизар покинуть академию, что бы посетить родителей.

Я замер, потом устало выдохнул — вот только посещений нам не хватало. Этой дурочкой интересуется некто предельно опасный, а она решила сбежать от моего наблюдения и немного погулять.

Злой, хмурый, я сперва хотел перехватить адептку и запретить переход, но потом родилась одна идея… Эрика осмелилась обсмеять меня? Ну что ж, я тоже умею… Хм, впрочем, нет. Я ведь не из тех, кто станет издеваться над девушкой! Никаких ответных «любезностей», а решение побывать в родовом замке семейства Тизар совершенно не связано с вызывающим поведением благоверной! У меня есть важная причина — нужно перенастроить один артефакт, и никому кроме Эмирена Тизара я доверить дело не могу.

Кстати, артефакт действительно был, и его в самом деле следовало перенастроить. А еще, и это уже без иронии, нужно было обеспечить защиту одной безголовой девушки.

Ну и на родителей посмотреть тоже неплохо — стоит взглянуть на тех, кто решился заключить тайную помолвку и доставить мне такую прорву проблем.

В итоге, всего через полчаса, под прикрытием амулета для отвода глаз, я стоял в телепортационном зале и наблюдал, как малышка Тизар общается с привратником. Позволил ей уйти, выждал несколько минут и деактивировал амулет.

Увидав меня привратник вздрогнул, потом состроил жалобное лицо, а едва я приблизился, спросил подобострастно:

— Какие координаты желаете внести?

Разрешения, подписанного ректором, не спрашивал — вместе с правом наблюдать за Эрикой, включавшим доступ в женское общежитие, мастер-магистр Аларс выдал неограниченное право на переходы. Собственно, такое право-разрешение давалось любому преподавателю, кто о нем просил.

— Те же самые, которые ты вносил только что, — сказал я.

Лицо привратника вытянулось, однако возражений не последовало.

Еще минута, спектр неприятных ощущений, связанных с процессом телепортации, и я очутился там, где хотел.

Ожидаемо сработала система оповещения, на полу проявился контур, намекающий на наличие боевой составляющей в системе и, учитывая, что замком владели несколько поколений боевых магов, я благоразумно замер.

Дождался хозяев, что бы пронаблюдать изумительную картину — малышка Тизар растерялась ужасно. Личико вытянулось, глазки округлились, рот приоткрылся буквой «о».

Короткий обмен любезностями, пара незначительных шпилек с моей стороны, и мы с Эмиреном удалились в кабинет, оставив Эрику изнывать от любопытства. Чутье боевого мага говорило — в данный момент в замке безопасно. Моя сила тоже вела себя спокойно, указывая, что опасности нет.

Ну а там, в кабинете, при общении с «потенциальным тестем» стало ясно — этот тоже ни за что в совершенной сделке не признается. Эмирен Тизар нервничал лишь в первые секунды, явно ожидая претензий, а не услышав оных, явно пришел к выводу, что я не в курсе личности тайной невесты. Ну-ну!

Осознав это, я украдкой ухмыльнулся и продолжил разыгрывать неведение. Как ни в чем не бывало, показал артефакт и объяснил:

— Вещица старая, созданная еще в те времена, когда речи о равенстве полов не шло, и он настроен на защиту лиц мужского пола. Мне нужно, что бы вы перенастроили его на защиту женщины. Сможете?

— Хм…

Мастер забрал протянутую коробочку, присмотрелся к содержимому. Затем извлек из ящика стола проявляющее увеличительное стекло.

По большому счету, стекло являлось аналогом магического зрения, но благодаря увеличительному эффекту позволяло рассмотреть мельчайшие составляющие вплетенной магии.

Ответ Эмирена был ожидаем:

— Не могу ответить сразу. Нужно смотреть и пробовать.

— Это сложно?

— Может и не сложно, но видите ли…

Лорд Тизар пустился в объяснение принципов создания артефактов той эпохи, а я слушал, открывая для себя некоторые новые детали. Просто не являлся специалистом в артефактике, поэтому многого не знал.

Потом я задал пару вопросов, и мы углубились в тему еще больше. Не скажу, что не заметил как пролетело время, но общение получилось приятным. Даже не ожидал.

Спустя полчаса, а может и больше, в кабинет заглянула служанка и уточнила насчет ужина…

— Лорд Варкрос, составите нам компанию? — вежливо поинтересовался Эмирен. Тут же застыл на секунду, словно сообразив, что зря, но…

— С огромным удовольствием! — я даже зубами от этого самого удовольствия щелкнул. Надеюсь получилось не слишком хищно.

— Передай, пожалуйста, леди Луизе и Эрике, что лорд Варкрос будет ужинать с нами, — обратился к служанке Эмирен.

Та присела в учтивом книксене и ушла.

* * *

Эрика Тизар

Вообще бал имел другое название и проводился не только в академии. Празднества гремели по всей Империи, так что традиция пошла не от нас. И уж не знаю кто придумал переименовать Бал Начала Зимы в Бал Первокурсниц, но в академии название прижилось, а первокурсницам на празднике действительно уделялось особое внимание.

Как ложечка дегтя — после бала начинались первые зачеты, а значит все проверочные работы и семинары приобретали особый смысл.

Лично я начала готовиться к балу сразу после знакомства с Лисентой и Камеей, то есть на следующий день после поступления в академию. Девчонки объяснили, что событие важное, а заодно убедили — нельзя подвести родной факультет!

Ведь на первокурсниц в этот день смотрят все, а нас на боевом всего двое, а значит нужно быть особенно красивой. Такой, что бы все увидели и запомнили — боевые маги во всем и всегда лучше всех!

Не знаю как Амелин, а я чуть умом не тронулась, размышляя над эскизом платья и декорами. Добавить сюда ограниченные финансовые возможности, и все становилось совсем сложно, но… Пошив платья контролировала мама, а декором она занималась лично. Каждый раз заглядывая домой, я непременно интересовалась вопросом и почти всегда приходила в восторг.

Вот и теперь — очутившись в небольшой комнате, приспособленной под мастерскую, я увидела и… аж рот от восторга приоткрылся. Бледно-фиолетовый шелк, с широким шитьем на лифе и по подолу платья, смотрелся изумительно. Так, что хотелось завизжать.

— Ты будешь самой красивой, — приобняв за плечи, шепнула мама.

Я завороженно кивнула.

— Примеришь?

Я сорвалась с места, устремившись к манекену. Спустя несколько минут вздыхали уже втроем — к нам одна из горничных присоединилась.

Потом меня поставили на невысокий стульчик, и мама занялась последней подгонкой. Работы было немного, так что управились за каких — то полчаса.

Стоило снять обновку и облачиться в прежнее платье, как явилась еще одна служанка и сообщила, что ужин подан. Сказала и тут же добавила:

— Лорд Тизар просил предупредить, что гость тоже останется.

Мама не удивилась, а я выдохнула ошарашено:

— Что-что?

Мамуля глянула удивленно, служанка — тоже, ну а я испытала прилив возмущения. Зачем Рэйнеру с нами ужинать? Других мест для того, что бы набить живот нет?

— Эрика? — позвала леди Тизар. — Какие — то проблемы?

— А, по — твоему, это нормально?

На меня вновь посмотрели недоуменно — ах да, я ведь не сказала, кто заглянул в гости…

— Наш гость — лорд Рэйнер Варкрос, — объяснила маме.

— И что такого? — мамуля даже глазом не моргнула.

— Лорд Варкрос младший, — повторила я вкрадчиво. И так как мама продолжала недоумевать, добавила: — Мой…

А вот слово «жених» произнести не смогла.

Рот открылся и закрылся, и я не сразу поняла, почему сработала данная папе клятва. А сообразив, обратилась к прислуге:

— Оставьте нас, пожалуйста, на пару минут.

Комната тут же опустела, а у меня появилось одно нехорошее подозрение, которое требовало срочной проверки.

— Лорд Рэйнер Варкрос, — повторила в третий раз. — Мой…

И все. Дальше — никак.

Новость о том, что мама не знает о помолвке, была подобна крепкому удару по голове, я даже присела на тот самый примерочный стульчик. Но тут мамуля вспомнила, что в среде магов нравы куда более вольные, чем в приличном обществе, и…

— Твой кто? — недобро прищурившись, потребовала разъяснений она.

Я сглотнула, икнула, а потом взяла себя в руки и призналась:

— Преподаватель. Он ведет Практическую отработку боевых заклинаний и…

— И что у тебя с ним? — прозвучал новый вопрос. Предельно требовательный.

— Как что? — я округлила глаза. — Ничего, разумеется! — Срочная попытка взять себя в руки и продолжение: — Но он преподаватель, понимаешь? На нашем факультете! И ужинать вместе с ним…

— Ладно, хватит. — Отмахнулась мама и, развернувшись, шагнула к двери.

К счастью, она поверила — я знала леди Луизу достаточно, что бы это видеть. Но по спине все равно мчались испуганные мурашки — папа заключил помолвку сам, без согласования с мамой? Да не может быть!

В итоге, в столовую я спустилась в самом сумрачном настроении, и на папу зыркнула с огромным подозрением. Но тот даже не заметил, во всю улыбался «будущему зятю» и увлеченно рассказывал про какой-то магический механизм.

Зато мама…

— Ах, лорд Варкрос! — воскликнула она после того, как их с Рэйнером друг другу представили. — Вы простите, но я только сейчас поняла…

— Поняли что? — вежливо поинтересовался Рэйнер.

— Эрика назвала ваше имя, мне оно показалось знакомым, но я только сейчас сообразила, что вы тот самый… — мамуля заметно смутилась, однако продолжила: — самый завидный жених Империи. В светской хронике вас называют женихом номер один.

Теперь и мои щеки порозовели — угу, мама порой отличалась повышенной искренностью.

— Сегодня я, — Рэйн широко улыбнулся. — Завтра кто-то другой. Рейтинги светской хроники очень переменчивы.

Мамуля шутку оценила, хихикнула.

Я же скосила взгляд на папу, который заметно побледнел, но быстро приобрел прежний уверенно-благодушный вид. Ну-ну! Когда леди Луиза узнает, кое-кого ждет бо-ольшой такой скандал!

— Позвольте пригласить вас за стол, — перебивая этот обмен любезностями, сказал отец.

Гость позволил, а мы в столь высокопарных формулировках и не нуждались. Но там, в столовой, ждала новая подлость — отец сел во главе стола, мама по правую руку от папы, а Варкоса, как важную персону, усадили слева. Ну а меня рядом с ним.

И кажется ничего особенного: да, Рэйн посвящен в мой опасный секрет про силу, но в целом он обычный преподаватель академии и о нашей помолвке даже не подозревает, но стало зябко.

— Так вы преподаватель Эрики? — вновь подала голос мама. — Так вы же… — она нахмурилась, словно припоминая, — маг высшей категории, если не ошибаюсь? Разве маги вашего уровня преподают?

Возможно папа хотел бы и дальше обсуждать магический механизм, но разговор свернул к более приземленной теме. Рэйнер принялся рассказывать о желании разнообразить опыт военной службы, заодно упомянул обширнейшую библиотеку Академии Ривенстэйл.

Потом разговор коснулся меня…

— Эрика очень старается, — сказал Рэйн. — Она была одной из лучших в том, что касается теоретической части, а теперь… ждем отличных результатов и в практике.

Угу, вопрос «всплесков» и запоздалого созревания силы тоже без внимания не остался.

— Для нас это полнейшая неожиданность, — поделилась леди Тизар. — Ведь позднее созревание силы огромная редкость, мы и не рассчитывали.

После этих слов магистр заметно помрачнел.

— Так действительно бывает, — сказал он. — Есть определенный перечень причин, но это только теории.

— И что говорят теории об Эрике? — поинтересовалась мама.

— Задержка может быть связана с магической травмой, полученной в детстве, или с особенностями конкретного человека, — ответил Рэйн, помедлив. — Так же возможна недоразвитость проводящих силу каналов или намеренный блок.

Я подобное уже слышала — на недавней вечеринке один из старшекурсников разглагольствовал. Тогда вникать не хотелось, сейчас, собственно говоря, тоже. Но…

— Блок? — переспросил отец недоуменно. Кстати, тот старшекурсник подобную причину не называл.

Рэйнер медленно кивнул.

— В истории зафиксирован всего один случай, но тем не менее.

— Мм-м… а разве блок не видно? — удивилась мама. Она даром, считай, не обладала, но сложно не интересоваться магией, когда и муж, и единственная дочь этой самой магией почти одержимы. — Ведь все блоки отражаются в ауре, они заметны.

— Есть специфические глубинные блоки, — Рэйну тема точно разонравилась, и сейчас он аккуратно подбирал слова. — Они сродни проклятиям.

— Точно не наш случай, — сказала мама. — Эрику не могли проклясть.

Варкрос кивнул.

И все бы ничего, но то, с какой поспешностью он это сделал, заставило напрячься и забыть про вкусные печеные ребрышки с подливой, а заодно про все закуски и салаты. Причем зацепилась не только я, но и отец. Он же попросил:

— Лорд Варкрос, вы можете объяснить?

Магистр шумно вздохнул. Потом отложил приборы и откинулся на спинку стула. Говорить по-прежнему не хотел, но, когда на тебя смотрят столь пристально, промолчать сложно.

— Способ поставить блокировку есть, это предсмертное желание великого мага. Известен случай, когда маг выдающейся силы пожелал, что бы в его потомках никогда не проявлялась магическая сила, и род, в том, что касается, магии, иссяк.

У мамы глаза округлились, у меня тоже — ведь подобное желание… оно за гранью разумного. Мы, маги, слишком ценим свою силу и понимаем, какое это счастье обладать даром. Никто в здравом уме не пожелает своим потомкам быть «пустыми».

Да и в приступе сумасшествия тоже не пожелает. Невозможно такое. Невозможно и все!

Я знала наверняка, а папа почему-то поджал губы и нахмурился.

— Эмирен? — позвала мама.

— Нет, ничего, — ответил отец.

Все. Ужин оказался безнадежно испорчен, а вопросы, которые не принято обсуждать при посторонних, вышли на первый план, и…

— Папа! — сказала я требовательно.

Пауза. Долгая, тяжелая, неприятная. А в финале:

— Теоретически Шейн мог такое пожелать, — морщась, сказал отец.

При упоминании прадеда я подалась вперед, а Рэйнер ни капли не удивился.

— Да, в последние годы жизни этот выдающийся маг часто пребывал в дурном настроении и несколько раз высказывал сомнения в том, что магический дар — благо, — неожиданно сообщил «жених».

Я опять вытаращилась. Впрочем, родители тоже удивились, но спросила именно я:

— Откуда знаете?

— Сплетни, — пожал плечами Варкрос.

М-да, чудесно. Рэйнеру известна удивительная сплетня о моем прадеде, а я…

Выходит, моя сила могла спать из-за блокировки, установленной Шейном? И блокировка сродни проклятию, а предсмертное желание выдающегося мага штука действительно сильная, а когда речь о родной крови, то проклятие ни снять, ни определить, считай, невозможно.

Вот только папа родился уже после смерти Шейна, а у него с магией все в порядке.

— У папы с магией все хорошо, — сказала вслух, обращаясь исключительно к Рэйну.

— Но лорд Эмирен артефактор. Это другая стезя, другой дар.

Я нахмурилась. «Другой дар» — выражение не слишком точное. Вернее, неправильное, потому что дар у всех один. Человек рождается магом, его сила крепнет и созревает, и уже в процессе взросления определяется склонность к той или иной сфере.

У кого — то эта склонность формируется к двенадцати-четырнадцати годам, у кого — то позже. Но магия, по сути, у всех одна.

И склонность к одному виду магии не мешает пойти в другую область — например, я со своим скудным уровнем силы и горячим желанием стать боевым магом, запросто могла поступать на Общую магию.

Маги других специализаций тоже используют боевые заклинания — например для самообороны, — хотя у них, ввиду отсутствия опыта, заклинания получаются слабее, и доступны им лишь самые азы.

Но, с другой стороны, сила папы как артефактора в самом деле другая — она тоньше и точнее, а запас магии меньше, чем у того же Рэйна. Разница как между ювелиром и молотобойцем, и эта разница формируется со временем. По мере практики единый для всех дар магии превращается в множество «других».

Плюс, темперамент и врожденные таланты — вот я бы точно не стала артефактором, потому что не люблю кропотливую работу. То есть могу позаниматься чем — то таким, но недолго. И не готова просиживать в кабинете дни напролет.

— Все ждали, что пойду по стопам отца и деда, — выдергивая из мыслей, сказал папа. — Но меня боевая магия никогда не привлекала, и я даже не пытался. В итоге… — Отец развел руками, а я пришла к выводу, что обсуждение нужно прекращать. Хватит. Ни к чему это все.

И я уже открыла рот, что бы предложить поговорить о погоде, но тут мама вмешалась:

— Если это блокировка, то почему она исчезла?

Рэйн хмыкнул и вновь подхватил вилку.

— Видимо, произошло какое — то особенное событие. Что — то подтолкнуло. Или кто-то подтолкнул.

Быстрый взгляд на отца, и… Мысли читать не умею, но лорд Тизар точно подумал о помолвке. Это логично, ведь речь о связи с сильнейшим боевым магом, и «прикосновение» к сильной магии вполне могло дать такой толчок.

А вот мама о помолвке не знала, и…

— Эрика? — позвала она строго.

— Мм-м? — тоже подхватывая вилку, откликнулась я.

Вроде как не поняла, но мама не поленилась уточнить:

— Что за событие?

— Понятия не имею! — ответила со всей искренностью на какую способна.

Папа, который тоже вернулся к еде, благополучно поперхнулся и покосился на Варкроса. Ну да, предыдущая догадка однозначно верна.

За столом повисло молчание. Повинуясь примеру мужчин, я принялась пробовать салаты, причем с самым увлеченным видом, что бы вопросами не отвлекали. Мамуля, глядя на мой аппетит, действительно смилостивилась, зато Рэйнер…

— Кстати, — он культурно промокнул рот салфеткой, — раз уж зашел такой разговор… Вам известно, как именно погиб Шейн?

Мы не знали. По крайней мере нам с мамой было неизвестно, а папа всегда уверял, что история покрыта мраком и ничего толкового сказать не может, но сейчас мы уставились на него с самым внимательным видом.

— Не знаю, — вздохнул он. Кажется, не лгал, по крайней мере я поверила, остальные — тоже. Рэйнер даже кивнул, то ли подтверждая, то ли соглашаясь, и в столовой снова воцарилась столь желанная тишина.

Теперь можно было просто поесть, не отвлекаясь на неприятное — чем я и занималась до тех пор, пока взгляд не зацепился за выцветший цветок на обоях. Потом он скользнул по второму, третьему… Подняв глаза, увидела пожелтевшую лепнину и тонкие трещины на потолке.

Я не забывала, в каком состоянии находится родной дом, но так привыкла к этой «неухоженности», что внимание обращала редко. И никогда-никогда не стыдилась, понимая, что есть объективные причины, а папа делает все возможное! Но здесь и сейчас стало чуточку не по себе.

Просто Рэйнер… он был слишком внимателен, что бы не заметить. Ему наверняка не очень приятно находиться в подобном интерьере, и на фоне дома все мои попытки выглядеть красивой, смотрятся несколько глупо. Конечно, бедность не порок, но… так считают только бедные. Для Варкроса мы сейчас точно второй сорт.

— Эрика, что с вами? — тихо позвал Рэйн.

Вздрогнув, перевела взгляд на магистра и погрустнела еще больше. Он выглядел потрясающе. Холености столичных модников в Варкросе, конечно, не было, но костюм изумительный, ценой в половину моего гардероба. А еще пара дорогущих перстней на пальцах, а на зажиме шейного платка — крупный бриллиант.

Добавить сюда породистые черты лица, темные глаза и распущенные густые волосы, и… в самую пору признать себя обшарпанной серой мышью.

Но я гордо вздернула подбородок и ответила с достоинством:

— Со мною все хорошо, магистр.

— Рад, — последовал задумчивый ответ.

Ну а после десерта, который состоял из домашнего мороженного и ванильного кекса, Рэйнер глянул на часы и сказал:

— Благодарю. Все было очень вкусно, но время позднее и нам, пожалуй, пора.

— Нам? — переспросил папа.

Магистр посмотрел на лорда Тизара с искренним удивлением, папа на Варкроса с таким же. Да и леди Луиза удивилась, а я даже сообразить не успела.

— Нам с Эрикой, — милостиво расшифровал Рэйн.

Лишь теперь до одной адептки дошло, и я даже открыла рот, чтобы возмутиться, но не получилось. Родители тоже промолчали, и чуть позже, размышляя об этом эпизоде, я поняла почему. Слова Рэйна прозвучали слишком просто — так, словно нет ничего особенного в том, что магистр распоряжается моим временем и вообще решает, что мне делать. Будто он в своем праве и все нормально, и как — то глупо возражать.

— Да, действительно поздно, — согласилась мама.

— Пора возвращаться в академию, — кивнул отец.

Еще пара минут на то, что бы встать, обняться с родителями, и я сдернула полоску энергетического браслета, полученного в момент телепортации из Ривенстэйла. Причем сделала это под пристальным взглядом замещающего преподавателя, не особенно задумываясь над тем, что комендантского часа в нашей альма-матер по-прежнему никто не вводил.

Единственное, обнимаясь с папой успела шепнуть:

— Он не знает, что я невеста.

Лорд Эмирен Тизар сжал крепче, показывая, что услышал.

Ну и, собственно, все. Ушла.