Глава 13

Сознание возвращается тяжело. В горле дерёт, в башке звенит какой-то колокол. Или это кровь так стучит в барабанных перепонках?

Шкала «Здоровья» стоит на 16%. Как я понял, здесь это работает совсем не так, как в компьютерных играх. Там можно с одним процентом драться без проблем, пока на «возрождение» не улетишь. Здесь это скорее отражение твоего настоящего состояния. То есть «16%» — это ещё не сдох, но признаков жизни почти нет.

Даже взгляд в кучу собрать не могу. Всё плывёт перед глазами. Только и различаю невнятный тёмный силуэт. Вроде бы человеческий.

— Воды, — прошу, и фигура моментально удаляется.

Уже через минуту мне приносят незаменимый котелок. Михалыч давно грозится выстрогать нам посуду из дерева, но до этого руки все не доходят

Значит, я всё ещё не сдох и нахожусь в своём поселении. Это хорошо. А вот то, что всё вокруг слышится, как толстый слой воды — уже не очень.

— Твою мать! — вместо воды, чувствую во рту какую-то горькую гадость и тут же её выплёвываю.

— Это ромашковый отвар, — слышу Хрюшино воркование, — он очень полезный, Пей по чуть-чуть, тогда не так противно, — уговаривает она меня словно ребёнка.

Стиснув зубы делаю несколько глотков, и гул в голове пропадает. Мир перестаёт раскачиваться и обретает чёткость. 27% — показывает шкала. Никакого медосмотра не нужно. Все изменения сразу налицо.

Вижу перед собой Хрюшу со взволнованной моськой. За ней маячат ещё два силуэта, которые глядят на меня, как вернувшегося из мёртвых.

— Михалыч, ты здесь? — хриплю я.

— Здесь, СтаршОй, здесь! — отзывается работяга.

— Малой, а ты тоже тут?

— Тут, лорд! — этого почему-то пробивает на официоз!

— А кто за картошкой следит⁈ — взрываюсь, — какого хрена вы все тут столпились⁈ Консилиум врачебный, вашу мать! А если её сейчас сворует или сожрёт кто⁈

— Хвала всем богам, ты жив! — Хрюша тут же виснет на мне, обняв за шею и едва ли не рыдает. Точнее, учитывая, что я лежу, распластывается сверху.

— Живой чертяка, — хрипло смеётся Михалыч, заходясь во влажном кашле и прижимая перебинтованный бок.

— А я что говорил? Босс у нас твердолобый, как баран, какой ему кабан в соперники? — скрещивает руки на груди с важным лицом Малой, за что получает заслуженный подзатыльник от старшего коллеги.

— Поговори ещё тут! Сам же уже думал хоронить, засранец. Ни стыда ни совести! — ворчит мужчина, на что Малой отводит взгляд, мол, ничего такого не было.

— Всё-всё, слезай, Хрюш. Я в порядке. Видишь? Живой же. Руки и ноги целы, — похлопав по спине, особенно по нижней её части, успокаиваю взволнованную девушку.

Та настороженно кивает, разрывая объятия.

— А вот с последним я бы ещё поспорил, — вновь влезает Малой.

Хлоп!

Михалыч повторяет воспитательную процедуру.

Ты об этом? — я смотрю на свою руку, замотанную тканью, пропитанной засохшей кровью. — Ну, могло быть и хуже.

— Это уж точно, — кивает Михалыч со слабой улыбкой на губах, — Везучий ты засранец.

В памяти всплывает момент, когда кабан насадил меня на свои бивни. М-да, мало приятного, но мне действительно повезло. Если бы он успел ударить ещё разок, то точно меня бы добил.

К тому же руку мне не оторвало, — а, значит, она восстановится рано или поздно. Я на это очень надеюсь.

Отношение Системы к нам во многом напоминает шутку про грибы. Чтобы мы росли хорошо, нас держат в темноте и кормят дерьмом. Что будет, если кто-то из нас потеряет руку или ногу? Отрастёт новая как хвостик у ящерки, или это насовсем?

Экспериментами, что ли, заняться? Звучит сурово, но именно так и познавали мир наши предки. Лишний повод наловить тушканов. Им всё равно путь на шашлык.

— А это что?

Даже встать не успеваю, как Хрюша тычет мне в руки коробку.

— Награда за победу, — говорит она, — открывай скорее, вдруг там есть что-то, что тебя вылечит.

При этом она почему-то сердито косится на Михалыча.

— Она мне этим все уши продолбала, — ворчит он в ответ, — А я ей говорю «не положено, в себя придёт и сам откроет».

— А если б не пришёл⁈ — заводится с пол-оборота та, — так бы и загнулся из за твоего упрямства, старый пень!

Вот ведь послал мне бог помощничков. И, главное, оба правы. Хрюша, в том, что хотела как можно скорее оказать мне помощь, а Михалыч, в том, что сохранял имущество до моего распоряжения.

На такие вот непонятные ситуации стоит назначить заместителя. Но кого? Инициативную Хрюшу или исполнительного Михалыча?

Ладно, коробка так коробка. Беру в руки.

Хлоп!

Из неё вываливаются три свитка, а само хранилище тут же испаряется в руках. Блин, до сих пор не привык к местным спецэффектам, и когда что-то появляется или исчезает из ниоткуда, вздрагиваю.

Свитки похожи на папирусы, которые я никогда в руках не держал, только в фильмах видел. Длинные куски полотна между двумя деревяшками. Бумага оказывается жёсткой, слегка желтоватой.

Имя: Чертёж примитивного жилища (избы/хижины/лачуги)

Описание: Открой для себя градостроительство с нуля! Без гвоздей, без всяких химикатов, без мозгов! Читай инструкцию, да оформляй сруб — и будет тебе счастье.

— позволяет поселению строить избы/хижины/лачуги

Время строительства: 72 ч/ч

О, так теперь у нас будет что-то получше шалашей? Это замечательно!

Тут же рассматриваю во второй чертёж.

Имя: Чертеж плавильной печи

Описание: Костюм железного человека из неё не склепаешь, но вот с плавкой металла эта малышка справится на все сто. Криво, косо, да и с примесями — зато работает!

— примитивная печь, может составить отличную службу в кузнице или мастерской

Время строительства 6 ч/ч

Ха, уверенными шагами мы входим в эпоху металла. Вот только железо ковать следует, чтобы очистить от примесей и шлаков. Одной печки маловато будет. А вот с медью и другими мягкими металлами так запариваться не нужно. Отлил по форме, наточил…

В военном отношении — прорыв. Надо срочно искать руду в окрестных горах. Нам бы хоть какие-то инструменты создать, прежде чем мечтать о доспехах из стали, огромных мечах и ростовых щитах.

Третий папирус также меня не разочаровывает.

Имя: чертеж примитивного склада

Описание: Засунь сюда мамонта — и забудь о нём, как о стратегическом запасе сала.

— провизия внутри склада портится на 30% медленнее, чем снаружи

Время строительства 24 ч/ч

Откуда берутся все эти цифры с процентами мне непонятно. Но то, что подобная постройка может серьёзно облегчить заготовку запасов еды — это факт. Как и то, что действительно такие штуки существуют. Был я у одного знакомого на раскопках, он там лЕдник выкопал, прямо по учебнику. Пиво охлаждалось, никакого холодильника не надо.

Теперь статы. Долгожданный пятый уровень прилетел мне после гибели Вожака. Жаль, что это было только 20%, распределившихся мне из за рабского статуса Хрюши. 80% получила она сама, как бросившая финальную головешку в его погребальный костёр.

Долго не думая, кидаю 3 в Выносливость и 2 в Силу. Если бы не уровень здоровья и не мои марафонские способности, свинота прибила бы меня намного раньше.

Кстати, ни при наборе уровня ни после распределения, чуда не случается и «Здоровье» само собой не восстанавливается. Так что я снова убеждаюсь, что эта шкала — всего лишь показатель текущего состояния. Жив или сдох.

— Пошли смотреть, что с поселением творится.

— Может тебе полежать ещё? — Хрюша опасливо переглядывается с Михалычем, — Отдохни, а мы сами управимся? По чуть-чуть.

Так, чую, они от меня что-то скрывают. Сговорились, пока я в бессознанке лежал.

— А ну, пойдём.

С трудом встаю во весь рост, меня под руку заботливо подхватывает Хрюша, так вдвоём мы и выбираемся из шалаша. И я начинаю оценивать разрушения.

А разрушено всё… Буквально.

Изгородь зияет многочисленными дырами, что, по сути, ставит на ней крест. Проще будет поставить полностью новую, чем неделю чинить и пересобирать то, что осталось.

Два прежних шалаша также представляют из себя гору веток и мха, от них не осталось ничего.

Разбором же новосозданных «гор материалов» ещё никто не занялся, озабоченные другими вопросами.

Погреб, в котором хранилась вся наша еда, сгорел дотла. Крыша обрушилась и также представляла из себя гору углей. Все травы и специи сгорели безвозвратно, зато картофель умудрился пережить подобное издевательство.

Он весь сложен в три разных по размеру кучи. В одной хорошо пропечёные, даже слегка обугленные плоды. Во второй просто частично повреждённые жаром, а третья похожа на сырую, но, подозреваю что урожай она не даст.

Даю распоряжение Хрюше готовить пока только из этой картошки, и она согласно кивает, видимо так и планировала делать.

Будет у нас теперь картофеля в мундире на неделю вперёд или около того. Да и мясом теперь мы запаслись, чего уж привирать.

Вожака уже успели разделать и снять шкуру. На ней-то я провалялся целых полтора дня.

Из остального выводка кабанов погибли все старшие и два поросёнка, четырём же удалось выжить.

Михалыч и Малой их поймали и поместили в наскоро оформленный загончик. И поставили Черти-что охранять. Без пугала те было не раз и не два пытались сбежать и пробиться наружу, но, стоило только поставить этого охранника у края загона и мелкие лесные свинки моментально присмирели.

— Интересный эффект, — замечаю. — Может и тушканы не будут клетку прогрызать, если поставить в охранной зоне этого чудища?

— Главное, чтобы от такого они со страху не подохли, — говорит Михалыч, — а так, вполне возможно.

— Мне самой сюда даже подходить страшно, — жалуется Хрюша.

— Угу, конечно, — ворчит Малой, — поэтому кормить их мне приходится.

— Я тоже о тушканах подумал, — рассказывает мне Михалыч, — И даже уже успел сделать с десяток силков. Собирался завтра отправить Малого с утра, чтобы он их расставил.

— Я составлю ему компанию, — заявляю я, подвигав раненой рукой.

Боль никуда не делась, но уже не ощущалась столь остро, как в момент когда я пришел в себя. Да и помощь стоящей рядом Хрюши уже больше приятна, чем полезна.

— Уверен? Всё же ты еще не до конца восстановился, — кидает хмурый взгляд мужчина, но я качаю головой.

— Вторая-то рука при мне. К тому же боя не предвидится, и я не бегу сейчас. Денёк отъемся, а там и посмотрим. Всю работу всё равно будет делать Малой. Сам ты как, Михалыч? Тебя же тоже задело, — обращаю я внимание на его забинтованный бок.

— А, ерунда. По сути, отделался испугом. Бивень прошёл по касательной между рёбрами, так и не сумев глубоко вонзиться. А с моей Выносливостью переносить подобную болячку оказалось куда как проще, чем я ожидал, — хмыкает он, хлопнув себя по груди.

Вот и ещё одна скрытая особенность влияния Характеристик. Выносливость определённо влияет и на твою способность выносить повреждения. Я же помню, насколько глубокой была рана у собеседника. Кровь хлестала только в путь.

А сейчас, спустя всего два неполных дня, он смеётся и даже таскает тяжести. Поразительно просто…

Может, и я способен встать на ноги так легко, ввиду моей Силы и Выносливости?

Боль, конечно, остро ощущается, но отчего-то не мешает мне толком. Слабость всё ещё присутствует в организме, но не так, чтобы критично.

Чёрт, сколько ещё таких нюансов скрывает в себе Система⁈ И вот нет бы выдать мануал или инструкцию по применению? Нет же, следует отдать игрокам полную свободу и смотреть за тем, как они бегают с завязанными глазами из стороны в сторону.

Ну, да опустим данный момент. Работает и ладно. Достаточно знания о том, что всё на нас теперь заживает, как на собаках. Невероятно быстро.

Поле зеленеет свежими всходами, навскидку где-то тридцать кустов, больше чем обычно. Мои подчинённые, видимо, решили посадить всё, что было, чтобы скорее покрыть убытки, и этот вариант сработал.

Всё же летального исхода среди жителей удалось избежать — а это самое важное.

Ни за какими тушканами мы на следующий день не пошли. И ещё на следующий тоже. Рука заживала, как я и предполагал, намного быстрее нормы, но не молниеносно.

Михалыч и вовсе перестал менять повязки, красуясь теперь пафосным шрамом на своем теле.

Малого Хрюша вновь загнала на плантацию, но и от меня надолго и не отходила. Всё ей было неспокойно. Пришлось, чтоб её не расстраивать, пить отвратительный ромашковый отвар, от которого здоровье и правда подрастало пунктов на пять.

Выходило порой так, что не меня пытались поставить на ноги, а именно её. Приходилось вечерами шептать ей на ушко и гладить по спинке, ввиду того, что уж больно она переживала за моё здоровье.

Склад построили в первую очередь. В отличие от моей «доморощенной» конструкции он представлял собой полноценную землянку «в три наката», как в песне, в два метра глубиной. Такой прямое попадание артиллерийского снаряда выдержит, не то что свина-переростка.

Становится понятно и определение «ч/ч». Михалыч вдвоём с Малым, соорудили погреб приблизительно за 12 часов. Точнее сказать не могу, ввиду отсутствия секундомера. Причём работали они как заведённые, словно точно знали, что делать и всю жизнь занимались строительством землянок под погреба.

После Михалыч в ближайшем лесу несколько деревьев, которые они с Малым не то, чтобы свалили, а скорее измочалили и «перегрызли». Плохо у нас с инструментами, я бы половину заготовленной кабанятины отдал бы за приличный топор.

Избу мы решили поставить всё там же, поближе к озеру, чем к лесу, с окнами, выходящими к нему, чтобы иметь отличный обзор и возможность отстреливаться. Дверной косяк расположили сбоку.

Как заверил меня «прораб», на чердаке будет установлено небольшое окошко, для скрытого наблюдения сверху.

Хитро и в то же время просто. Умеет же Михалыч в мелкие моменты. До «индивидуального строительства» было далеко, поэтому жильё планировалось одно на всех. Кроме ночлега и хранения имущества, оно ещё должно было стать последней линией обороны. Такой «рыцарский замок» в миниатюре.

За печку я решил пока не браться. Пускай она строится быстро, но руды пока не предвидится, а, значит, и спешности никакой нет.

Сам же я на вторые сутки после пробуждения хоть и с запозданием, но выхожу на установку ловушек с Малым.

Малой скользит в лесной чаще, как уж в прибрежных кустах. Я и сам, получив первый уровень «Следопыта» уже не ломлюсь напрямик, словно кабан. Но у него в сочетании с Ловкостью этот навык выглядит особенно эффектно. Ветки смыкаются за его спиной бесшумно, словно тут и не было никого.

Лес бывает разным. Иногда это высоченные сосны с толстыми стволами. В таком даже в полдень темно и мрачновато, а между деревянных колонн-гигантов видно хрен знает докуда.

Этот лес, к сожалению, не такой. Весь он зарос густым кустарником, из за которого уже за метр от себя можно медведя не заметить. Мы выныриваем на редкие и почти правильно-круглые, залитые солнцем полянки, и ныряем обратно в заросли.

— Ты дорогу хорошо помнишь? — вполголоса переспрашиваю Малого.

— Угу, — кивает он, потом поясняет с гордостью, — на втором уровне Следопыта ты точно знаешь места, где уже был.

— А у тебя уже второй? — интересуюсь, — до третьего далеко?

— Надо подкрасться незамеченным к 10 разным животным или людям, — объясняет Малой.

Дома мне не сидится сразу по нескольким причинам. Малой, самый нестабильный участник нашей команды. Молчаливый, при этом порывистый и внушаемый.

Причинить мне зло ему не позволит Система, но другие-то жители не защищены. Допечёт его Хрюша, а тот — чик её ножиком по горлу. С его ассасинской раскачкой — запросто.

Так что отпускать его в лес одного я категорически не хочу. Мало ли что ему в башку взбредёт. И с Михалычем не хочу, по той же причине. Может, я и параноик, но говорят, параноики живут дольше.

Поэтому я очень хочу разговорить этого пацана, и пообщаться с ним «по душам». При этом раньше, в прежней жизни у меня никогда не было особых навыков дипломатии. Скорее, я был одиночкой. Себе на уме.

А тут постоянно держу в голове: кто на что способен, от кого можно ждать неприятностей, кто наоборот, будет полезен. То ли именно так работает навык «Лидерства», то ли это заботы о поселении подобным образом влияют на мозг.

— Ты это, извини меня.— Малой вдруг неловко чешет он щеку, отворачивая взгляд в сторону. — За всё.

— М-м-м? — подобного выкрутаса я точно не ожидал, поэтому своё замешательство скрываю за глубокомысленной паузой.

— Я… не очень силён в общении, — признаётся парень, — Потому и вворачиваю всякие колкости и язвлю. Не умею я иначе. Просто хочу сказать спасибо… что спас мою задницу… да и не только мою.

— Пустое, — отмахиваюсь, — Мы теперь в одной лодке. Так что выживут все — выживет и каждый из нас. Мы сильны вместе.

— И даже так. — вздыхает Малой, — Не каждый возьмёт на себя целый мясной танк, так ещё и умудрится того прибить, не имея в руках никакого оружия,

— У меня был сарай с картошкой, — смеюсь я, — это страшное оружие!

Парень тихо фыркает. На его лице тоже появляется ухмылка.

— Зато я знаю, как смогу отдать моральный долг!

— И как же? — его слова меня настораживают.

— Убью Богучарова!