Глава пятнадцатая · Чтобы что-то понять, нужно что-то потерять…
Благодаря ледышкотерапии до Графа я шла вприпрыжку, размышляя на тему своего несносного поведения. Пора, Лисавета, пора…
Пора взять себя в руки и честно признаться: на данной планете для меня нет будущего. Я сколько угодно могу играть с Ледышкой в эти игры, но мне никогда не видать равноправия, как народам Новой Гвинеи — цивилизации.
Что может «еда» в этом мире? Разве сможет вампир воспринимать меня как равную, не пуская слюни на мои лейкоциты? И какое будущее нас ждёт в таком случае? Вряд ли мы создадим здоровую ячейку общества.
Вампиры ведь… они к семье вообще не приспособлены, да что уж говорить: у них даже женщины не выживают. А дети? Вот кто у нас родится? Даже боюсь представить… И чем такого малыша кормить… тоже кровью?
Я не говорю уже об общественности. Что же надо сделать, чтобы вампирский социум принял такую пару? Это как я завтра приду домой и заявлю: «Папа, познакомься — это Сервелат. Теперь он живёт с нами. Скоро у тебя появятся внучата, маленькие Брауншвейгские колбаски…»
«Ты заигралась, Лисавета Юрьевна. Вали домой и живи счастливо под крылом у родителей…», — авторитетно заявил внутренний голос.
Ага, может и в моём доме будет семья… Детишки там, весёлый смех… Любимый муж-груш. Самый обычный, который играет в компьютер, спит после работы, оставляет носки под кроватью… Не бледный, не худой, не до ужаса циничный — мягкий на ощупь и тёплый.
Что же ты от счастья, Лисочка, не скачешь, а? Иль не мил тебе человеческий муж? Заморского упыря подавай? Раскатала амбиции…
Графа уже загнали в вольер: пёс спокойно дремал на соломе возле пустой кормушки, чему я очень порадовалась. Хватит с меня одного кормления.
— Эй, Граф. Пст… — шепнула я, берясь за прутья ограды. — Пустишь переночевать?.. А то так кушать хочется… — улыбаясь произнесла я, в душе побаиваясь огромного аскверу.
Собака подняла голову, окинула меня равнодушным взглядом и развернулась ко мне полностью, откинув голову, как бы приглашая. Отворила калитку и осторожно приблизилась.
— Ты мне здорово помог, приятель, — опустилась рядом и зарылась в густую шерсть. — Не знаю как, но если сделаешь так ещё раз, я принесу от Луи вкусняшки. Это, правда, не те лысые кролики, которых ты обычно ешь, но осетинский пирог с мясом тебе точно понравится.
Взбила бок Графа, словно подушку, и удобно устроилась, сложив руки на животе…
* * *
Проснулась от ощущения пристального взгляда. Перевернулась на другой бок в надежде, что мне показалось. Судя по тому, как Граф осторожно стучит хвостом, словно боясь меня разбудить, в вольере мы больше не одни.
— Вернулись, — не поворачиваясь, обратилась я.
— Я мог бы догадаться, — отстранённо протянул Ледышка. — Только не думал, что Граф примет тебя. С тобой всё не правильно, Лисавета… — заключил вампир.
Я села, вздохнула и растёрла лицо.
— Как прошёл день? — прищурив один глаз, поинтересовалась я. Вампир не выглядел уставшим.
Одет с иголочки, слишком безупречен, чтобы быть настоящим, и такой же холодный, как обычно. Но я не Титаник, разбиваться не собираюсь. Поднялась и отряхнула руки.
— Это у вас такая традиция на Земле: интересоваться делами друг друга? Хотите приобщить меня к своей культуре? — саркастично усмехнулся он, а я лишь поджала губы.
— Не старайтесь задеть меня. Ничего не выйдет. Моя культура и без вас справится, — непринуждённо улыбнулась и вышла из вольера.
Если он ждёт, что я нападу с поцелуями, то глубоко заблуждается.
— Я так понимаю, нет смысла вас «лечить»? — донеслось мне вслед. Я обернулась. Почему ничего не понять по этой каменной морде?
— Лечить тут нужно только вас, а со мной всё в порядке… Ой!.. — я дёрнулась от неожиданности и чуть не повалилась назад: вампир поймал меня за руку.
— Хочешь сказать, не была готова переступить черту, разделяющую нас, хочешь сказать, твои моральные устои выше? Может, мне просто показался жар твоего тела: твоя готовность? — язвительно прошептал вампир мне в самые губы, словно издеваясь.
Выдернула руку и отошла, усмехнувшись.
— Я не поняла, вы себя в чём-то убедить хотите или меня? — вампир молчал. — Я-то могу хотеть одно, а делать совершенно другое. Мне приятны поцелуи, не стану скрывать, как и то, что… — я запнулась, но решила быть честной до конца, раз меня так грубо стараются унизить. — Как и то, что я разглядела в тебе гораздо больше, чем ты готов показать… Мне это не нравится. Не нравится пропасть между нами, она слишком велика и на одной страсти мост не перейти. Нужно понимание, уважение, поддержка, обоюдное желание… А противостояние, гордость, стереотипы — они ведь расшатывают хлипкое доверие между нами. Можно свалиться… Отпусти меня домой, слышишь? Упрости жизнь себе, мне и всему вампирскому обществу. Мы оба ходим по краю, себе-то хоть признайся. Ладно, я — глупая человечка, но ты-то древний вампир, должен понимать, к чему такие игры приводят.
Ледышка шумно выдохнул, сжимая челюсти.
— Я подумаю, — он развернулся и исчез.
— Думай… — усмехнулась я и решила приступить к плану «Б».
* * *
Эрик ответил с третьей попытки. Не самая удачная идея, но других нет.
— Лиса? — заметно удивился министр, видимо, очень чем-то занятый.
— Я знаю, что если лот желает расторгнуть договор и вернуться на Землю, ему необходимо подать заявление в министерство безопасности. Видела документы на столе у Ледышки, — нехотя пояснила я.
Вампир усмехнулся.
— Ты шустрая. Он тебя явно недооценил. А если я откажусь принять заявление? — нагло протянул он, как бы спрашивая: «А что взамен?»
— Ты, конечно, можешь, — специально замялась я. — Но тогда записи, на которых ты встречаешься с Викторией Радовой — и не только встречаешься, — попадут в другое министерство…
— Откуда?.. — напряжённо прошептал клыкастый.
— Ну, пока вы носились вокруг Ледышки, мы с Себастеаном покопались в твоём кабинете. Не обижайся, но тебе реально пора менять систему безопасности.
— Стерва… — выдохнул министр и откинулся на спинку кресла, запустив пальцы в волосы.
— Вот и Сёба то же самое сказал, — усмехнулась в ответ и подмигнула.
— Завтра всё будет готово. Заеду за тобой в два, устроит?
Я задумалась.
— Давай я сама приеду?
— Боишься? — усмехнулся гад.
— Не хочу рисковать, — пояснила я и отключилась. Теперь спать. И не думать…
Сложно не думать, когда над твоей кроватью кто-то старается не дышать.
«Ну что ты явился? Неужели не спится? Тогда спейся…» — возмущённо фыркнул внутренний голос и отвернулся. Я не знаю, чего хотел Крис, но я не рискнула спрашивать. В этом мире разговоры ни к чему не ведут…
* * *
Утром как обычно: улыбка на лицо, купель, новое кремовое платье с рукавом на три четверти и широким поясом, туфли в тон, сумочка и лёгкая боевая раскраска. Спустилась на кухню и заказала самый большой пирог с мясом, прикрепив записку — кому передать. Обязательно!
Завтрак попросила подать на крышу, чтобы в последний раз насладиться видом. Внутри поднималось волнение. Только бы не поддаться искушению «попробовать», нельзя этого делать. Особенно когда Крис сам не сильно идёт мне навстречу.
Я уже вышла во двор, когда внезапно появился Ледышка…
— Ты куда-то собралась? — настороженно поинтересовался он, окидывая внимательным взглядом.
— А ты уже вернулся? — в свою очередь поинтересовалась я.
Вампир замялся и сглотнул.
— Хотел с тобой пообедать, — нехотя признался он.
На секунду прикрыла глаза, чтобы не выдать эмоций, которые буквально разрывают изнутри. Только бы не сорваться.
— Извини… — как можно равнодушнее произнесла я. — У меня встреча с Себастеаном, хотим по магазинам прогуляться. Он обещал показать.
Ледышка нахмурился, но я знаю, что одну он меня вообще не отпустит.
— Ладно, — коротко произнёс он, не сводя с меня чёрных глаз, словно ожидая ещё чего-то. — Поужинаем? — не выдержав спросил он, когда я уже почти села в моп. Пришлось поджать губы и только потом повернуться.
— Ага, — скрепя сердце соврала я и быстро забралась в тарелку.
Эрик ждал меня внизу. Он не был рад и не старался притворяться.
— Ты меня подставила, — цедил он, ведя по закоулкам министерства. — Криспиан, когда узнает… Он терпеть не может, когда берут что-то его без спроса. А ты его. На любой планете…
— Смотри под ноги, — ровно произнесла и поставила подножку. — Видишь? — невозмутимо поинтересовалась.
Вампир лишь прищурился, сопя.
Меня привели в тёмную комнату с большим креслом в стеклянной капсуле. За пультом управления крутились вампиры в белых халатах и масках.
— Присаживайтесь в кресло и пристегнитесь, — велел «доктор». Эрик встал за стеклом.
— Мы вас не можем вернуть в то время, из которого забрали…
— Я понимаю, — волнуясь, кивнула я и забралась.
— Но в том мире время течёт иначе, думаю, с момента исчезновения прошло не больше трёх часов, — пояснил доктор, цепляя ко мне присоски.
— Ого! — удивилась я, обрадовавшись. Значит, родители не успели перевернуть весь город. Это хорошо. Застану их тёпленькими и смогу успокоить.
— Помните, что если кому-то расскажете об Эльмире, вас сочтут сумасшедшей и отправят в психушку.
— То есть вы не станете стирать мне память? — искренне удивилась я.
— Зачем? Полагаете, вам кто-нибудь поверит?
Пристыженно мотнула головой и откинулась на спину.
— Запускай! — крикнул врач и закрыл капсулу. Я приготовилась к отправлению домой, убеждая себя, что поступаю правильно…
* * *
Эльмир. Резиденция
«— Лиса?
— Я знаю, что если лот желает расторгнуть договор и вернуться на Землю, ему необходимо подать заявление в министерство безопасности. Видела документы на столе у Ледышки.
— Ты шустрая. Он тебя явно недооценил. А если я откажусь принять заявление?
— Ты, конечно, можешь, но тогда записи, на которых ты встречаешься с Викторией Радовой — и не только встречаешься, — попадут в другое министерство…
— Откуда?..
— Ну, пока вы носились вокруг Ледышки, мы с Себастеаном покопались в твоём кабинете. Не обижайся, но тебе реально пора менять систему безопасности.
— Стерва…
— Вот и Сёба сказал то же самое.
— Завтра всё будет готово. Заеду за тобой в два, устроит?
Я задумалась.
— Давай я сама приеду?
— Боишься?
— Не хочу рисковать…»
Вампир остановил запись и откинулся на спинку кресла, уставившись отсутствующим взглядом в стену. Пока он боялся того, что с ним происходит, сгорал от разрывающих изнутри противоречий, она нашла способ вернуться домой.
Злой смешок вырвался сам собой. Предатели. Кругом одни предатели…
Зачем было подпускать его так близко, чтобы бросить всё на полпути и сбежать? А ведь он почти поверил… Глупость какая! Говорить так много красивых слов о чувствах, чтобы не дать возможности даже задуматься, осознать… Пусть катится в свой чёртовый мир, так действительно будет лучше для всех.
Криспиан поднялся, даже не разломав стол, хотя такое желание возникло, и выпрыгнул в окно. Нет, это не попытка суицида: даже если бы захотел, ничего не выйдет, — просто решил прогуляться. Почему-то тянуло в его любимое место, дом рядом с озером, в который он хотел привести рыжую бестию, но так и не решился.
Оставив моп во дворе, вампир закрыл хлипкую дверь на засов и устроился у погасшего камина в кресле-качалке.
Дать ей уйти — вот что он должен сделать, потому что отпустить самостоятельно уже не в силах. Человечка и так перевернула в его размеренной жизни всё вверх дном, навела беспорядок, наследила своими шутками, язвительной речью, упрямством, оставила яркий отпечаток и запах…
Время давно потеряло для вампира значение, но впервые он заметил, как долго оно тянется. И чем ближе становился рассвет, тем сильнее проявлялась тревога, так несвойственная его спокойной натуре.
Уже в полдень Криспиан беспокойно ходил по дому, скрипя половицами, без конца проворачивая в голове миллионы мыслей.
«Так правильно». «Разве ты что-то можешь?». «Эльмир никогда не примет человека как равную, а на меньшее Лиса не согласится. Слишком упёртая, гордая, своенравная. Она не станет подчиняться системе и законам, которые ты привык соблюдать. Пусть уходит…»
Когда старые часы пробили час, вампир всё же не выдержал и запрыгнул в моп. Увидеть. Заглянуть в глаза напоследок. Убедиться…
Криспиан боялся, что опоздал, и чуть не вздрогнул от неожиданности, столкнувшись с человечкой во дворе.
Внезапно бросило в жар. Совсем не похоже на него. Вампир привык всегда держать ситуацию под контролем, а теперь, выходит, ситуация держит его. Таким беспомощным он, пожалуй, давно себя не ощущал.
— Ты куда-то собралась? — настороженно поинтересовался он, окидывая внимательным взглядом. «Проклятая бездна! Как девчонка похудела!», — злился вампир, видя, как выпирают кости, а мерзавка как нарочно надела тонкое обтягивающее платье, будто намеренно желая подчеркнуть худобу.
— А ты уже вернулся? — удивлённо спросила она, переводя тему.
Вампир замялся и сглотнул, впервые не зная, что ответить. Совсем превратился в губку, ещё немного и руки затрясутся. Хорошо, никто не видит его позорной слабости перед простой смертной.
— Хотел с тобой пообедать, — нехотя признался он, внезапно понадеявшись, что девчонка может остаться.
Лисавета прикрыла глаза, как всегда делал он, не желая показывать, что творится на душе. Неужели ей тоже тяжело далось это решение? Неужели сомневается? Если да, то почему?
— Извини… — как можно равнодушнее произнесла она, но вампир уловил горечь сожаления. — У меня встреча с Себастеаном, хотим по магазинам прогуляться. Он обещал показать.
Вампир нахмурился, но что предпринять, так и не понял.
— Ладно, — коротко произнёс он, не сводя с человечки чёрных глаз, словно ожидая, что она передумает. Попросить не уходить помешали гордость и предрассудки. — Поужинаем? — не выдержав, спросил он, когда девушка почти села в моп.
— Ага, — соврала она и скрылась в машине, забирая с собой последнюю надежду.
Дом встретил уже привычным и таким дурманящим запахом. Волнение сменилось опустошением и холодом.
— Лойд, — позвал вампир, собирая по крупицам свою уверенность и независимость.
Сид материализовался из воздуха и низко поклонился.
— Собери вещи… лота номер пять, — сухо распорядился вампир, заложив руки за спину. Всё закончилось? Жизнь вернулась в прежнее русло — так и должно быть, верно? А неприятная пустота, что поселилась в душе, — заполнится. Время и не такое лечит, ему ли не знать.
— Договорюсь со службой утилизации», — произнёс сид и уже хотел удалиться выполнять поручение, как был остановлен.
— Не надо. Сложи вещи… в коробки и оставь в моей комнате отдыха.
Слуга поклонился, а Криспиан направился в свой кабинет.
Странно, но как-то не верилось в происходящее. До последнего он был уверен, что рыжая упрямица никуда не денется.
Вампир усмехнулся над собой и рухнул в кресло.
«Ага, и не умрёт от старости, или от простуды, не сломает ноги, если ступит неаккуратно…» — иронизировал он, замечая, как быстро перенял язвительную манеру человечки.
Набрал номер на коммуникаторе и прикрыл глаза, дожидаясь ответа.
— Крис. У меня не было выбора, — сразу заявил Эрик, но Криспиан оставался внешне абсолютно спокоен.
Он многое бы мог сказать и многое сделать. Мысленно вампир позволил себе свернуть Эрику шею, за его непроходимую тупость и трусость.
— Как прошла отправка? — вместо этого спокойно поинтересовался он.
— Лот прибыла на место назначения. Состояние хорошее. Немного подташнивало, но это нормальная реакция. Прикрепили маячок: девушка взяла такси и направляется домой. Думаю, нет смысла дальше за ней следить…
— Думать тебе вообще не советую, — внезапно зло процедил Крис и сжал руку в кулак. — Продолжайте наблюдение. Только осторожно, она слишком внимательна к любым мелочам. Особенно теперь, я полагаю…
— Может, не стоит? — усомнился Эрик и был награждён негодующим взглядом.
— Не зли меня, — прямо пригрозил Криспиан. — Я уже начинаю жалеть, что устроил тебя на эту должность. И в следующий раз, когда решишь повестись на шантаж, изволь оповестить меня сначала, — вампир отключился, боясь сорваться. Как хорошо, что он не поехал в министерство.
Раздражает, когда свои же творят глупости за спиной. Ладно, рыжая… Нет, она-то как раз всё правильно сделала…
Крис разочарованно усмехнулся уже в который раз за сегодня и набрал Себастеана.
— Почему не доложил, что Лиса собирает компромат на Яр Грея?
— Добрый день, лиэр, — помощник не боялся, в отличие от Эрика, чем лишний раз доказал свою компетентность. — Спасал вашу репутацию. Чем дальше Лиса от вас, тем лучше.
— Это она сказала, или ты придумал? — раздражался вампир. Все кругом взяли привычку решать за него.
Себастеан растерялся.
— Она сказала, что Виктория Радова была беременна, и когда понесёт она, лишь дело времени, и тогда последствия станут необратимы… Лиса… — помощник замялся и выдохнул. — Она манипулировала мной, да?
Криспиан рассмеялся. Какая ирония. Простая человечка перехитрила всех. Эрик прав: он недооценивал её с самого начала и каждый раз ошибался. Лиса не перестаёт удивлять. Интересно, что творится в её голове, как понять, что движет её поступками?
Вампир отключился и направился к себе. Человечка спасла ему жизнь, а он подставил, обрёк на мучительную ломку… Вместо благодарности напал с обвинениями, всё искал подвох в её поступках, пытался рационально объяснить то, что объяснить невозможно.
Но теперь всё станет, как прежде: Лиса сделала правильный выбор. Из них двоих она оказалась мудрее…
* * *
Дни потекли до безобразия однообразно и вяло. Не то чтобы раньше вампир скакал от радости и был счастлив — по крайней мере, не был настолько опустошён.
То, что приносило удовольствие, стало бесить: книги раздражали одним своим видом, камин горел слишком ярко, подушки недостаточно мягкие и в рыжих волосах.
Всё чаще Криспиан стал «случайно» забредать в комнату человечки. Садился в её кресло, ощущая кожей её присутствие. Ложился на кровать и почти всегда засыпал. Даже слуга уже знал, где искать хозяина. Здесь вампир обедал, ужинал, но уже без энтузиазма, настолько привык к обществу вздорной девчонки, которая младше на каких-то пару тысяч лет, но всегда приятно удивляла эрудицией, мудростью и проницательностью.
Да что уж говорить, без неё министерство ещё долго бы ловило Даэра, которого, кстати, судили на днях. Его приговорили к искусственной заморозке на три тысячи лет. Крис не знал, смеяться или впору валить с этой планеты…
Всё больше тянуло в «другие края», и мысль о «переезде» уже не казалась такой дикой. Всё чаще стал вспоминать, по каким причинам он решил заиметь наследника. Ведь не просто так ему в голову пришла эта гениальная идея. Любил, наверное… Или может, хотел любви. Но эти мысли прятались от него, ускользали, не успевая оформиться в полноценные.
Только работа отвлекала, точнее позволяла забыться, но стоило переступить порог резиденции, как гнетущее одиночество принимало в свои безрадостные объятия и гнало наверх, в комнату человечки.
Всё так бы и продолжалось, вероятно, пока однажды ему не подарили новый лот…
Правительство, вернее несколько его членов во главе с Эриком Яр Греем, решили, что министру внешней безопасности стыдно не иметь хоть один лот. Через десятые руки, в обход аукциона, Эрик привёз новую девушку, добровольно подписавшую договор.
— Это Марина, — торжественно представил он, привлекая внимание управления. Себастеан поднялся из-за стола и вышел, смотря на рыжеволосый лот в недоумении.
Криспиан бы не позволил себе сказать что-то грубое в присутствии девушки, пусть даже глупой человечки, но очень хотелось.
— Прощу прощения, Марина, — он вежливо кивнул и жестом подозвал помощника. — Присмотри и напои гостью чаем.
Стоило ему зайти в кабинет, напускное спокойствие быстро сдулось.
— Охренел?! — не церемонясь, поинтересовался Крис. Эрик неприязненно поморщился в ответ.
— Не моя идея. Все вопросы к твоему начальству, это они заказали… Подарок для тебя.
Вампир прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Знаешь, я дарю её тебе, — мысль пришла сама собой и показалась правильной. — Но ты уточнишь у девушки, не хочет ли она домой. И постарайся, чтобы… не как в прошлый раз.
Эрик заметно удивился.
— Так просто? Тебе даже не интересно? Марина очень скромная и исполнительная человечка, она не станет трепать тебе нервы, подобно Лисаве…
— Даже имя её не произноси, — сухо оборвал Крис и вылетел, впервые хлопнув дверью.
«— Я не поняла, вы себя в чём-то убедить хотите или меня? Я-то могу хотеть одно, а делать совершенно другое. Мне приятны поцелуи, не стану скрывать, как и то, что… Как и то, что я разглядела в тебе гораздо больше, чем ты готов показать… Мне это не нравится. Не нравится пропасть между нами, она слишком велика и на одной страсти мост не перейти. Нужно понимание, уважение, поддержка, обоюдное желание… А противостояние, гордость, стереотипы — они ведь расшатывают хлипкое доверие между нами. Можно свалиться… Отпусти меня домой, слышишь? Упрости жизнь себе, мне и всему вампирскому обществу. Мы оба ходим по краю, себе-то хоть признайся. Ладно, я — глупая человечка, но ты-то древний вампир, должен понимать к чему такие игры приводят…»
Криспиан даже споткнулся. Озарение пришло внезапно. Маленькая упёртая девчонка сама попалась. Попалась, как он, и испугалась не меньше, может даже больше. И рассудила ведь точно так же: у них нет совместного будущего, слишком разные, в прямом смысле этого слова, — поэтому и сбежала, желая уберечь не только себя, но и его.
А кто знает наверняка, как всё сложится? Никто. Кто даст гарантию, что у них ничего не выйдет? Весь мир против них, но они есть друг у друга, и рядом с ней нет ощущения пустоты и безысходности.
Так много можно ей показать, рассказать, научить. Вместе встречать рассветы и вместе смотреть фильмы куда интереснее; слышать её смех, сносить язвительные шутки, наслаждаться обществом. И даже кровь не имеет значения…
От волнения стало трудно дышать, Криспиан изменил направление. Вернуть. Нет. Сделать так, чтобы захотела вернуться. Вот. Вот так правильно…