Глава 47. Теперь не отвертишься, Элея!

Реодор был полон решимости разоблачить Элею. Прилетев в Академию, он решительно направился к дверям общежития, чтобы ткнуть ей в лицо доказательства ее вины. Но лишь прикоснулся к ручке, как дверь распахнулась со всего размаха. На пороге появилась Элея — источник его плохого настроения.

— Это не мое, — тут же открестилась Элея, с полной уверенностью в своей невиновности едва он предъявил грибы.

Глядя в эти спокойные и уверенные голубые глаза, Реодор чуть сбавил напор. Было что-то в них такое, что заставило его сомневаться. Вспомнилась и уверенность Нэлма в Элее, и то, что девочки уже пытались изгнать из нее демона.

В душе забрезжила надежда, что если в ней и был пустошник, то давно покинул. Странно только, что сама Элея при этом осталась жива. Такого еще не бывало. Поймав себя на желании верить ей, Реодор ругнулся сквозь зубы.

Отступив, он оглядел Элею. Она была совершенно другой. Похудевшая, в форме, которая своей строгой чернотой только подчёркивала свежий персиковый цвет лица, она представляла собой полную противоположность той подавленной и нервной Элее, которую он помнил.

Его взгляд остановился на розовых губах, и вдруг Реодор вспомнил с отчётливостью молнии, что она — его невеста. Сглотнув так, что дернулся кадык, он не отрывал взгляда от губ Элеи. Забытое желание овладело им. Дело ли в утомлении после бессонной ночи или в том, что утренний свет розовыми оттенками подкрашивал Элею, заставляя ее волосы сиять, а глаза быть такими яркими, но Реодор не сдержался. Он резко шагнул к ней и подняв жесткими пальцами ее за подбородок, впился в ее губы.

Ощутив сопротивление, он только углубил поцелуй, не давая выскользнуть из его рук. Поцелуй дурманил, разогревал кровь, заставляя ее пульсирующими волнами разгоняться по телу и разжигать страсть.

Но внезапная обжигающая пощечина привела его в чувство. Оторвавшись от мягких губ, Реодор зло посмотрел на Элею.

— Возможно, ты не песчаная демоница, — произнес он, и с нажимом повторил: — Уже не песчаная демоница. Но ты моя невеста. И тебе придется привыкнуть к этой мысли.

Развернувшись, Реодор направился в сторону учебной части. Он кипел внутри. Противоречия разрывали его. Не мог не признать, что Элея стала привлекательней, и будила его желание. Но вся эта мутная история с пустошниками, подземным ходом и попыткой его убийства Элеей поднимали в нем глухое раздражение. Он должен был разобраться, прежде чем выполнять клятву крови, горгун ее подери.

Элея.

Я смотрела вслед Реодору, встревоженная и обозленная. Как он смеет себя вести, словно я уже его собственность? Что же будет, если я не успею сбежать до того, как брак будет заключен?

Что за клятва крови связывает этих двоих?

Узнать бы побольше об этой истории. Но сейчас я торопилась к горгуну, чтобы понять, как расшифровать руны и использовать их для обратного обмена. Лишь на секунду, на мельчайшее мгновение я закусила губу, подумав о Нэлме и о разлуке с ним. Но и останься я в этом мире, все равно не быть мне с ним.

Поэтому я скользнула вдоль стены общежития к лесу, пробираясь между клумбами и ароматными облаками цветущих кустов.

— Златопёр! — задрав голову я осмотрела ближайшие деревья. Хотя на востоке занималась заря, но здесь, под сенью густых крон все еще царил полумрак. Один из дремавших горгунов нехотя опустил голову и, растянув пасть в долгом зевке, вновь закрыл глаза, причмокивая во сне. Другие и хохолком не повели.

Я покрутилась на месте, оглядывая толстые высокие ветки со свесившимися с них лапами, хвостами и крыльями. Все они настолько одинаковы. Как мне найти своего?

— Златопер! — снова крикнула я, и в отчаянии постучала по одному из стволов.

Словно в ответ на мой стук земля вокруг заколыхалась, вздыбилась, и из нее показались знакомые бледные головы с фасетчатыми огромными глазами и подергивающимися жвалами.

Сердце запнулось на миг, а потом забилось с утроенной силой. Я отступила, а потом развернулась и бросилась бежать обратно, не тратя времени на крик. Но прямо передо мной из-под земли вырос новый заградительный отряд пустошников. Они угрожающе стрекотали и наступали. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что меня взяли в кольцо.

«Это конец!» — мелькнуло в голове, но песчаные демоны кружили вокруг, шелестя и стрекоча, не нападая.

«Ждут сигнала? Ждут повода от меня?» — ожидание смерти было мучительно. Академия рядом, но пустошники еще ближе. И смерть от зазубренных кинжалоообразных конечностей пустошников была более вероятна, чем эфемерный шанс на помощь.

Тяжело дыша, я смотрела на перемещающихся вокруг пустошников, как внезапно их движение прекратилось. Одновременно склонившись, они положили на землю передо мной те самые грибные шарики.

Прежде чем я пришла в себя от изумления, пустошники так же вкопались в изрытую землю и исчезли.

Я остолбенело стояла в грибном кругу, как ведьма из сказок, как внезапно хмыканье привело меня в себя. Прислонившись к ближайшему дереву, весьма довольная собой стояла Анжи. А позади нее подходил Реодор. Оценив картину, он сжал челюсти так, что загуляли желваки и вонзил острый взгляд в меня.

— Я все видела, — нараспев сказала Анжи. — Теперь не отвертишься, Элея!