Глава первая

Ночь прошла весьма мирно. Вопреки всем моим дурным ожиданиям, Шейн сдержал слово. Более того, он вообще не лег спать. Дождался, когда я приму ванну и шмыгну в постель, крепко-накрепко завязав пояс огромнейшего бесформенного халата, который и не подумала снять, после чего сел к окну и замер, уставившись отсутствующим взором в темень, плескавшуюся снаружи. Естественно, задавать ему какие-либо вопросы я поостереглась. А то еще навоображает себе каких-нибудь пошлостей. Не хочет спать – мне же легче.

Я была уверена, что проворочаюсь весь остаток ночи. Как-то нелегко расслабиться, когда совсем близко от тебя сидит полудемон. Но ошибалась. Я мгновенно отрубилась, едва моя голова прикоснулась к подушке. И так же резко проснулась, когда комнату заливал неяркий свет пасмурного утра.

Шейн как будто вообще ни разу не пошевелился за все это время. Его поза осталась той же, а глаза все так же были устремлены в никуда.

Я осторожно кашлянула, гадая, что это с ним.

Шейн медленно моргнул, выходя из оцепенения, и посмотрел на меня.

– Тесса, мне не нужен сон, как обычному человеку, – проговорил он, предупреждая мои вопросы. – В случае необходимости я впадаю в своего рода анабиоз, в котором способен провести много лет при необходимости.

– А вчера ты мне про это не мог рассказать? – ворчливо поинтересовалась я.

– Мне было забавно наблюдать за тобой и за тем, как ты волнуешься, – с улыбкой ответил Шейн.

Я промолчала, проглотив так и крутящуюся на языке колкость. Здравый смысл подсказывал, что сейчас не лучший момент для выяснения отношений. Подумать только, совсем скоро я предстану перед верховной ведьмой Грега!

Эта мысль так крепко засела в моей голове, что за завтраком кусок мне в горло не шел. Я мрачно размазывала по тарелке воздушный омлет, который приготовил отец, тогда как мои спутники вовсю наслаждались едой.

– Вы прекрасно готовите, господин Аддамс, – проговорил Маркус. – Просто великолепно!

– Ох, спасибо! – Отец от неожиданной похвалы зарделся. – Знаете, люблю я это дело. Всю душу в него вкладываю. У Эмили хорошо получаются зелья, но с обычной едой всегда случаются какие-то проколы. То пересолит, то недоварит.

– Потому, что это скучно, – проговорила мать, входя на кухню, где мы расположились. – И потому, что в этом нет никакого вдохновения. Зелье без магии не сваришь, а чары – это всегда нечто необычное и волнующее. А какое заклятие добавишь в банальный суп?

– О, по этому поводу ваша дочь могла бы поведать вам о новейшей столичной моде, – насмешливо произнес Шейн.

– Не стоит! – Маркус грозно нахмурил брови и весь передернулся. – Мне сегодня и так кошмар приснился с подмигивающей яичницей, которой нас Тесса попотчевала. Промолчу уж про разговаривающие блинчики.

Мать и отец удивленно переглянулись, но задать какие-либо вопросы не успели. В этот момент Маркус отложил в сторону салфетку, встал и проговорил, обращаясь ко всем сразу:

– А теперь мы с Тессой хотели бы навестить Терезу. Полагаю, чем быстрее мы завершим столь неприятное дело, тем будет лучше.

Шейн тоже встал. А вот я осталась сидеть, с трудом поборов предательский порыв залезть под стол и завыть там от ужаса.

– Полагаю, Шейла, будет лучше, если ты останешься, – тут же сказал Маркус. – Вопрос моего развода касается только нас троих. Ты будешь лишней.

А вот теперь желание залезть под стол стало просто-таки невыносимым.

Я думала, что Шейн будет сопровождать нас к верховной ведьме. Что скрывать очевидное, не доверяла я Маркусу. Сегодня он выглядел намного веселее, чем вчера, и мне это не нравилось. С чего вдруг у него так резко улучшилось настроение? Уж не от ожидания ли скорой встречи с любимой женщиной?

Шейн чуть наклонил голову, молча глядя на инквизитора. Воздух на кухне принялся неумолимо сгущаться, как всегда при ссоре этой парочки.

– Он прав, – поторопилась вмешаться мать, видимо ощутив скрытое напряжение. – Девочка моя, поможешь по хозяйству. Покажу тебе наш магазинчик. Когда еще побываешь в гостях у ведьмы.

Шейн едва заметно дернул щекой, но вдруг опустился обратно на стул.

– Госпожа Аддамс, буду счастлива составить вам компанию на этот день, – прощебетал он.

Маркус позволил себе короткую торжествующую усмешку. И протянул мне руку.

Вот ведь гад! Понимает, что при родителях я не рискну выяснять отношения. Да и Шейн не станет настаивать, поскольку его желание увязаться с нами тоже будет выглядеть донельзя странно.

А еще меня очень тревожило то, что с момента приезда я ни разу не слышала и не видела Мора. Он-то куда подевался?

«Да здесь я, – в этот момент раздалось чуть слышное. – Тесса, мы сейчас на территории Терезы. Поэтому я стараюсь не высовываться лишний раз. Почует ведь».

Дорога до дома верховной ведьмы заняла не больше получаса. Отец пытался было увязаться за нами, но Маркус выразительно посмотрел на него – и тот сразу же стушевался.

Стоило признать, что верховная ведьма жила на широкую ногу. Ее особняк, один из самых больших в Греге, располагался на главной площади города, носящего то же название, что и вся провинция. Около дверей нас уже встречала высокая чопорная служанка в черном шерстяном платье, которое слегка оживляли белый кружевной фартук и накрахмаленный чепчик, приколотый к седым волосам. При виде нас она чуть склонила голову и молча взмахнула рукой, предлагая следовать за ней.

Это мне не понравилось. Очень сильно не понравилось. Откуда Тереза знает, что мы уже в Греге? Неужели она настолько могущественна?

Наверное, еще никогда в жизни я не боялась так, как сейчас. Даже когда в восьмилетнем возрасте вопреки строжайшим запретам стащила метлу матери, чтобы попробовать на ней полетать, да так и застряла на верхушке ближайшей березы. Помнится, я тогда так испугалась гнева матери, что несколько часов просидела на ветвях тише мыши, хотя прекрасно видела, какая кутерьма началась дома, когда обнаружилось, что я пропала. Уши заранее горели от неминуемой трепки, сердце тревожно екало каждый раз, когда кто-нибудь проходил мимо дерева. Я и не думала отзываться на крики, всерьез вознамерившись остаток жизни провести здесь. Со страха даже умудрилась создать блокирующее заклинание и успешно отражала все поисковые чары.

Ух! Я досадливо поморщилась, вспомнив, как мне тогда попало. Отец, который не разделял строгих методов воспитания матушки и у которого всегда можно было найти спасение от заслуженного наказания, в этот раз даже не подумал встать на мою защиту. Более того, он лично отхлестал меня ремнем по мягкому месту. Это был первый и последний раз, когда он лично вмешался в процесс справедливого воздаяния за мои проступки.

Служанка проводила нас в просторную гулкую гостиную. Так же молча указала на кресла и бесшумной тенью выскользнула прочь, видимо отправившись с докладом к хозяйке.

Я настороженно огляделась по сторонам. Ну, одно радует: комната выглядит совершенно обычной. Никаких магических кругов, никаких алтарей, никаких зловещих предметов культа поклонения богине ночи. А с другой стороны, было бы странно, если бы в гостиной Тереза держала свидетельства своих многочисленных злодеяний.

Так или иначе, но тут было очень уютно. Под потолком плавали яркие магические шары, компенсируя недостаток солнечного света – в Греге пригожие деньки были так же редки, как и ливни в пустыне. На полу лежал роскошнейший ковер нежно-персикового цвета. Около столика с напитками полукругом расположились старинные дубовые кресла с кожаной обивкой. Над каминной полкой висели какие-то грамоты и медали.

Заинтересовавшись, я подошла ближе. Замерла, вчитываясь в названия свитков.

– Это мои награды за многолетнее взаимовыгодное сотрудничество с магическим надзором, – раздался позади приятный женский голос. – И не только. Я принимаю активное участие в политической жизни страны. Поэтому его величество множество раз удостаивал меня официальными поощрениями за работу по интеграции ведьминского сообщества в обычную жизнь Трибада, а также за участие в расследовании самых тяжелых и запутанных преступлений, связанных с использованием колдовства, в том числе и запрещенного.

Я торопливо повернулась и замерла, во все глаза уставившись на верховную ведьму Грега.

Тереза Гремгольд смотрела на меня с едва уловимой насмешкой, мерцающей в глубине ее темно-зеленых глаз. Путем простейших расчетов выходило, что ей никак не меньше шестидесяти лет, а то и больше. Но передо мной стояла молодая женщина, которой от силы можно было дать тридцать. Густые волосы, скрепленные по бокам жемчужными заколками, плотными локонами спускались на плечи. Бархатное синее платье с широким кожаным поясом выгодно подчеркивало по-девичьи высокую грудь и стройную талию. На пухлых чувственных губах, слегка тронутых кармином, застыла легкая улыбка.

Да, до сего момента я уже видела Терезу лично – когда она вручала мне диплом. Но это заняло не больше минуты. Я получила заветную корочку, пожала изящную руку верховной ведьмы и услышала сухие официальные слова напутствия. Уверена, что она меня даже не запомнила в череде выпускниц. Но сейчас, стоя совсем рядом с ней, я вдруг почувствовала, какая энергия идет от Терезы.

Верховная ведьма чуть изогнула бровь, и, опомнившись, я склонила голову, приветствуя ее.

– Доброе утро, госпожа Гремгольд, – проговорила каким-то тоненьким и смешным детским голоском.

– Доброе утро, Тесса Аддамс, – ответила она. – За последний год ты ни капли не изменилась. Не думала, что ты так скоро вернешься из Дареса.

Неужели она следила за моей судьбой после школы? А впрочем, как-никак я ее племянница.

– Как поживает мой брат? – спросила Тереза. – Передай ему, что я скучаю. И всегда жду его на чашечку чая в моем доме. Естественно, вместе с его очаровательной супругой.

Интересно, мне почудилось или в ее тоне на какой-то миг прорезался отзвук затаенного злого смешка?

Я посмотрела на Терезу, но она по-прежнему доброжелательно улыбалась мне.

– Здравствуй, Тереза, – в этот момент проговорил Маркус и сделал шаг вперед.

Тереза медленно перевела на него взгляд. Улыбнулась шире – и с замиранием сердца я заметила, как Маркус побледнел после этого, а его зрачки стремительно расширились.

– Здравствуй. – Тереза благосклонно кивнула бывшему инквизитору. – Рада, что ты в полном здравии. Я очень переживала о тебе. Мог бы послать весточку, что у тебя все в порядке.

Маркус побледнел еще сильнее, хотя это казалось невозможным. Дернул кадыком, как будто проглотив какое-то слово.

Я увидела, как отчаянно он сжимает кулаки. Ох, прав был Шейн. Маркус все еще любит Терезу.

– Итак, я слушаю вас. – Тереза широко взмахнула рукой, показав нам на кресла. – Присаживайтесь. По какой причине вы решили навестить меня?

Я повиновалась. Опустилась на самый краешек сиденья, выпрямив спину и крепко вцепившись в подлокотники. А вот Маркус остался стоять. Тереза словно не заметила этого. Подошла к столику с напитками, ловким движением раскупорила бутылку вина и разлила алую жидкость по трем бокалам.

– Тереза, я… – глухо начал Маркус. – Мы… Нам… – и замолчал, явно не в состоянии закончить фразу.

– Не волнуйся, мой дорогой. – Тереза вручила ему бокал. Подняла свой и игриво взглянула на инквизитора сквозь переливы красного. Добавила с иронией: – Полагаю, ты приехал сообщить мне, что твоя любовь прошла. Верно?

Я нервно заерзала в кресле, недовольная тем, что меня верховная ведьма своим вниманием обошла. Столик с напитками стоял слишком далеко, поэтому мне пришлось бы встать, чтобы взять бокал. Как-то глупо и невежливо это будет выглядеть.

А с другой стороны, я бы все равно не рискнула ничего пить или есть в этом доме. Вдруг отравят или опоят каким-нибудь зельем?

Стоило мне так подумать, как Маркус одним глотком осушил свой бокал. Я аж забулькала от мысленного возмущения. Что он творит? А вдруг там яд? Вон сама Тереза даже не притронулась к напитку!

– Мы с Тессой решили пожениться, – выдохнул Маркус, по-прежнему глядя только на Терезу. – Поэтому я бы хотел получить твое разрешение на развод.

Тереза негромко вздохнула. Поднесла было бокал к губам, но в последний момент передумала и поставила его обратно на столик.

– Странный у нас, однако, получился брак, – проговорила она. – Одна только ночь – и целый год разлуки. А я ведь действительно переживала о тебе, Маркус.

– Ты бы могла приехать в Дарес, – ответил Маркус.

– А ты мог бы приехать в Грег, – парировала Тереза. – Но не сделал этого. Почему? Только не оправдывайся работой. Ты покинул надзор почти сразу, как целители поставили тебя на ноги.

От волнения я была готова грызть ногти на руках. Как-то совсем не так я представляла эту встречу. Я думала, что Тереза сразу же начнет юлить, возможно, примется кричать и обвинять Маркуса во всех грехах. Ну и мне заодно попадет как подлой разлучнице. Но верховная ведьма Грега говорила тихо и словно с сочувствием, без ненависти и надрыва. Поневоле задумаешься, виновата ли она во всех тех жутких вещах, о которых мне рассказали. Вдруг произошла какая-то ошибка?

– Кстати. – Тереза вдруг отвлеклась от разглядывания понурившегося Маркуса, не торопившегося с ответом, и посмотрела на меня. Грустно вздохнула, проговорив: – Девочка моя, передай своей матери мои глубочайшие соболезнования. Я слышала, что ее младшая сестра погибла.

Под ложечкой тут же неприятно засосало. Нет, Тереза точно знает о том, что именно Ванесса украла ее гримуар! Интересно, догадалась ли она, что книга сейчас у меня? Боюсь, что да.

– А еще я слышала, что у тебя возникли огромные проблемы, – продолжила так же мягко и вкрадчиво Тереза. – Что ты натворила в Даресе, раз на тебя спустили всех ищеек королевства?

– Я была помолвлена с Брионом Ашбаем, – затараторила я загодя приготовленную легенду, которую накануне выложила родителям. – Это сын столичного бургомистра. Но он изменил мне – и я… Я уехала в дом Ванессы, которая к тому моменту уже умерла. Надеялась, что расстояние и время поможет мне забыть неверного жениха. Там встретила Маркуса – и влюбилась. Ну а Брион оказался не согласен с таким поворотом событий. Принялся преследовать меня и запугивать. А когда узнал о грядущей свадьбе, то вообще как с ума сошел и поднял все свои связи, лишь бы упечь меня в тюрьму.

Я перевела дыхание, выпалив все это. Между прочим, в моем рассказе не было ни капли лжи. Если не считать, конечно, того, что в действительности Маркус и не думал делать мне предложение руки и сердца.

Тереза выслушала меня спокойно, не сделав ни малейшей попытки перебить. Правда, когда я заговорила о Маркусе и его любви ко мне – легкая тень пробежала по ее лицу. Которая, однако, почти сразу растаяла.

– Ванесса вроде бы погибла совсем недавно? – спросила она. – Не больше месяца назад.

К чему это она клонит, интересно? Или намекает на то, что она знает, что мы знаем, что она ее и убила?

Тьфу ты! От столь мудреных рассуждений даже голова закружилась.

– Помнится, мы с тобой до нашей свадьбы тоже были знакомы всего ничего, – неожиданно пришел мне на помощь Маркус. – Да, мы с Тессой вместе не так давно.

– Но ты уже готов связать с ней свою судьбу, – без намека на вопрос сказала Тереза.

– Почему бы и нет? – Маркус меланхолично пожал плечами. – Разводы в Трибаде не запрещены, насколько тебе известно.

– Поскольку ты у меня просишь именно развод, то, естественно, мне это известно, – ответила Тереза. И впервые в ее тоне прорезались ядовитые нотки.

Какое-то время в гостиной было тихо. Маркус и Тереза стояли друг против друга. И я буквально всей кожей чувствовала, какое напряжение между ними воцарилось. Интересно, если сейчас щелкнуть пальцами – ударит ли молния?

– Как ты собираешься решить свою проблему с магическим надзором? – вдруг спросила Тереза.

Смотрела при этом она по-прежнему на Маркуса, поэтому я не сразу поняла, что обращаются ко мне.

– Э-э… – неуверенно протянула я. – Не знаю. Мы с Маркусом вернемся в Дарес и все объясним. Наверное, так будет правильнее всего.

– Представители надзора имеются и в Греге. – Тереза моргнула и искоса глянула на меня. – Завтра вечером у меня будет званый прием по случаю моего дня рождения. Считайте, что вы оба приглашены. Приходите. И посмотрим, как можно уладить это небольшое недоразумение.

– Спасибо, – удивленно отозвалась я.

– К завтрашнему дню я также подготовлю бумагу о расторжении нашего брака, Маркус. Тебе останется лишь подписать ее. – Тереза подняла руку, поправила волосы, словно невзначай сверкнув при этом холодным блеском бриллиантов на массивных кольцах. – И на этом позвольте завершить нашу встречу.

Маркус странно дернул кадыком, как будто хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Кивнул и первым отправился к дверям, даже не посмотрев в мою сторону.

– До свидания, – вежливо проговорила я, поспешно встав. И тоже со всей возможной скоростью рванула за инквизитором, осознав, что в противном случае останусь с Терезой один на один.

– До скорой встречи, Тесса Аддамс, – донеслось напоследок.

Путь домой прошел в полнейшем молчании. Маркус шел быстро, не оглядываясь на меня. Мне пришлось почти бежать, лишь бы не отстать окончательно.

Ох, не нравится мне его поведение!

Стоит ли удивляться, что в родной двор я ворвалась запыхавшаяся и раскрасневшаяся. Успела заметить, как Маркус вихрем промчался мимо матушки и Шейна, которые расположились в беседке и перебирали какие-то травы, прогрохотал сапогами по крыльцу и скрылся внутри дома.

– Что это с твоим женихом? – удивленно спросила матушка, проводив инквизитора озадаченным взглядом. – Неужели Тереза отказалась давать ему развод?

– Да нет, – тяжело дыша, ответила я. – Напротив. Сказала, что к завтрашнему приему все необходимые бумаги будут готовы.

– К приему? – переспросила матушка. Тут же всплеснула руками. – Ах да. Завтра же у Терезы день рождения. Юбилей настоящий. Ей шестьдесят исполняется. По-моему, весь Грег пригласила. Ну, кроме нашего семейства, естественно.

Я с затаенной завистью вздохнула. Стало быть, я не ошиблась в оценке возраста верховной ведьмы. Но как здорово она выглядит для своих лет!

– Нас с Маркусом она как раз пригласила. – Я подошла и устало опустилась на лавочку рядом с Шейном, который крутил в руках засушенную веточку лаванды. – Даже пообещала уладить мои проблемы с ведьмнадзором. Кстати, и тебя с отцом звала на чашечку чая как-нибудь.

– Тереза Гремгольд пригласила нас на чашечку чая? – Матушка не выдержала и рассмеялась. – Вот уж спасибо! Но, пожалуй, мы откажемся.

– Почему? – вдруг спросил Шейн. – Тесса рассказала мне о ваших напряженных отношениях. Но вам не кажется, что любая вражда рано или поздно должна закончиться? Вашему браку много лет и его уже вряд ли расстроишь. Возможно, Тереза и впрямь хочет помириться с единственным братом.

Матушка не торопилась отвечать. Она вновь принялась перебирать пахучее разнотравье, тщательно сортируя его по одним только ей ведомым признакам.

– Сложный вопрос, – наконец негромко сказала она. – Тереза уже не единожды делала подобные попытки. В самый первый раз я даже поверила в ее добрые намерения. Тот вечер, пожалуй, стал худшим в моей жизни. Ну, если не считать дня, когда умерла мать. Тереза была сама любезность. Рассыпалась в наилучших пожеланиях, клялась в том, что все дурное осталось позади и теперь она всецело одобряет выбор брата и очень рада за нашу семью. Но… Всю следующую неделю после этого я не могла встать с постели. Я даже путь домой толком не запомнила, хотя выпила бокал вина, не больше. Мне снились кошмары. Каждую ночь мне чудилось, будто едва я закрываю глаза – как попадаю в объятия огромного паука, который высасывает из меня энергию. За несколько дней я исхудала до невозможного состояния. Мои волосы вылезали клочьями. Но это не было проклятием. Мать, тогда она еще была жива, сбилась с ног, отпаивая меня целебными снадобьями. Никто не мог понять, что со мной приключилось. Никаких чар на мне не было. Тереза постоянно присылала мне букеты с записками, где желала скорейшего выздоровления. Но от запаха этих цветов мне становилось еще хуже. Едва наступала ночь, как приятный аромат оборачивался запахом гниющей мертвечины. – Матушка смущенно улыбнулась и спросила почему-то Шейна, который внимательно слушал ее: – Не веришь мне? Наверное, звучит как бред.

– Почему же? – возразил он. – Очень даже верю. Но как вам удалось выздороветь?

– Благодаря матери. – Матушка опять зарыла руки в травы. – Она провела ритуал передачи энергии. После этого я быстро пошла на поправку, а Джейс Аддамс стала так же быстро угасать. Не прошло и полугода, как она предстала перед судом богов. И перед смертью попросила только об одном – никогда больше не принимать Терезу Гремгольд у себя в гостях и избегать с ней даже случайных встреч. – Она вздохнула и совсем тихо завершила: – До сих пор я думаю, что она обменяла мою жизнь на свою.

– Отец в курсе? – поинтересовалась я.

– О, ты знаешь отца. – Мать печально усмехнулась. – Он крайне далек от магии. Да, он очень переживал, когда я заболела. И так же искренне обрадовался, когда выздоровела. Моя просьба воздержаться от общения с Терезой его удивила, но возражать он не стал. Ты же знаешь, твой отец всегда был своего рода изгоем в семье.

Мать замолчала, а я задумчиво прикусила нижнюю губу.

Вот, значит, как. До сего момента я думала, что Тереза повинна только в смерти моей тети. А оказывается, и бабушка погибла из-за нее. Воистину, верховная ведьма Грега стала настоящим проклятием для нашего рода!