20. День свадьбы

— За твое здравие, князь! — Император Агор поднял бокал в приветственном жесте и с нескрываемым наслаждением отпил, — Ооо, это ваше можжевеловое вино. Будто сам великий ворон делал. Присылай мне по бутылочке в месяц, и я навечно твой должник, Конуг.

Арн усмехнулся, поглядывая поверх кружки на главного Родэна: седого как лунь старика, расплывшегося со временем от чрезмерной любви к вкусной еде и изысканному питью. Только глаза остались пронзительные, горящие, молодые, как у всех них. Бездонный родэновский взгляд. Посмотрит подольше и охота душу перед ним вывернуть, ведь, кажется, и так все знает про тебя.

— А ты что так водой разбавляешь? Это же кощунство просто, — фыркнул Азар Родэн, верховный лорд, бесцеремонно заглядывая Арну в кубок. За время похода они достаточно сблизились, чтобы не считаться с некоторыми правилами приличий.

— Если я начну пить с восьми утра, к пяти вечера не смогу выдавить внятное "согласен", — пробормотал Арн, отодвигая кружку от любопытного носа Азара.

На самом деле ему вообще ничего в горло не лезло. Не хотелось ни есть, ни пить. Только круги наворачивать по залу в ожидании, когда огромные настенные часы покажут ровно восемь. Он в сотый раз поднял взгляд на непростительно медленно ползущие стрелки. Три минуты осталось. Как на месте то усидеть. Откинулся на высоком стуле, обводя глазами зал, где сейчас проходил праздничный завтрак. Потом охота и в пять вечера церемония. Свадьба. ЕГО свадьба. Конуг и думать не думал, что будет так нервничать. С чего бы, это просто обряд.

Но в итоге его трясло еще с прошлого вечера, и с каждой минутой становилось только хуже. Да и задуманная хитрость спокойствия не добавляла. Но Арн уже решился, все обдумал и отступать не собирался. Как и большинство жестких людей, он, выбрав путь для себя единожды, принимал его безоговорочно и не позволял зернам сомнения произрастать внутри. Контракт для церемонии был вчера отдан жрецу в великую обитель Ворона, оба фамильных кольца заговорено. И белоснежные шелковые простыни постелены… Просто быстрей бы. Ожидание, неизвестность невыносимы.

Взглянул на Ингу, сидевшую рядом с Китом и нагло улыбнувшуюся ему. Ответил кривой ухмылкой. Я, сука, тебе лично лопату для навоза вручу. Посмотрим, как будешь улыбаться. Вот только дай пару недель со змейкой разобраться.

Тут же нервно передернул плечами, хмурясь. По крайней мере, Арн очень надеялся, что это займет пару недель, но с Ари конечно сложно планы строить. В большую залу вошел глашатай и громко постучал мечом в ножнах по каменному полу.

Все замерли, устремив пристальные взоры на распахнутые двухстворчатые двери.

— Его высочество принц Макс Родэн, принцесса Анаис Родэн, леди Лора Родэн, наследный принц Рэм Родэн, принц Ронар Родэн, сэр Агор Родэн, сэр Питер Родэн и леди Ариадна Родэн.

Конуг вцепился в подлокотники, порываясь встать для приветствия, но тут же был возращен на место на удивление крепкой для старика рукой Верховного лорда. Ну да, он же князь теперь, ему не пристало вставать в своем замке. Только перед императором. Арн, не мигая, уставился на вошедших, замерев. Ариадна шла последней, и за толпой родственников ему был никак не разглядеть ее. Он нахмурился от нетерпения и перевел взгляд на ее отца, идущего первым.

Макс Родэн, как обычно у них теперь повелось после той роковой ночи в академии, одарил его презрительным взглядом. Казалось еще чуть-чуть и под ноги плюнет. На что Конуг только насмешливо приподнял бровь, щурясь. Можешь хоть год пытаться во мне дырку прожечь, папаша, от этого я твою дочку иметь не перестану. Родэн отвернулся, злясь, правильно истолковав наглый взгляд будущего зятя, и проговорил положенные слова, смотря куда-то поверх головы Арна.

— Я и моя семья приветствуют тебя, Арн Конуг, пятнадцатый князь Севера из рода потомков Великого Ворона. В этот день, освященный богами Элии, да соединятся крылья ворона и грифона. И да — Макс скривился, будто целый лимон разом заставляют прожевать. Тяжко вздохнул и продолжил слегка севшим голосом, — покорится грифон, распахивая объятия и выпуская из гнезда дочь свою, чтобы принял ее ворон.

Договорив эти мучительные для себя ритуальные слова, Родэн наконец посмотрел в упор на сияющего как медный таз Конуга, который даже и не пытался скрыть, насколько наслаждается его вынужденным смирением. Арн по-мальчишески задорно улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов, и наконец встал, как того требовали обычаи.

— Я и моя семья приветствуют тебя, Макс Родэн, принц Элии. В этот день, освященный богами Элии, да соединятся крылья ворона и грифона. И да, — он сделал паузу ровно в том же месте, что и Макс, нахально ему подмигнув, — примет ворон новую дочь под свое крыло, отрекшуюся от грифона.

Родэн побагровел. Этот щенок его еще и передразнивает. Хотел уже было что-то сказать, но почувствовал тонкую руку на своем плече.

— Папа, ты обещал, — прошептала Ариадна ему на ухо, — Арн всего лишь отвечает на твой убийственный взгляд. Ты его сам провоцируешь.

— Ему не достает почтения. И это мягко говоря. А ты еще и защищаешь… — прошипел Макс.

Но дочка его уже не слушала, выйдя вперед, открыто, счастливо улыбаясь молодому князю. Вся светясь от этой улыбки. Арн уставился на нее, пожирая засверкавшими голубыми глазами. Левый уголок рта пополз вверх, растягиваясь в ленивую улыбку:

— Если ты сейчас спросишь как у меня дела, змейка, то мне придется слово «хорошо» до ночи повторять… или до утра, — хрипло пробормотал, протягивая к ней руку в нарушение всех обычаев.

— Я тоже скучала, Конуг.

* * *

Ари потянулась навстречу северянину, но была остановлена резким одергиванием отца. Повернулась к старшему Родэну, возмущенная, и встретилась с хмурыми черными глазами:

— Вам не положено до свадьбы разговаривать, помнишь? — Сказал Макс холодно, потом добавил уже совсем тихо, чтобы застывшие в огромной зале от любопытства гости их не услышали, — я конечно понимаю, что вы и так уже все что возможно нарушили, но зачем сейчас то представление устраивать. Потерпи несколько часов, Ариадна, наобнимаешься еще со своим варваром.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Да, варвар будет ооочень ждать законной ночи, — Протянул Арн, опять нарываясь, задетый таким эпитетом.

Ари скользнула по нему смеющимся взглядом. Ей нравилось, что Конуг не боялся ее отца. Обычно люди при Максе Родэне невольно робели, чем тот безбожно пользовался. И сейчас он, непривыкший, немного терялся от простоватой непрошибаемости северянина.

Сказала одними губами «я люблю тебя, варвар» и прошествовала к своему месту за длинным столом напротив. Сидеть вместе им пока тоже не полагалось. По-хорошему на ней еще должна была быть прозрачная фата, скрывающая лицо, но Ари наотрез отказалась от этой непрактичной части гардероба. На столах стояло лучшее угощение, она хотела насладиться всем на своей собственной свадьбе, а с тряпкой на лице нормально не поешь. К тому же делать вид, что Арн ни разу до этого не видел ее, было бы просто смешно. Да у девушки на всем теле ни одного места нет, которое она бы могла закрыть от жениха этим ханжеским покрывалом.

Арн проводил ее долгим взглядом, потом уселся поудобней на своем стуле, больше напоминающем деревянный трон, и подлил себе вина. Его как-то сразу подотпустило волнение, все встало на свои места. Ари здесь, осталось совсем чуть-чуть и она станет Конуг. И почти наверняка, сегодня и не заметит ничего, так что его ждет чудесная ничем не омраченная ночь со своей юной пылкой женой. А завтра утром он сам ей все расскажет.

Весь завтрак, длившийся из-за обилия гостей и подаваемых блюд почти два часа, Арн чувствовал на своей правой щеке прожигающий жадный взгляд, но упрямо не поворачивался в сторону девушки, зная, что так только спровоцирует ее на какую-нибудь глупость. Внутри у князя все дрожало от смеха и теплоты, разливающейся по телу. Приятно, черт возьми, осознавать себя любимым. Так сильно любимым. Опять ей не терпится. Ари такая Ари. Плевать ей на приличия. Они почти полгода не виделись. Если он повернется, она встанет и подойдет, высоко задрав горделиво посаженную голову, как- будто так и надо. И Арн отводил глаза, наверно даже зля ее. Ничего, змейка, чуть-чуть осталось. Северяне должны тебя уважать. Они строги в соблюдении обычаев. А ты их княжна и спрос будет больше. Тем более южанка, да и еще и дочь рабыни от брака, не признанного в Элии. А значит по местным законам незаконнорожденная. Просто адская смесь.

Макс Родэн, севший вместе с Рэмом и Ронаром за главный стол к Конугу, исподлобья наблюдал эту презанимательную картину. Как его дочь, как обычно презрев законы общества, во все глаза пялится на своего будущего мужа, только что дыры в нем не прожигая. А тот с таким же упорством делает вид, что не замечает. Хотя по его лихорадочно блестящим масляным глазам было очевидно, что он не только знает о ее неприличном внимании, но оно его и до крайности заводит. Боже, и зачем ему эти переживания на старости лет. Даже напиться захотелось.

Вот и случилось. Маленькая черноволосая кнопка с кукольными глазами, ходящая за отцом хвостом по дому и уверенная, что он самый лучший во всей вселенной, выросла. И теперь с таким же придыханием смотрит на какого-то наглого грубого щенка, который и мизинца ее не стоит. Хотя, справедливости ради, надо отдать должное северянину. Хоть у него хватает мозгов не показывать так явно при всех свой интерес.

Арн перехватил его задумчивый взгляд и посмотрел прямо, без усмешки. Приподнял кубок, салютуя. Мир что ли предлагает? Похоже на то. Макс сощурился, что ж, он все-таки обещал дочке…

— Еще не поздравил тебя, Конуг, с возвращением княжеского трона, — медленно проговорил, — Думаю, сейчас самое время.

— Спасибо, — серьезно ответил Арн, внимательно смотря на тестя.

— Говорят, ты пощадил его жену и наследника? — Макса удивил этот поступок молодого князя, и он хотел знать почему он его совершил.

Конуг помолчал, потом криво улыбнулся.

— Не пощадил, принц. Их больше нет.

Родэн удивленно посмотрел на него, отставляя кружку.

— А есть моя новая наложница Риза и ее трое детей, старший из которых мальчик- Ивар Конуг, ясно? — почти прошипел, видно не в первый раз отвечая на каверзный вопрос. Родэн понимающе хмыкнул.

— Ясно, князь, куда уж яснее, — но впервые слабо улыбнулся зятю. Не кровожаден, хоть и скрывает. Что ж, уже неплохо.

Макс мазнул взглядом по отцу, сидящему по левую руку от Конуга. Верховный лорд сразу, кивнув, уступил сыну место. Они так привыкли за прошедшие годы не разговаривать, что теперь во многом им слова и не были нужны.

— Я не то чтобы против именно тебя, северянин. Ничего личного, — Родэн, пересев, решил сразу перейти к делу, не тратя время на лишние расшаркивания, — Просто Ариадна, она… У нее в голове полный бардак, Конуг. Это такая гремучая смесь местных и земных традиций, что я просто представить не могу, как вы сможете ужиться. По мне, так все плохо кончится. А я очень хочу, чтобы она была счастлива.

— Так в чем проблема? Я тоже, — просто ответил Арн, — И насчет ее бардака я полностью осведомлен. В каких-то моментах может и побольше вашего.

Макс хмыкнул, ну это вряд ли.

* * *

На большой поляне возле конюшни была ужасная толчея: высокородные и не очень гости; снующие между ними слуги; воины и артисты; псари со своими рвущимися в бой подопечными; конюхи, выводящие лошадей их хозяевам. Разговоры, смех, лай, ржание, музыка, сливались в дикую какофонию, так что даже собственные мысли было не расслышать.

Арн в очередной раз подумал, что все-таки он совсем не публичный человек. Конуг быстро уставал от толпы, раздражался из-за бессмысленных разговоров, не мог улыбаться людям, когда мысленно хотелось их послать. Еще и к Ари не подойти. Не положено. А сейчас ведь только обед. Еще пир будет всю ночь. Но их конечно раньше отпустят. Мысль о супружеском долге слегка подняла настроение. Ладно, все-таки не каждый день у него свадьба. Коротко кивнул Рэму и Киту, с которыми вместе стоял, и пошел справить нужду, лавируя между столпившимися гостями.

— Арн, — неожиданно прозвучало у самого уха, стоило завернуть за конюшню на обратном пути. Тонкая рука обвила талию и перед ним предстала Ари. Хитро улыбнулась, сверкнув черными глазами, и схватила его за руку крепко, — Пошли.

Он только рот от удивления открыл, быстро оглянулся. Особо никого, лишь слуги заинтригованно уставились, да пара воинов, но на них плевать.

— Куда ты собралась? Увидят же, — прохрипел, все же послушно следуя за неугомонной Родэн.

— Правильный Арни испугался огласки? — подначивая, протянула и, толкнув дверь, затащила его в какой-то крохотный сарай, забитый садовыми инструментами.

Хиленькая дверь захлопнулась за ними, погружая клетушку без окон в полумрак. Глаза Ари блеснули золотым.

— Ты что, полог тишины наложила? — Арн тяжело задышал, хищно улыбаясь, принимая ее игру.

— Решила в последний раз воспользоваться своими роденовскими способностями, — голос ее чуть дрожал, выдавая волнение хозяйки. Она видела, как возбужденно засверкали голубым глаза северянина, он не против. Совсем не против сейчас, — Так и будешь просто стоять, Конуг?

* * *

— Дурррная Аррри… — тихо прорычал и схватил ее в охапку, подсаживая на небольшой стол, заваленный инструментами. Тут же смел их на пол, перегнувшись через девушку.

— Только не говори, что против, — Родэн перешла на жаркий шепот, прижавшись губами к его ключице. Крылья ее носа нервно дрожали, с жадностью втягивая окутывающий знакомый запах, тело будто само выгибалось, стараясь быть как можно ближе. В голове уже все плыло, между ног было до стыдного влажно. Она так распалила себя на завтраке, наблюдая за ним, ожидая, когда Арн наконец посмотрит на нее. Рассматривала и вспоминала, все больше заводясь, как это — быть с ним. До одури жарко, сладко, больно, мучительно хорошо. Так хотелось быстрее. Потянулась сразу к ремню на штанах, расстегивая нетерпеливыми пальцами.

Арн усмехнулся, чуть отстранившись, приподнял голову девушки за подбородок и заглянул в затуманенные страстью черные глаза.

— Это неправильно, так нельзя, — вкрадчиво произнес, поджав губы. Ари фыркнула возмущенно, потом изогнула тонкую бровь и погладила сквозь ткань эрегированный член, наблюдая, как Конуг непроизвольно сглатывает.

— Мне уйти? — ее глаза хитро блеснули.

Арн сам не заметил, как сильнее сжал ее в объятиях, до боли впиваясь в кожу пальцами, на губах заиграла ленивая улыбка:

— Это неправильно, — хрипло повторил, — Но я был бы разочарован, если бы ты так не сделала.

Склонился наконец к ней, целуя любимое лицо, запрокинутую шею.

— Поверить не могу, что ты моя, змейка… я так… запах твой…я уж и забыл…такая… — забормотал что-то нежное, все неразборчивей. Руки жадно заскользили по телу, сжимая, поглаживая, ощупывая каждый сантиметр. Будто проверяет все ли на месте, мелькнула у Ари неуместная веселая мысль, она хихикнула, прикрыв глаза. И тут же забыла обо всем, когда жесткие пальцы собрали юбку до самой талии и заскользили между бедер.

— Где твое белье, принцесса, м? — прошептал на ухо Арн, покусывая мочку. Рукой легко провел по набухшим складкам, чуть раздвигая, дразня.

Ари улыбнулась беспечно, не открывая глаз, выгнулась за его рукой.

— На завтраке насквозь промокло, так хотела тебя, Конуг. Давай же…

Справилась с ремнем наконец, высвобождая налившийся член, дернувшийся от прикосновения. Провела пальчиком по головке, размазывая выступившую смазку. Арн тяжело дышал, как завороженный наблюдая за смуглой рукой, гладящей его пенис по всей длине. У Ари были тонкие изящные кисти с длинными пальцами, на их фоне член выглядел еще больше.

Родэн впилась в его лицо бездонными глазами, провела языком по губам и медленно направила в себя подрагивающий от напряжения орган. Арн сильно сжал пальцы на ее теле, словно коршун вцепился когтями в добычу. Из последних сил сдерживаясь, чтобы не мешать ей играться, уткнулся носом за ушком, рвано дыша, жмурясь. Если он сейчас смотреть будет, то сразу кончит наверно. Почувствовал, как она провела шелковистой головкой по набухшему клитору, потом ниже. Такая горячая. И мокрая, вся головка уже в ее прозрачной смазке. Блестит. Черт.

Арн толкнулся непроизвольно, сопя ей в плечо. Пальчики пощекотали уздечку, сомкнулись сильнее у основания. Еще раз. Застонал тихо на выдохе, чувствуя, как погружается в жаркое обволакивающее тепло. Так жадно обхватывает его. Пульсирует, сжимая. Ему казалось, что он даже ощущал членом, как бешено бьется ее сердце. Ари подалась вперед, насаживаясь глубже, неторопливо.

— Ооо, — низко хрипло вместо выдоха. Голова откинута, ресницы дрожат. Шея и грудь пошли красными пятнами.

Арн скользнул по девушке глазами. Ей уже хорошо, сильнее качнуться пару раз и все. Криво улыбнулся. Не так быстро, змейка. Двинулся назад, почти полностью выходя под ее жалобное хныканье, и снова вперед, медленно, слушая утробное "Ооо". И опять так же.

Ари затрясло уже мелкой дрожью, обжигающие волны экстаза обмывали тело. Но так медленно, не достать дна. Все будто в полузабытьи.

Вцепилась в его плечи ногтями, провела с нажимом по спине, скребя по рубашке.

— Быстрей…хочу…Аррн, — голос совсем осип, так что и половина букв пропала — Пожалуйста.

— Просто сожми…сильнее…хорошая девочка, — пробормотал во влажный висок. Провел языком по щеке. Проник в рот, целуя так же медленно, как и двигаясь в ней.

Ари стиснула член внутри и тут же застонала Конугу в губы. Как хорошо, черт. И еще. Волны стали ярче, стекаясь к низу живота. Арн почти перестал выходить из нее, лишь мелко двигаясь, наслаждаясь усиливающейся пульсацией, тем, как она сама подается к нему.

— Аррн, — чуть не плача уже, вжимаясь в него. Он впился пальцами в подрагивающие от напряжения ягодицы и резко дернул к себе.

— Ооо, — счастливое, с улыбкой на запрокинутом лице. Глубокая судорога сотрясла хрупкое тело раз, другой. Ари открыла рот в безмолвном крике. Конуг дернул ее на себя еще раз, ощущая, как внутри все непроизвольно сжимается и уперся лбом ей макушку, рвано дыша, толчками изливаясь. Чуть пришел в себя и вдруг засмеялся искренне, громко, прикрыв глаза рукой.

— Ты чего? — Ари подняла на него еще мутный взгляд, чуть хмурясь.

— Это просто безумие, Родэн. Я только кончил, а уже думаю, что теперь неплохо было бы тебя пожестче отодрать.

— Дурак, — пробормотала, улыбаясь, целуя в смеющиеся губы.

* * *

Ари выскользнула первой из сарая, силясь обуздать расползающиеся сами собой в глуповатой улыбке губы. Оправила юбку, нервно разглаживая не желавшие поддаваться складки, получше натянула корсаж, убрала за ухо выпавший локон. В общем, если что, скажет, что только что скакала на лошади. Черт, идиотская улыбка стала только еще шире. Ага, на огромном таком кауром жеребце.

Играющее в крови, еще не утихшее возбуждение сладко перемешивалось с ощущением победы. Арн так отворачивался, пытался не замечать ее. А теперь, она точно знала, будет хвостом ходить до самой ночи, прожигая голодными лазурными глазами. Ему не хватило, но она ушла, быстро оттолкнув Конуга от себя.

Он же хотел соблюсти приличия, у него охота. Вот и пусть идет на свою охоту, дольше задерживаться будет слишком заметно. Все правильно, но Арн так посмотрел ей вслед, так… Внизу живота сладко заныло. Когда уже эта несчастная церемония. Бесконечный день. Почему праздник у них, а весело всем кроме самих молодоженов. Ари даром не сдались все эти гости, пир, развлечения. Просто оставьте в покое, они так давно не виделись…

Надо было все-таки раньше прийти к нему. Она ведь знала Йолик и могла переместиться. Но Рэм сказал, Арну не до нее. Сразу после казни он разбирался с вассалами. Бесконечные суды, кто прав, кто виноват, у кого отнять землю и кому подарить, что делать с простыми людьми попавших в опалу лордов. Это все нужно решать, и как можно быстрее. По- хорошему, и свадьбу слишком рано они назначили, но это уже Арн настоял, а сейчас перечить ему некому.

Его татуировки. Они совсем черные. Страшно. И тонкий свежий шрам на щеке от виска до самой бороды. Просто задело по касательной, но, если бы сильней… Никакой бы маг не спас. Не успел бы. И глаза другие, сосредоточенные, чуть отстранённые. Будто для него лет пять прошло, не меньше. Арн выглядел как взрослый тридцатилетний мужчина с уже устоявшимися убеждениями, твердым проницательным взглядом, иронично кривящимися губами. Только улыбка та же, бесшабашная. И когда хочет ее…Конуг как всегда сдержал свое обещание. Оставил ей частичку ее Арна, пылкого, дурного, смеющегося просто, потому что хорошо, потому что жизнь бурлит внутри и хочется ей поделиться.

Ари подошла к своей матери, разговаривающей о чем-то с придворными северными дамами, незаметно обняла ее за талию. Та повернулась мимолетно, подарив ей теплую одобряющую улыбку, быстро окинула взглядом слегка растрепанный вид.

— Иди, пожалуй, уже собираться в отведенные покои, дорогая. Пока ванну примешь, пока обрядят. Я скоро подойду, — тихо прошептала, слегка нагнувшись к ней, потом подмигнула, — И смотри, чтобы отцу сейчас на глаза не попасться.

Ари невольно покраснела. Неужели так заметно, чем она сейчас занималась. Но нет, остальные гости смотрят совершенно спокойно, не проявляя и следа болезненного интереса. Это ее просто мать хорошо знает. Девушка смущенно кивнула и направилась к замку.

* * *

До самой церемонии Ари провела время в своих новых покоях, соединенных с Арна потайной дверью в стене. Ее возмутило, что у них отдельные спальни, но похоже так просто было принято. Комнаты эти, судя по старинной мебели, а также по дорогущему, но явно винтажному текстилю и коврам, принадлежали еще его матери, а может и бабушке. И Конуг, совершенно равнодушный к изыскам обстановки, похоже даже и не подумал что-то тут менять. Ари улыбнулась про себя, у него то наверно просто везде шкуры разбросаны, да огромная кровать на полкомнаты, чтобы можно было звездой развалиться. Ну может еще крепко сколоченный стол и глубокое кресло. Арн скорее всего видел все эти рюши и статуэтки вокруг и лишь отмечал про себя: ага, это женское. А дальше боялся трогать тут что-то, не рискуя нарушить непонятную ему красоту.

Чем ближе к церемонии, тем больше женщин толпилось в ее покоях. Сначала ее намыли. Причем под возмущенные вопли самой невесты. Ари искренне не понимала, какого, простите, хрена, к ее телу лезут сразу три служанки, угрожающе размахивая жесткими мочалками. Она встала, выгоняя их, чем повергла женщин в настоящий шок своим совершенно безволосым телом. Про депиляцию в Элии не слышали. Банщицы уставились на девушку, тяжко моргая. Ари нахмурилась, не понимая, чем вызван их болезненный интерес к низу ее живота. Рука машинально потянулась прикрыться, но Родэн одернула себя. Уже поздно в любом случае.

— Что с вами, принцесса? — прохрипела старшая, Дора.

Ари наконец поняв, что их так всполошило, села обратно, скрываясь под пенной горячей водой и весело рассмеялась. Ну, дремучие. Хотя Арн помнится в первый раз так же пялился, но отошел несравненно быстрее.

— Ничего, восточная мода, — она задорно подмигнула женщинам, — А теперь вон, иначе вам тоже там все повырываю!

Она даже договорить не успела, как дверь за ними с грохотом захлопнулась. Ари смеялась, не в силах остановиться. Ей показалось, или она слышала испуганное кудахтанье.

— Дора, — окрикнула громко, дверь еле приоткрылась и внутрь прополз дрожащий нос старшей служанки, — И бокал можжевелового вина принеси мне, будь добра!

Через минуту Ари в гордом одиночестве наслаждалась горячей водой в большой ванной, сдувая подступающую ароматную пену и лениво отпивая самое вкусное вино на ее памяти. А что, быть княжной не так уж и плохо.

* * *

Чем ближе подползали стрелки часов к пяти, тем тяжелее было сохранять спокойствие. А именно не метаться по комнате, обгрызая ногти с маникюром, не орать на любого, кто посмел к тебе обратиться, не отрывать судорожно изумительно вышитые цветы на белоснежном платье. Черт. Она с ума сойдет. Потянулась за еще одни бокалом, но наткнулась на предостерегающий взгляд матери. Да и ладно, все равно не помогает. Подняла глаза к часам. Опять. Пять минут пятого. Из мужской половины доносились приглушенные голоса, смех. Скорее они ржали там в голос, как кони, но стены замка толстые, даже рядом не слышно. Еще и ковры везде. Ари опять принялась нервно расхаживать по комнате, отмахиваясь от надоедливых служанок как от мух. Те так и норовили поправить что-нибудь на ней, причитая. Да Конугу плевать. Он только поймет, что это платье. Белое. И вырез есть, можно на сиськи попялиться. Все.

Боже, как страшно что-то. А вдруг…

А вдруг это ужасная ошибка? Ари чуть до крови губу не прикусила. Это не Земля, здесь не разведешься. Она же подпишет договор. Арн татуировку ей родовую набьет. Чертову магическую татуировку. Сколько они были вместе, три-четыре месяца? Скрываясь, по ночам… Да, они говорили… Господи, кому она врет, говорили по пятнадцать минут перед сном, под утро. Всякую неважную чушь, так как в голове плавал жидкий розовый кисель. Нет, это просто паника. Это неправда, она сама все извращает, упрощает сейчас. Но вдруг… Что она вообще знает о Севере? О нем? О себе, в конце концов?

В смежную с мужской дверь неожиданно постучали. Ари вся встрепенулась, вытягиваясь в струну, подскочила, легонько оттолкнув молоденькую служанку, и резко открыла, замирая. На пороге стоял Арн, прожигая ее лихорадочными голубыми глазами, улыбнулся одним уголком рта и кивнул, чтобы прошла за ним в темный предбанник. Ари быстро ступила внутрь, захлопывая за собой дверь, слыша истеричное «Не положено!» шокированной Доры. Плевать на нее. Точно побрею. Ее муж еще спасибо скажет.

Паника испарилась будто и не было, словно в чан с вином окунули. По телу разлилось тепло, пьяня. Вот она дурочка, ей даже стыдно стало перед ним, что только что думала такое сейчас. Так стыдно. Обвила руками, проводя пальчиками по черным татуировкам на черепе, заглянула в тревожные глаза. Он ведь тоже боится, ну надо же. Нахмурилась. Стало обидно. Сомневается в ней?

— Ты что такой напряженный? — Нервно улыбнулась, пытаясь скрыть свои подозрения, нежно погладила по заросшей щеке, очертив свежий тонкий шрам, — Только не говори, что опять хочешь предложить мне подумать и еще есть возможность отказаться.

Все-таки не удержала голос, сорвался хрипло на последнем слове.

— Нет, уже нет, — только и проговорил Арн, впиваясь в нее лазурными глазами. Что у него на уме?

— Не отпустишь? — Родэн беспечно улыбнулась.

— Не отпущу. И не проси, — он как-то странно посмотрел на нее. Крепко прижал к себе, так что чуть кости на захрустели. Поцеловал в лоб, словно ребенка. Она лишь сдавленно засмеялась. Такой он, не поймешь.

— Глупый, разве я попрошу об этом? — пробормотала, потянувшись к губам.

— Молюсь, чтобы нет, — совсем уже тихо ответил, — Мне пора, я люблю тебя. И ты очень красивая в этом платье.

— Я тоже люблю тебя, Арн.