21. Первая брачная ночь
Ари сидела во главе праздничного стола и рассеянно оглядывала огромный украшенный зал в попытках побороть накатывающую дремоту. Настало время подношений. Бесконечная вереница гостей тянулась к ним, уходя куда-то в коридор. Глашатай нараспев зачитывал фамилии очередных вельмож таким тоном, что девушке чудом удавалось сдержать зевоту и не погрузиться в спасительный сон. Подарки принимали две служанки, уже красные от усердия. Ари взглянула поверх толпы. Нет. Это никогда не кончится. Впрочем, так даже лучше. Есть время прийти в себя после церемонии.
От Ариадны сейчас никто ничего не требовал и даже лишний раз старались к ней не обращаться. Все знали, что часа три после отречения от своего рода и перехода в другой невесте будет не по себе. Говорят, кого-то даже тошнило, другие падали в обморок. Ари же просто дико хотелось спать. Отяжелевшие веки сами собой закрывались, и если бы не Арн, тормошивший ее каждые пять минут, она бы давно уже сладко засопела на весь зал.
От каждого его прикосновения девушка вздрагивала словно от удара и ловила сверкающий взгляд направленных на нее голубых глаз. Конечно, он тоже чувствовал, когда дотрагивался. Даже наверно просто сидя рядом. Ощущал, что с каждой минутой она все больше становится Конуг. Это было странно: терять свой род и одновременно принимать другой. Она даже не успевала ощутить пустоту внутри себя. Как- будто ворон с боем прогонял сопротивляющегося, но бессильного что-то изменить грифона. На висках выступил холодный пот, все тело охватывал озноб и слабость. И безбожно клонило в сон. Какая все-таки у Арна агрессивная родовая магия. Родэны другие. Их сила похожа на магнит. Не видишь, но и противиться не можешь. Мягко, неотвратимо действует. А тут… Словно девятибалльный шторм накрывает, захлестывает и давит на грудь. Тяжко.
Она прикрыла глаза, чуть откинувшись, из-под опущенных ресниц наблюдая за очередным склоненным вельможей. Почувствовала, как Арн поймал ее холодные пальцы и крепко сжал. По телу тут же побежал ток принятия. Свой. Он уже как свой ощущался, глава рода. Она кинула на Конуга быстрый слегка растерянный взгляд. Раньше она такое чувствовала только, когда ее дедушка-император обнимал. А теперь…
— Скоро уже пройдет, — Арн улыбнулся одним уголком рта, неправильно истолковав ее замешательство, — Еще полчасика потерпи, и окончательно станешь Конуг. Сразу почувствуешь себя лучше.
Маленькая татуировка на затылке в виде парящего ворона вспышкой жара отреагировала на его слова. Арн не понимал, что именно это ее и пугало. ОКОНЧАТЕЛЬНО станешь Конуг. Ари конечно об этом знала, но… Ощущать так ярко это сейчас было очень не по себе.
Князь весело подмигнул своей бледной жене, чуть наклонился к ней и зашептал на ухо.
— Ты вообще молодец, хорошо держишься. У нас так-то тяжеловата энергия для женщин. Обычно без представлений ни одна свадьба не обходится, а ты сидишь, как ни в чем не бывало. Я поражен. И не только я. Весь зал уже устал ждать, когда ты что-нибудь выкинешь.
— Выкину? — Ари удивленно изогнула бровь.
— Ну да, — Арн откинулся на своем кресле, глаза искрились весельем, — Моя тетя Лиада начала рвать на себе волосы. Мать схватила нож и пыталась прирезать отца. Про истерики и обмороки я уж молчу. Обычное дело.
— Почему ты не предупредил? — зашипела Ари, злясь. Она тут мучается, а ему еще и смешно.
— Нууу, — Конуг был явно далек от раскаяния, — В обморок ты бы и сама упала, чтобы я не сказал. А идею с ножом или иным членовредительством подавать не хотелось.
Ари только возмущенно фыркнула. И почувствовала, как он опять поймал и сжал ее руку. По телу моментально предательски растеклось тепло. Не такое как раньше. Более глубокое, вязкое. Родное. Арн ей не просто возлюбленный теперь. Она стала его частью. Уже почти окончательно. Еще десять минут. Конуг опять подался к ней, поглаживая жесткими пальцами тыльную сторону ладони. Глаза масляно заблестели, мутнея.
— Сейчас тебе станет лучше, тринадцать первых тостов и нас отпустят наверх, Аррри, — он почти рычал, опаляя висок жарким дыханием, — Я после этого чертового сарая столько способов придумал, как тебя поиметь, что уже не знаю с чего начать. Сама выберешь.
Ари охнула, краснея и оглядываясь. Их точно никто не слышал?
* * *
Последнего провожающего их до брачного ложа, какого-то толстого уже изрядно поднабравшегося янга, Арн буквально взашей вышвырнул из комнаты.
— А как же раздеть молодую, мой князь? — тоскливо запричитала в коридоре дона Дора, заламывая руки. Ну что за порядки у ее новоиспеченных хозяев. Князь Ирвин, да пировать ему вместе с вороном, никогда бы не нарушил обряд брачного укладывания. А этот. Мальчишка! Никакого почтения.
— Спасибо, я сам! — Пророкотал Арн под истеричный смешок Ари, и с грохотом закрыл дверь, чуть не сломав любопытные носы собравшимся у их спальни гостям. В коридоре послышался взрыв хохота и одобряющие похабные шутки.
Секунду постоял, отвернувшись, не веря, что наконец они остались одни. Казалось, этот день бесконечным будет. Почувствовал, как тонкие руки обвивают талию, гибкое тело прижимается к спине, жаркие губы целуют куда-то между лопаток сквозь рубашку.
— Айайай, как неприлично, князь, — Промурлыкала Ари, щекоча позвоночник своим дыханием, — А как же обычаи? Обряды?
— Достаточно с меня на сегодня обрядов, плевать, — он повернулся к ней, крепко прижимая к себе, целуя в шею. Девушка сощурилась. Арн лукавит. Он всегда точно знает, что можно- что нельзя. Что его народ примет, а что нет. Она до сих пор слышала затихавшие одобрительные возгласы в коридоре. Им понравился его поступок. Научится ли она так же влюблять в себя северян когда-нибудь?
Конуг добрался до губ, проникая языком внутрь, прогоняя все мысли. Жесткая рука обхватила затылок, поглаживая свежую татуировку, отчего та как-то странно заколола, отзываясь жаром на его прикосновение, простреливая в низ живота жгучим желанием. Черт, ничего себе, родовая метка. Ари тяжело задышала, вцепившись в его руку.
Арн только усмехнулся сквозь поцелуй, пытаясь одной рукой стянуть платье.
— У тебя так же? — провела рукой по узорам на голове.
— Нет, только у тебя, — Он отстранился и улыбнулся хитро, поглаживая немного воспаленный рисунок на ее шее, — Правда обычно это еле заметно. Просто я тебе слишком сильно нравлюсь…
— Никогда не знаешь, когда лучше промолчать, Конуг, — немного сконфуженно фыркнула Ари, краснея, она как на ладони перед ним сейчас.
— Стесняешься, что хочешь меня, змейка? — Арн урчал, как кот, оглаживая тело, целуя в губы между разговорами, и медленно оттесняя девушку к кровати. Платье сидело как влитое и упорно не хотело просто так сниматься. Конуг было дернул вниз, послышался предательский треск.
— Арн, не надо! — Ари быстро отпрыгнула от него, — Оно там какое-то фамильное, то ли бабушки твоей, то ли прабабушки. Просто расстегни и все.
Повернулась к нему спиной, демонстрируя сотню маленьких шелковых пуговок вдоль позвоночника. Конуг страдальчески вздохнул. Да он час провозится… Дону Дору что ли позвать? Как хорошо, однако, запаковали его свадебный подарок…Смирившись, принялся расстегивать бесконечные пуговицы, но дрожащие пальцы как назло не слушались. Он видел, как девушка мелко подрагивает от каждого прикосновения, как бьется тонкая венка на шее. Чувствовал, какой жар исходит от оливковой кожи, и запах возбуждения, терпкий, пряный, едва уловимый. Кровь шумела в ушах, даже перед глазами все плыло уже.
— К черту, — пробормотал, толкнув Ари на кровать. Позже расстегнет. Быстро подтянул ее за бедра, закидывая юбки на спину, вжал голову в подушки, проведя языком по татуировке ворона на шее. Ари охнула, судорожно вцепившись в белоснежные простыни. Выгнулась в пояснице навстречу прижимающимся бедрам.
— Хочу набить тебе еще одну…вот здесь, — хрипло зашептал на ухо, скользнув пальцами в кружевное белье, проводя по гладкой промежности, — Моя Аррри…
Внутри все скрутило в предвкушении, Ари улыбалась, тяжело дыша. Вдруг вспомнила, что кое-что еще не сделала. У нее же подарок для него… Резко отскочила, сталкивая с себя ничего не понимающего Арна.
— Подожди, я кое-что приготовила для тебя, — глаза девушки лихорадочно сверкали, — Только дома забыла, сейчас.
— Нет, не надо, — захрипел Конуг, на лице мелькнул ужас.
— Не надо, — уже громче крикнул, но было поздно.
Ари стояла растерянная посреди комнаты и хлопала глазами.
— Арн…Я …я не могу переместиться, — Она испуганно посмотрела на него, — Что, черт возьми, происходит?
Страх в его глазах сменился откровенной досадой. Конуг со вздохом натянул штаны. Ну вот как не вовремя она со своими подарками. Яйца гудели от напряжения, а голова от разочарования. Он сел на кровати и задумчиво почесал лоб:
— Это из-за меня, змейка. Только не ругайся. Я все объясню.
* * *
— Что объяснишь? — не понимающе спросила, а потом совсем тихо, округляя глаза от страшной догадки- Как из-за тебя?
Арн молчал, хмурясь, раздумывая с чего бы начать. Он сейчас как-то не был готов к этой беседе.
— Ари, я хотел поговорить по поводу твоих перемещений…
— Поговорить? ПОГОВОРИТЬ? — Она уже вся взвилась, начиная понимать, — Так какого хрена я переместиться не могу, если ты лишь хотел поговорить?
— Просто мне этот вопрос нужно срочно решить, а по-другому ты бы слушать не стала. Дай сказать вообще, не кричи, — он тоже повысил голос, не замечая за собой.
Ари пронзила его убийственным взглядом, сделала пару кругов по комнате и наконец села в глубокое кожаное кресло.
— Ну?
Конуг потер лоб, собираясь с мыслями.
— Тебя сейчас удерживает кольцо, оно блокирует перемещения.
Ари тут же с силой дернула проклятое украшение, но поняла, что не может его снять. Перевела на Арна еще более яростный взгляд.
— Я в договоре дописал, что только я могу снять кольцо: это и другое, — голос его немного сорвался, захрипев, видя, каким остервенением загораются глаза девушки.
— Какого черта? Какое другое? — Ари уже шипела как настоящая змея.
— Это не настоящее обручальное кольцо. Я его подменил, просто удержать тебя, пока не договоримся. Ты же сама видишь, оно даже с камнем. Это всего лишь кольцо моей прабабушки, фамильное, но не для обряда. Вот настоящее, — он потянулся к тумбочке и достал новое. Ари зачарованно посмотрела на блестящую полоску металла, лежащую на полированном дереве.
— Ты можешь перемещаться с ним, но есть три условия.
Девушка продолжала молчать, слушая его. Прожигая черными глазами. Арну стало не по себе от этого взгляда. Слишком сосредоточенный, непроницаемый. Поджатые губы, побледневшее лицо. Так не похоже на его пылкую порывистую змейку. Он вздохнул, набирая воздуха, надо просто побыстрей договорить и все.
— Первое условие: ты можешь перемещаться и брать с собой людей, если тебе или им угрожает опасность.
Ари, не выдержав, иронично изогнула бровь. Ну спасибо, разрешил. Арн ухмыльнулся, лучше такая реакция, чем этот давящий сверлящий взгляд.
— Второе условие: всегда предупреждаешь, когда перемещаешься, меня. Ты привыкла это делать бесконтрольно, я понимаю, но так не пойдет. Я не хочу гадать каждый раз: бродишь ли ты по замку, упорхнула в другой мир или может тебя украли, а я даже не знаю об этом. Просто предупреди куда направляешься и когда вернешься.
— Ты мне не отец! Я не обязана перед тобой отчитываться! — тут уже Ари не выдержала, опять подскочив.
— Это не обсуждается, — Арн сощурился, потом добавил спокойней, сглаживая резкость, — Я несу за тебя ответственность, в том числе и перед твоим отцом. Мы на Севере, здесь что угодно может случится. Гарбы не единственный враждебный клан. Не мешай мне выполнять свои обязанности.
Ари только фыркнула, отвернувшись. Отошла к окну. Было до слез обидно, она не ребенок, что бы он вот так…Покрутила чертово кольцо на пальце. Нет, не снять.
— И третье последнее условие, — Арн судорожно вздохнул, заговорив тише- Ты очень часто перемещаешься во время ссоры, заставляя меня чувствовать себя полным идиотом…Мы теперь женаты, Ари. И неизбежны моменты, которые тебе будут не по душе…
— Как этот, — она резко повернулась к нему, зло сверкнув глазами.
— Да, как этот, — Конуг согласно кивнул, — Но ты не должна уходить от них. Одев кольцо, ты дашь обещание, что никогда не станешь перемещаться из-за злости или обиды на меня. И не обманешь, сказав, что хочешь переместиться по иным причинам.
Арн замолчал, наблюдая за девушкой. Такая хрупкая. Черные локоны выбились из высокой прически. Плечи неестественно расправлены. Злится. Линия позвоночника виднеется из наполовину расстёгнутого платья. Наконец Ари повернулась к нему. Губы тонкой нитью, взгляд колючий как чертополох.
— Ты бы мог мне просто это предложить. Зачем ЭТО? — она вытянула вперед руку с блокирующим кольцом.
— Ты бы никогда не согласилась. А если бы и согласилась, у меня бы год ушел на уговоры, не меньше. Ты знаешь, что это правда. А обстоятельства сложились так, что я не могу ждать… — Арн внимательно следил за выражением милого лица, ловя малейшие эмоции и стараясь не сказать лишнего, — Я хотел показать, что могу сделать и так, но хочу договориться. Мы можем прямо сейчас поменять кольцо. И одеть настоящее, обручальное. Ты будешь перемещаться.
— Обстоятельства…Это шантаж, — Ари кинула на него презрительный взгляд и снова отвернулась.
— Это переговоры…на моих условиях.
Повисла гробовая тишина. Конуг ждал, но девушка так и стояла молча, глядя в окно.
— Ари… — не выдержав, подошел к ней сзади, зарывшись носом в душистые волосы, пахнущие знойным летом. Только от самой нее веяло стужей, пробирая до кости.
— Помнится ты назвал меня призовой лошадью… — голос был глухой, но твердый.
— Я был идиотом.
— Нет, ты все правильно тогда сказал, честно.
— Ари, я люблю тебя.
— Нет, Арн, ты любишь себя, а я просто твой трофей. Дорогая породистая кобыла. Уходи, не хочу тебя видеть.
— Ариадна…
— Уходи. Я все равно уйти теперь не могу. Так что уходи ТЫ.
Она вывернулась из его рук и закрылась в ванной, хлопнув дверью.
* * *
— Ну это уж совсем несправедливо, — пробормотал Арн себе под нос, уставившись на с грохотом захлопнувшуюся дверь. Сжал и разжал кулаки. Хотелось вынести ее к чертям, но надо дать Ариадне остыть. Он знал, что так будет. Но одно дело знать, другое- пережить прямо сейчас.
Подошел к двери и, не сдержавшись, громко крикнул.
— Вот видишь, опять сбежала. Я же говорил!
— Иди у коня пососи, Конуг, — раздалось злобное шипение.
Арн сначала рот ошарашенно открыл, потом, прищурившись, хмыкнул. Ну значит отойдет скоро, раз такая дерзкая. Сейчас сама с собой побесится, потом не выдержит и придет разбираться…
Только ему что делать? Бросил тоскливый взгляд на огромную кровать. Вот тебе и первая брачная ночь.
И куда теперь идти? В покои Ари? Там его служанки могут застать. Уже утром весь замок будет знать, что молодого князя новоиспеченная жена выставила из собственной спальни. А к вечеру весь Север.
Внизу пир, в коридорах полно гостей и слуг. К кому-нибудь из братьев или к Вольготу? Они его засмеют, а Арн был не в том настроении, чтобы мириться с ролью мишени для их бесконечных подтруниваний. Вот и в собственном доме деться некуда. Разве что… Конуг в последний раз, тяжко вздохнув, взглянул на кровать, скользнул глазами по запертой двери в ванную, забрал обручальное кольцо с тумбочки, чтобы Ариадна в порыве гнева не вышвырнула его куда-нибудь, и поплелся к Ирме. Единственному человеку, который и приютит и лишних вопросов не задаст.
Быстро пройдя по на счастье пустому коридору, требовательно постучал в дверь своей первой наложницы. Женщина открыла не сразу, с изумлением уставившись на Конуга, запахивая домашний халат поверх ночной сорочки.
— Арн? Что случилось? — она рассеянно моргала, оглядывая его.
Молодой человек молча зашел, заставив ее чуть посторониться, и закрыл за собой дверь.
— Ирма, такое дело, — он нахмурился, было неудобно говорить об этом, но она хоть зубоскалить не станет, как и кому-то рассказывать, — Можно я у тебя переночую?
— Но… — женщина развела руками, ничего не понимая, — Что случилось, Арни?
— Я могу на полу у камина, — он слабо улыбнулся, не желая объясняться.
Она помолчала, вглядываясь в тревожные голубые глаза.
— Да, придется на полу. Сейчас я Эльзу и Курта уложу только, хорошо? Остальные-то давно спят, а эти…Перевозбудились наверно, свадьба…Эльза так вообще распереживалась. Как же, ее любимый не на ней женится.
Ирма тепло улыбнулась ему. Потом не сдержавшись, посмотрела сочувственно, но тут же отвернулась, чтобы не смущать молодого князя еще больше. Мужчины такие гордецы. И когда он успел со своей княжной поругаться. Ведь такие счастливые были на свадьбе, сияли прямо. Глупые, не умеют еще ценить, а жизнь такая…Не знаешь, что будет завтра. Она тоже не умела. Сколько дней упустила со своим Ларсом, а потом его убили, и уже не вернуть ничего.
— Подожди тут, дочитаю детям, — вслух сказала, похлопав его по плечу.
— Давай я дочитаю, а ты постели пока.
Арн не дождался согласия и прошел в детскую. Оттуда сразу же донесся счастливый визг Эльзы, ее четырехлетней дочки, и показное суровое бурчание Конуга, говорящего малышке, чтобы не шумела и не будила остальных. Бедняжка не помнила отца, для нее Арн был главным мужчиной, ее принцем.
Ирма перетащила одеяла, посильнее разожгла камин, кинула шкуры и подушки. Интересно, нежданный гость у нее только на сегодня, или это затянется? Все приготовив, заглянула в спальню. Курт уже сладко сопел, Эльза же похоже и не собиралась, положив маленькую черноволосую головку на широкую грудь князя, счастливо сверкая серыми глазками.
— Арн, иди спать, я уложу, — тихо сказала.
Эльза возмущенно нахмурилась, но сразу прижухла, поймав строгий взгляд матери, и нырнула под одеяло. Потом уже, ночью, когда все улеглись, она аккуратно выбралась из своей кроватки и прошлепала босыми пятками к Конугу, задумчиво наблюдавшему за потрескивающим огнем.
— Ахн, можно я с тобой? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — запричитала и юркнула к нему.
— Мама ругаться будет, — Конуг попытался сказать грозно, но у него не очень — то получилось. Девочка клубочком свернулась на мужском плече и тут же засопела. Леденцами пахнет, подумал Арн, и молоком парным, такая еще… воробышек. Провел по мягким будто пух волосам.
Какая ирония, все-таки в его руках сегодня засыпает черноволосая принцесса.