Часть 2
Сначала я оттащила свою находку в комнату: мы оба никак не могли поместиться в тесной прихожей, и лишь потом пошла раздеваться. Вернувшись, растерянно застыла, смотря на мужчину, который за это время, видимо, пришел в себя и заполз под мою елку. Что у него за страсть к ним?
Приблизившись, осторожно склонилась над преподавателем и заглянула ему в лицо. Встретилась с мутным взглядом. Мужчина пристально рассматривал меня и своим поведением был совсем не похож на профессора Северского. Взгляд добрее, черты лица мягче. Может, у него есть брат-близнец?
– Вы кто? – прошептал мужчина.
– А? – опешила я.
– Кто?
– Ваша студентка.
– А я кто?
Видимо, он пострадал сильнее, чем я думала. Или я накосячила, пока тащила его до дома.
– Вы Северский Роман Юрьевич, профессор магии крови и мой преподаватель.
Что еще я знаю о демоне? В общем-то, и все. За пять лет учебы.
– Красивая, – и отключился.
Я красивая? Елка? Что он имел в виду? В любом случае то, что он это произнес… Нужен врач. Срочно!
Вызвать скорую я не могла, сети все еще не было. Но в нашем доме жил педиатр. Если попросить Лидию Владимировну, может сделает одолжение. Она хоть и ведьма, но отличная женщина. Да, надо собраться с духом и попросить. Пока буду подниматься на верхний этаж, придумаю, как объяснить ей наличие мужчины в моем доме с побитой головой.
Женщина действительно откликнулась на мою просьбу, но поглядывала с подозрением. И после осмотра меня порадовала.
– С ним все хорошо. Только явно он что-то выпил, затуманивающее разум, или надышался. Сам удар по голове несерьезный. Так только, кожа поцарапана. Чем, говоришь, вы занимались с ним, до того, как он начал помогать тебе наряжать елку? – уточнил педиатр.
Я замялась с ответом, а потом и вовсе почувствовала, что краснею.
– Ладно, в личную жизнь лезть не буду, – заметила женщина, направляясь к двери. – Но рукоприкладство при выяснении отношений – это не выход.
– Да, все не так… – испуганно затараторила я, но была перебита.
– Ему нужно поспать, и он будет в порядке. Пока.
Дверь за соседкой захлопнулась, а у меня, кажется, появилась личная жизнь и лежала она сейчас на полу. При одной только мысли, что у меня с Северским может быть что-то романтическое, мурашки в ужасе бежали по коже. Кошмар какой!
Не зря говорила бабушке, что не везёт мне с поиском мужчин, вот нашла тут, под елкой одного. И жалею!
Что теперь делать? Хочется пойти помыться и спать. Бросив взгляд на лежащее на полу тело, я подумала: а не перетащить ли его на диван? Холодно все же. Но он вроде бы в пальто. Накопитель на груди подсказал, что наши возможности на сегодня исчерпаны, поэтому, вздохнув, я отправилась в спальню за пледом и укрыла им мужчину.
А он ничего такой. Когда спит. Завтра вот только проснется, и я хочу к тому моменту быть уже на ногах. Будильник нужно поставить.
* * *
Утро добрым не бывает, это я поняла точно, когда вышла из комнаты, и взгляд наткнулся на Северского. Сегодня воскресенье, можно было бы поспать подольше, а не это вот все. Еще раз бросив мрачный взгляд на мужчину, я отправилась варить себе кофе. И омлет бы сделать. Скорее всего, на двоих. Или его можно не кормить?
Нет, предложить точно надо, а то ведь не вежливо будет. А мне ему еще экзамен пересдавать. Если я покормлю его омлетом, станет ли он от этого добрее? Нет, нам не нужны подачки, я сама все сдам!
– Ларионова? – раздался сзади озадаченный голос, и я мученически вздохнула.
– Доброе утро, – повернулась к «любимому» преподавателю.
– Что я тут делаю? И где именно это «тут»? – спокойно и невозмутимо поинтересовался Северский.
Пальто лежало на моем диване, а сам полудемон стоял сложа руки на груди. В том же костюме, что и вчера, а за плечами возвышались кожистые крылья. Видимо, после травмы не хватило сил их скрыть. А может, просто посчитал излишним напрягаться.
– Тут – это в моей квартире. Оказались вы здесь, потому что я нашла вас под елкой рядом с домом, без сознания.
Я вчера полночи думала, что скажу профессору, когда он очнется, но сейчас беседа текла сама по себе, легко и спокойно. Странно. С другой стороны, зачем бы нам ругаться?
– Как я очутился под елкой именно рядом с вашим домом? – с подозрением уточнил Северский.
Думает, это я врезала ему по голове, за то, что он не поставил пятерку?
– Моя квартира в пяти минутах ходьбы от университета.
– А почему вы не вызвали скорую?
– Связи не было. Но я попросила соседку сверху посмотреть вас. Когда принесла домой.
– Она врач?
– Педиатр.
Северский вскинул бровь, я проигнорировала. Кто был доступен, того и позвала. Лидия Владимировна прекрасный специалист! Надо было все же его бросить.
– Вы будете омлет? – сухо уточнила я, надеясь, что полудемон откажется и откланяется.
– Буду. Кофе черный, без сахара. Я воспользуюсь вашей ванной.
Стиснув зубы, я стала рассказывать еду по тарелкам. Мужчине досталась порция побольше. Разлив кофе по чашкам, поставила все на стол. Северский уже сидел в ожидании, его вообще ничего не смущало. Как только он освоился, вернулся прежний полудемон, разве что немного помятый.
– Приятного аппетита, – буркнула я и приступила к своей порции.
– Почему вы решили мне помочь? – спросил полудемон, тоже взявшись за вилку. Ни тебе ответного пожелания, ни тебе спасибо за еду. – И не нужно говорить про то, что я ваш преподаватель.
– Меня не так воспитали, – поджала губы я, покосившись на мужчину.
Тот хмыкнул.
– Это Леонид привил вам подобный гуманизм? – с иронией уточнил Северский, делая глоток кофе.
Я едва не подавилась последним куском омлета. Он знает, кто мой отец! Видимо, уже давно! Быстро прожевав во избежании, решила все-таки ответить.
– До тринадцати лет я воспитывалась мамой. Силы проснулись поздно.
Отец принадлежал к миру монстров и до того момента, как проснулась магия, мы общались мало. Теперь же редко мы пересекаемся с мамой. Я с облегчением приняла ее брак. Людям не место в мире монстров.
– Ладно, убедили, – заметил полудемон, потягивая кофе и о чем-то размышляя.
Таким вот, спокойным, мягким, он выглядел очень по-домашнему. Поймав себя на таких мыслях, я передернула плечами и начала собирать тарелки со стола, чтобы помыть.
Все же я не так давно погрузилась в мир монстров, до этого родители ограждали меня от этого, думая, что я обычный человек. Теперь приходится навёрстывать, многих тонкостей я не знала до сих пор. А их множество.
Если вы думаете, что все персонажи сказок и легенд – плоды фантазий писателей, то глубоко ошибаетесь. Орки, демоны, русалки, лешие ходят рядом с вами по улице, сидят за соседним столиком в кафе, являются вашими коллегами или соседями, а вы об этом даже не догадываетесь.
У монстров две личины. И если все дети теневого мира видят друг друга в истинном облике, то люди – только их вторую, человеческую личину, и ничего уж с этим не поделаешь. Таков закон природы: монстр никогда не увидит монстра в человеческом обличье, а человек монстра – в истинном.
Мама однажды очень удивилась, когда я, вернувшись со школы, спросила ее, а почему у тети Люды, нашей соседки, рога. Ей изменил муж? Оказалось, она была бесом и принадлежала миру монстров, как и я. Мама проплакала весь вечер, а утром меня забрал к себе отец. Родителем он был так себе, но свой долг выполнял, как мог. Тогда, погружаясь в новый мир, я начала догадываться, что это не отец меня бросил, просто так сложилась жизнь.
Я уже поставила посуду сушиться, когда в дверь позвонили. Я удивленно обернулась к профессору.
– Вы кого-то ждете? – уточнил он.
– Нет, – растерялась я, направившись к двери.
Северский встал и последовал за мной, я кожей чуяла его магию, боевое заклинание. Все настолько серьезно? Ко мне пришли из-за него?
Положительный ответ был на оба этих вопроса, это я осознала точно, когда открыла дверь и встретила мрачный взгляд отца.
– Папа, – удивилась я.
Тот молча отодвинул меня со своего пути и прошел за полудемоном в гостиную.
– У тебя две минуты, чтобы объяснить мне, что ты тут делаешь, – сложил руки на груди отец.
– И тебе здравствуй, Леонид, – усмехнулся Северский. – Как всегда, прекрасные манеры.
Кто бы говорил! Меня за еду так и не поблагодарил!
Папа прищурился, в воздухе запахло неприятностями. Не хватало, чтоб они мне здесь всю квартиру разнесли.
– Я вчера подобрала его на улице! – выпалила я.
Оба мужчины повернулись ко мне. «Находка», скривившись, отец, приподняв бровь.
– Где?
– Под елкой, – тут же уточнила я.
– И как ты дошел до жизни такой? – недобро усмехнулся отец.
– Есть несколько вариантов, нужно время, чтобы понять, какой именно верный. Я очнулся всего час назад.
Северскому очень не нравилось оправдываться, но иначе он сейчас не мог.
– Ничего ж такого… – пробормотала я.
– Ничего? А ты знаешь, что демоны не оставляют у себя дома женщин на ночь. Иначе они их разорвут. С ними ночуют только родственники! – рычал отец.
– Но я же жива, – указала на очевидный факт.
– Если женщина выживает, значит она подходит демону в пару и начинается брачный период. Об этом тебе известно? А я не хочу такого зятя!
Душа упала в пятки и под ложечкой неприятно засосало.
– Но как же так…
– Я полудемон и у нашего рода все немного по-другому, – сказал как отрезал мой профессор.
– Уверен? – зло уточнил отец.
– Нужен ритуал. Поэтому да, такое непросто провести, еще сложнее не заметить, – начал злиться Северский.
Все же скандала не избежать. Я устала опустилась на диван и уставилась на ковер. Вот и делай после этого хорошее монстрам. Все благие дела не остаются безнаказанными!
– В любом случае моя дочь теперь в зоне риска. Поэтому тебе пора на выход.
Профессор спорить не стал и, повесив пальто на сгиб локтя, неторопливо направился к двери, тем самым подтвердив слова отца.
– Благодарю за гостеприимство и еду, Екатерина.
– Угу, – уныло кивнула я.
Отец, поджав губы, последовал за полудемоном, но на полпути развернулся.
– Я заеду при первой возможности. Привезу новый накопитель и охранки.
– Угу, – снова кивнула я.
Хлопнула входная дверь, я осталась одна. Было о чем подумать. Например, про брачный период, правда? О заключении союза с Северским я не думала никогда. Вообще. Сама мысль пугала.
А еще… Откуда отец узнал, что преподаватель провел у меня ночь?
* * *
Роман Северский
Придя домой, я сбросил пальто и обессилено упал на диван. Предстояло многое обдумать. Студентка нашла меня под елкой. Скоро Новый год, очень символично. То, что тут замешан мой род, я не сомневался.
Я не общался с родом после смерти мамы, прекратив контакты с отцом. Надеялся, что он заведет другого наследника. Не сразу, но попытки были, все закончились плачевно. Я не хотел проходить через подобное и был готов отречься от рода, но тот не желал меня отпускать. Кровь не водица, отца должен сменить его потомок.
Вчера вечером приходил советник отца. Он мог запустить в кабинет магический дурман, свойственный нашей расе. Немного, но за пару часов меня можно было настолько нейтрализовать, что бы кто-то смог подкрасться и оглушить.
К такому предательству я был не готов. Зачем они это сделали? У отца появился наследник и от меня пожелали избавиться? Или таким образом попробовали подсунуть меня какой-то определенной женщине? От супруги демон очень зависит, но и риск слишком велик. Если натура не примет женщину, я действительно ее убью. Как они планировали это скрыть? Как бы это воспринял я? Плохой план. Нашла меня точно не та, на кого они рассчитывали.
Ларионову я знал пять лет, у нее была масса возможностей добиться как моего внимания, так и своих целей, но в ее глазах я никогда не видел интереса или фальши. Она очень похожа на Леонида, тот тоже, если и сделает гадость, то в лицо.
Есть еще один вариант и пугал он меня больше всего: они решили, что Ларионова – моя пара. Мы часто встречались по вечерам, в моем кабинете и проводили много времени наедине. А она могла не понравиться роду. Ритуал мы не прошли и, если ее устранить, то ничего серьезного не случится.
Ее проклятые пересдачи! Да ко мне никто так долго и регулярно не ходил, как она. Зачеты, экзамены, лабораторные и практические. Во всем она должна быть лучшей. Даже монстра, если захотят убить, убьют.
Я ударил кулаком по дивану.
Нужно выяснить точно, в чем тут дело и насколько отец в этом замешан. Они хотели, чтобы я определился? Вот я им определюсь, они еще полвека обо мне не вспомнят!
* * *
Екатерина Ларионова
Все воскресенье я учила магию крови, в понедельник стояла пересдача. Думала о Северском и учила. Но чем больше я прикладывала усилий, тем больше у меня ничего не получалось. Казалось, ничего не могу запомнить. К вечеру вымотанная и злая, я увидела на пороге отца.
Русые волосы небрежно ниспадают на лоб, голубые глаза выжидательно смотрят. Худощавая подтянутая фигура затянута в костюм и пальто. С Северским они одевались очень похоже.
Я посторонилась, пропуская родителя вперед. Давно мы не общались. Интересно, что он хочет мне сказать? А то, что разговор будет продолжительный, я не сомневалась, смотря на то, как родитель удобнее устраивается на диване.
– Красивая елка, – заметил отец, окидывая зеленое дерево выразительным взглядом.
– Я заказывала размером поменьше, но что привезли, то привезли.
– С кем планируешь встречать Новый год?
Недоуменно покосилась на отца. Пока жила с ним, мы встречали: он, я и бабушка. А как переехала, то с мамой. Сейчас?
– Одна.
Некоторое время мы помолчали.
– Если ты хочешь, чтобы я…
– Нет. Я знаю, что ты любишь одиночество и не нужно ради меня напрягаться. Лучше поезжай к бабушке, она скучает.
Отец насмешливо вскинул бровь.
– Да-да, это с виду она такая вся независимая, но на самом деле очень чувствительная.
– Хорошо, хорошо. Но если передумаешь, позвони, я выкрою время.
Странно, но именно в этот момент я поняла, что больше всего ценю в своем родителе, отсутствие заботы. Бабушка что ли провела с ним беседу, чтобы он уделял мне больше внимания? Так делать это нужно было, когда я была подростком.
– Может, тебе снова жениться?
Отец уставился на меня с испугом.
– Нет.
– Но…
– Нет. В моей жизни уже есть две женщины, мне хватает.
Это он про меня и бабушку. Впрочем, может у отца есть личная жизнь, ну, не может ее не быть у такого видного мужчины. Наверное… Но я не хочу о ней знать, пока он сам не решит нас познакомить.
– Я женат на работе.
Интересно, а кем отец работает? Я знала, что он трудится в государственных структурах, но о должности и представления не имела.
– Раз мы обсудили все, что положено в семье, то можешь переходить к делу, – подтолкнула я его.
Отец поморщился.
– Северский плохо на тебя влияет.
– Он хороший преподаватель.
Я только что похвалила своего преподавателя по магии крови? Может, это мне вчера стукнули по голове? Хотя, объясняет он и правда отлично.
– Да, не ожидал я, что он будет у тебя вести магию крови. И что ты будешь так часто ходить к нему на пересдачи.
Как-то неприлично это прозвучало. Словно я к нему на свиданки бегаю. Все же совсем не так!
– Он очень придирчив к уровню знаний своих студентов, а я отличница.
– Ну, да. Просто будь осторожнее. Семья у него специфическая и они могут быть опасны. А я не всегда буду рядом, – и мне протянули накопитель и охранный артефакт.
Отец беспокоится? Впервые я вижу его таким. Осторожно протянув руку и взяв кулон и кольцо, которые смотрелись как комплект, я присмотрелась к плетениям. Сложные изделия и наверняка сильные.
– Спасибо. Все настолько плохо?
– Не знаю, но у меня плохое предчувствие, а оно еще ни разу меня не обманывало. Какие у тебя планы на завтра?
– Учеба и пересдача у Северского, – со вздохом призналась я.
Отец бросил на меня тяжелый взгляд, но промолчал. И еще немного поболтав со мной, родитель откланялся. А я смотрела из окна, как он идет к машине, и крутила комплект украшений в руках.
Теперь тревога передалась и мне. Вздохнув, я надела артефакт и накопитель. Лишними не будут.
* * *
Лекции весь день прошли, как в тумане. Вечером стояла пересдача у Северского, Вадик – молодец, устроил. Но он же не знал, как я провела выходные. А я… Я была готова плюнуть на все и согласиться на четверку. Решено, если не получится в этот раз, больше не пойду. Ну, будет у меня аттестат с одной четверкой, ничего страшного. У меня редкий дар и все такое. Без работы не останусь.
Одногруппники посматривали с недоумением. Обычно я была вежлива, невозмутима и коммуникабельна. Сегодня напоминала мрачного фрика, забившегося в дальний угол аудитории. Обращаться со мной остерегались, даже преподаватели не трогали.
Лекции слушала вполуха, донимали мрачные мысли. Теперь проблемы Северского и мои проблемы. А еще нет сомнений, отец за мной следит. Нужно выяснить, за квартирой или конкретно на мне заклинание наблюдения. Не то что бы у меня были секреты, но я еще надеялась на появление личной жизни и делиться такими моментами с родителем была не намерена. Мысли метались с одной проблемы на другую, и уже к середине дня разболелась голова. Поэтому вечером, плетясь в университет, шла, как на каторгу.
Пересдача стояла поздно. У Северского было плотное расписание, один из преподавателей уволился и, пока шло собеседование на эту вакансию, работы у полудемона прибавилось. Как и проблем у студентов. Это мы за пять лет к нему привыкли, а кто-то лишь по слухам знает нашего «любимого» преподавателя. Ничего, скоро познакомятся.
Конечно, я готовилась и в этот раз, но все равно понимала, если Северский не захочет поставить пять, не мне с ним соревноваться в знаниях. Ну, вот почему именно я наткнулась на него под елкой?
Глубоко вздохнув, постучала в дверь.
– Войдите.
Очутившись в аудитории, первым делом бросила взгляд на профессора. Крыльев нет, когти постукивают по столу. Вроде ничего необычного.
– Проходите, Ларионова. Не тратьте мое время. Полагаю, подготовились еще лучше, чем раньше?
Учила все воскресенье и сегодня после лекций. Я свой профильный предмет так не знаю! Но сказала в ответ иное:
– Старалась.
Северский бросил на меня пристальный взгляд.
– Хорошо, тогда тема такая: обнаружение следов магии крови при преступлении.
Облегченно вздохнув, я присела напротив преподавателя. Этот раздел был тесно связан с моей работой и даром. Без ложной скромности: в нем я знала все и даже больше. Но все равно удивилась, когда преподаватель передал мне исправленную оценку в зачетке.
Он поставил отлично?
– Все, идите, а то мне тоже хочется домой.
– Да – пискнула я и вылетела за дверь.
Свобода. Теперь у меня аттестат с отличием, после Нового года начинается преддипломная практика. Красота! В ближайшие пару месяцев с Северским могу не видеться совсем!
Да я в университет ходить перестану. Возьму по оставшимся в расписании предметам пару работ, у меня все равно по ним автомат. Так и сделаю! Завтра же!
Кстати, а почему это «любимый» преподаватель все-таки поставил отлично? Может, это не из-за моих знаний, а потому что я его спасла? Нет, это совсем на него не похоже. Да и с отцом они не ладят.
Непроизвольно я замедлила шаг, идя по уже полутемным коридорам университета.
И все же. Почему он поставил отлично? Если я сейчас вернусь обратно и уточню, это же ничего? Вот полудемон мне обрадуется. Остановившись, я вздохнула и начала уговаривать себя не дурить и не лезть профессору в душу.
Чем бы все это закончилось, не знаю, но кто-то подкрался ко мне сзади и толкнул вперед. Пролетев пару метров, я упала на пол, а подо мной загорелась алым пентаграмма. Ошалело я повернулась и увидела незнакомого мне демона, с горящими глазами.
Закричала я так, как не кричала никогда. Мой голос гулко прокатился по коридорам, демон усмехнулся и исчез. А красная магия из линий пентаграммы начала перетекать по моим рукам и ногам к телу. Находясь в панике и не контролируя себя, не в состоянии связно мыслить, я старалась стереть чужое колдовство, выбраться из пентаграммы. Не получалось.
– Ларионова!
Вскинув глаза, полные слез, я увидела Северского, он бежал ко мне, с крыльями за спиной. Я испытала невероятное облегчение. Сейчас он все решит, все исправит.
У полудемона получилось шагнуть в пентаграмму, опустившись около меня на колени, он рассматривал узор, начерченный на полу, и, кажется, ругался на древнем языке.
– Уберите это с меня!
– Успокойтесь.
Схватив Северского за руки, я вцепилась, словно клещ. По щекам текли слезы, мне было страшно и единственный, в ком я чувствовала опору, знакомым мне злом, был мужчина напротив.
Руки и ноги начали гореть, будто и в самом деле в огне, жар подбирался к телу. Встретившись взглядом с мужчиной, я только и услышала:
– Черт.
А следом он прижал меня к себе, укрывая крыльями, волна жара прокатилась по всему телу, брызнув в разные стороны. По коридору прокатился гул магии, послышался звон выбитого из окон стекла, а потом пришла боль и спасительная темнота.