ГЛАВА 11

Закрыв двери, прислонилась к стене и еле слышно вздохнула. Все-таки, последствия болезни давали о себе знать — я слишком быстро уставала. Отдышавшись, подошла к кровати и задумчиво посмотрела на ночную сорочку. Рэйя Аманда рассказала мне, что на Севере не принято брать за невестой приданое. Все необходимое должна собрать семья жениха, так что, и эта рубашка, и вся моя одежда, включая тончайшее белье, — подарок Торна. Ну, и его семьи, как выяснилось.

Быстро сняв платье, натянула сорочкуи легла в постель, не переставая размышлять о разговоре с Артуром. Интересно, что случилось с его братом? Если подумать, напрашиваются кое-какие выводы. Этот самый Себастиан привез меня в Сартану. В дороге я заболела, но он сумел доставить меня в имение жениха. Сам, как выяснилось, тоже заболел, и, похоже, довольно серьезно, если невозмутимый дворецкий так сильно переживает за него. Получается, мы вместе подхватили эту странную горячку? Или это я заразила своего сопровождающего? Столько вопросов… Интересно, а он тоже потерял память? Или это только мне достались столь удивительные последствия таинственного недуга?

Неожиданная мысль заставила открыть глаза. Боги, надеюсь, Артур не винит меня в болезни брата? А если тот умрет?

Но, получается, вся прислуга знает о произошедшем? Так вот почему Бернард смотрит на меня с такой неприязнью, а рэйя Аманда вздыхает украдкой, бросая в мою сторону странные взгляды!

Мне стало не по себе. Ощущать груз непонятной вины было неприятно. Нет, умом я понимала, что ни в чем не виновата, но вот сердцем…

В эту ночь я долго не могла уснуть, вновь и вновь пытаясь воскресить в памяти расплывчатый мужской силуэт, с белым пятном вместо лица. Как же меня раздражала собственная слабость и беспамятство! Как я, вообще, умудрилась подхватить эту горячку? Никогда ничем не болела, а тут какая-то странная хворь лишила меня не только сил, но и памяти! Очень подозрительно!

Забылась сном лишь под утро, чтобы уже через час проснуться в холодном поту и с неистово бьющимся сердцем. Боги, опять этот кошмар!

— Доброе утро, миледи!

Тира, как всегда, была пунктуальна и невозмутима.

Интересно, она тоже винит меня в болезни Себастиана?

— Доброе. Тира, а ты давно служишь у лорда Торна?

— Да, миледи. Я выросла в замке.

— А лорд Себастиан… Он часто здесь бывает?

Служанка вздрогнула и растерянно посмотрела на меня.

— А разве вы вспомнили? Ой, простите, миледи, мне нужно идти.

Девушка поставила на столик поднос с завтраком и кинулась вон из комнаты.

Что это с ней? Неужели, мои вопросы заставили горничную сбежать?

Я привела себя в порядок, позавтракала, а Тира так и не вернулась, зато, пришел наместник.

— Доброе утро, Аннет, — приветливо поздоровался он. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули?

Мне достался внимательный взгляд серебристых глаз.

— Да, конечно.

Не стала говорить жениху, что меня снова мучили кошмары.

— Вот и замечательно.

Артур присел в кресло и, небрежным движением, поправил шейный платок. Несмотря на раннее утро, Торн был тщательно одет и свежевыбрит.

Некоторое время он сосредоточенно глядел в окно, и на лице его отражались нелегкие раздумья. Наконец, словно решившись на что-то, наместник оперся о подлокотники и сел ровнее.

— Аннет, как вы помните, вчера я предупреждал вас о предстоящем разговоре, — внимательно посмотрев на меня, начал Торн. — Кстати, вам удобно общаться здесь, или мы пройдем в мой кабинет?

Серьезный тон заставил насторожиться. В кабинет? Ну, уж, нет! Когда не знаешь, что тебя ждет, лучше находиться на своей территории.

— Если вам все равно, я предпочла бы остаться здесь.

— Хорошо, — ровно ответил наместник.

Он помолчал немного, собираясь с мыслями, а потом, задал мне вопрос:

— Аннет, помните, я спрашивал, как вы относитесь к монархии?

Торн невозмутимо смотрел на меня, заставляя задуматься, отчего он вспомнил тот старый разговор именно сейчас.

— Да, разумеется.

Мне стало интересно, к чему он ведет.

— И что вы мне ответили?

— Что монархия осталась в далеком прошлом.

Во взгляде Артура мелькнуло нечто, похожее на сочувствие.

— Вынужден вас огорчить, Аннет, но вы ошиблись.

Я удивленно посмотрела на мужчину.

— В Сартане до сих пор правит Император.

Наместник внимательно наблюдал за тем, как меняется выражение моего лица.

— Но как? Это же невозможно! А Альянс?!

— О, Альянс — всего лишь удобный инструмент для управления остальными странами. По сути, его роль сводится только к одному — поддерживать мир во всем мире и не допускать войн и конфликтов, — спокойно ответил Артур.

Я лихорадочно обдумывала услышанное. Что я знала о мировом устройстве раньше? Миром правит Альянс, в Альянсе главное место занимает Север, и все решения принимаются только с одобрения наместника Сартаны, соответственно, миром правит, по большому счету, именно он. Но, тогда получается, что… Боги!

— Лорд Торн, а император, — я недоговорила, внимательно посмотрев на будущего мужа.

— Он… Словом, вы, случайно, не он?

Не смогла связно высказать пришедшую в голову сумасшедшую мысль.

— Император?

Наместник усмехнулся и покачал головой.

— Совсем скоро, Аннет, вам представится возможность познакомиться с ним, — серьезно ответил Артур. — Через неделю состоится Первый весенний бал, и мы с вами на него приглашены. Как думаете, ваше самочувствие позволит нам посетить дворец?

Он озабоченно посмотрел на меня, видимо, решая, сумею ли я выдержать подобное испытание. Но я была уверена в своих силах. С каждым днем, чувствовала себя все лучше, за исключением того, что память так и не вернулась.

— Не волнуйтесь, лорд Торн, я справлюсь, — улыбнувшись, взглянула на жениха. Боги, он так искренне переживает за меня, в то время как его брат…

— Милорд, я хотела бы узнать…

— Да, миледи.

— Лорд Себастиан… Это я виновата в его болезни?

Артур еле заметно вздрогнул.

— Кто сказал вам подобную глупость? — в голосе наместника зазвучали стальные нотки. — Тира?

— О, нет. Просто, эта горячка… Ваш брат вполне мог заразиться.

Пристально посмотрела на жениха.

— Какие глупости, миледи!

Мне показалось, что наместник облегченно выдохнул.

— Себастиана свалила совершенно иная болезнь, не имеющая к вам никакого отношения.

Торн поднялся с кресла и подошел ко мне.

— Аннет, я очень надеюсь, что вы сумеете держать эмоции под контролем, — серьезно глядя в глаза, произнес он. — Сейчас я не могу объяснить вам всего. Императорский дворец — довольно необычное место, и многое может показаться вам странным, но, поверьте, со временем, вы все поймете, а пока, просто доверьтесь мне и не выказывайте своего удивления, что бы ни происходило вокруг.

Подобное заявление удивило. Император, бал, какие-то особые обычаи. Я что, попала в прошлое? Неприятный холодок пробежал по спине.

Видимо, что-то отразилось на моем лице, потому что наместник осторожно притянул меня к себе и обнял.

— Поверьте, Аннет, вам не стоит переживать. В старых традициях нет ничего страшного, — тихо прошептал мой будущий муж. — К тому же, я всегда буду рядом и никому не дам вас в обиду.

Тепло объятий успокаивало, дарило защиту. Мне так хотелось прижаться сильнее и раствориться в уверенности наместника! Уверенности, которой у меня, увы, не было. В последнее время, я часто задумывалась о своей реакции на близость Артура. Удивительно, в его присутствии мне всегда было очень спокойно. Отступали тревога и страх, уходило волнение, исчезали воспоминания о ночных кошмарах, а взамен, появлялось ощущение правильности и предопределенности происходящего.

Не знаю, как долго мы простояли так, обнявшись, но стук в дверь показался неожиданно громким.

Встрепенувшись, отступила на шаг, и наместник нехотя разжал руки.

— Ваша Светлость, донесение из императорского дворца. Бернард, войдя в покои, низко поклонился, и, избегая моего взгляда, передал Торну запечатанный конверт.

— Вели Норану седлать Ветра, — просматривая послание, приказал дворецкому Артур. — И скажи Ланиру, пусть собирается, он едет со мной.

— Слушаюсь, милорд. Миледи, — мне достался короткий поклон, и Берни, с плохо скрытой неприязнью покосившись в мою сторону, вышел из комнаты.

Ненависть дворецкого начинала меня раздражать. Какое он имеет право осуждать меня в болезни своего любимого господина? Я что, специально заразила этого самого Себастиана? Артур же прямо сказал, что я не виновата.

— Тихо, Аннет, — наместник вновь притянул меня к себе и зарылся лицом в мои волосы. — Не кипятитесь. Я поговорю с Бернардом, и он извинится за свое недостойное поведение. Ну, успокоились? — спустя несколько минут, спросил Торн.

Как ни странно, злость схлынула.

— Вот и замечательно, — весело заметил Торн.

Его настроение, непонятно почему, неожиданно улучшилось. Он улыбнулся и, отпуская меня, сказал:

— Я оставлю распоряжение рэйе Аманде, она позовет портних, и вы закажете себе платье для бала.

Боги, бал! Я совершенно о нем забыла!

— Есть какие-то особые пожелания для моего наряда? Цвет, форма, длина…

— Полностью полагаюсь на ваш вкус, Аннет, — едва заметно улыбнулся наместник. — Уверен, вы справитесь.

Он окинул меня загадочным взглядом и вышел из комнаты, а я осталась стоять посреди спальни, раздумывая над нашим разговором. Монархия, власть над миром, Император, бал… Ах, да, бал! Лучше всего сосредоточиться на том, что мне по силам. Монархия подождет, а вот бальное платье…

Выждав немного для приличия, чтобы дать возможность рэйе Аманде вызвать портных, вышла из спальни и направилась к покоям экономки. Уже подходя к ее комнатам, услышала громкий разговор домоправительницы и дворецкого Бернарда. Интересно, что заставило благовоспитанную рэйю повысить голос? Занесла руку, чтобы постучать, но несколько слов, произнесенных Берни, заставили меня остановиться.

— Я ненавижу ее, Ами! Я не могу смотреть на нее, зная, что она сделала с бедным лордом Бастианом! Ты видела его лицо, Ами? Ты видела? Ох, наш бедный господин! И за что?

— Бернард, успокойся, остынь, — жестко произнесла рэйя Аманда. — Леди Кервуд ни в чем не виновата. Ты же сам понимаешь, милорд знал, на что шел.

— Знал?! Знал, говоришь? Откуда он мог знать, что эта фурия устроит подобное? Я был там, я видел своими глазами, как она…

— Замолчи, — резко прикрикнула на дворецкого домоправительница. — Ты же понимаешь, что это было необходимо!

— Лучше бы она умерла! — воскликнул Берни. — Зря милорд собой рисковал, вытягивая из лап смерти эту ненормальную! Вон, как она ему отплатила. Попомни мои слова, Аманда, огненная ведьма принесет господам одни несчастья!

— Что ты несешь, безумец? — испуганно охнула женщина. — Опомнись! Разве ты не знаешь, для чего милорду нужна леди Кервуд? Не смей даже взглядом выказывать свои чувства. Миледи — достойная женщина, и она будет прекрасной женой лорду Артуру. А ты, если посмеешь еще хоть раз оскорбить ее словом или делом, отправишься в дальнее имение, так и знай. Я не потерплю, чтобы о хозяйке кто-то дурно отзывался.

— Ишь, как заговорила! Хозяйка! Она еще не хозяйка здесь. Всего лишь проклятая южанка, которая всюду сует свой нос, — едко ответил дворецкий.

Берни, замолчи, — угрожающе повысила голос экономка. — Ты меня знаешь, я не посмотрю на твои былые заслуги, а прямо скажу милорду, что тебе пора на покой.

— Не посмеешь, — ошарашенно выдавил старик.

— Еще как посмею, — сердито ответила домоправительница. — Все, иди. И не смей больше оскорблять миледи своей кислой физиономией.

Рэйя Аманда продолжала что-то говорить, но я больше не могла ее слушать.

Ошарашенная, сбитая с толку, напуганная, отступила на шаг, потом, еще… И побежала по коридору, стремясь оказаться как можно дальше от обсуждающих меня людей. Боги, да что же на самом деле произошло во время этой загадочной поездки, которую я совершенно не помню?! Почему Бернард назвал меня огненной ведьмой? С моим-то смехотворным уровнем дара? За что так сильно ненавидит? И что я сделала, чтобы заслужить подобную ненависть?

С каждой минутой, становилось все страшнее. Мне рисовались немыслимые картины горящих покоев, вспыхивающая скатерть, тлеющие вишневые гардины…

Я сама не заметила, как оказалась на чердачном этаже. Очнулась уже в какой-то маленькой темной комнате и растерянно огляделась вокруг. Ветхая мебель, сложенные вдоль стен картины, груды свернутых тканей. Похоже, я забрела в старую кладовку.

Не обращая внимания на слой пыли, села на продавленный диван и уставилась в узкое, зарешеченное окошко. Слова Бернарда раскаленным железом прожигалигрудь. Боги, ну что же случилось со мной в этом таинственном путешествии из Кена в Сарту?! Почему от меня скрывают правду? И что мне теперь делать — спросить Артура? Он не ответит. Примется рассказывать какую-нибудь отвлеченную историю, или, как обычно, переведет разговор на другую тему. Сколько раз я уже пытала его вопросами о поездке? И все напрасно. Нет, я понимаю, что Торн вполне искренне заботится о моем здоровье и не хочет подвергать ненужному риску, но почему он отказывает мне в праве, знать, что произошло?!

Может быть, стоит поговорить с Бернардом? Его ненависть так велика, что он вполне может высказать мне в лицо все свои претензии. Боги, но будет ли это правдой? Определенно, что-то случилось в том мрачном замке, который мне удалось вспомнить не так давно. Только вот правильно ли понял произошедшее Берни? Он слишком привязан к брату хозяина, чтобы быть объективным. И стоит ли доверять свидетельству такого человека?

Я просидела в заброшенной комнатушке довольно долго, мучительно решая, что делать дальше, и вышла из нее с твердым убеждением, что не подам и вида, что мне что-то известно о событиях недалекого прошлого. Пусть все считают, что я ничего не знаю. Возможно, со временем, я смогу собрать воедино обрывки воспоминаний и услышанных разговоров, и буду знать, какие именно вопросы задавать наместнику. И тогда он уже не сможет отвертеться.

Я захлопнула дверь комнатушки, послужившей мне невольным убежищем, и, не торопясь, пошла по узкому коридору. Маленькие окошки с трудом пропускали солнечный свет. В его лучах тускло блестели старые, потрескавшиеся зеркала, во множестве развешанные по стенам. Вероятно, у хозяев не поднялась рука уничтожить стеклянных свидетелей прошлого и их попросту "сослали" на чердак. Засмотревшись на собственное отражение в одном из больших зеркал, не заметила, как поранила палец выступающей из его рамы хрустальной розой. Надо же, какой неловкой я стала после этой несносной болезни! Отерев ранку платком, легко коснулась хрупкого цветка, погладив его изящные лепестки. Удивительная красота!

Спустившись вниз, застала переполох.

— Миледи, слава Единому, вы нашлись!

Тира, бледная, испуганная, вцепилась в мою руку и разрыдалась.

— Что случилось?

Я с удивлением смотрела на плачущую горничную.

— Мы обыскали весь замок, искали вас, звали.

Девушка всхлипнула. Остальные слуги поглядывали на меня с видимым облегчением, а Бернард — с плохо скрытой неприязнью.

— Ох, миледи, и напугали вы нас!

Ко мне, забыв о степенности, спешила рэйя Аманда.

— С вами все в порядке? — обеспокоенно спросила она, подходя ближе и окидывая меня внимательным взглядом.

— Разумеется, рэйя, — улыбнувшись, ответила пожилой женщине и оглядела слуг. — Я просто гуляла по замку и немного заблудилась.

Нужно было видеть удивление на лицах собравшихся.

— Простите, что причинила вам беспокойство, я, право, не хотела.

Еще раз улыбнувшись почтенной рэйе, подошла к ней, и, взяв под руку, сказала:

— Рэйя Аманда, лорд Торн говорил с вами о предстоящем бале?

— Что? — Домоправительница рассеянно поправила выбившуюся из идеальной прически прядь. — Ах, да, конечно, миледи! Я уже вызвала портних, они ждут в ваших покоях.

— Замечательно. Тогда, может быть, вы поможете мне определиться с бальным платьем?

Женщина расцвела улыбкой.

— Почту за честь, миледи, — довольно произнесла почтенная рэйя.

Все оставшееся до ужина время ушло на выбор тканей и бесконечные примерки. Вокруг меня хлопотали три портнихи, Тира, рэйя Аманда. Они снимали мерки, спорили, приводя примеры успешных и провальных дебютов и доказывая, как важно первое впечатление в обществе, а я молча стояла на невысоком подиуме и в который раз пыталась сопоставить все известные мне факты о помолвке и путешествии.

— Миледи, вы совсем нас не слушаете!

Голос экономки сбил меня с мысли.

— Да, рэйя Аманда?

Вопросительно посмотрела на женщину.

— Я говорю, что небесно-голубой — лучший цвет для первого весеннего бала!

Смутное воспоминание о нежном кружевном платье мелькнуло и тут же исчезло, оставив после себя какое-то неясное сожаление и тревогу.

— А я считаю, что ярко-алый шелк просто создан для миледи, — вмешалась полная, моложавая портниха. Она окинула мою фигуру придирчивым взглядом и добавила: — Вот, смотрите, — женщина достала отрез великолепной армской ткани и, прищурившись, мечтательно произнесла: — Открытые плечи, низкий вырез лифа, фландское кружево. И бриллианты. Да, это будет прекрасно!

— Не знаю, а мне кажется, миледи идеально подойдет золотистый цвет, — робко вклинилась в разговор невысокая сухощавая модистка. — У леди такой изумительный цвет лица, его обязательно нужно подчеркнуть.

И спор вышел на новый виток, а я вернулась к своим размышлениям. Удивительное дело — раньше, никому бы не доверила решать, какое платье надену на бал! Всегда сама придирчиво отбирала ткани, фасоны, украшения. А сейчас, все мои мысли занимали совсем другие вещи. Артур, Себастиан, помолвка, поездка, ненависть Берни, его странные обвинения… — все это бесконечно крутилось в голове, вызывая новые и новые вопросы. Если бы только вспомнить! Но я вспомню, обязательно вспомню свое несчастливое путешествие!

Неожиданно, громкие голоса стихли, и на мой суд представили общее решение — платье из нежно-кремового шелка, отделанное тончайшим кружевом, с пышной юбкой, умеренным декольте и затянутой в корсет талией.

— И обязательно то колье и серьги из аграниора, что милорд подарил вам намедни, — добавила рэйя Аманда.

Да, наместник был щедр. Мысли тут же вернулись к будущему мужу. Артур. Серьезный, внимательный, заботливый, сильный. С каждым днем, я привязывалась к нему все больше, и чувствовала, как между нами натягивается тонкая нить, связывающая воедино. Но как заставить его сказать правду?

О чем там рэйя Аманда? Ах, да, колье. Колье.

Наместник буквально завалил меня подарками, стремясь поднять мое настроение. Огромная шкатулка уже не вмещает всех драгоценностей, которые подарил мне Торн, и Тире пришлось поставить на туалетный столик ещё одну. Улыбнулась, вспомнив, как радостно блеснули глаза жениха, когда он увидел на мне тот самый комплект из аграниора. Изящное плетение, крупные камни, сияющие чистым золотым светом, тонкая огранка, заставляющая их сверкать и переливаться сотнями бликов. Да, эти украшения достойны того, чтобы надеть их на бал.

— Миледи, вам нравится? — спросила домоправительница, прерывая мои сумбурные размышления.

Что ж, вариант, выбранный дамским консилиумом, оказался прекрасным, и мне оставалось только согласиться. Собрав образцы, портнихи откланялись, рэйя Аманда тоже поспешила по своим делам, а Тира осталась, чтобы помочь мне переодеться к ужину.