ГЛАВА 14

Незаметно подошло время Весеннего Бала. Да-да, именно так, Бала С Большой Буквы! Рэйя Аманда объяснила мне, что первое торжество сезона является одним из самых важных в году. Императорский двор переезжает из зимнего дворца в летний, и это событиезнаменуется грандиозными приемами и раутами, побывать на которых мечтают многие титулованные особы. Правда, удостаиваются подобной чести не все. Лишь избранные получают заветные золотые приглашения, являющиеся вожделенным пропуском в высший свет Сартаны.

Вообще, насколько я поняла, общество Севера до сих пор придерживается четко выраженной сословности. Высшая аристократия, мелкопоместное дворянство, военные, духовенство, купцы, лавочники, зажиточные горожане и, наконец, крестьяне, стоящие особняком в самом низу социальной лестницы.

У каждого класса есть свои привилегии, обязанности и строго регламентированные правила поведения. Увы, так ненавидимый мною этикет снова вернулся в мою жизнь! Рэйя Алирия была бы счастлива узнать об этом, если бы Артур не попросил меня держать все полученные о Сартане сведения втайне. "Я понимаю, Аннет, вам наверняка захочется поделиться с наставницей или подругами подробностями и новостями, но вынужден попросить вас воздержаться от упоминания некоторых особенностейСевера. Ну, вы понимаете — Император, двор, магия"

Что ж, я, действительно, понимала. Впрочем, понимала ещё и другое. Наместник легко мог потребовать с меня клятву о неразглашении, заставив произнести довольно серьезный по форме обет, но ограничился всего лишь просьбой. Я оценила подобное доверие и не собиралась подводить будущего мужа.

А, тем временем, день, обещающий стать одним из важных в моей жизни, стремительно клонился к вечеру, и вот, наконец, настал момент, когда камеристки расправили на бальном платье последнюю складку, и я замерла перед зеркалом, внимательно разглядывая собственное отражение.

Ну, что? Совсем неплохо. Каштановые волосы уложены в изысканную прическу, в темно-серых глазах таинственно поблескивают золотистые искорки, корсет выгодно подчеркивает тонкую талию, а кремовый цвет платья удачно оттеняет нежный румянец. Все идеально. Но почему тогда так тревожно сжимается сердце? И почему, глядя на красавицу напротив, не узнаю в ней прежнюю себя?

Кажется, только сейчас я поняла, как сильно изменилась со времени отъезда из Кена. Взгляд стал тверже, в нем появилась несвойственная мне прежде серьезность, лицо немного похудело, потеряв наивную девичью округлость, резче выделились скулы, а губы приобрели чувственную припухлость. Действительно, перемены разительные. Но, самое главное, куда-то исчезла та юная Энн, что беззаботно жила в замке Ренжин, не зная никаких забот, а вместо нее, из зеркальной глади на меня смотрела взрослая, уверенная в себе незнакомка, с легкой грустью в глазах.

Неожиданные перемены заставили задуматься. Когда я успела так измениться? И что тому виной? Неужели, грядущее замужество?

— Миледи, Его светлость спрашивают, вы готовы?

Запыхавшаяся служанка остановилась у двери, ожидая моего ответа.

— Скажи милорду, что через пару минут я буду в холле.

Девушка ушла, а я, бросив последний взгляд на свое отражение, постаралась успокоиться. Подумаешь — бал! Сколько их было в моей жизни? Разве пристало мне беспокоиться?

Решительно вскинув голову, вышла из комнаты и, не торопясь, спустилась по лестнице. Артур уже ждал внизу.

— Леди Анна!

Он протянул руку, помогая преодолеть последние ступени.

— Вы прекрасны!

На лице наместника, на мгновение, ярко блеснул серебристый узор.

Что говорить, мне была приятна подобная реакция жениха. Когда Торн смотрел с таким восхищением, я чувствовала себя настоящей красавицей. Нет, разумеется, я и раньше замечала заинтересованные мужские взгляды, но Артур… В его глазах было столько неподдельной нежности, преклонения, заботы… Ни в чьих других не доводилось мне видеть столь сильных чувств.

В городской особняк наместника мы перешли телепортом.

Поначалу, я не поняла, почему Артур подвел меня к одному из больших зеркал, во множестве расположенных в холле, и лишь когда он нажал на какую-то завитушку в резной позолоченной раме, догадалась, что никакое это не зеркало, а самый настоящий портал. Никогда бы не подумала, что можно иметь свой собственный телепорт! У нас в графстве их было всего несколько, для связи с главными городами страны, а тут… Похоже, и все остальные зеркала занимают свои места не просто так. Вопросительно посмотрела на жениха, и тот кивнул, разгадав мой безмолвный вопрос.

— Да, из замка есть выход во все значимые места Сартаны, — заметил наместник.

— Но ведь это очень дорого!

— Это Север, Аннет, здесь все немного иначе. Привыкайте. М-да. Похоже, впереди меня ждет ещё очень много открытий. Артур сделал короткий пасс, поверхность стекла мгновенно

пошла рябью и растворилась, открывая проход в высокий белоснежный зал, с массивными мраморными колоннами.

— Миледи.

Торн первым шагнул на светлые плиты пола столичного особняка и подал мне руку, помогая пройти следом. Миг — и я оказалась в ослепительно-ледяном пространстве. Стены, потолок, небольшой изящный фонтан, многочисленные зеркала- все сверкало и переливалось в свете магических светильников, создавая ощущение настоящей снежной сказки. Невероятная красота!

Не удержавшись, отпустила руку наместника и подошла к искрящемуся источнику. Его хрустальные струи с тихим звоном разбивались о прозрачную чашу и стекали вниз, в выточенное изо льда основание.

Прикоснувшись ладонью к округлым бортикам, поняла, что это вовсе не лед, а мрамор, но, боги, как же похоже! Колонны, изящные кресла, кованые столики. Прекрасные, белоснежные, словно припорошенные снегом. Я осмотрела все.

— Магия? — спросила у Торна.

— Магия, — утвердительно кивнул тот.

Да, это объясняло, почему простые, совершенно обычные вещи кажутся такими волшебными.

— Думаю, с обстановкой дома можно будет ознакомиться чуть позже, а сейчас, нам пора, — оторвал меня от восхищенного созерцания наместник. — Прошу, миледи.

Артур подошел к огромному зеркалу, в строгой белой раме, и нажал на небольшой квадрат в стене. Очередной портал открыл нам путь в императорский дворец.

На сей раз, мы оказались в длинном прямом коридоре. Множество зеркал, встроенных в его стены, превращали пространство в настоящий лабиринт. Я крепко вцепилась в ладонь Торна. Не сказать, что испугалась, но стало как-то не по себе.

— Не бойтесь, Аннет, — очень тихо шепнул наместник. — Помните, я рядом.

Он посмотрел в глаза, и его уверенность придала мне сил. Действительно, что такого страшного в обычных зеркалах? Ну, не совсем обычных, конечно, но все же…

Мысленно приказав себе собраться, я высоко подняла голову.

Все. Я готова.

— Вот, так уже гораздо лучше, — добродушно усмехнулся наместник. — Императорский бал ждет вас, миледи. Главное, ничему не удивляйтесь.

Подхватив меня под руку, Артур решительно направился вперед.

Благодаря его поддержке, в главный зал я вошла с гордо поднятой головой. Бабуля могла бы мною гордиться — идеальная осанка, легкая улыбка, спокойный взор. Я вспоминала леди Агату и невольно копировала ее образ — красивой, уверенной, знающей себе цену женщины.

Как там говорил наместник? Ни с кем не заговаривать первой, ничему не удивляться и не отходить от него ни на шаг. Что же, думаю, выполнить это будет не так уж и сложно. Окинула взглядом огромное помещение и едва удержалась от изумленного восклицания. Артур советовал не показывать эмоций, и я полагала, что справлюсь с этим?

М-да. Похоже, я переоценила свои силы!

Белоснежный зал был полон людей. Высоких, светловолосых, чем-то неуловимо похожих. Мужчины, женщины, одинокие и по парам они появлялись в клубящейся снежной поземке и исчезали в ледяных вихрях, чтобы, через секунду, возникнуть на другой стороне огромного ледяного пространства.

Легкая музыка лилась под туманными сводами и сплеталась со звуками метели, крупные, удивительно красивые снежинки тихо кружились в воздухе, а яркий свет магических шаров отражался от белоснежного пола и растворялся в нежной дымке, заменяющей потолок.

Я обвела глазами бальную залу и едва удержалась от испуганного возгласа. Стен не было! Совсем! Снежный буран бушевал по краям ледяного пространства, переливаясь всеми цветами радуги, в то время какневозмутимые северяне спокойно танцевали вальс, легко снося морозные прикосновения метели. Артур просил ничему не удивляться?

Действительно. Что тут такого? Подумаешь, вместо дворца — высоченная ледяная гора, с ровной бальной площадкой на самой вершине. Угу. Миленько.

Наместник сжал мою ладонь, пытаясь ободрить, и я искоса взглянула на него, чуть улыбнувшись краешками губ. Не собираюсь показывать своего страха. Раз эти ледышки спокойно перемещаются по залу, значит, и я смогу.

Решительно вскинув голову, внимательно огляделась вокруг. А ведь на нас с Торном смотрят!

Незаметно, не афишируя своего внимания, осторожно, недоверчиво, с опаской. Интересно, что их так настораживает? Кого они боятся? Лорда-протектора? Или меня?

А страх я чувствовала очень хорошо! Скрытый, завуалированный равнодушием и маскирующийся под пренебрежение.

Присмотревшись, невольно отметила холодную красоту северянок. Белокожие, изящные, светловолосые. На многих — старинные фамильные драгоценности, подходящие к великолепию бальных нарядов. На некоторых — высокие диадемы, свидетельствующие о герцогском титуле. И ни одной улыбки на бесстрастных лицах. Самое главное украшение любой женщины напрочь отсутствовало в этом ледяном королевстве!

Мне стало не по себе. Взглянула на жениха и облегченно выдохнула. В отличие от остальных замороженных сартов, Торн выглядел живым и настоящим.

— Вы окажете мне честь, Аннет? — Артур сдержанно улыбнулся, склоняя голову в поклоне.

— Разумеется, милорд, — присев в традиционном реверансе, протянула наместнику ладонь.

Миг — и крепкая рука обняла мою талию, а светлый бархатный камзол Торна оказался непозволительно близко от моего лица. Подняв глаза, наткнулась на горящий нетерпением взгляд наместника.

— Ну, держитесь, миледи, — еле слышно шепнул Артур, и нас подхватила ласковая метель, унося вслед за кружащимися по залу парами.

Шаг, шаг, шаг, поворот.

Музыка становится громче, радостным вихрем увлекая за собой.

И снова — шаг, шаг, шаг, поворот.

Ледяная поземка вьется вокруг нас, ластится к платью, осыпается снежным дождем на плечи наместника, нежно касается моих волос, украшая их подобием короны, и растворяется в белых клочьях тумана, что бы вновь возникнуть у наших ног.

Шаг, шаг, шаг. Скольжение, поворот.

Боги, это было чудесно! Как же давно я не танцевала! Артур оказался великолепным партнером. Он легко вел меня, властно прижимая к себе и вынуждая забыть обо всем — и об отсутствии стен, и о сотнях гостей, и о перспективе знакомства с императором. Наместник, не отрываясь, смотрел мне в глаза, заставляя мое сердце стучать все быстрее, и я таяла от нежности, проскальзывающей в его взгляде.

Шаг, шаг, шаг, поворот.

Музыка кружит голову, унося за собой и вплетая свою мелодию в тихие звуки метели.

Шаг, шаг, шаг, поворот.

Мелодия сарантеллы становится тише, сходя на нет и растворяясь в звуках метели. Последний аккорд — и Торн резко останавливается, задвигая меня за спину.

— Ваше величество.

Артур, не выпуская моей руки, медленно склоняет голову перед высоким, надменным мужчиной. Император! Как он оказался в двух шагах от нас так незаметно? Словно из воздуха появился! Хотя, почему нет? У них тут, похоже, распространены подобные приемы, вон как ловко придворные перемещаются по всему… залу. Опомнившись, присела в глубоком реверансе.

— Торн, — коротко кивнул властитель. — Это она?

Мне достался пронзительный взгляд темно-синих глаз. Холодных, беспощадных, нечеловеческих.

— Да, Ваше величество, — снова поклонился наместник.

— Странно.

Император неторопливо обошел нас кругом и остановился напротив меня.

— Недурна. Только вот…

Он замолчал, пристально посмотрев на моего спутника.

— Впрочем, неважно. Когда свадьба?

Самодержец говорил сухо и отрывисто, без капли каких-либо эмоций. Казалось, ничто не способно было заинтересовать ледяного правителя.

— Через пять дней, Ваше величество.

Я почувствовала, как напрягся наместник.

— Пять дней, — задумчиво повторил Император, окидывая меня внимательным взглядом.

— Леди Анна, — он протянул мне руку.

Торн крепко сжал мою ладонь, не позволяя сделать шаг вперед, к замершему в ожидании властителю.

— Ваше величество, — попытался вмешаться Артур. — Леди Кервуд…

— Молчи, Торн, — резко перебил его Император. — Ничего с твоей невестой не случится. Леди, — властно произнес монарх.

Наместник продолжал удерживать мою руку, но какая-то невидимая сила подхватила меня, и я оказалась рядом с надменным властителем.

— Посмотрим, подходите ли вы моему ближайшему соратнику, — негромко произнес Император, и в глазах его загорелся опасный огонек.

Он притянул меня к себе, и, в тот же миг, я почувствовала, как ледяная метель закружилась вокруг нас, отрезая от окружающих, скрывая напряженного Артура, пронизывая студеным ветром и выпивая дыхание с моих оледеневшихгуб. Больно… Боги, как же больно и холодно!

В синих глазах мелькнуло предвкушение, и холод усилился, проникая внутрь, замедляя биение сердца, забирая жизнь.

Очнувшись от ступора, яростно дернулась, пытаясь вырваться из удерживающих меня объятий. Заморозить? Меня? Ну, уж нет! Огонь, словно только того и ждал, плеснулся по венам, опалил ледяные пальцы и вырвался наружу, схлестнувшись со снежным бураном.

— Аннет!

Голос Артура донесся словно издалека, но я не стала оборачиваться. Жестокие, равнодушные глаза смотрели на меня с исследовательским интересом, не позволяя отвлечься ни на секунду. На губах стоящего напротив мужчины появилась издевательская усмешка.

— И это все, на что вы способны, графиня Блэквуд?

— Нет, сир.

Презрение властителя придало мне сил. Его величество думает, что я так просто сдамся? Он ошибается! Блэквуды умирают, но не сдаются.

Ровное пламя встретилось с ледяным смерчем. Синие глаза — с серыми. Ледяной маг — с огненным. Мужчина — с женщиной.

— Нет, Аннет!

Меня резко схватили за руку и оттолкнули в сторону.

Артур, остановившись перед Императором, напряженно замер, тяжело дыша и буравя самодержца ненавидящим взглядом.

— Торн.

Император смахнул с камзола невидимую пылинку.

— Теодор, — в тон ему ответил наместник.

— Мне показалось, или ты действительно вмешался в мой разговор с твоей невестой? — невозмутимо поинтересовался властитель.

— Простите, Ваше величество, но леди Кервуд еще не оправилась от недавней болезни. Ей нельзя пользоваться огненной магией, — жестко отрезал Торн, протягивая ко мне руку.

Я сделала шаг, и Артур тут же закрыл меня собой, отгораживая от Императора.

Боги, Торн сошел с ума! Теодор не стерпит подобного оскорбления. Сердце сжалось от страха за жениха. Что теперь будет?

— Ты посмел прервать разговор, — медленно, почти по слогам, произнес властитель.

— Именно так, Ваше величество.

Наместник склонил голову, признавая свою неправоту, но упрямо сжатые губы и морозный узор, покрывающий щеки, достаточно ясно свидетельствовали о том, что Торн не раскаивается в своем поступке.

— Отдаешь себе отчет в том, что ты сделал? — в голосе Императора зазвучали стальные ноты.

— Ты не тронешь ее, Теодор, — резко вскинул голову наместник. — Ты не посмеешь пойти против правил.

— Молчи, Торн. Здесь я устанавливаю правила. Центурионы!

Император небрежно хлопнул в ладони.

По бокам от Артура мгновенно выросли две огромные прозрачные фигуры.

— Теодор, не сходи с ума, — тихо произнес наместник. — Вспомни Кодекс.

— Ты меня утомил, Арт, — бесстрастно промолвил властитель. Он кивнул снежным духам, и те, схватив Торна под руки, растворились в морозной дымке.

Я дернулась следом, но самодержец остановил меня движением ладони.

— Хотите посмотреть, что бывает с теми, кто дерзит императору? — небрежно поинтересовался он, скучающе поглядывая по сторонам. Музыка стихла, а придворные замерли вокруг, напряженно прислушиваясь к нашему

разговору.

— Ваше величество, пощадите! Лорд Торн не виноват, он просто слишком волнуется обо мне!

— Это не умаляет его вины, — равнодушно заметил властитель и вдруг оказался рядом. — Так что, хотите увидеть своего жениха? — вкрадчиво спросил он.

— Да, Ваше величество.

Я изо всех сил удерживалась от того, чтобы не полыхнуть огнем по ненавистной ледяной физиономии.

— Какая горячая юная леди, — хмыкнул мужчина. — Что же, подарите мне танец, леди Анна, и, если он мне понравится, так и быть, вы увидите своего Артура.

Император небрежно протянул руку.

Постаравшись унять страх и волнение, я присела в глубоком реверансе и коснулась ладонью обжигающе-холодной длани. Острая боль прострелила запястье, и я едва удержалась от вскрика. Что происходит?! Вскинула взгляд на властителя, но лицо его оставалось совершенно бесстрастным. Настоящая ледяная статуя! А боль не утихала, поднимаясь выше, охватывая все тело, лишая сил и вынуждая сдаться. Нет! Я выдержу! Все выдержу.

Растянула губы в улыбке и увидела, как в глазах венценосного партнера что-то, на мгновение, дрогнуло.

Крепко сжав мои пальцы, монарх посмотрел вверх, и невидимый оркестр заиграл знакомую зажигательную мелодию. При первых же звуках, мне захотелось выругаться. Император что — издевается?! Крэстон?! Нет, действительно, крэстон? Горячий и бесстыдный огненный танец любви, который никогда не исполняют на официальных балах, лишь в узком кругу близких друзей или наедине с любимыми. Властитель желает опозорить меня? Или устроить скандал? Но зачем? Для чего ему это нужно? Или он думает, что я испугаюсь и откажусь?

Ну, уж, нет! Не дождется! Крэс, да?! Что ж, Его величеству ещё придется пожалеть о подобном выборе! Когда-то, Сара Бэрси тайком провела на одну из вечеринок Тайру Оллас — знаменитую танцовщицу Морен-холла, и та научила нас, как исполнять настоящий крэс. Император желает огненный танец? Он его получит!

Одним движением скинула с плеч невесомую шаль, высоко подняла голову и выставила правую ногу вперед.

Кастаньеты Дрогнули, заДавая ритм.

Секунда, другая. Главное, не сдвинуться с места, раньше времени.

Соло скрипок взлетело поД небеса.

Слегка приподняла юбки, открывая туфельки.

В мелоДию вступили Духовые.

Чуть притопнула, всколыхнув кружевные оборки. Взгляд в глаза мужчины — и резкий поворот. Шаль мелькнула в воздухе, повторяя мои движения.

Музыка набирает темп, горячит кровь, вынужДает слеДовать за собой…

Прохладное дуновение — и Император делает шаг мне навстречу.

Скрипки отчаянно застонали, взмывая вверх.

Еще один шаг — и ледяные руки опускаются на талию, обжигая холодом. Поворот — и снежный вихрь закружился вокруг, сжимая в кольцо. Боги… Мне нечем дышать! Вскидываю взгляд на властителя и подхожу вплотную, касаясь его груди, маня за собой, вынуждая поддаться огненной стихии танца.

Синие глаза смотрят равнодушно, прекрасное ледяное лицо Императора невозмутимо.

Томно вывоДит свою мелоДию виолончель, ей вторит контрабас, виртуозно вступают Духовые…

Мой выход…

Шаг, еще оДин, поворот. Скольжение. ПоДДержка. Прогиб. Низкий наклон. Шелк в моих руках оживает, трепещет, рвется на свободу… Склоняюсь еще ниже, так, что волосы почти касаются пола…

Мало кто рискует исполнять подобные элементы крэстона, уж больно провокационно и соблазнительно выглядит при этом танцовщица, и слишком велика вероятность падения. Единственное, что удерживает меня сейчас — это добрая воля властителя. Разожми он руки, и я упаду. Но нет, Его величество не готов так быстро лишиться интересного развлечения. Миг — иИмператор прижимает меня к себе, слишком близко, ца грани приличия. Мое дыхание срывается, сердце заполошно бьется в груди, щека плотно прижата к атласному камзолу, но ответного биения я не слышу. Тишина. Вместо привычного стука — пустота. В ужасе поднимаю глаза и вижу бесстрастный, холодный взгляд синих глаз.

А музыка крэса вынуждает продолжать, не позволяя остановиться и осознать… А что осознать? То, что северный властитель — не человек? Или то, что, по его милости, Артура кинули в темницу, и я даже не знаю, жив ли он? А может быть, то, что придворные невозмутимо наблюдают за нашим танцем, в то время как я почти умираю от боли?! Горячая волна пробежалась по венам. Чего хочет от меня Император? Как понять, нравится ли ему этот танец? А вдруг, он не отпустит Торна?

Шаг, скольжение, наклон, поворот… Шаг, еще один, поворот.

Не думать о плохом… Улыбаться… Никто из этих ледышек, наблюдающих за мной, не должен догадаться, как мне больно.

Шаль живет в моих руках собственной жизнью. Да, в ней и заключена сейчас огненная жизнь танца. Именно от того, насколько виртуозно танцовщица умеет обращаться с тончайшим шелком, зависит успешное или провальное исполнение крэстона.

Шаг, шаг, шаг, скольжение, поворот…

— И как вам Север, леди Анна?

От неожиданности едва не сбилась с ритма.

— Я пока мало что видела, Ваше величество.

Резкий прогиб и поворот… А запястья ноют от холоДа, и Даже огонь не в силах разогнать эту стужу.

— Скучаете по дому?

ЛеДяные руки вынужДают кружиться. Боги, как же болит спина! Нужно Держаться. Осталось неДолго…

— Думаю, любой человек вспоминает родину с ностальгией.

— А хотите оказаться в своем замке?

Поворот и скольжение.

— Могу вернуть вас в Кен прямо сейчас.

Морозное дыхание срывается с идеальных губ.

— Откажитесь от Артура, и можете быть свободны. Все будет так, как прежде.

В голосе Императора послышались искушающие интонации.

— Соглашайтесь, Анна, и вы тут же окажетесь дома. Вернете титул и состояние, выйдете замуж за своего виконта. Вам ведь скоро исполнится восемнадцать, станете полноправной хозяйкой своих земель.

— А что будет с лордом Торном?

— Какая вам разница? Главное, у вас все будет хорошо.

Властитель легко поднял меня на руки и закружил.

— И все же?

— За то, что посмел пойти против своего монарха… Как вы думаете, что его ждет?

Император резко отпустил меня, вынуждая ухватиться за его ладонь.

— Вы обещали, что я смогу увидеть лорда Торна.

Боль, страх, бушующий огонь, тревога за Артура — все смешалось внутри.

— Неужели, вы не хотите вернуть прежнюю жизнь? Зачем вам Торн?

В голосе монарха послышалась ирония. Боги, как же мне хотелось плюнуть в лицо этому замороженному Владыке

Севера. Похоже, он просто издевается надо мной! Вернуть прежнюю жизнь. Еще две недели назад я бы дрогнула, но сейчас… Сейчас я не могу предать Артура.

— Зачем он вам? Вы ведь даже не влюблены в Торна, — в глазах Теодора мелькнула тень интереса. — Что заставляет вас желать остаться с ним?

— Девиз моего рода — "Верность и честь", Ваше величество. Блэквуды всегда держат свое слово, — подняв голову, твердо посмотрела на властителя. — Я должна увидеть жениха, сир.

Император бесстрастно взглянул на меня и негромко произнес:

— Что же, вы сами этого хотели.

Глаза его странно блеснули, он резко притянул меня к себе, и, в следующий миг, мы оказались в каком-то темном подземелье.

С губ сорвался испуганный вздох. Боги… Как холодно!

— Что же вы остановились, миледи? — насмешливо спросил Император, подталкивая меня к длинному, обледеневшему коридору. — Королевская тюрьма Марбут ждет вас! Идите, полюбуйтесь на своего разлюбезного Артура.

Короткий смешок разнесся под темными сводами, и звонкое эхо тут же подхватило его и понесло по бесконечным закоулкам подземелья, превращая тихий смех в издевательский хохот.

Я накинула на плечи шаль, сделала несколько шагов и огляделась по сторонам. Холодно… Как же тут холодно!

Все пространство мрачного тоннеля занимали ледяные глыбы. Разного размера и формы, широкие и узкие, огромные и маленькие. Они громоздились вдоль стен, высились одна над другой, преграждали путь.

Присмотревшись к ним внимательнее, едва удержалась от крика. Лица… Лица замурованных во льдах людей. Они были повсюду. Бледные, искаженные мукой и беспредельным страхом. Они смотрели на меня широко открытыми глазами, в которых застыл ужас. Боги… За что? В чем провинились эти несчастные?

Я медленно двинулась вдоль страшного кладбища, пытаясь отыскать знакомое лицо. Артур… Где же ты? Сердце сжималось от страха. А что, если наместник мертв? Теодор не обещал сохранить ему жизнь, он просто позволил мне увидеть жениха. А вот живого или мертвого…

Лица, лица, лица. И едва заметные фигуры. Они оставались позади, но того, кого я искала, среди них не было. А потом, я резко остановилась. Знакомые черты, в которых чуть теплилась жизнь. Торн. Он смотрел на меня — безнадежно, отчаянно, словно прощаясь, — и этот взгляд разрывал мне сердце.

— Артур!

Всхлипнув, зажала рот рукой. Нет. Не сметь плакать!

Император мгновенно оказался рядом.

— Полагаю, вы довольны увиденным? — бесстрастно поинтересовался он.

— Ваше величество, прошу вас!

Неосознанно схватив властителя за руку, вцепилась в его ладонь.

— Какая неподдельная страсть, — задумчиво произнес Теодор. — Похоже, у вас есть какие-то чувства к наместнику. Что ж, если сумеете растопить лед, Торн — ваш.

Он развернулся и исчез в снежном вихре.

— А если нет?! — крикнула вслед.

— А если нет, значит, Торн умрет, — донесся до меня равнодушный голос властителя.

Боги, Артур… Я же ничего толком не умею! Что мне делать? Только не умирай! Я постараюсь… Я вытащу тебя из этой ледяной ловушки!

По спине лился холодный пот, руки тряслись от страха, сердце отчаянно билось.

Прикрыв глаза, постаралась успокоиться. Я смогу. Я справлюсь. Огонь мне поможет, главное, не волноваться.

Кое-как приведя мысли в порядок, подошла к неподвижной глыбе и, стараясь не смотреть в измученные глаза наместника, громко произнесла то самое заклинание, что помнила с раннего детства:

— Тенос хрониус ассартэ мирам!

Огонь откликнулся мгновенно. Мощная волна выплеснулась из моих ладоней, ласково коснулась лица, прошлась по стенам и ринулась к огромному изваянию. Пламя яростно накинулось на прозрачную преграду, заставляя ее таять и с шипением растекаться по полу.

Время шло, лед медленно поддавался огненному напору, я чувствовала, как трясутся от усталости руки, но не собиралась сдаваться. Ну, же! Я смогу. Еще немного… В глазах предательски потемнело. Из последних сил удерживая контроль над беснующимся пламенем, прислонилась к стене. Пожалуйста, Артур, давай, помоги мне…

Не замечала, как по щекам побежали слезы, как обуглилась кожа на пальцах, как больно печет в груди. И, уже сползая на пол, успела увидеть, как дрогнули руки наместника, как треснул ломаемый им лед, как яростно кричит Торн, пытаясь освободить ноги из коварной снежной ловушки. Живой! У меня получилось…