ГЛАВА 18

Следующий день прошел незаметно.

Вечером я долго ждала наместника, но к ужину он не явился. Артур пришел гораздо позже, и не один, а в сопровождении Себастиана.

Я как раз была в гостиной, когда братья вышли из портала, расположенного в столовой. Мне до сих пор было сложно привыкнуть к тому, что особняк наместника весь напичкан телепортами. Сегодня утром, сидя перед трюмо, никак не могла отделаться от мысли, что округлое зеркало, в позолоченной раме, — такой же портал, и, возможно, на другой стороне кто-то пристально разглядывает меня, а я даже не подозреваю об этом.

— Аннет, — наместник, войдя в залу, подошел ко мне и привычно поцеловал руку. Его глаза радостно вспыхнули, на лице проступили морозные узоры, но, уже через секунду, наместник был невозмутим, как и прежде. Ах, как же мне хотелось порой сорвать с него этот покров сдержанности, заставить открыто проявить эмоции, позволить себе насладиться его улыбкой, прикосновениями, поцелуями. С каждым днем я все сильнее желала этого, и сама терялась от собственного бесстыдства.

— Леди Анна, — Себастиан, коротко поклонившись, застыл в дверях, обжигая меня взглядом.

— Добрый вечер, Артур, — улыбнулась жениху. — Как ваше самочувствие, лорд Кимли? — поинтересовалась у канцлера.

— Благодарю, миледи, хорошо, — немного напряженно ответил Тиан, все так же, не отрываясь, глядя на меня.

— Аннет, простите, что задержался, — негромко произнес наместник. — Непредвиденные обстоятельства.

Он накрыл мою ладонь своей. Странно, обычно руки Торна были гораздо теплее. Я присмотрелась к жениху повнимательнее. Так и есть! Темные круги под глазами, нездоровая бледность, усталый вид. Наместник снова выложился по полной.

— Артур, я распоряжусь подать ужин. Где вам будет удобнее — в столовой или в кабинете?

— Если вы не против, мы с Тианом перекусим в кабинете, — с благодарностью посмотрел на меня Торн.

Я заметила, как Кимли вскинул голову, собираясь что-то сказать, но, взглянув на брата, вздохнул и промолчал. Видимо, тоже понял, что наместник не в лучшей форме.

Отдав распоряжение Босуэлу, повернулась к жениху.

— Артур, если вы не против, я хотела бы отменить наше сегодняшнее занятие.

Торн вопросительно посмотрел на меня.

— Почему, Аннет?

— Боюсь, я переоценила свои силы, — смущенно улыбнулась будущему мужу. — Думаю, мне нужно немного восстановиться.

Я решила немного слукавить, чтобы не утомлять жениха. Пусть лучше отдохнет.

— У вас ничего не болит? — взволнованно спросил Торн.

— Нет, просто, хочу усвоить полученные знания, прежде чем двигаться дальше, — постаралась улыбнуться как можно беззаботнее.

— Ну, хорошо, — кивнул наместник. — Отдыхайте, Аннет.

— И вы оставите нас коротать вечер в одиночестве, миледи? — напряженно поинтересовался Себастиан. Он успел подойти к Торну и сейчас смотрел на меня своими удивительными синими глазами, в которых застыло странное выражение. Затаенная боль, сожаление, недовольство. Я не смогла до конца разобраться в эмоциях Кимли.

— А разве бывает одиночество вдвоем? — вопросительно посмотрела на будущего родственника.

— Еще как бывает, миледи, — тихо ответил он.

— Тиан, не вынуждай леди Анну проявлять чудеса вежливости, — хмыкнул Торн. — Поверь, нынче мы с тобой — не лучшая компания для миледи. Идите, Аннет, отдыхайте.

Я заметила, как полыхнул морозный узор на щеках Себастиана, и тут же растаял, слизанный языками пламени. Вот это да! Как такое возможно? Кимли — Истинный Ледяной, откуда в нем сила огня?

Себастиан, бросив на меня короткий взгляд, поклонился и глухо произнес:

— Доброй ночи, миледи.

— Доброй ночи, лорд Кимли, — растерянно ответила я.

Внутри возникло странное ощущение. Огонь Себастиана… Я чувствовала его, как часть своей магии. Не могла понять, как такое возможно, но это было именно так! Осторожно потянувшиськ линиям силы, коснулась горячего сгустка. Ласковая волна мгновенно отозвалась на это прикосновение. Тиан неловко дернулся и удивленно посмотрел на меня, а я не знала, что делать. Глупо получилось. Выдала себя с головой!

— Ваша светлость, ужин подан.

Невозмутимый Босуэл появился как нельзя кстати, сгладив возникшую неловкость.

— Хорошо, — кивнул ему наместник. — Аннет, я зайду к вам немного позже. Идем, Тиан.

Кимли рассеянно посмотрел на него и кивнул. Казалось, он внимательно прислушивается к чему-то.

— Приятного вечера, господа, — поторопилась попрощаться с мужчинами, пока Себастиан не начал задавать вопросы.

Поднимаясь по лестнице, я корила себя, на все лады. Нет, ну, надо же! Зачем я, вообще, коснулась чужой сущности? С чего решила, что странный огонь Кимли похож на мой? Надо же было так попасться?

Уже позже, расхаживая по мягким руэсским коврам в полутемных покоях, я попыталась определиться со своим отношением к будущему родственнику. Кимли. Он пробуждал в моей душе странные чувства. Страх, опасение, жалость, сочувствие. Разумеется, я понимала, что нам с Себастианом нужно поговорить и выяснить все произошедшее, но, каждый раз, оказываясь рядом с ним, почти лишалась дара речи. Просто, наваждение какое-то!

И огонь… Я спрашивала Розу, ее любимый" лорд Бастиан" владел только одной стихией. Лед — вот его сущность. Но тогда откуда в нем частица жаркого пламени? Сложный вопрос. И я даже не надеялась, что кто-то на него ответит. Нет, разумеется, я спрошу об этом Артура, но услышу ли хоть что-то вразумительное? Вряд ли. Между тем, мне все время казалось, что ответ где-то рядом. Я постоянно думала об этом, но только сейчас, глядя на тлеющие угли камина, неожиданно увидела разгадку. Проклятие… Огненное проклятие!

Я хорошо помнила рассказы бабушки о войне, и о том, что арсейские маги часто использовалиэтосмертельное заклятие. Сгусток пламени, выпущенный рукою огневика, находил свою жертву и навсегда оставался в теле пострадавшего, вживаясь в его плоть и причиняя невыносимые страдания и боль. Леди Агата не раз предупреждала меня: — "Запомни, Аннет, никогда не зли огненного мага. Не каждый из них способен сдерживать свою сущность. А проклятие огненного — страшная вещь"

"Бабуля, а как же Кодекс, запрещающий магам использовать смертельные заклинания?" — спрашивала я.

"Ах, Аннет, ты ещё слишком молода, чтобы понимать, как легко сорваться и совершить непоправимое" — грустно вздыхала в ответ леди Агата. Она знала, о чем говорила. Уже позже, когда я повзрослела, бабушка рассказала мне историю своей подруги, погубившей собственного мужа. Одно неосторожное пожелание, вырвавшееся в пылу ссоры, — и молодой, цветущий мужчина превратился в тень, сгорая от негасимого огня, разъедающего его внутренности. Разумеется, женщина попыталась исправить содеянное, но у нее ничего не вышло. Впрочем, как и у остальных магов, приглашенных к несчастному. Так тот и умер через несколько лет, не выдержав нестерпимых мук.

Вспомнила побледневшее лицо Себастиана, темные от боли глаза, языки пламени, слизывающие серебристый морозный узор, и нервно передернула плечами. Что-то мне подсказывало, что страдания Кимли — следствие того самого огненного проклятия. А кто мог его наслать, если на Севере нет ни одного мага огня? И с кем канцлер провел все время до этого несчастья? Ответ был очевиден!

После того, как ко мне вернулась способность связно мыслить, я не переставала думать о прошлом. Вероятные события постепенно выстраивались в логичный ряд, стоило только перестать принимать на веру слова окружающих. Все убеждали меня, что путешествие на Север было легким, а общество Себастиана — приятным, поэтому я никак не могла понять, почему интуиция упорно твердит об обратном, но теперь, понаблюдав за Кимли и своей реакцией на него, окончательно уверилась — то, чем меня пичкали все это время, — ложь. Изощренная, правдоподобная ложь. Сопоставив кое-какие факты, я попробовала предположить, как все было на самом деле.

Итак. Помолвка, которая вряд ли пришлась мне по душе, учитывая предыдущие попытки отчима устроить мою судьбу. Поездка в страшную Сартану, в обществе незнакомого мужчины. Не очень приятные эмоции, может быть, даже неприязнь, ссора или какое-то происшествие, спровоцировавшее инициацию, и, как результат, — сорвавшееся с моих уст проклятие! Мне хотелось думать, что это вышло непреднамеренно, и закрыть глаза на неприятную правду, но факт оставался фактом — в страданиях Себастиана была виновата именно я. Что тут скажешь? Мне и раньше приходило в голову, что не все так гладко с моей помолвкой и доставкой на Север, только вот доказательств не было.

Мои раздумья прервал неожиданный стук в дверь и появившийся на пороге наместник.

— Аннет.

Торн подошел ко мне и осторожно обнял.

— С вами все в порядке? — тихо спросил он, не разжимая рук. Я кивнула и уткнулась ему в грудь. Говорить не хотелось. В прохладных объятиях Артура было удивительно спокойно. Все тревоги и мучительные вопросы отступали, позволяя хоть ненадолго избавиться от гнетущей неуверенности и чувства вины.

— Что, Аннет? — еле слышно шепнул наместник. — Вас что-то тревожит?

В его голосе прозвучало участие.

Бедный Артур. Судя по всему, у него выдался тяжелый день, а тут еще и я…

— Со мной все хорошо, милорд, — улыбнувшись, посмотрела на жениха. Ни к чему Торну знать о моих переживаниях. — И я прекрасно себя чувствую.

— А кто не так давно уверял, что не в состоянии заниматься? — увлекая меня к дивану, усмехнулся Торн. — Не вы ли, миледи?

— Я? Ну, что вы!

Лукавая улыбка скользнула и тут же пропала, стертая Артуром. Морозное дыхание смешалось с моим, спустилось ниже, к суматошно бьющейся жилке на шее, оставило свой ледяной след, вернулось к горящим губам и исчезло, растворившись в их тепле.

Я потеряла счет времени, забыла, где нахожусь, не думала о том, что в комнату может войти прислуга. Нежность поцелуя перекрыла все.

Резкий, неприятный звук заставил вздрогнуть и очнуться от сладкого дурмана. Наместник ловко задвинул меня за спину, но я все же успела заметить, как зеркало трюмо, перед которым я сидела совсем недавно, пошло крупными трещинами.

Артур прищурился, разглядывая испорченное стекло, а потом, сделал едва заметный пасс, и зеркальная гладь вернулась к своему первоначальному состоянию — ни трещинки, ни малейшей щербинки.

— Что это было? — встревоженно посмотрела на жениха.

— Пустяки, — небрежно ответил Торн. — Не стоит беспокоиться, Аннет. Всего лишь небольшое недоразумение.

Он вновь обнял меня, но прежнее настроение уже пропало. По тому, как замкнулся наместник, я поняла, что все вопросы о произошедшем бессмысленны — все равно не ответит. Слишком хорошо мне был знаком непроницаемый взгляд серых глаз.

— Артур, а что происходит в Храме? Каким образом вы отдаете ледяную магию? — решив зайти с другой стороны, негромко спросила я.

Раз Торн не хочет говорить о зеркале, побеседуем на не менее интересные темы.

— Роза уже успела поделиться? — усмехнулся Артур. — Ох, Аннет, боюсь, скоро вы начнете бегать от своей служанки! Она любого способна заговорить до смерти.

— Не клевещите, милорд. Роза — единственная, кто отвечает на все мои вопросы без утайки.

Подняв голову, уставилась в серую теплоту привычного уже взгляда.

— Обижаете, миледи, — усмехнулся наместник. — А как же я?

— А вы, милорд, самый скрытный человек из всех, кого я знаю. Из вас слова лишнего не вытянуть!

— Неужели? Не замечал.

Артур сокрушенцо покачал головой, но я видела, что он от души развлекается.

— А, вот, давайте проверим! — смело посмотрела в смеющиеся глаза. — Итак, я жду милорд. Что там с храмом?

— С каким храмом, миледи?

Похоже, Торну понравилось меня дразнить.

— С тем самым, из которого вы возвращаетесь едва живой!

Наместник мгновенно посерьезнел.

— Откуда такие выводы?

— Артур, я не слепая, — легко коснулась его щеки, повторяя контуры морозного узора. — Я ведь все вижу. Неужели, никто не может разделить с вами эту ношу?

Торн прикрыл глаза, не торопясь отвечать. Казалось, он всей душой впитывает немудреную ласку.

— Я говорил вам, Аннет, Север держится на силе своих магов, — после долгой паузы произнес, наконец, наместник. — Мы все несем почетную обязанность хранить эти земли от оскудения и нищеты. Сартана, как вы знаете, одна из самых крупных провинций и требует большего количества магии, по сравнению с остальными областями. До болезни, брат помогал мне удерживать существующее равновесие, но сейчас… Сейчас, мне приходится справляться в одиночку.

— И что, никто не может вам помочь?

— Истинных ледяных лордов осталось не так уж много, — Торн откинулся на спинку, устраиваясь удобнее. — Каждый из них отвечает за свою провинцию. Семьдесят провинций — семьдесят наместников. Им и так приходится нелегко. Сила ледяной магии слабеет, и, если раньше один маг мог легко удерживать область и делиться силой с остальными, то теперь… Теперь мы едва справляемся с единственной вотчиной.

Артур устало коснулся лба. Знакомый жест.

— А Император? Разве он не может помочь?

— На Императоре лежит огромная ответственность за всю страну, — серьезно посмотрел на меня Торн. — Его силы уходят далеко за пределы Сартаны, удерживая мир от очередной катастрофы. Это не пустые слова, — видя скептическое выражение моего лица, пояснил наместник. — Что вы знаете о причинах войны? — Резко сменил он тему.

— В книгах пишут, что все началось с конфликта между вардами и вердами у Староброда, а бабушка рассказывала, что войну затеяли маги Хроноса, — задумчиво посмотрев на наместника, ответила я. — Мечта о мировом господстве не давала им покоя, и оказалась слишком привлекательной, чтобы от нее отказаться.

— Да, но это лишь следствие. Минувшая война… Она ведь началась тогда, когда в наших землях произошла попытка переворота. Из двухсот Истинных больше половины пошли против Теодора, пытаясь лишить его власти. Пока Император разбирался с внутрецним мятежом, мир захлестнули нестроения, приведшие к страшной, затяжной бойне.

— Получается, Столетняя война — результат восстания в Сартане?

— Да.

— И что стало с мятежниками?

— Их казнили, — коротко ответил Торн. — Это тяжелая тема, Аннет. То время… Оно изменило всех. Никто не остался прежним.

Он замолчал. Лицо его заледенело.

— А сколько вам тогда было?

— Разве это важно, Аннет? — наместник грустно усмехнулся. — Ледяные маги живут долго, гораздо дольше обычных людей. Для нас лишняя сотня лет не играет никакой роли, так что, нет смысла называть точные цифры.

Он внимательно посмотрел на меня и тихо спросил:

— Я напугал вас, миледи?

Напугал? Вряд ли. Я уже успела понять, что к ледяным магам не подходят обычные мерки.

— Нет, милорд, — усмехнувшись, покачала головой. — Скорее, разбудили мое любопытство. Итак, Лорд-Протектор, сколько вам лет?

По лицу наместника скользнул серебристый узор.

— Чуть меньше пятисот, — после небольшой паузы ответил Артур.

— М-да.

— Ваше любопытство удовлетворено? — напряженно спросил Торн.

— Ну, я полагала, что вы старше, — беспечным тоном отозвалась я, стараясь не показывать своего удивления. Понимала, что наместник внимательно наблюдает за моей реакцией, и не хотела его смущать. — И — нет, мое любопытство не удовлетворено, наоборот.

— И что же ещё вас интересует?

— Союз со мной… Зачем он вам? Учитывая, что огненные маги живут максимум 200 лет.

Не договорила, вопросительно посмотрев на Торна.

— Об этом можете не переживать, Аннет. — Артур поправил выбившийся из моей прически локон. — Во время свадебного обряда часть моей силы и долголетия перейдет к вам, так что, не стоит беспокоиться по поводу скорой кончины.

Он добродушно усмехнулся и добавил:

— Надеюсь, на сегодня это все вопросы?

— О, нет, милорд, — отрицательно покачала головой, — Так легко вы не отделаетесь! Лорд Кимли… Что с ним случилось, почему я чувствую в нем свою магию?

— Это непростой вопрос, Аннет, и у меня нет на него ответа, — серьезно посмотрел на меня Торн. — Себастиан молчит. Он категорически отказывается говорить о том, что произошло между вами.

Артур коснулся лба и провел по нему рукой.

— А вы… Вы ведь можете прочитать его мысли, так? Почему бы не узнать…

Договорить я не успела.

Наместник резко поднялся с места и уставился на меня ледяным взглядом. Таким Торна я еще не видела. Грозный, суровый, пугающий.

— Никогда, — резко произнес он. — Слышите, миледи, никогда не смейте предлагать мне подобное! — в голосе наместника отчетливо прозвучал металл. — Вы даже не представляете, о чем говорите! Лезть в голову к другому человеку, против его воли, — это низко и бесчестно. Я разочарован, леди Анна, что вы считаете меня способным на подобные действия.

— Милорд…

— Доброй ночи, миледи, — не дав мне сказать и слова, холодно отчеканил Торн.

Он отвернулся, и, так и не взглянув на меня, направился к выходу. Несгибаемо прямойи заледеневший, как статуя.

— Артур!

Я попыталась остановить его, но Торн не обратил на мой возглас никакого внимания и вышел из комнаты.

Боги, ну, зачем ярешилась озвучить свое предложение? На что надеялась? На то, что Артур поймет, как важны для меня утерянные воспоминания? Судя по всему, для него они не представляют никакого интереса. Или на то, что, ради меня, он поступится принципами? Увы. Вероятно, я для него не настолько важна. Обида тихо шевельнулась в сердце. Если бы Торн знал, как страшно жить с ощущением того, что часть жизни куда-то исчезла, и ты не знаешь, что происходило, и что натворил в беспамятстве, возможно, он понял бы мое желание узнать прошлое, даже таким, не совсем обычным способом. Но Артур — это Артур. И спорить с ним бесполезно.

Посмотрев на разделяющую наши покои дверь, потерла лоб рукой и хмыкнула. Этот жест… Надо же! И когда успела перенять семейную привычку Торнов-Кимли? Даже удивительно.

Но все ж;е, почему наместник так остро отреагировал на мое желание узнать правду? И почему столь резко оборвал меня? Всегда вежливый, воспитанный, терпеливый Артур — и вдруг так вспылил. Похоже, я умудрилась его рассердить.

На душе стало тоскливо.

Вернее, не так. Больше было похоже на то, что эту самую душу из меня вынули, и на ее месте образовалась холодная пустота.

Ночь прошла в раздумьях.

Я снова и снова вспоминала заледеневшее лицо наместника, его резкий тон, разочарование, мелькнувшее в глазах. Мне было стыдно и хотелось немедленно все исправить, но как это сделать, я пока не знала.

Измучившись, заснула лишь под утро. И погрузилась в кошмар.

Темный подвал, звон цепей, сковывающих мои руки, и тихие звуки шагов. Эти шаги неотвратимо приближаются, и я вижу силуэт незнакомца — крупного, темноволосого, в строгом черном камзоле.

— Так, что, милеДи? Вы поДумали наД моими словами? Можете объяснить мне, почему вы сбежали? — негромко спрашивает неизвестный. — Молчите? Что ж. Зорас! Приступай.

Резкий уДар обрушивается на мою спину, и я взДрагиваю от боли.

— Говорите!

Спокойный низкий голос разДается совсем близко.

— Вы все еще упорствуете?

Звонкая пощечина обжигает щеку.

— Чего вы от меня хотите?

Не выДержав, поДнимаюголову и со злостью смотрю прямо в леДяные синие глаза.

— Почему вы сбежали? Ну?

— Потому что не желаю становиться женой наместника Сартаны!

Боль не утихает, не Давая сосреДоточиться.

— И на что наДеялись, отсиживаясь в Доме своей поДруги?

Бетти… Боги, только бы ее никто не тронул!

— Через три месяца мне исполнится восемнаДцать, и я смогу распоряжаться своей жизнью самостоятельно!

Синие глаза мужчины насмешливо сверкнули.

— Забавная самонаДеянность!

Незнакомец хмыкнул и вкраДчиво спросил:

— И чем же вас так пугает лорД Торн? Почемувы молчите? Ну?

— Он не человек.

— Громче! Я не слышу!

— Он не человек! Я никогда не выйду замуж за северянина.

— Что ж, миледи, вынужден разочаровать, но вы выйдете замуж за наместника. И буДете ему хорошей женой, это я вам обещаю.

Вздрогнув, отшатнулась от издевательскими улыбающегося мужчины и… проснулась.

А потом долго лежала, уставившись в потолок и пытаясь успокоиться.

Интересно, эти мои сны… Они — отражение того, что я видела и забыла, или это чье-то злое влияние? Боги… Как же надоели все эти бесконечные загадки! Почему мне все время снится этот страшный незнакомец? И почему его взгляд, несмотря на нечеловеческую жестокость, так завораживает?