ЭПИЛОГ

“Здравствуй, моя дорогая Бетти! Ты сетуешь, что я стала редко писать тебе. Прости, Бесс. Ты права. Но я исправлюсь.

Уже исправилась. И это письмо тому Доказательство.

Что рассказать тебе о моей жизни? У меня все хорошо. Новый брак, новые обязанности…”

Это верно. Правда, мой брак сложно назвать новым, но Бетти об этом даже не догадывается. Моя подруга уверена, что я вышла замуж за очередного наместника Сартаны, и считает меня роковой женщиной. “Энн, похоже, ты покорила сердца всех северных лордов” — написала Бесс в одном из своих писем. Что ж, возможно, со стороны, так и выглядит, но, на самом деле, я покорила сердце всего одного мужчины. И отдала ему взамен свое.

“Ты сердишься, что я не написала, как прошла свадебная церемония, и требуешь от меня подробностей. Ах, Бесс! Уже столько времени минуло с того дня! И столько событий…Мне сложно вспомнить что-либо, кроме того, что сам обряд продлился недолго…”

Так и было. Пожалуй, наша брачная церемония вышла самой короткой за всю историю Сартаны. И самой шокирующей. Еще бы. Не каждую свадьбу посещает северная богиня.

Я улыбнулась, вспомнив ее эффектное появление.

Переполненный людьми храм, горящие на жертвеннике свечи, строгое лицо архиепископа, Артур, держащий меня за руку… И начальные слова обряда — “Мы собрались здесь, чтобы соединить вместе этого мужчину и эту женщину…” Помню, Торий сделал паузу, пристально глядя на моего мужа, и уже собирался продолжить, когда жертвенник неожиданно вспыхнул ярким голубым пламенем, и из этого сверкающего ореола появилась прекрасная девушка. Я глядела на нее, и не могла поверить своим глазам. Неужели…

“Белая Дева!” — раздались восхищенные возгласы.

“Смотрите, это же Хозяйка Сартаны!” — потрясенно восклицали присутствующие.

“Она пришла благословить брак нашего короля!” — громко выкрикнул кто-то из простолюдинов.

— Истинно любящим душам, связанным супружескими обетами, нет нужды повторять их вновь, — прозвучал мелодичный голос богини. — Эти мужчина и женщина уже женаты, и их брак подтвержден богами и плодом любви, зреющим у женщины под сердцем.

В храме наступила гробовая тишина. Сарты удивленно смотрели на Хозяйку северных земель, а та, обведя всех спокойным взором, остановила его на моем муже.

— Подойди ко мне, правитель Сартаны, — громко сказала она Артуру.

Тот безмолвно повиновался.

— Жители Сарты! — взяв его за руку и заставив повернуться к людям, громко сказала богиня. — Все вы помните древнее пророчество, гласящее, что первый король Севера вернется, когда чистый огонь встретится с вечным льдом, — Дева ненадолго замолчала, словно прислушиваясь к звенящей тишине, заполнившей храм, и продолжила. — Но это лишь часть предсказания. Полностью оно звучит так: — “Когда чистый огонь встретится с истинным льдом, на земли Сартаны придут испытания и смуты, и только любящее сердце, сохранившее верность ушедшему, сможет пробудить того, кто спасет Север от гибели и запустения.”

Белая Дева посмотрела мне в глаза. Так, будто видела все, что творится в моей душе. Мне вспомнилосьпутешествие по бескрайним снежным долинам, лютый холод и пронизывающий ветер, боль и отчаяние, переполняющие сердце…

— Подойди ко мне, Анна, — тихо сказала богиня.

Я сделала несколько шагов и оказалась рядом с мужем.

— Ты прошла много испытаний на пути к своему счастью, — вымолвила Снежная. — Но они не смогли тебя сломить. И сейчас, благодаря твоей любви и верности, тот, кого ты так сильно любишь, вернулся к тебе, пусть и в новом обличье. Именно твоя искренняя вера и неумирающая надежда смогли совершить это чудо.

Она мягко улыбнулась мне и возвысила голос, обращаясь к людям:

— Сарты. К вам вернулся тот, кто уже однажды спас ваши земли от разрушения. Тот, кто пожертвовал собой, чтобы вы могли жить. Тот, чье имя известно каждому северянину. Артур Эдвард Торн, — богиня обвела взглядом удивленных слушателей. — Именно его душа дала жизнь телу первого короля. Заставила оледеневшую кровь Эдвина вновь струиться по венам. Пробудила сердце древнего монарха и вынудила его биться. И именно он теперь будет править Сартаной, как полноправный владетель северных земель.

Белая Дева сделала знак, заставив Артура преклонить перед ней колени, положила на его голову свою руку и громко произнесла:

— Артур Эдвин Эдвард Греллин Торн! Я нарекаю тебя Императором Сартаны и всего Севера, и возлагаю на твою главу этот древний венец северных королей! Носи его и помни, что бремя власти нелегко, и оно требует от правителя безоглядной любви к своему народу, бесконечного терпения и неиссякаемой мудрости.

Я засмотрелась на мужа. Боги, как же он был красив. И эта сверкающая синими камнями корона на белых, как снег волосах… Артур заслуживал императорского венца, как никто другой!

Тем временем, Белая Дева подала Арту еще одну корону. Тонкую, изящную, усыпанную бриллиантами и сапфирами.

— Коронуй свою супругу, государь, — негромко сказала Снежная. — Она достойна того, чтобы разделить с тобой все тяготы твоего нового служения.

Артур высоко поднял драгоценный венец, надел его на меня и пристально посмотрел в глаза. “Люблю” — прочитала я во взгляде мужа. Ах, этот взгляд! Сколько в нем было тепла и нежности, и как же я соскучилась по его ласке! “Люблю!” — так же безмолвно ответила супругу, не в силах сдержать обуревающие меня эмоции.

— Приветствуйте Императора Артура и Императрицу Анну! — громко произнесла Белая Дева. — Я благословляю их царствование и обещаю, что, отныне, в Сартане наступит мир и благоденствие!

Толпа взорвалась приветственными криками. Люди радовались, ликовали, обнимали друг друга…

“Сартана спасена. Больше не будет прорывов. Да здравствует Император. Вива Императрице!..”

Я смотрела на сартов и видела счастливые лица, искренние улыбки, облегчение и слезы. Даже чопорные аристократы не могли удержаться от громких возгласов и довольных восклицаний!

Невольно усмехнулась. Надо же. А ведь еще не так давно эти знатные леди и лорды обливали меня презрением. Еще бы! Несносная южанка посмела забыться настолько, что, не успев похоронить очередного мужа, на глазах у всех поцеловалась с королем! Сейчас, когда перед ними открылась истина, северные аристократы испытывали раскаяние и торопились уверить меня в своей преданности и любви.

— Ваше величество. Мы счастливы, что у Сартацы есть такая Императрица!..

— Ваше величество! Примите нашу благодарность за спасение Севера!..

— Ваше величество. Позвольте выразить, как мы счастливы!..

Мы с Артуром принимали поздравления, а люди все шли, шли, шли… Бесконечная череда лиц, самые разные эмоции, обилие высокопарных слов. И только крепкая рука мужа, и верные друзья, вставшие рядом, своей молчаливой поддержкой придавали сил выдержать происходящее. Да, все близкие были с нами — невозмутимый Корс и счастливая Каролина, чьи глаза светились ровным мягким светом — чуть позже я узнала, что Кэрри тоже готовитсястать матерью, — моя дорогая Мелинда и ее муж, адмирал Кросс, верный Арчи и его товарищ по науке Беркли. Они радовались возвращению Артура, и их радость была искренней и настоящей.

Следующие дни запомнились мне бесконечной суетой и редкими мгновениями, когда мы с мужем могли остаться наедине. Но вот ночи… Ночи были целиком в нашем распоряжении. О, какие это были ночи. Как много любви и наслаждения они принесли!

Я мечтательно улыбнулась. Артур… Как же я счастлива, что мы снова вместе!

Перевела взгляд на бумагу и постаралась собраться. Мне так хотелось поделиться с подругой своими настоящими чувствами! Жаль, что пока я не могу этого сделать… Возможно, в будущем, я и сумею приоткрыть перед ней тайны Севера, но не сейчас.

“Впрочем, несмотря на быстроту церемонии, все сартские модницы успели оценить мой наряд. Ты права, Бесс, женщины всегда остаются женщинами, и мое платье они просто не могли не заметить. Кстати, оно породило в Сартане цовую моду. Теперь, все знатные рэйи столицы носят наряды с завышенной талией и не слишком пышной юбкой…”

Так и есть. Похоже, я стала законодательницей мод. Артур шутит, что, благодаря мне, все сартские дамы выглядят слегка беременными. Я же только улыбаюсь в ответ и говорю, что была бы рада, если бы знатные северянки и впрямь озаботились продолжением рода.

“Бесс, ты хотела знать, как поживает малышка Хлоя? Моя Дочь прекрасно себя чувствует. Доктор Леблан не перестает удивляться ее спокойствию и доброму нраву. Моя девочка почти не плачет, у нее прекрасный аппетит, и она хорошо набирает вес. Ах, Бетти, если бы ты знала, как я люблю своего ангела. Поистине, она — настоящее благословение небес!..”

Я посмотрела на тихо спящую в кроватке Хлою. Моя девочка забавно причмокивала во сне пухленькими губками и смешно морщила лобик. Светлый вихор непокорно выглядывал из-под чепчика.

Наше с Артуром счастье… Хлоя Северина Торн. Маленькая огненная принцесса.

Да. Дочка унаследовала мой дар, удивив всех не только своим появлением — ведь меня уверяли, что, в роду Торнов, никогда не рождаются девочки, — но и тем, что сумела совместить в себе две противоположные стихии — огонь и лед. Корс предрекает ей великое будущее, а Арчибальд — ждет не дождется момента, когда сможет приступить к обучению своей крестницы.

А Артур… Надо было видеть его лицо, в тот момент, когда он впервые взял на руки свою дочь, и его серые глаза встретились с расплавленным серебром осмысленного взгляда малышки!

— Она прекрасна, Аннет, — благоговейно прошептал тогда мой муж. — Вы обе прекрасны!

С тех пор прошло уже три месяца. Хлоя растет, и наше счастье растет вместе с ней. Никогда не думала, что душа способна вместить столько любви…

“Бетти, ты спрашивала о том, как я смогла так быстро забыть Себастиана? Я не забыла, Бесс. И не смогла бы забыть, даже если бы и захотела…”

Это правда. Воспоминания о Кимли навсегда останутся в моем сердце. В наших с Артуром сердцах. Я знаю, Арт скорбит по брату. По тому Тиану, каким тот был раньше, до своего злосчастного изменения.

Если бы не непомерная гордыня Кимли… Если бы не его желание превзойти Артура… Если бы не бесчестные поступки, которые он совершал, один за другим… Сначала, попытка совратить невесту брата, потом, желание забрать то, что принадлежит другому, зависть и ненависть, подлог пророчеств и сокрытие правды, и, наконец, убийство.

Я вздохнула и отложила в сторону перо. Вспомнился недавний разговор с мужем.

“Тиан поддался искушению и не смог остановиться, Аннет, — отвечая на мои вопросы о Кимли, сказал тогда Арт. — Если бы он смог понять, к чему приведут зависть и гордыня, что зрели в его душе… И если бы я сумел вовремя разглядеть эти зловонные ростки… Но нет. Мне было не до того. Я был слишком одержим идеей спасения Севера и не замечал, как меняется брат, — с горечью заметил мой муж. — Я виноват, Аннет. Упустил, не уследил, не обратил внимания… Думал, что Тиан искренне любит меня. Полагал, что сумел правильно воспитать его, а оказалось…

Артур покачал головой.

— А что ты мог сделать? — спросила я его. — Что ты мог изменить? Не нужно, Арт. Я уже проходила через это. Тоже искала свою вину и думала о том, что могла все изменить. И знаешь, что я тебе скажу? Ничего бы мы не изменили. Только от самого человека зависит, на какую сторону встать. И никто не сделает за него этот выбор.

— Моя мудрая Аннет, — грустно улыбнулся муж. — Когда ты успела так повзрослеть?

Он притянул меня к себе и зарылся лицом в распущенные волосы.

— Когда тебя не стало рядом, — тихо отозвалась я.

— Больше я тебя не оставлю, — твердо произнес Артур. — Никогда.

— Обещаешь?

— Обещаю, Аннет, — сжав меня в объятиях, ответил муж.

— Арт, а почему ты не вернулся раньше? — задержав дыхание, спросила я. До сих пор еще не могла поверить, что Артур со мной, рядом, живой и невредимый.

— Только твоя искренняя вера в то, что Эдвин сможет помочь, позволила мне вернуться, — тихо ответил Арт. — Твоя жажда справедливости, любовь ко мне и боль за друзей сделали невозможное. Король Эдвин не смог остаться равнодушным, а Белая Дева позволила мне занять его тело.

— Но почему она не вернула тебя в прежнем облике? Для чего понадобилось это превращение?

— Тебе не нравится мое новое лицо? — внимательно посмотрел на меня Артур.

— Нет, любимый. Я все равно вижу в нем тебя. Твои глаза, твою доброту, твою улыбку… Сомневаюсь, что Эдвин смог бы так улыбаться, — прильнув к мужу, прошептала прямо в его усмехающиеся губы. — И все же?

— Престол Сартаны вправе занять только тот, в ком течет королевская кровь, — ответил Артур. — Это древний завет, заключенный Эдвицом с Белой Девой. Мы очень мало знаем о тех временах, когда основывалось первое королевство Севера. Многое забылось, многое было утеряно… Но то, что Сартаной может править только истинный потомок Эдвина, помнят многие, — Арт замолчал, задумчиво гладя мои волосы. — Со смертью Теодора не осталось прямых наследников, — после небольшой паузы продолжил он. — Род Греллинов прервался, Север остался без Императора, и возвращение Эдвина было единственным шансом на спасение Сартаны.

— А Себастиан? Он ведь тоже принадлежал к королевской семье?

— В нем было слишком мало крови истинных Греллинов. Его мать была двоюродной сестрой Теодора, а отец — одним из керданских герцогов. Жертвенник не признал бы Тиана правителем, и он это знал, потому и устроил коронацию не в храме, а на площади.

— Получается, Кимли понимал, что не имеет прав на императорский трон?

— Да, Аннет.

Боги… Страшно даже представить, чем грозило бы Северу воцарение лжеимператора!

— Артур, — я крепче обняла мужа и закрыла глаза. Ровное биение сердца под моей щекой звучало настоящей музыкой. Какое счастье, что любимый рядом!

— Это ещё не все, — негромко произнес Арт. — Я говорил с послами из Хроноса. Оказывается, Себастиан заключил с их правителем соглашение. Маги должны были помочь ему прийти к власти, а он собирался отдать Хроносу часть сартских пустошей вблизи Белого озера. Эти места всегда считались священными. Если бы Тиан сделал это, темные маги получили бы огромное могущество и силу. И тогда весь мир оказался бы на пороге новой войны.

— Так они для этого приехали?

— Да, — усмехнулся муж. — И очень расстроились, когда поняли, что их планам не суждено сбыться.

— Неужели Кимли не понимал того, что делает? — тихо спросила я, вспоминая, каким был Тиан в те последние дни.

— Боюсь, что нет, — вздохнул супруг. — Гордыня ослепляет, а жажда власти часто толкает человека на преступления.

— А та клятва, которую он нарушил… Почему она не подействовала сразу?

Я пытливо заглянула в ярко-синие глаза мужа. Повязку, прикрывающую былое увечье короля, Артур давно снял, и я могла вдоволь любоваться его ясным взглядом.

— Маги Хроноса сумели отсрочить проклятие, но они не учли того, что богиня вернет к жизни первого короля, — ответил Арт. — В моем присутствии чары разрушились, и Тиан оказался беззащитен перед заслуженной карой.

Мы ещё долго разговаривали о произошедшем. Так, я узнала, почему происходили прорывы. Оказывается, в подземельях дворца находится не только тюрьма Марбут, но и древнее святилище Каранас, в котором хранится истинный жертвенный камень, Саар-танар. На мой вопрос, чем он отличается от того, что я видела в храме Единого, Арт ответил, что тот всего лишь дубликат. Правда, Император тщательно хранил эту тайну от окружающих, и никто даже не подозревал о существовании Саар-танара. По словам мужа, правитель Сартаны должен ежегодно совершать ритуал, вливая ледяную силу в древний камень. От этого зависит благополучие и процветание Сартаны. Только вот, Теодор, опасаясь очередного восстания, давно уже перестал напитывать жертвенник льдом. Он устранился от своей обязанности, и это вынудило северных лордов ежемесячно отдавать магию в храмах наместничеств. Иначе не получалось удерживать наступающие на Сартану пески.

Император все предусмотрел. И то, что наместники не смогут надолго покидать свои области, и то, что им придется оставлять большую часть силы в святилищах, и то, что сам он не будет растрачивать магию, с каждым годом становясь все могущественнее и сильнее.

Одного не учел Теодор. Того, что не сумеет вынести ледяного одиночества, столкнувшись с живым огнем.

Да. Я разрушила его планы. Внесла смуту в идеальный миропорядок. Заставила потерять покой и расколола ледяной панцирь, в котором он жил. А дальше… А дальше, произошло то, что произошло. Нет, Тео не любил меня. Он всего лишь возжелал моего огня. Он бредил им. Хотел присвоить и подчинить его… И погиб в тот момент, когда поверил, что это возможно.

А Себастиан… Себастиан навсегда останется в моем сердце, как человек, причинивший мне много боли, но сумевший затронуть те струны души, о которых я даже не подозревала. Несмотря на все, что с нами случилось, я не испытывала к нему ненависти. Нет. Слишком противоречивые чувства разбудил во мне Кимли. Такие же противоречивые, каким был он сам.

Мы с Артуром редко говорим об этом, но я знаю, что муж, часто вспоминает брата, и скорбит о том, что жизнь Тиана оборвалась так рано и так нелепо. Но Арт, как и я, понимает, что каждый сам выбирает свой путь. Себастиан свой выбор сделал. А его последствия… Что ж… С этой болью нам придется смириться.

Задумчиво посмотрев на лежащий передо мной лист бумаги, я обмакнула перо в чернила и продолжила письмо.

“Не переживай обо мне, Бетти. Мой муж — очень Достойный человек. Он такой же, как Артур. Сильный, добрый, честный. Он много трудится для своего народа, и, бывает, я подолгу не вижу его и очень скучаю. Но я знаю, что Эдвин меня по-настоящему любит. И я люблю его. Не спрашивай, как это возможно. Просто, он и малышка Хлоя — лучшее, что случилось в моей в жизни. Я очень надеюсь, что однажды познакомлю тебя с ними, и ты поймешь, о чем я говорю…”

Да, я хотела бы увидеть Бетти. Артур обещал, что, когда наша дочь немного подрастет, мы поедем в Арсею и навестим всех моих родных и Элизабет. А еще, он лукаво улыбается и шутит, что неплохо было бы свести мою подругу и Арчибальда. “Тебе не кажется, что это становится доброй традицией? — смеется муж. — Одну невесту с твоей родины мы уже привезли, и Корс счастлив. Осталось пристроить старину Арчи.”

Сказать откровенно, эта идея пришлась мне по душе, и я уже подумываю над тем, как получше ее осуществить. Если Бесс будет рядом… Пожалуй, мне больше нечего будет просить у богов.

“Бетти, ты интересовалась, где мы поселились? Сразу после свадьбы я переехала к мужу, в его городской особняк. Он достаточно большой и требует от меня много внимания. Правда, у Эдвина достаточно прислуги, и я легко справляюсь с новыми обязанностями…”

О, да. Снежные духи исполняют любое мое желание! А ете… я впервые увидела на их прозрачных лицах улыбки. Незабываемое зрелище. Кстати, Сайрен так и остался моим личным духом, полностью взяв меня под свою опеку.

— Ваше величество, я всегда рядом, только позовите, — предупредил меня снежный, в самый первый вечер во дворце.

И я не раз радовалась его помощи и поддержке. А уж когда родилась Хлоя! Более преданной няньки не сыскать во всей Сарте, и я безбоязнецно оставляю дочь, когда того требуют придворные обязанности.

Да-да! Артур больше не пытается держать меня вдали от своих дел. Нет. Мы вместе. Мы рядом. Так, как и подобает супругам. И я теперь не боюсь его недомолвок и скрытности. Арт изменился, признав во мне равную и перестав излишне опекать от проблем. Но все равно, это не мешает ему заботиться обо мне и испытывать тревогу о моем здоровье. Правда, он это тщательно скрывает. Как и другие свои тревоги. В чем — в чем, а в этом он остался прежним!

Улыбнулась, вспомнив, как Артур волновался, когда впервые показывал мне наш новый дом… Как морозный узор то и дело выступал на лице мужа, а я смеялась и шутливо проводила пальцами по этой изморози, стирая ледяную красоту. Арту не о чем было переживать!

Императорский дворец изменился до неузнаваемости. В нем не стало прежней леденящей душу пустоты и холода. Артур преобразил его, вдохнув жизнь в ледяные стены, и теперь ничто не напоминает здесь о прошлом.

Тепло, уют и покой наполняют наше жилище. И я верю, что все беды остались позади, а впереди нас ждет долгая и счастливая жизнь.

“Прощай, моя дорогая Бетти!

Очень надеюсь, что скоро мы увидимся.

Остаюсь, любящая тебя, Анна Мария Греллин.

Сарта, Гроун-дейли, Сер-Тени.”

Четыреста лет спустя

Темнота. За долгие годы она стала привычной. Как и медленный стук сердца. Сердца, не желающего сдаваться, не поддающегося тлению, не терпящего назойливого голоса разума. Как и настойчивое, животное желание — жить. Жить, несмотря ни на что.

Он давно уже не вел счет дням. Сколько их минуло? И сколько еще пройдет, прежде чем проклятие потеряет силу, и смерть приобретет над ним окончательную власть? Он не знал. Как не знал и того, чего хочет больше — раствориться в небытии или стряхнуть со своего неподвижного тела невидимые путы и вернуться. Вернуться в прошлое, которое не отпускало. Исправить то зло, что причинил самым любимым людям. Вырвать из груди упрямое сердце и бросить его на алтарь, принеся ту жертву, которую и должен был принести. Успеть увидеть счастье в родных глазах. Услышать свое имя, произнесенное не с ненавистью, а с любовью. И найти покой. Вечный покой.

Он снова попытался вздохнуть, но скованная льдом грудь осталась неподвижна.

Жестокая действительность смерти при жизни. Или жизни при смерти?

Он не знал, как правильно.

Как не знал и того, чего ждать от жестокой судьбы, приговорившей его к вечному мучению. Не предполагал, как долго ещё выдержит эту пытку ледяной тьмой. И не мог сказать, что лучше — это жалкое подобие существования, или свобода небытия.

Бух… Бух…

Медленные удары сердца отмеряли бесконечное течение времени.

Бух… Бух…

Глухие звуки въедались в мозг, не позволяя забыться ни на минуту.

Бух… Бух…

Бух… Бух…

Время, исчезни! Жизнь, завершись, наконец!

Единый! Поистине, ты жесток!

Но он заслужил… Заслужил.