Глава 16. Лана

Здесь очень красиво. Куча зелени, водная гладь блестит от солнца. Можно любоваться вечность. И Тигран прав — поплавать я тоже не против, адская духота несмотря на то, что мы в лесу.

Но!

Одно важное "но", которое убивает. Потому что я не хотела сюда ехать, совсем. Не планировала и Тигран даже не спросил, просто похитил меня. И… Ладно, похищение выглядят по-другому.

Наверное, я не уверена. Но всё равно! Он не спросил моего мнения, не предложил. Просто поставил перед фактом. Поэтому, даже если мне очень здесь нравится, не буду это показывать мужчине.

— Тебе не холодно, Лан?

— Тут жара!

— Ветер иногда поднимается внезапно, поэтому и спрашиваю. Болеть тебе сейчас не нужно. Кстати, что сказал врач? По поводу…

— Всё нормально.

Обхватываю себя руками, в попытке защититься. Я не хочу врать, не люблю это. А с Тиграном превращаюсь в сплошную врушку, которая уже забывает, где лгала.

Только я не знаю, что ещё ему говорить. Как напомнить, что я свободный человек и могу делать всё, что захочу? Что я не обязана бросаться ему на шею, когда мужчина вдруг объявился.

И не важно, что мне этого хочется.

— Лан…

— Ты обидел меня, Тигран, очень сильно.

Он ведь хотел разговора, так? Вот пусть и слушает меня, а не пытается мне рассказывать сказки. Или задаривать подарками или ещё что-то… Я ведь тоже живой человек, у меня тоже свои мысли.

— Раз ты предложил дружбу, — горько хмыкаю, не сводя взгляда с озера. — То я могу это сказать. Что ты меня обидел и сделал больно. Может, ты действительно ничего не обещал. Но это не значит, что я не надеялась.

— Мышка, я не могу отвечать за твои мысли.

— Но ты мог сказать, что женат. Это никогда не всплывало, никогда не было темой дня. Ты даже не объяснял, почему живешь за городом, но встречаешься на съемной квартире.

— Ты не спрашивала ни разу.

Я чувствую мужчину за своей спиной. Он стоит на границе приличия, стоит сделать крошечный шаг назад и упрусь в него. Почувствую жар тела, крепкие объятия…

Прикрываю глаза, пытаясь успокоиться. Потому что да, я ни разу не спрашивала. Не лезла в его жизнь, не проверяла ничего в интернете. Просто слушала то, что рассказывал сам Тигран.

Мне казалось, что ему просто нужно личное пространство. И не так долго мы были вместе, чтобы приглашать меня к себе или, тем более, жить вместе. У каждого была своя территория.

И наша съемная квартира.

— Ты мог бы сразу сказать об этом. Статут «любовница»… Он ведь не только о том, что ты женат на другой. И ты… Должен был сказать об этом точно. Чтобы я сразу отказала тебе. И на этом всё.

— А если я не хотел, чтобы ты мне отказывала?

— Тогда тебе не стоило жениться.

Мне кажется, что я старею с каждой секундой. Из-за этого разговора, когда всё давит на плечи. Пригибает к земле тем, насколько сложно мне даётся каждое слово.

Вроде ведь взрослые должны уметь говорить, да? Обсуждать проблемы и решать всё, а у меня не получается. Хочется топнуть ногой и просто… Если не разрыдаться, то послать мужчину.

— И всё же ты не хочешь меня слушать, — Тигран вздыхает, будто говорит с ребенком. — Я же пытаюсь тебе всё объяснить, так? Просто есть вопросы, которые я никому сейчас не могу доверить.

— Ты мне вообще не веришь! Ты… Слушаешь только себя, заранее принимаешь решение. Даже с этой глупой фоткой! Ты не послушал меня, когда я говорила, что не делала её. То фото, что сделано на квартире.

— И ты сама призналась, что хотела меня позлить.

— Не хотела.

Разворачиваюсь к мужчине, ловя его взгляд. Мне хочется прижаться, провести ладонью по его груди, задевая мелкие пуговицы. Не могу понять почему, но мне всегда хочется его касаться.

— Я не делала того фото, но согласилась. Просто, чтобы ты от меня отстал, оставил в покое. Очевидно, не сработало. И ты ведь приехал в Питер уже с приговором. Так что… Я никогда тебя не фотографировала, хотя очень хотела. Твое дело верить или нет.

Только почему мне так важно, чтобы Тигран изменил своё мнение? Задерживаю дыхание, уголки глаз щиплет. И сердце отчаянно ускоряется, ожидая вердикта.

Хоть сейчас Тигран услышит меня?

Или снова бьюсь в закрытые двери?

Принимаю глупое решение. Если сейчас Тигран хоть на секунду начнет сомневаться, снова мне не поверит — к черту работу. К черту Мирзоева, и Питер. Да, я снова сбегу от проблем, но точно уеду.

Потому что это слишком для меня, я не готова. Никто не предупреждал, что взрослый мир такой сложный! И я не хочу… Ничего не хочу. С Тиграном мне ничего не светит, потому что он женат. А ещё он не хочет детей. И мы не подходим друг другу, очевидно.

И я не должна так реагировать на мужчину. Он сделал мне больно, очень. Даже если ничего не обещал, не говорил и… Он предложил аборт, это, наверное, для кого-то нормально.

Адски больно, но… Никто не запрещает мужчинам предлагать подобное. Просто я надеялась на другой исход. Что…

— Лана, посмотри на меня, — Тигран мягко сжимает моё запястье, заставляет поднять взгляд. — Ты хочешь сказать, что я ошибься? И на фотографии не ты? Просто аналогичная девушка? С таким же созвездием родинок?

— Я не… Я не буду больше оправдываться. Ты можешь мне не верить, можешь сомневаться. Особенно после того, как я признала вину. Но это твоё дело. Я сказала правду. Фото делала не я.

— Я понял тебя.

По телу проходит озноб, хотя на улице стоит жара. Мне действительно важно услышать ответ мужчины, понять его. Чтобы… Не оказалось, что даже тот месяц между нами ничего не значил, что Тигран совсем меня не услышал.

— И что ты понял?

— Что тебе не стоило лгать, — мужчина тянет меня на себя, обнимая. — Я бываю упрямым, Лана. Потому что привык, что я прав. Но тебе стоило продавливать своё мнение до конца. В самом начале.

— Я не должна что-то «продавливать». Я тебе сказала обо всём, сразу. А дальше… Это твое мнение. И пусти меня!

— Сейчас, — мужчина бурчит в мои волосы, явно наслаждаясь тем, что я не могу его оттолкнуть. — Пару секунд, Лана. Я наберу Тимовцам, они будут копать дальше. Потому что, раз это фото сделала не ты, то кто-то очень постарался.

— Тимовцам?

— Да, это телохранители. Они… Фактически, она работают на меня.

Киваю, проезжаясь подбородком по груди мужчины. Отталкиваюсь от него, отхожу на безопасное расстояние. Цепляюсь за это «раз не ты». Тигран могу сказать «если», допуская мою виновность.

Но он… Верит мне?

И я не понимаю, что с этим делать. Хорошо ведь, если так подумать. Пускай разбирается, решает свои проблемы. До которых мне больше нет дела. Но эта вера…. Приятна.

— Хорошо, — не знаю что ещё сказать, всё становится таким неважным. Я собиралась поговорить, высказать Тиграну всё, а разговор ушел совсем в другое русло. — Ты что-то говорил об обеде.

— Проголодалась? Пойдем.

Игнорирую протянутую руку, направляясь к зданию вдалеке. На самом деле, есть мне не хочется. Но в ресторане будут люди, никакой изолированности с Тиграном.

Он ведь… Эгоист. И кто знает, что придумает в следующую секунду. Слышит только себя, ничего не замечает вокруг. И раньше я как-то этого не замечала.

Была настолько слепа? Не замечала? Или раньше Тигран вёл себя совершенно по-другому? Нет, нет и нет. Пора согласиться, что раньше мне это нравилось. Где-то в глубине души я это понимала, но не признавала.

Такое внимание от успешного взрослого мужчины. Настойчивость и напор, чтобы заполучить меня. Немного пугало и раздражало, будоражило. Но ведь и нравилось тоже!

Больше, чем должно было.

— Скажи, если тебе здесь ничего не понравится, — Тигран отодвигает передо мной стул, улыбается довольно.

— Отвезешь меня обратно в город?

— Нет, но тут в получасе езды есть другой комплекс. Даже ближе. Что-то найдем.

Я тыкаю в меню наугад, аппетита совсем нет. Хочется обвинить Тиграна и в этом, потому что он действительно виноват. Врач предупреждала, что такое бывает у беременных. То буду есть, как не в себя, то почти голодать.

Никакой цикличности, особенности организма. У каждого бывает по-разному. Поэтому нужно заранее нужно привыкать питаться, чтобы не было скачков. Голодать мне уж точно нельзя. Как и нервничать!

Я обновляю почту на телефоне, проверяя новые письма. Сегодня должны прийти результаты по некоторым тестам и я жду их целую вечность. Хочу убедиться, что всё протекает так, как нужно.

— Вино? Ты любишь красное полусладкое, правильно?

— Да.

Тигран выглядит так, будто мы играем в викторину. И если он угадает все правильные варианты, то я обо всём забуду. Будто прошлое не будет больше существовать.

Но я не представляю, что должен сказать мужчина, чтобы я его простила. Бросилась в объятия, снова согласилась на все условия. Это было легко раньше, когда я не знала всей правды о мужчине.

Теперь же…

Даже признания в любви, которого я столько ждала, не будет достаточно.

— Я не буду пить, Тигран. Просто травяной чай. Мне ещё готовить отчеты для своего босса. Он, знаешь ли, тиран.

— Догадываюсь. Я знаю, что ты не хочешь слушать о Катрин, но я закончу мысль. А после этого ты уже будешь меня затыкать. Договорились?

— Нет, не…

— Я планирую развестись, Лана.

Я слушаю его слова, почти что задыхаясь. Ничего не понимаю, но… Жалею, что нам ещё ничего не принесли. Мне жутко хочется пить, а ещё адекватно воспринимать сказанное.

Только это сложно. Невесомое обещание, словно сказанное именно для меня. И… Так все говорят, да? Я разведусь с женой, я буду одиноким, мы поженимся и всё такое.

Но я больше не верю Тиграну. Я люблю слова, обещания, комплименты, которыми мужчина изредка меня одаривал. Но я больше не хочу верить пустым разговорам.

— Планировать не значит развестись, — произношу сухо, разглаживая скартерь на столе. Пальцы дрожат, скованные волнением. — К чему ты мне это рассказываешь, Тигран?

— Потому что мы начали не совсем правильно. Ты права, мышка, я должен был сказать за жену и убедиться, что ты всё понимаешь.

— Но я не понимаю. До сих пор… Развод? Ты надеешься вернуть меня разводом? И что? Пообещаешь жениться? Что ещё? Что теперь ты хочешь детей и всё будет нормально?

— Нет, — мужчина смотрит уверенно, твердо, а меня пробирает холодом. — Поверь, таким как я — иметь детей плохая затея. Лан…

Его ладонь накрывает мою, а я не могу отдернуть. Не могу попрощаться с мужчиной и сказать, что больше ничего не чувствую. Я должна! Это мой ребенок, я беременна.

И у меня есть теперь кто-то важнее Тиграна. Важнее моих чувств. Я пока ещё не научилась с этим справляться, но обязательно научусь. Думать и делать так, как должна настоящая мама.

Просто немного привыкнуть к мысли. Что у меня теперь ответственность перед кем-то другим. Я и сама справиться не могу, а тут… Но я должна. И я смогу, наверняка.

— Мышка, — мужчина натянуто улыбается и я понимаю, что не только для меня это сложный разговор. — Я сказал тебе пойти на аборт не потому, что не хотел детей от тебя. Мне важно, чтобы ты это поняла. Дело во мне.

— Значит, нужно было думать об этом раньше и использовать… Защиту. Вот. А не решать постфактум, — хочу выдернуть руку и Тигран, неожиданно, разрешает. — Мне важно, чтобы это понял ты.

— Я знаю, что облажался. И в этот раз хочу сделать всё правильно.

— Ну… Получается у тебя плохо.

Я обхватываю руками кружку с чаем, молчу, пока официант расставляет заказ. Секундная передышка, чтобы привести мысли в порядок. Чувствую себя, словно на переговорах.

Но в этом хороша моя сестра, не я… Меня всегда интересовали другие вещи. Куда более простые, детские, несерьезные. И теперь теряюсь, когда нужно принимать взрослые решения.

— Согласен, — Тигран улыбается так, что я прикрываю глаза. Чтобы не видеть, не реагировать. Наверное, это форма мазохизма. Чувствовать притяжение к тому, кто сделал настолько больно. — Я не умею красиво ухаживать, не могу говорить отковенно. До тебя отношения у меня были… Давай назовём их подобием бизнеса. Где всё просто и без лишних вопросов.

— И с… женой тоже? Ты её не любишь?

— Я её уважаю, Лана. Иногда для брака этого более, чем достаточно. Она была нужна мне, я — ей. На этом всё.

— Хорошо, — ничего хорошего. Чай обжигает нёбо, давая мне секунду подумать. — А я? Я тебе тоже просто… Выгодна? Не знаю, удобна? Я… Меня ты любишь или тоже уважаешь?

— Любишь ты сложные вопросы, мышка. Тебя я хочу. Не только в постели, в своей жизни.

— В качестве кого? Когда ты собираешься развестись? Если… Если я снова забеременею, что ты будешь делать тогда? Я… Знаешь, Тигран, мне нужно подышать свежим воздухом. А когда я вернусь — объяснишь мне всё.

Я практически бегу на улицу, не слушая ответа мужчины. Мне нужно собраться и прочистить голову. А холодные порыв ветра только помогает. Успокаивает горящую кожу, заполняет легкие.

Рядом с Тиграном я словно совсем не могу дышать, ничего не могу. Вижу его взгляд и плыву. Плюю на всё прошлое, вспоминая только хорошие моменты. И это…

Неправильно. Нельзя быть настолько под влиянием какого-то мужчины.

Прячу руки в карман, нащупывая подвеску. Я ведь даже не понимаю — это подарок от чистой души или очередная попытка подкупить? А всё, что говорил Тигран… Это тоже ложь или правда?

Возвращаюсь к мужчине вечность спустя, когда начинаю замерзать. Просто спрошу. Ещё раз. Любит или нет. Мне нужно знать, а потом… Не знаю, просто решать по ситуации. Звонить Мине, пусть снова помогает непутевой сестре. Спрашивать советов…

— Тигран!

Замечаю мужчину с моим телефоном в руках. Оставила всё, а теперь жалею. Что он там такого увидел? Потому что лицо Тиграна непроницаемое, лишенное эмоций.

— Ты не имел права! Это мои переписки.

— Он постоянно вибрировал, я планировал отключил звук. Но увидел, что это сообщение из клиники… — мужчина ослабляет галстук, стягивает его. Давит на виски и смотрит так, словно толкает меня в бездну. — Лана, ты… Ты беременна?