Глава 17. Лана

Он знает.

Знает.

Мысль отчаянно бьется в голове, пока я пытаюсь найти себе оправдание. Это ведь… Тигран не должен был узнать! Это моя тайна, мой ребенок, раз мужчина отказался.

Даже сейчас, пытаясь меня вернуть зачем-то, он продолжал говорить, что детей не хочет. Но ведь тогда нам не по пути, как он не поймёт?

А теперь я не могу придумать, что сказать. Открываю рот, пытаясь вдохнуть кислород. Только не получается, голова начинает кружиться, легкие сдавливает.

Я не… Я не думаю, что мужчина потащит меня на аборт, почти двенадцать недель. Но… Насколько он не хочет детей? Что он…

— Да, — киваю, голос сиплый, жалкий. Падаю на стул, допивая чай до дна. — Да, Тигран, я беременна.

Когда-то я признавалась в этом с радостью и надеждой. Была такой окрыленной, счастливой. У нас будет ребенок, это ведь прекрасно! А оказалось… Нет, это прекрасно не для всех.

Теперь же признание кажется приговором самой себе. Я не знаю, что сделает мужчина, как отреагирует. Он… Он не хочет детей? Что ж, я могу ему в этом помочь.

— Не стоило читать мою переписку, это личное, — прижимаю к себе телефон. — Какая тебе разница, что мне пишут из клиники? Это тебя не касается.

— Лана.

— Я не хотела, чтобы ты узнал. Это… Странно. Но да, я беременна. Так получилось. Мальчик встречает девочку которой плохо, девочка спит… — несу какой-то бред, приправленный сарказмом. — В общем, я забеременела пару недель назад.

Мужчина сжимает вилку, едва не сгибая её пополам. Смотрит на меня, словно я предала его. Что, жить дальше мне тоже запрещено? Встречать других мужчин, ложиться с ними в постель и…

— От Михаила?

— Что? — часто моргаю. Я не умею лгать, и всегда казалось это неправильным. А теперь пытаюсь не запутаться в своей лжи. — Какая разница?

— Хочу понять — я отбиваю девушку у Михаила или беременную от него девушку.

— Это что-то поменяет? Меня не нужно отбивать, Тигран. Но да, я беременная от него.

Господи, надеюсь Михаил простит мою ложь. Одно дело притвориться просто парнем, а совсем другое — отцом моего ребенка. Мне нужно в офис и быть очень убедительной.

Или…

— Он ещё не знает! Вот. Поэтому… Не стоит говорить с Михаилом, ладно? Я сама подберу правильный момент. Хорошо?

— Конечно, да.

Тигран кивает, но выглядит… Растерянным? Скорее, даже пришибленным моими словами. А я опускаю взгляд, кусая губу. Мне невыносимо называть ребенка Тиграна чьим-то ещё.

Это наш малыш, мой. Но не…

— Год или полтора.

— Что?

Фраза Тиграна не несёт никакого смысла. Часто моргаю, прогоняя непрошенные слезы и смотрю на мужчину. Как он пьет холодную воду, едва заметно морщится.

— Ты сказала, что хочешь услышать ответы на свои вопросы. Год или полтора на развод с Катрин. Это не быстрый процесс, мне нужно… Оформить все документы.

— Эм… Хорошо?

— Если бы я сказал тебе изначально, что женат, ты бы не стала ждать такой срок, мышка. Ты и сейчас не будешь, я прав? Но роль любовницы — единственное, что я могу тебе предложить сейчас. В СМИ не должно быть слухов по поводу моих интрижек.

Он разводится?

Мне плевать.

Но разводится и…

Мне. Должно. Быть. Всё. Равно.

Только если Тигран разводится, если собирается быть свободным… Это ведь чуточку что-то меняет, да? Не всё, не перекроет наши проблемы, но… Он будет свободным мужчиной. И это ведь тоже что-то значит.

— Любовница, — горько улыбаюсь, поднимая взгляд к потолку. Почему взрослые разговоры такие сложные? — Я не хочу этого статуса, Тигран. Не хочу, правда. Прятаться, ждать тебя, никому не рассказывать… К тому же, я теперь занята.

Едва вспоминаю о Михаиле и нашей легенде. Потому что мысль, что Тигран будет свободным… От неё колышется что-то в душе, поднимается буря. Это ведь не важно, есть другие причины.

Тигран отправил меня на аборт.

Он слышит только себя.

Удивительно, но не могу вспомнить других причин. Было что-то ещё, но сейчас, под взглядом мужчины, так сложно сосредоточиться. А когда его ладонь сжимает мою — я готова совсем потерять связь с реальностью.

— Лана, я мудак. И мне не пятнадцать, чтобы я мог измениться. Но… Часть своих проблем я могу решить или попытаться. Или нет. Твоя беременность многое меняет, но не то, что я всё ещё хочу тебя в своей жизни. Во всех смыслах. Так что…

Мужчина делает паузу. Секундную, на краткий миг. Будто ему нужно собраться с мыслями. Хмурится, рассматривая меня. А моё сердце готово выпрыгнуть из груди, разбиться на миллионы осколков.

— Я оставлю тебя в покое, действительно. Считай это последним свиданием. Если ты мне скажешь, что действительно хочешь быть с Михаилом. Или я продолжу свои ухаживания, если ты дашь мне повод. Поэтому, Лана, сейчас выбор за тобой.

Не могу понять подвох. Всё настолько просто? Солгать ещё один раз, что абсолютно счастлива? И тогда всё закончится? Навсегда-навсегда? И я не… Пытаюсь понять, что есть только один вариант подходит.

Горло царапает горечью, когда я лихорадочно выбираю. Сказать правду или солгать? Притвориться или довериться Тиграну в последний раз?

Я не знаю, что мне нужно делать, как решить настолько важную проблему. Потому что сейчас я уверена — если совру, то Тигран ко мне больше не приблизится.

И что мне… Как я могу выбрать?

Что мне стоит выбрать?

— Я тебя не понимаю, Тигран. Ты… Ты что, надеешься что я вернусь, ты снова отправишь меня на аборт и всё будет хорошо?

— Нет. Я не собираюсь так поступать, мышка, — пальцы мужчины гладят мою ладонь. Вызывают дрожь внутри. — Видишь, насколько я серьезно настроен? Я… Если ты решишь уйти от Михаила ко мне — вопроса с ребенком не будет. Всё приму, ладно?

— Ты серьезно? Какого черта, Тигран?! Ты не хочешь детей, но собираешься принять чужого ребенка?

— Я же сказал, что не собираюсь заводить наследников. Родных.

— Ну так сделай себе хренова катомазию или как там?!

— Вазэктомию? Это не делают так просто и по желанию. Но да, я думал над этим. Лан, давай постепенно всё решать, хорошо? Если я начну на тебя сгружать все свои проблемы… То какой я после этого мужик?

— Но… Меня ведь это задевает. Всё. На меня тоже много сгрузилось и… Ты требуешь от меня просто снова подчиниться?

— Нет, я даю тебе выбор.

И это звучит как то, чего я хотела. Решать самой. Стремилась ведь быть взрослой, вот. Одно из самых важных распутий. С Тиграном или без него. Простить снова или двигаться дальше.

Тигран не хочет своих детей. Но при этом готов принять чужого? Я не понимаю. Отказываюсь понимать. А мужчина… Что ему мешает сказать всё сразу?

Смотри, мышка, так и так. И я бы поняла, наверное. Если бы у него были причины, мотивы… Неужели просто «не хочу своих детей» достаточно для того, чтобы отправлять на аборт?

— Ты беременна, — мужчина повторяет, словно я не знаю. — Это… Теперь ясно, почему у тебя стабильный график и больше не носишь каблуки.

— Да. Ты заметил?

— Лан, я выучил твой стук каблуков. Неслась вечно ко мне в кабинет, а после тормозила.

Мужчина ухмыляется и я не могу сдержаться, посылая смазанную улыбку. «Не носись, Лана» — как вечный указ, а я по-другому просто не успевала. Был забавно, да.

И очень просто.

А сейчас Тигран дает мне выбор, но ни один из них мне не нравится. Либо снова поверить мужчине, либо мучаться до конца жизни «что если». А ещё страшно, что это просто новый ход.

И независимо от выбора, Тигран не будет отступать. Всё равно продолжит, игнорируя моё мнение. Если мужчина сделает ещё раз так — я просто не выдержу, не переживу.

— Ты ничего не ешь, Лан.

— Я не…

— Если не нравится, то могу отвезти в другое место. Может, хочешь чего-то особенного?

— Да. Домой в одиночестве?

— Через, — мужчина бросает взгляд на часы. — Шестьдесят девять минут, без проблем. Ты так и не ответила на мой вопрос.

— А ты игнорируешь мои. Мы квиты.

Я тянусь к бокалу с чистой водой, смачивая пересохшее горло. Стараюсь казаться взрослой и сильной, способной справиться со всем. Тигран меня злит, но при этом успокаивает.

Проблема не во мне.

— Ну, Лана, есть то, что я с радостью игнорировать не буду, — в карих глазах мужчины появляются огоньки удовольствия. — Например, твой голод. Ты ведь хочешь… есть, так?

— Тигран!

— Что? — сама невинность с роковой улыбкой на губах. — Или ты хочешь, чтобы я тебя покормил? Право, Лано, я не против.

— Я против! Ты… Ты невыносим и не знаешь границ! Ты появляешься спустя два месяца и делаешь вид, что у меня никого нет и быть не может.

— Ты не сказала.

— Что?

— Не сказала, что счастлива с ним, что любишь Михаила. Или кого-то другого. Поэтому… Я считаю, что твоё сердце свободно и я могу побороться за него.

— Бороться нужно было в марте, а сейчас июнь. Ты опоздал, Тигран.

— Значит, ты его любишь?

— Я… Миша не прячет меня как свой секрет! Он знакомит со всеми, представляет своей девушкой, — говорю о самом важном, пусть наши отношения и фейк. — У него нет жены с которой развод через полтора года. У него нет съемной квартиры для встреч и прочего.

Я плохой человек, плохой и ужасный. Потому что сейчас Тигран пытается поговорить, мягко и почти ненавязчиво. А я… Я просто эгоистично хочу сделать ему так же больно, как и он мне.

Задеть.

У меня руки дрожат от злости, внутри всё сковывает. Даже дышу через раз, а лицо мужчины словно расплывается. Не успокоиться. Потому что… Он же…

— Так что да, Тигран. Я счастлива с ним. Ты это хотел услышать?