Глава 5

8 августа 2017 года, 18.15

Институт исследования необъяснимого

Долгов и Айя вернулись уже к вечеру. Новость о том, что им срочно необходимо лететь обратно, Долгова не обрадовала.

— Мы еще не закончили проверку, — возразил он, когда Дементьев позвонил ему. — Только начали.

— Угроза жизни пострадавших есть?

— Пока нет, но кто знает…

— Тогда возвращайтесь, — отрезал Дементьев. — Как можно быстрее.

— Да что стряслось-то? — напрягся Долгов.

— Мы нашли Нева, — прозвучал ответ после короткой паузы.

И по тому, как именно это было произнесено, Долгов все понял, ему не потребовались дополнительные объяснения.

— Я так и знал, что этим кончится, — проворчал он тихо и добавил уже громче: — Вылетим ближайшим рейсом.

И вот в начале седьмого они с Айей вошли в приемную ИИН, где сидела притихшая Лидия.

— Все уже в переговорной, — подавленно сообщила она. — Вам кофе сделать?

— Разве что внутривенно, — буркнул Долгов. — В глотку он больше не лезет.

У него были причины ворчать: за последний год он, казалось, почти смирился с кочевым образом жизни и частым отсутствием элементарных удобств, но бессмысленную суету все еще не выносил. А два перелета за два дня и необходимость сначала срочно искать жилье, а потом так же срочно его сдавать и бросать на полпути начатое дело определенно вписывались в его понимание бессмысленной суеты.

Впрочем, войдя в переговорную и взглянув на лица коллег, Долгов моментально смирил собственное недовольство. У ИИН сейчас определенно были проблемы поважнее его дурного настроения.

Тратить время на приветствия никто не стал, Анна лишь кивнула вошедшим и заговорила, пока они размещались за столом:

— Отлично, поскольку все в сборе, давайте начнем. Володя, коротко изложи суть для тех, кто только присоединился.

— Если коротко, то по смерти Нины у нас пока только две версии. Первая заключается в том, что она погибла во сне, в котором ее достало некое существо вроде Мары. Вторая предполагает, что убийство мог совершить кто-то, обладающий способностями Нева. И Егора. Не хватало мотива, но утром мы выяснили, что они оба сейчас находятся во всем нам известном К13 и, судя по всему, прекрасно там себя чувствуют. Нина же в последнее время вела собственное расследование деятельности Ковена. Выясняла его состав, связи, действия. И как раз незадолго до смерти она из неустановленного источника получила запись с какого-то мероприятия Ковена, на которой хорошо видны… оба наших мага. Что на привычном мне языке означает: у них были мотив и возможность убить ее. Если у кого-то есть, что добавить, прошу.

— Только одно, — подала голос Лиля. И звучал он непривычно бесцветно. — Это не Нев. Это Ангел. Можешь сказать: я предупреждал.

Последние ее слова, как и взгляд, были обращены к Долгову. Но тот лишь покачал головой.

— Я, конечно, мерзавец, но не до такой степени.

— Но как и почему Ангел захватил над ним власть? — вопрос Вани не был адресован конкретно Лиле, но она единственная, пожалуй, могла бы на него ответить. — Ведь насколько я понимаю, в том деле с Ольгой и шкатулкой он… — Ваня осекся и закончил не так, как собирался: — Его помощь не понадобилась? Тогда почему? Почему сейчас?

— Сложно сказать, — все тем же бесцветным голосом ответила Лиля. — Он давно этого боялся. В подробности не вдавался, но его что-то тревожило. Может быть, он чувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. У Карины было видение на этот счет, она предупредила его. Поэтому он и не стал вмешиваться в той ситуации. — Она бросила быстрый взгляд на Дементьева. — Возможно, этого было уже недостаточно.

— А мы уверены, что Ангел действительно его захватил? — Дементьев попытался посмотреть на происходящее иначе. — Может быть, все это какая-то игра?

— Игра? — возмутилась Саша. — Нина мертва! В чем тут может быть игра?

— Но мы не знаем наверняка, что это сделал именно Нев. Или Егор, — возразил Ваня.

— Если у нас всего две версии, то вторая, с Невом, более вероятна, — настаивала Саша, бросив взгляд на Лилю. — Поверь, я тоже этого не хочу, я обязана Неву жизнью. Но ни Мара, ни сонный паралич не способны оставлять на теле видимые следы.

— А почему ты не хочешь рассмотреть вариант, в котором убийца Егор? — возразил Долгов. — Он уже убивал людей, мог сделать это и сейчас, чтобы защитить свою тайну.

— Я не общалась с Егором, не доводилось мне встречаться с ним в расследованиях, если не считать того, когда мы все впервые с ним познакомились, но по вашим рассказам у меня сложилось впечатление, что Егор, попав в Ковен, был бы рад, если бы мы об этом узнали. В отличие от Нева. А убийство Нины явно призвано скрыть этот факт.

— Может быть, он хотел скрыть от нас то, что ему удалось перетянуть на свою сторону Нева? — предположил Долгов.

— И не надо сбрасывать со счетов, что при глубоком внедрении людям иногда приходится делать то, что они при других обстоятельствах не сделали бы, — добавил Дементьев мрачно. — При внедрении в банды и синдикаты и полицейские вынуждены совершать преступления. Иногда сопутствующие потери неизбежны.

— Но зачем? — озвучил общее недоумение Долгов. — Я не могу понять: по какой причине Неву могло все это понадобиться? Вот так вдруг? И почему он никого не предупредил?

— Ребят, я вам благодарна за попытку найти этому оправдание, — снова заговорила Лиля. — Но Саша права: Нев на такую игру никогда не пошел бы. И я видела запись. У Нева очень много достоинств, он многое может, но лицедейство никогда не было его сильной стороной. Вот так перевоплотиться и пойти на сопутствующие потери он не смог бы. Его захватил Ангел. Не знаю как и почему, но я уверена, что это так. Во всех остальных случаях он нашел бы способ меня предупредить.

— Но если это все так, — подала голос Айя, молчавшая до этого, — то что нам теперь делать? И я даже не о Нине говорю. Что делать с Невом?

В переговорной повисла гнетущая тишина. Ни у кого не было даже малейших идей, что можно сделать с воплотившимся Темным Ангелом. В этой тишине как-то особенно громко прозвучал сигнал коммуникатора. Анна нажала на кнопку и раздраженно бросила:

— Лида, я же просила нас не отвлекать…

— Вам звонят, — успела вставить секретарь до того, как Анна отключилась.

— Подождать не может? — удивилась Анна.

— Это господин Ляшин.

Такой ответ звучал равносильно слову: «Нет».

— И он хочет поговорить со всеми, — добавила Лидия.

— Переключи его на меня, — попросила Анна, и по ее лицу было понятно, что хороших новостей она от этого звонка не ждет. Ляшин крайне редко звонил вот так.

— Анна, добрый день, — голос покровителя ИИН прозвучал через динамик непривычно напряженно. — Вы все там?

— Да. Что случилось?

— Возникла серьезная проблема. Кое-кто заинтересовался вашим Институтом и особенно той информацией, которую вы уже собрали в своих расследованиях. У меня есть основание полагать, что вас ждет нечто вроде рейдерского захвата. Я постараюсь все решить, но это силы уровнем выше меня, поэтому потребуется время. Закройте все свои базы, спрячьте, а лучше сожгите документацию и постарайтесь залечь на дно. Не знаю… объявите у себя карантин или, наоборот, езжайте всем скопом куда-нибудь в глухую тайгу. Главное — быстро. Думаю, за вами уже идут.

Анна подняла голову и посмотрела на притихших сотрудников. Она выглядела напряженной, но готовой к любому удару, и только Ваня смог разглядеть в глубине ее глаз панику. Сам он не паниковал, хотя сердце все равно сжалось в дурном предчувствии: с такими силами никогда нельзя знать наверняка, кто выйдет победителем. Особенно если учесть, что в одном из параллельных миров его посадили за все его фокусы, а Нев утверждал, что все миры стремятся идти в одной линии. Он перевел взгляд с Анны на перепуганных Лилю и Айю, на Сашу, закрывшую глаза будто перед смертельным прыжком.

— Так, давайте не будем терять время, — сказал он и в ту же секунду понял, что ничего сделать они не успеют: в коридоре уже слышался топот явно не тонких ножек Лидии на высоких шпильках.

Мгновение спустя дверь в переговорную беспардонно распахнулась без всяких вежливых постукиваний.

— Всем оставаться на своих местах, держите руки так, чтобы мы их видели! — громогласно объявил мужчина в хорошем костюме, первым переступивший порог комнаты. — И давайте без резких движений во избежание трагических случайностей.

Суть последнего распоряжения сразу стала понятней, когда вслед за мужчиной резво ворвались четверо человек в шлемах и бронежилетах с автоматами на изготовку. За ними последовали еще двое «пиджаков».

— Это ограбление? — едко поинтересовался Дементьев, хотя резких движений все же совершать не стал и руки держал слегка приподнятыми, чтобы ни у кого не возникало вопросов. — Потому что если вы из органов, то обязаны представиться и показать свои документы.

— Майор Якунин, Федеральная служба безопасности, — насмешливо объявил первый «пиджак», демонстративно ткнув удостоверение в лицо Дементьеву. — Кто из вас Константин Долгов?

— Я, — хрипло отозвался тот, замерев в кресле. Оружие всегда его нервировало, а в таком количестве — особенно. Однажды он уже схватил пулю и не хотел бы повторить тот опыт.

— Встаньте, — велел другой «пиджак», подходя к нему ближе. Он пока не представился, но выглядел моложе своего коллеги. Тянул максимум на капитана.

Долгов напряженно посмотрел на Анну и почему-то на Ваню, как будто не зная, стоит ли ему вставать. И если Ваня продолжал сидеть с чуть приподнятыми руками и делать вид, что судьба Долгова его, конечно, волнует, но не настолько, чтобы пререкаться с ФСБ, особенно после звонка Ляшина, то Анна не собиралась просто так смотреть, как задерживают ее сотрудника.

— Я директор Института исследования необъяснимого, — громко и четко представилась она, по примеру Дементьева не пытаясь как-то шевелиться, — Замятина Анна Николаевна. Будьте добры объяснить, по какому праву вы врываетесь в учреждение, мешаете совещанию и что вообще вам нужно от моего сотрудника?

— Сейчас вы все узнаете, Анна Николаевна, — заверил ее Якунин. — Константин Андреевич, не упрямьтесь. Хуже будет.

Долгов скользнул нерешительным взглядом по остальным присутствующим, прекрасно понимая, что никто ему не сможет помочь, что бы эти люди ни задумали. Оставалось только медленно откатиться на кресле от стола и настороженно выпрямиться.

Едва он это сделал, как второй «пиджак» резко заломил ему руку за спину так, что кость едва не хрустнула. Долгов инстинктивно нагнулся вперед, пытаясь предотвратить потенциальную травму, а «пиджак» как будто только этого и ждал: нажал сверху с такой силой, что Долгова чувствительно приложило головой об стол.

— Да что ж вы делаете?! — не выдержал Дементьев, все же вскакивая со своего места, чем заставил автоматчиков напрячься и навести стволы на него. — Он же не сопротивляется!

— Сядьте! — рявкнул Якунин.

А второй «пиджак» тем временем монотонно заявил:

— Долгов Константин Андреевич, вы арестованы по обвинению в проведении незаконных медицинских опытов над людьми, преступном сговоре, а также халатности, повлекшей за собой многочисленные смерти…

Остальные сотрудники подавленно молчали. Все знали, что обвинения эти — не беспочвенные, а потому сделать с ними ничего нельзя. Если в ФСБ обо всем узнали, то возникай не возникай — а Долгова заберут с собой.

— Кстати, Анна Николаевна, — Якунин повернулся к директору, но удержался от ехидной улыбочки, — боюсь, вас нам тоже придется задержать.

— Только попробуйте заломать ей руки, — опираясь кулаками на стол, поднялся Ваня.

Один из автоматчиков перевел ствол на него, второй продолжал держать под прицелом Дементьева.

— Вы, Иван Петрович, тоже поедете с нами, — не оборачиваясь к нему, сказал Якунин. — Я же не ошибаюсь, вы Иван Петрович?

— Ну я, — не стал отнекиваться Ваня.

— А его за что? — возмутилась Анна.

— Подозрение в незаконном проникновении в правительственные базы данных, — пояснил Якунин, — а вас за компанию, можно сказать. Назвались директором — полезайте в камеру вместе с вашими правонарушителями.

— А камер у вас на всех хватит? — не удержался Ваня.

— А все нам не нужны, — пожал плечами Якунин, — только вы трое. Выводите. — Это он уже сказал своим парням.

8 августа 2017 года, 19.35

После того, как сотрудники ФСБ увели Долгова и Ваню с Анной, остальных держали в переговорной еще не меньше часа, не разрешая ни выйти, ни даже просто встать из-за стола. Все обыски в кабинетах проходили без их присутствия, кому-либо звонить им запретили, даже потребовали выложить все смартфоны на стол, чтобы их было видно и никто не мог тайком написать сообщение, набирая его вслепую. Переговоры тоже не приветствовались, но сотрудники ИИН и сами не рвались обсуждать ситуацию в присутствии посторонних. Только тревожно переглядывались.

Из-за двери доносились звуки шагов и голоса, иногда — грохот хлопающих дверей и падающих вещей. В какой-то момент Дементьеву даже показалось, что он слышит бойкий, хорошо поставленный голос человека, явно работающего на камеру.

Когда все наконец стихло, к ним вернулся Якунин и те два «пиджака», что сопровождали его в самом начале. Еще какое-то время ушло на то, чтобы каждому сотруднику ИИН оформили подписку о невыезде, потом они расписались в протоколах о выемке документации и оргтехники. И только тогда им разрешили забрать смартфоны и личные вещи из кабинетов (естественно, под присмотром) и покинуть офис.

Едва оказавшись на улице, Дементьев вызвал из памяти смартфона номер Ольги. Рядом с ним Лиля тоже куда-то звонила. Как он успел услышать прежде, чем ответили ему, она связывалась с адвокатами, с которыми ИИН уже доводилось сотрудничать после одной неприятной истории.

— Володя? — голос жены в трубке прозвучал несколько напряженно, но Дементьев не обратил на это внимания, списав на удивление. Он редко звонил ей так рано вечером, а она вообще всегда предпочитала сообщения.

— Оль, у нас ЧП, — без предисловий и никому ненужных приветствий быстро заговорил Дементьев. — Похоже на рейдерский захват или что-то в этом роде. Один арестован, двое задержаны, остальные под подпиской…

— Да, я знаю, — перебила Ольга, и теперь он понял, что она не удивлена, а крайне взволнованна. — Я смотрю про вас репортаж в новостях.

— Вот, значит, как. Стало быть, мне не показалось. Они еще и журналюг притащили. И что там говорят?

— Ну, судя по репортажу, ваш ИИН — нечто среднее между нацистским Аненербе и локальной ячейкой Аль-Каиды.

— Класс, — процедил Дементьев, хотя язык жгли совсем другие слова. — Значит, за нас взялись всерьез.

— Я могу чем-то помочь?

— Можешь. Для того и звоню. Я хочу, чтобы ты немедленно собрала вещи, поехала в аэропорт и вылетела в любую страну, в какую у тебя есть возможность въехать. Чем дальше, тем лучше. Я пока не понимаю, что именно творится и кто за всем этим стоит, но Нина уже мертва, Нева захватил Ангел, а мы лишились офиса, и еще неизвестно, как долго у нас получится оставаться на свободе. Я боюсь, что тебя тоже может зацепить. Мне будет спокойнее, если ты окажешься как можно дальше отсюда. Хорошо?

В трубке повисло молчание, и Дементьев уже готовил аргументы на случай, если Ольга решит, что никак не может его бросить в такой ситуации, но она, к счастью, оказалась не так безрассудна:

— Хорошо, сейчас соберусь. У меня есть шенгенская виза, я…

— Не надо сейчас говорить, куда ты поедешь, — оборвал Дементьев. — Когда уляжется, я свяжусь с тобой.

— Хорошо, — сдержанно повторила она. — Будь осторожен, пожалуйста. Я морально не готова стать вдовой так быстро. Ты обещал мне по меньшей мере тринадцать лет брака. Если понадобятся средства, доступ к моим счетам у тебя есть, трать, сколько нужно.

Он улыбнулся. У его жены были свои способы подбодрить и окольные пути сказать: «Люблю».

— Надеюсь, обойдется малой кровью. Поторопись.

Ольга заверила его, что выйдет из дома в течение получаса, и на этом они распрощались. Дементьев повернулся к остальным. К тем, кто еще был рядом.

Они стояли неподалеку, всего лишь на другой стороне улицы от здания, где находился офис ИИН, будто выпустить его из виду означало сдаться. Но и оставаться рядом с подъездом тоже было выше их сил. Рабочий день закончился, сотрудники других фирм, располагающихся в этом же здании на других этажах, покидали рабочие места, выходили на улицу и бросали на них настороженные взгляды, а некоторые, не особо воспитанные, даже начинали шептаться тут же, при них. Конечно, такой шухер на последнем этаже не мог остаться незамеченным, да и репортаж наверняка многие тоже видели.

Саша, Айя и Лидия стояли рядышком, поглядывая то на подходящего к ним Дементьева, то на еще разговаривающую по телефону Лилю.

— Что это было? — клацая зубами от ужаса, спросила Лидия у единственного оставшегося в строю мужчины. Она, в отличие от остальных, все это время сидела одна в приемной в присутствии молчаливого бойца с автоматом, не имея возможности ни с кем даже переглянуться.

— Пока не знаю, — честно ответил тот, все еще немного растерянный и дезориентированный. — Но я надеюсь, что тебя это не затронет. С тебя подписку взяли?

— Да…

— Черт… Ладно, тогда просто сиди дома и старайся лишний раз не высовываться. Хорошо?

Лидия кивнула, и в данной ситуации ее было жаль больше всех. Остальные сотрудники ИИН хотя бы не имели детей, а если прилетит и ей, малыши могут на какое-то время лишиться матери. Правда, тот факт, что их всех оставили на свободе, давал надежду, что этого не произойдет.

Лиля закончила разговаривать по телефону и тоже подошла к ним, но никто ничего не успел у нее спросить, поскольку внезапно заговорила всегда предпочитающая помалкивать Айя:

— Меня вот что интересует, — начала она, рассматривая носки своих туфель. — Когда позвонил Ляшин и в кабинет ворвались эти молодцы, мы все сильно удивились и испугались. Нев уже давно не обновлял защиту моих браслетов, порой сильные эмоции прорываются, и я могу такое чувствовать. Мы удивились и испугались. Все, кроме тебя. — Она подняла голову и взглянула на Сашу.

Та невольно отпрянула, будто ее ударили.

— Что?

— Ты не удивилась. По крайней мере, не так сильно, как остальные. Если Костя и Ваня сидели далеко от меня, и я могла их не почувствовать, то ты и Лиля были рядом по обе стороны. И с твоей стороны не было удивления.

Саша затравленно оглянулась на Лилю и Дементьева, будто искала у них защиты.

— Ты с ума сошла мне такое говорить? — возмутилась она наконец. — Считаешь, это я вызвала ФСБ?

— ФСБ — это вам не «скорая помощь», их просто так не вызвать, — вступился за Сашу и ее реакцию Дементьев.

— Необязательно кого-то вызывать, чтобы не испугаться, — задумчиво протянула Лиля, тоже внимательно посмотрев на Сашу. — Можно ведь и просто знать… Ты знала? Откуда?

— Ничего я не знала, — огрызнулась Саша, машинально потянувшись к карману за сигаретами, потратила несколько секунд на то, чтобы закурить. — Ребят, откуда я могла знать? — теперь ее голос звучал увереннее. — Я врач, ни с какими ведомствами никогда не была связана. Даже если бы я захотела натравить на ИИН ФСБ, я бы не знала, куда и к кому обратиться. Да и зачем это мне? Мы вместе не один пуд соли съели, с Ваней вообще лучшие друзья.

— Слишком много слов, — пробормотала Айя, снова глядя на свои туфли.

— И потом, потерять ИИН — значит, потерять возможность вытащить Войтеха, — продолжила Саша, — будто не услышав этого. — Ты серьезно думаешь, что я готова к этому? — Она посмотрела на Айю, но та ничего не сказала.

Дементьев, внимательно наблюдавший за тем, как Саша закуривает, как говорит и куда при этом смотрит, недоверчиво тряхнул головой. Она вела себя как классический подозреваемый, которому есть что скрывать. Он повидал на своем веку немало людей, которых обвиняли в преступлениях и пострашнее. Бывало, некоторые умудрялись врать так виртуозно, что в их возмущение и растерянность верили даже такие неплохие следователи, как он, но Саша… Саша не умела врать.

Но какие у нее могли быть мотивы? Дементьев не представлял, потому что Саша действительно стояла у истоков ИИН. «Крысятничество» было не в ее стиле.

— Ладно, давайте успокоимся, — предложил он напряженно, понимая, что «колоть» ее сейчас нет смысла. — И решим, что делать дальше.

— Я не знаю, как вы, — холодно обронила Лиля, все еще сверля Сашу недовольным взглядом. Ей тоже частенько приходилось говорить с людьми и вытаскивать из них информацию, поэтому она, наверняка, тоже заподозрила Сашу если не в откровенной лжи, то как минимум в сокрытии каких-то данных. — А я собираюсь встретиться с адвокатами и попытаться вытащить хотя бы Ваньку.

Айя, поняв, что осталась в одиночестве, и ни Лиля, ни Дементьев прямо здесь и сейчас давить на Сашу не станут, не стала продолжать. И напряженное облегчение с Сашиной стороны, когда та тоже поняла, что нападки прекратились, она могла бы черпать ложкой. Нет, не почувствовать удивление Айя могла только в одном случае: если Саша на самом деле не удивилась.

— Если будет нужна какая-то помощь или появится информация, звоните мне сразу. А пока я бы хотела поехать домой, — робко сказала Лидия, о которой все, казалось, забыли.

— Да, ты езжай, — разрешил Дементьев. — А нам надо бы понять, что мы будем делать с убийством Нины…

— Честно говоря, плевать мне сейчас на Нину, — огрызнулась Лиля.

— Да и что мы можем сделать? — отозвалась Айя. — Нев ее убил или Егор, привлечь к ответу мы ни одного из них не сможем. Тут бы самим под каток правосудия не попасть.

На последней фразе она не удержалась от взгляда в сторону Саши, в котором явно читалось: «Я-то точно знаю, что ты лжешь».

— Я согласна, думаю, нам надо на какое-то время залечь на дно и не вести расследование, — сказала Саша. — Нина уже мертва, несколько дней погоды не сделают. А там станет понятно, что да как.

Дементьев смотрел на них, не веря собственным глазам. Саша, зажав сигарету в чуть подрагивающих пальцах, уставилась себе под ноги. Айя недобро косилась на нее, ее губы кривились в едва заметной презрительной улыбке. Лиля вовсе смотрела в сторону и выглядела как человек, который мечтает поскорее оказаться как можно дальше от них всех.

Их оставалось достаточно, чтобы сформировать обычную группу и продолжить работу. Пусть без офиса и без привычной базы данных, ничто из этого никогда не могло считаться главным ресурсом. Самым важным были люди, команда. Но сейчас команды не стало. Остались лишь сотрудники одной организации, стремительно терпящей крах.

Поэтому единственное, что он мог сделать сейчас, — это отступить и позволить всем разойтись по домам.