Глава 23

Я бежала по коридору туда, откуда раздавался детский крик. Меня оттолкнула в сторону мисс Кэрриган, тоже спеша в сторону спальни Лили.

Но тут перед самой дверью, я увидела генерала. Он вбежал, опередив нас, едва не вынеся дверь в комнату ребенка.

Мне оставалось каких-то десять шагов, которые я преодолела за считанные секунды, замерев в дверном проеме.

— Тише, папа здесь! Папа рядом! — слышала я убаюкивающий голос и надрывный детский плач. — Что такое? Что случилось?

Генерал стоял ко мне спиной, зато я видела сброшенное на пол одеяло и крошечную девочку, которая еще вздрагивала от плача.

— Я проснулась… Темно… Чудовища… — лепетала сквозь слезы Лили, прижавшись к плечу генерала.

Ее личико было красным и опухшим от слез, а генерал качал ее на руках, что-то нескладно напевая. Я хотела войти, но мисс Кэрриган дернула меня в коридор.

— Зачем вы выключили свет в комнате ребенка? — спросила она шипящим шепотом. — Ни в коем случае нельзя выключать свет! Лилиэс боится спать в темноте, а вы выключили ночник!

— Почему боится спать в темноте? — спросила я, чувствуя, что меня саму начинают душить слезы. Бедная малышка так испугалась, а я не знала. Меня никто не предупредил, что свет нельзя выключать!

— Генерал должен был вас предупредить! — строго произнесла мисс Кэрриган, глядя на меня сверху вниз.

— Он мне этого не говорил, — ответила я.

— Прекратите врать! Начинать работу в доме с вранья, дорогая моя, это плохой знак! Он вам не мог не сказать, что в приюте один мальчик поймал крысу и засунул Лили под одеяло. Ночью, когда она спала. Поэтому нельзя оставлять ее без света! Девочка до ужаса боится темноты! Крыса искусала ей ноги… И у нее остались шрамы! — произнесла дрожащим голосом мисс Кэрриган голосом, словно я дала ей пощечину.

— О, боги! — прошептала я, едва ли не оседая.

Я представила этот ужас, который не каждый взрослый пережил бы, а тут двухлетняя девочка, и мне стало плохо. На глаза навернулись слезы.

— Вам лучше сейчас не попадаться на глаза генералу! — произнесла мисс Кэрриган со всей строгостью. — Первый день и так проштрафиться! Я была о вас лучшего мнения!

— Вы можете спросить у генерала! Он мне ничего не говорил! Если бы он сказал мне, я бы…, - начала я, но строгий и осуждающий взгляд мисс Кэрриган заставил меня оборвать фразу на полуслове.

— Для вас он — “господин генерал”. Запомните это! — произнесла мисс Кэрриган, а я пошла по коридору и набрела на пустую комнату.

Там я опустилась в кресло и в полумраке зарыдала. Господи, бедная малышка. Чего она только не натерпелась… Но я ведь не знала! Я смотрела на потухший камин невидящим взглядом, пытаясь представить себе ужасы Дома Милосердия.

Я не знаю, сколько я так просидела, раздираемая внутренней болью. А ведь моя дочь могла жить в доме, окруженная заботой со всех сторон, играть в куклы, носить красивые платьица, но вместо этого какая бездушная тварь обрекла ее на злобных детей и голодных крыс. Зачем? Зачем это нужно делать? Я до сих пор понять не могу!

И тут я почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Я обернулась, пытаясь смахнуть слезы и встать в полный рост. Я смотрела на генерала испуганными, измученными глазами, понимая, что он пришел сообщить, что уволит меня! Выгонит с позором!

— А! Вот вы где!