Глава 48.

Я видела, что Баскаков с жадной настойчивостью ждет моего положительного ответа, но никак не могла решиться на этот компрометирующий вояж.

— Я еще не думала, но...

— Ты не считаешь, что обстоятельства изменились? — напряженно спросил он, так и не отпуская мою кисть из своей ладони и ласково поглаживая ее сильными пальцами. — И что после измены Аркадия ты имеешь право тоже на некоторые вольности? К тому же все скоро решится.

— Ты намекаешь, что развод — дело решенное, и я почти свободна?

— Именно.

Более, видимо, не желая видеть мои колебания, Владимир наклонился ко мне и, положив руку мне на талию, властно припечатал к своей груди. Губы мужчины накрыли мои без предисловий.

Его оглушающий жадный поцелуй дезориентировал меня на мгновение, лишив всех разумных мыслей. А он продолжал свой страстный натиск, так и не отпуская из страстного плена мои губы. Ощущая, как его руки гладят мою спину и зарываются в волосы на затылке, я резко отвернула лицо от него, уперлась ладонями в его сильное тело.

— Ты слишком торопишься, Владимир. Я еще не давала согласия на поездку.

— Так дай.

— Пусти, пожалуйста, — прошептала я, и он наконец разжал объятья.

Я отошла от него на пару шагов, обхватила себя руками.

— Нина, я ведь вижу, что приятен тебе. Не надо отрицать.

Оставив его речь жестом, я тихо объяснила:

— Ты не понимаешь, Владимир. Я опасаюсь лишних сплетен, — но, увидев, как омрачился его взор, я быстро добавила: — Я правда очень хочу поехать с тобой. Но меня смущает мой статус замужней женщины. Ты вдовец. Это непозволительно. Что все подумают?

— Что мы уехали как деловые партнёры. Ты как владелица состояния, которое надо куда-то выгодно вложить, и, возможно, заключить выгодные контракты, я как твой адвокат и консультирующее лицо. Всё. Остальное знать никому не должно.

— Наверное, так возможно, Владимир.

— Нина, времена изменились. Сейчас общество не так пуритански настроено. И разводы стали уже не редкостью. Дело с твоим разводом решится быстро, как я и обещал. Сегодня я подготовил все нужные бумаги для суда. Завтра переговорю с Аркадием Сергеевичем, и, в зависимости от его ответа, решу, как лучше построить защиту твоих интересов в суде. К осени ты будешь свободна.

— Даже не знаю…

Он снова завораживал меня нежным и властным взглядом. Я ощутила, что всё моё существо жаждет согласиться с Баскаковым.

— Решайся. Завтра я еду на вокзал купить билеты, — давил он ласково.

Быстро приблизившись, Владимир снова обнял меня. Его губы опять завладели моими, и я задрожала. Я обвила его шею руками, и уже через миг, словно опомнившись, прошептала:

— Умеешь ты уговаривать. Хорошо. Покупай билет и на меня.

— Договорились, — улыбнулся он.

— Только сразу говорю, что ничего не будет. Ты понимаешь меня, Владимир? Мы только едем на выставку как партнёры и не более того. Пока не будет развода.

— Да, я понимаю.

Он так призывно улыбнулся, что я осознала, что он не верит ни одному моему слову.

Понимая, что ещё пара минут наедине с этим мужчиной окончательно лишат меня разумных мыслей, я попросила Баскакова вернуться к гостям. Сама же направилась наверх в дамскую комнату. Надо было привести себя в порядок после всех этих внезапных поцелуев.

Около лестницы я немного замешкалась, оправляя туфлю. Выпрямилась и едва не вскрикнула. Передо мной неожиданно появился мужчина, как будто из-под земли.

— Ох, Петр, ты напугал меня, — облегченно вымолвила я.

— Мы же договорились, Нина Георгиевна, что я буду тайно следить за вашей безопасностью.

— Да-да, помню. Постараюсь быть на людях и не оставаться одна.

— Наоборот, ведите себя естественно, словно ничего не опасаетесь. Так преступник быстрее решится на душегубство. Ничего не бойтесь, я контролирую ситуацию, среди приглашенных официантов два моих человека.

От слов Ростопчина я даже растерялась на миг.

Надо же! Я прямо героиня какого-то гангстерского фильма или детектива, где я — главный козырь опасной операции по задержанию преступника.

— Хорошо, Петр, я поняла.

— И еще, Нина Георгиевна, я узнал, что за последнее время никто из ваших бывших слуг не покинул столицу. И, как вижу, и родственники, и знакомые — все сегодня на приеме.

— Значит, убийца в городе.

— Да. Просто затаился и ждет нужного часа.

 Когда я вернулась в зал, то нашла глазами Баскакова. Он говорил с каким-то невысоким, солидным господином в пенсне. Увидев приглашающий взор Владимира, я по пути взяла бокал с шампанским и подошла к ним.

— Нина Георгиевна, позвольте представить вам господина Терещенко, — заявил Баскаков, представляя мужчину. — Федор Николаевич — успешный промышленник. Его сахарный завод в Курской губернии — один из передовых в империи.

Приветливо улыбнувшись гостю, я поняла, что Баскаков намеренно пригласил его сюда, чтобы как раз и обсудить наши вложения.

— Здравствуйте, Федор Николаевич.

— И мне приятно с вами познакомиться, Нина Георгиевна.

— Федор Николаевич собирается по весне строить новый завод в Петербурге по переработке сахарной свеклы. Думаю, Нина Георгиевна, вы могли бы вступить в долю с ним, — предложил Баскаков. — И стать совладельцем этого предприятия.

Понимая, что Владимир предлагал мне осуществить довольно интересную сделку и вложения, я осталась с мужчинами. Мы начали негромко обсуждать выгодность и риски предстоящего союза и нового завода.

Через какое-то время к нам вдруг приблизился Михаил Андреевич и натянуто улыбнулся.

— Господа, могу я украсть у вас мою несравненную бывшую супругу? — сладким голосом спросил Литвинов, окидывая колючим взором Терещенко и Баскакова. — Мне нужно поговорить с ней наедине, — Его глаза остановились на мне. — Это на счет гостиницы, Нина.