Глава 19. Она
После того, как мама потащила меня к знахарке, я подумала, глупости! Ворожба какая-то? Каменный век, честное слово! Не верю я в это особо! Я до последнего думала, что мама привела меня к шарлатанам. Однако когда на моих глазах булавка за три секунды стала ржавой, что-то екнуло в сердце.
Мы верим в душу, в Бога, молимся о чуде, так почему кто-то с таким же усердием не может просить о дурном?!
— Плохо себя чувствовала?
— Устала просто. Расставание сложное. Выгорела.
— Болезнь внезапная тебя иссушила. Но болезни бы не было без причины.
Знахарка допоздна делала что-то молитвы читала, шептала…
Она заверила, что ворожба не удалась. Все усилия тщетны, ничего не выйдет…
После этих посещений я чувствовала себя выжатой, будто лимон, сил хватало только доехать к себе и упасть лицом в подушку.
Хорошо, родители помогли с детьми.
Не знаю, чем это поможет мне и Родиону, не должна я за него переживать, но переживаю, какого-то черта! Мрачно шучу про себя, мол, просто боюсь, что до развода он не дотянет, и я останусь в статусе его вдовы, с его фамилией…
***
— Мы еще даже не развелись, а ты себе хахаля завела! — гремит возмущенный голос мужа. — Таскаешься к нему ежедневно!
Я вздрагиваю от неожиданности, даже ключи выронила в лужу.
Родион подлетает ко мне, возмущенный. От него во все стороны валит пар, брызжет тестостерон. Он наклоняется и ныряет пятерней в лужу подтаявшего снега, хватает ключи, сжав их в кулаке.
— Я с тобой разговариваю, Ира. Ты почему трубки не поднимала? Всю неделю меня игнорируешь! Тебя просто не поймать! Неуловимой стала…
— Правильно будет сказать, почему ты не отвечала на мои звонки.
— Ах, ты снова меня пилишь! Поправляешь постоянно. Я тебе не отстающий по грамоте и правильной речи.
— Успокойся, Родион. Что ты орешь? Сам нарываешься, подлетаешь и выражаешься так, что от тебя тошнить начинает.
— Ты постоянно меня одергиваешь! Как пацана какого-то! Да с тобой не расслабишься даже… На диване в труханах не полежишь. Не дай бог, яйца пятерней почешешь, от тебя так прилетит…
— Я не поняла. Ты решил мне еще раз все свои претензии озвучить? Для чего, Родион? Мы разводимся. Точка. Вали к своей новой любви, чеши яйца, зад и все, что тебе захочется. Можешь не брить подмышки, не ухаживать за бородой и ходить как заросший, вонючий дровосек, можешь грызть фисташки и складывать скорлупки в чашку из-под кофе, можешь быть неидеальным, и никаких претензий… Любовь твоя, конечно, тебя примет не чесанным, неопрятным, безалаберным свином.
— Вот каким ты меня видишь, значит?!
— Отдай ключи. Тьфу… Я тебя таким не вижу, я тобой гордилась искренне. Но именно так ты транслируешь себя… Именно так кричишь о том, каким хочешь быть! А сам-то… — добавляю ехидно. — Сам хотел видеть рядом с собой идеальную, тонкую, стройную и умную! Скажешь, не так? Сколько раз ты о моей подружке пренебрежительно отзывался, мол, как ее разнесло и разносит в стороны еще больше! Мол, что за баба такая, которая на себя забила, да на такую ни один нормальный мужик в трезвом уме не залезет. И все это в моменты, когда я ходила беременной и набирала вес…
— Из-за беременности же! Ты всегда у меня стройная! Как Дюймовочка!
— Да. А ты знаешь, как сложно худеть после родов, как, блин, сложно себя в форме держать! Как страшно увидеть одну лишнюю складочку и вперед, на новую диету! Так что не трынди, Родион… Про завышенные требования к себе. Ты таких же требований не меньше предъявлял… Вы все… Все, блин, ноете, в этом возрасте! Кризисы у вас, мать вашу… Молодое тело подавай, а на себя в зеркало взглянуть не хочешь?! Какую женщины ты рядом с собой хочешь видеть? Красивую, успешную, яркую, сексуальную, всюду успевающую, жаркую в постели, и притом… всегда жизнерадостную! Ах, истинная женщина должна на позитиве летать… Ах, она должна питаться пыльцой пукающих бабочек. До хрена ты на меня взвалил, Родион. До хрена, и больше. Весь быт на мне. С тебя только, блин, работа и картинка красивая, плюс секс в постели… И то… Ты не справился. Ты заскучал… От нехрен делать, вот что я тебе скажу. Ты зажрался.
— Все сказала?
Выдыхаю.
— Да. Теперь все сказала.
— Значит, я зажравшийся лентяй. А ты… Ты — стерва! С железными яйцами! Да сними ты их уже, блин, бряцают при ходьбе!
— Бряцают мои каблуки. Ну, может быть, немного яички позвякивают. Должны же они быть хоть у кого-то в этой семье…
— Ты сама на себя до хрена взвалила.
— А ты и рад был, что тебя не трогают. Плюс постоянно презрение транслировал к тем, кто пользуется услугами найма! Кто не умеет готовить… Для тебя же, Родион, жена должна быть идеальной. А теперь ты мне ставишь в вину, что я старалась успеть везде. Вот теперь… Теперь я пересмотрела свои приоритеты. Теперь я не стану тратить часы на уборку и на готовку, когда нет сил или устала… Чаще буду делегировать полномочия. Возвращать себя, женщину, буду. Ту, которой, знаешь ли…. На ручки хочется. К настоящему мужику, а не к номинальному.
— Артем, что ли, твой мужик настоящий?! Я все про него пробил! — злится, покраснев. — Мудак в разводе!
— Не твое дело. Мы тоже разводимся, моя личная жизнь тебя теперь не касается.
— Я запрещаю тебе. Мужиков водить в дом, где наши дети живут! Я… запрещаю. Слышишь?!
— Родион, я же не ты… Обжиматься и рукой в штанах блудить на глазах у детей. Это ты… напару с Наташкой, извращенцы. Совет да любовь.
— Развод будет сложным!
— Хочешь поделить имущество? Уже и от благородства ничего не осталось? От широких жестов, мол, я тебе все оставил и ушел только с трусами?! Ты… Ты самая большая ошибка в моей жизни. Угораздило же меня в тебя вляпаться, еще и двоих детей от тебя родить…
— Про детей не смей. Они у нас лучшие! — дышит взбешенно. — И если тебе в тягость ими заниматься, я сам ими займусь.
— Честно тебе сказать?
— Говори!
— Иногда… В тягость, да. Иногда и мамой быть устаешь. Ты хоть раз предложил: давай ты сегодня сходишь куда-нибудь, а я сам детьми займусь? Разучу с Полинкой роль или настырно отвезу сына на секции, послушаю, как он тренера костерит за завышенные требования, поддержу их в моменты упадка. Да, мне нелегко! Когда мчишь с работы, повесив язык на плечо, забираешь их с разных секций, кружков, выслушиваешь их жалобы, никогда не бываешь в дзене с собой… А ты в это время неспешно плетешься домой на своей крутой тачке и слушаешь тихо музыку… Мечтаешь о чем-то, планы строишь… Отдыхаешь, словом, а потом… удивляешься, почему жена такая хмурая?! Потому что мне мозг вынесли, раком поставили и потом снова занесли… Только уже…
— Давай обязанности делить! — предлагает он, шагнув вплотную. — Вот теперь я тебя понимаю! Почему раньше молчала?! Почему?!
Родион встряхивает меня за плечи.
— Какого хрена ты за улыбкой сдержанной это прятала?!
— Какого хрена ты не спрашивал! — кричу, ударив сумочкой его по плечу. — Не интересовался! Тебя все устраивало. Устраивало, что тебя не трогают.
Родион отшатывается, в его глазах просыпается понимание.
— Мы все просрали, — выдыхает.