Глава 25

Эртис честно старался держать себя в руках, догадываясь, что провоцировать Дауффейна не стоит. По крайней мере, сейчас. Перемирие между ними пока окончательно не устоялось. Обоим непривычно делить с кем-то быт и женщину, приходится сдерживать свои желания и порывы, уступать в том, что раньше казалось немыслимым. Возможно, со временем это и изменится, однако до тех пор лучше придерживаться шаткого равновесия.

Особенно, до завтрашнего утра.

Но как тяжело ждать!

Он даже всерьёз раздумывал о том, чтобы отказаться от традиций своего народа. Можно ведь просто связаться с Владыкой и попросить оформить документы, закрепляющие их с Ликой брак. Это было бы вполне законно, быстро… и неправильно. Почему-то более лёгкий путь всегда оказывается ошибкой. Не зря же предки тысячелетиями женились у водопада Тиалитты. Про него никто ничего не рассказывает, но там должно быть особенное место. Волшебное.

- Я не помешаю вашей церемонии, - с расстановкой проговорил Дауффейн, словно догадавшись о том, какие мысли закрадывались к магу в голову. – Если ты первым не попытаешься действовать против меня.

Эртис усмехнулся, пользуясь тем, что собеседник этого не увидит, и только потом поднял голову, ответив уже серьёзно:

- Можешь об этом не волноваться.

В конце концов, у него нет выбора, кроме как пытаться выстроить с этим мужчиной дружеские или даже братские отношения. Да и раньше, вообще-то, не было. Как только между демоном и жертвой заключён контракт, пути назад нет. Так что вариантов лишь два…нет, три.

Первый – избавиться от помехи, убить Фейна. Но этот способ можно отметать сразу же: это подло, бесчестно и низко, а кроме того, кончится очень и очень плохо. Если они столкнутся всерьёз, вовсе не факт, что он, Эртис, сумеет одержать верх.

Не говоря уже о реакции Лики.

Второй - постараться забыть о том, что вообще когда-то встречал свою наречённую.

Даже звучит смешно.

Третий же, единственно возможный в сложившихся обстоятельствах, - принять её, смирившись с довеском, и постараться извлечь из этого максимум пользы.

От этой мысли губы сами собой сложились в кривовато-насмешливую ухмылку:

- Я не враг тебе, «братец».

Дауффейн удивлённо вскинул брови, а потом рассмеялся, фыркая, как настоящий лис:

- Ладно, родственничек, считай, я тебе верю!

Эртис всё ещё продолжал улыбаться, размышляя о том, что, возможно, действительно воспринимать мужа своей жены в качестве брата, не такая уж глупая мысль. Им ведь предстоит жить вместе, спать в одной кровати, есть за одним столом, любить одну женщину. Тут уж волей-неволей сблизишься. Ну, или проникнешься искренней ненавистью. А ненавидеть маг не хотел.

Остаток дня они провели в том же гостеприимном доме, а поздно вечером засобирались к себе. Родители Фейна предлагали остаться, но и Лике, и Эртису, отвыкшим от шума за годы спокойной жизни, уже хотелось побыть в тишине. Заарцы, конечно, весёлые и по-своему очаровательные, но, если их хотя бы двое, не говоря уж о семерых, с тишиной абсолютно несовместимы.

- На такси, пешком или переходом? – деловито осведомился Дауффейн и похвастался: – Теперь-то мне хватит силы, чтобы доставить нас прямо в спальню!

- Я бы прогулялась, - призналась Лика. – Хочется посмотреть город. Ночью тут должно быть красиво.

- Пешком далеко. Поздно уже. Может, такси?

- Вот навестим твою родню и обязательно погуляем. Я знаю множество красивых и интересных мест, аллей, парков и старинных памятников.

- Памятники – скучно! – ухмыльнулся заарец. – Я тебе такое кафе покажу! Каждый житель Шинтвена хоть раз в жизни обязан там побывать!

- С единорогами? – насмешливо уточнила Лика, по хитро-коварному виду догадавшись, что готовится какая-то каверза.

- Как ты… Откуда…- задохнулся он, а потом полыхнул негодованием: - Так вот, чем ты её соблазнял!

Разочарованный, удивлённый и возмущённый демон выглядел настолько забавно, что Эртис рассмеялся.

Хоть в чём-то он смог его обойти.

- Сходим ещё раз!

Желая испытать (и продемонстрировать!) свои новые возможности, Дауффейн всё ж таки открыл зеркально-чёрное окно перехода. Помахал на прощание родителям и первым шагнул в темноту.

Лика и акронисс последовали за ним.

Дом словно ждал их, встретив приветливо вспыхнувшим приглушённым светом. Фигурки животных на оконных рамах, двери и спинке кровати чуть шевельнулись, но на этот раз обошлось без эксцессов.

День выдался насыщенным, а потому по возвращении всем хотелось только одного – спать. Были, конечно, и другие желания, более интересные, однако, из осуществимых прямо сейчас, оказалось лишь это.

К тому же, за неимением выбора, спать втроём – тоже совсем неплохо и, пожалуй, даже удобно. Всем, кроме Лики. Любящие муж и жених, состоящие, казалось, из сплошных локтей и коленок, так зажали её с двух сторон, что ни шевельнуться, ни продохнуть.

- Зачем нам такая большая кровать, раз мы всё равно её не пользуемся? – с долей сарказма осведомилась она, надеясь, что намёк будет правильно истолкован. – Давайте уж тогда спать на диване в гостиной, почему нет? Если ляжем так, как сейчас, как раз отлично поместимся.

- Так ведь тесно же будет! – совершенно искренне не понял Эртис. – А тут всем хорошо.

Требовать личного пространства открытым текстом она не решилась, так что оставалось только смириться и попробовать устроиться поудобнее, потому что уходить в другую спальню Лике совсем не хотелось. Пусть мужчины слегка колючие от щетины, горячие и настойчивые, но свои же, любимые.

Демон мирно посапывал, заснув буквально через десять минут, а вот маг угомониться никак не мог. Тяжело вздыхал, вертелся (счастливчик!), щекотал хвостом Ликины ноги, бросал на неё долгие взгляды из-под пушистых ресниц, терзал свою косу, но в конце концов и его сморил сон.

А Лику Морфей словно нарочно обходил стороной.

Через некоторое время мужчины вдобавок ко всему ещё и навалились с обеих сторон. Тут уж её терпение кончилось.

Мысленно посмеиваясь, она выпуталась из чужих руг, ног, хвоста и косы, сложив всё это в кучку, не особо заботясь, где чьё, подивилась тому, что даже никого не разбудила, и со спокойной совестью переползла за спину Фейна. Эта половина кровати была совершенно свободна, и Лика устроилась со всем возможным комфортом: на отдельной подушке и под одеялом, честно отвоёванным в неравном бою.

О том, что будет утром, когда «сладкая парочка» проснётся в объятьях друг друга, думать ей не хотелось. Хотелось просто наконец-то уснуть.

Сами виноваты, переживут.

Волнение перед предстоящей церемонией разбудило Эртиса ещё до рассвета. Однако даже в столь ранний час, просыпаться было приятно, ведь рядом тихонько сопела Лика. Умилившись тому, что она даже закинула на него свою стройную ножку, маг улыбнулся, открыл глаза… и чудом сдержал гневный возглас! Напротив, едва не утыкаясь своим носом в его, спал Дауффейн! Это его, заарца, Эртис так ласково согревал, обнимая за плечи! И нога на бедре - тоже его!

Фу, демонство! Гадость какая!

Мысленно шипя ругательства, акронисс поскорей скатился с кровати, чтобы ни в коем случае не оказаться застигнутым в столь щекотливой ситуации. Даже делить одно тело не было так… фу! Хорошо хоть первым проснулся именно он, а не Лика или сам Фейн! То-то бы он потоптался по его гордости!

Более или менее восстановив душевное равновесие, Эртис с волнительным предвкушением, обострившим все чувства, посмотрел в окно, где пока ещё разливалась густая синева ночи. Небо было чистым и бархатным, предвещая красочную зарю. Сегодня она будет особенной, совсем не такой, как все прошлые. Сегодня новорождённое солнце поднимется, чтобы осветить путь, которым они отныне пойдут вместе.

Тихонько обогнув кровать, маг присел на корточки рядом со спящей девушкой. Лика улыбалась во сне. Что ей снится? Возвращение домой, которого она так ждёт? Или, может быть, Дауффейн? Эртис не знал. Но ревниво надеялся, что тоже присутствует в её сне. Понимал, что это по-детски, но ничего не мог с собой поделать.

Другим расам не понять, как это – позволить кому-то прорасти прямо в душу, в сердце. Быть полностью уязвимым, открытым, принимая другого человека с бесконечным доверием, без тени страха. Смотреть – и никак не насмотреться. Жить вместе месяцами, годами, десятилетиями – и каждое утро, едва дыша от переполняющей нежности, любоваться улыбкой на любимом лице.

Впрочем, тут он несправедлив. Фейн, пожалуй, единственный, кто это всё понимает.

К тому же, заарцы и акрониссы похожи в своих привязанностях. Нескольких дней в одном теле Эртису вполне хватило, чтобы это увидеть. Чувства демона отличались разве что бескомпромиссной решимостью идти до конца, невзирая на долг и мораль, сметая любые преграды. Эта почти маниакальная одержимость и ничем не утолимая жажда быть с любимой женщиной прорывались на поверхность нечасто, но выглядели пугающе. Если б Эртис не чувствовал, что Лике беспокоиться не о чём, забрал бы её после первой же вспышки ревности. По крайней мере, попытался бы, приложив для этого все свои силы.

Тихонько проведя по атласной коже её плеча, маг наклонился и прошептал:

- Просыпайся, искорка. Нам пора собираться.

Но Лика только укоризненно нахмурилась и попыталась перевернуться на другой бок.

Эртис улыбнулся: во сне она милая и очень забавная. Даже будить жаль.

- Я помогу с переходом, - шёпотом произнёс Дауффейн, открыв глаза. -  Заодно посмотрю, что за церемония у акрониссов. Куда нужно?

- Боюсь, не получится. К водопаду Тиалитты могут подойти только те, в ком есть наша магия, и наречённые.

- Я всё же попробую, - упёрся он, метнув в мага неожиданно цепкий взгляд.

Эртис пожал плечами. Хочется демону подышать свежим предрассветным воздухом, топчась у ворот Божественного Сада, – почему бы и нет? Имеет право.

Успокоив свою паранойю, Фейн приподнялся, подбираясь поближе к Лике и согнутыми пальцами погладил её по щеке. Улыбнулся:

- Просыпайся, драгоценная моя.

Убедившись, что слова не подействовали, Эртис пощекотал Ликину шею кисточкой своего хвоста. Девушка тут же сморщилась, завозилась, отмахиваясь от вредителя, и, наконец, проснулась. Секундная сонная растерянность сменилась радостным трепетом:

- Пора?

- Пора.

Собирались быстро, а до места добрались ещё быстрее: демон не упустил возможность похвастаться растущей силой и доставил их прямо к устремлённой в небо белоснежной ограде Сада.

За спиной тихо дышал город, погружённый в лёгкий туман и полутона. Впереди переговаривались друг с другом деревья с гладкой серебряной корой и абсолютно белыми узкими листьями. Отсутствие даже слабого ветерка нисколько им не мешало.

- Нэйлы, - благоговейно прошептал Эртис. – Священные деревья богини, растущие только здесь и нигде больше.

- Говорят, они чувствуют души, - поделился заарец, скептически поглядывая на уходящую вдаль аллею. – Считается, что, если в Сад войдёт недостойный, их листья почернеют и обретут остроту кинжала, чтобы расправиться с нежелательным гостем.

Лика опасливо покосилась на ближайшее дерево.

- Но нас-то они пропустят, правда?

При этом её пальцы совершенно машинально ухватились за локти обоих мужчин.

- Вот сейчас и узнаем! – бодро произнёс Дауффейн. Первым взялся за кованую калитку и тут же с болезненным возгласом отдёрнул руку: – Зар-р-раза!

Эртису ну очень хотелось сказать: «А я ведь предупреждал!», но он мужественно поборол свой порыв, в чём-то даже понимая его вновь  разыгравшуюся паранойю.

- Всё будет нормально. Максимум через два часа мы вернёмся.

Демон посверлил злобным взглядом тонкие с виду прутья непреодолимой преграды, вздохнул и стащил с уха серёжку.

- Сожмёшь – и перенесётесь домой, - проворчал, вручая её Лике. - На такси будет слишком долго. Не хочу, чтобы вы где-то задерживались.

Надёжно спрятав артефакт в кармане, она поймала взгляд алых глаз, в которых тщательно скрывалась тревога:

- Спасибо.

А потом подошла и прижалась, ощущая, как руки Фейна без промедления смыкаются у неё за спиной. Он ревновал и беспокоился, даже злился, наверное, на то, что вынужден остаться в стороне, но любил всё так же сильно – это чувствовалось.

- Если через два часа не вернётесь, разнесу эту рощицу на щепочки. На зубочистки пущу.

- Успеем, - заверила Лика и улыбнулась: – Феанра готовит на завтрак такие вкусности, что мы ни за что не опоздаем.

Боковым зрением уловив, как Эртис обеспокоенно взглянул на светлеющий восток, она поцеловала плотно сжатые губы. Потом ещё раз. И ещё – пока Дауффейн, наконец, не ответил, выходя из оцепенения и расслабляясь.

- Удачи, - усмехнувшись, как будто сам до конца не верил, что говорит подобное, пожелал он. Отступил на полшага назад и растворился в чёрном тумане.

Акронисс погладил холодный металл врат, и те приглашающе распахнулись, легко и без скрипа.

- Идём? Придётся поспешить, солнце уже вот-вот встанет.

После всего услышанного, низко нависающие над дорожкой ветви внушали некоторое опасение, но протянутую Эртисом руку Лика приняла, не колеблясь.